Горький привкус на кончике языка

      На съёмочной площадке находились люди, собирая инвентарь после очередного выступления. Работники бегали по сцене словно муравьи, суетились, как заведённые бегая из угла в угол. Антон стоял оперевшись на дверной косяк двери, что вела к выходу из здания. После долгого рабочего дня ноги ломились от усталости, а голову одолевала мигрень, что неприятно стучала в висках.       -Аккуратнее с лампами! Они денег стоят!       От громкого крика кого-то с площадки в ушах зазвенело. Антон недовольно поморщился от нового приступа боли, что пульсировала в висках. Круто развернувшись на пятках мужчина вышел из здания через служебный вход.       Прохладный осенний ветерок обдувал кожу, вызывая мурашки, что табунами проносились по всему телу. Воздух забирался под одежду, а лёгкая куртка из чёрной кожи, совершенно не грела. Свинцовое небо низко нависало над городом. На улице уже темнело и вдали горели уличные фонари, желтым тусклым светом отгоняя ночную тьму. Моросящий дождь капал на землю, противно попадая за шиворот и действуя на нервы, что и так были накалены. Жёлтая листва до этого хрустящая под ногами и разлетающаяся от каждого шага, лежала в воде прибитая к земле. В дали шумел мегаполис, гудя машинами и бесконечным жужжанием людей, что спешили по своим делам.       Шастун снова недовольно скривился и машинально потянулся в карман за пачкой сигарет, наполовину пустой. Зажигалка касается самого кончика сигареты и огонёк медленно поджигает табак. Спасительная доза никотина заполняет легкие. Антон блаженно прикрывает глаза. Головная боль потихоньку угасает. Дым обжигает глотку, но от этого даже приятно. Помогает отвлечься от мыслей, что заполняют черепную коробку. Рядом хлопает дверь и слышаться шаги. Ему не нужно оборачиваться, чтобы понять кто это, поэтому Антон неподвижно стоит, вдыхая в себя яд, что медленно травит его тело. Арс становиться рядом, казалось не замечая русоволосого мужчины, что явно не рад его компании. Брюнет невольно вдыхает в себя серые клубы дыма, недовольно цокает и поворачивается к Шастуну.       -Выкинь эту дрянь.       Антон лениво поворачивает голову в сторону голоса, услышав, который, понимает, что по телу бегут мурашки и это явно не от холода. Холодные голубые глаза, встречаются с ярко зелёными, что сейчас с неприкрытым недовольством взирают на внезапного собеседника. Никто не отводит взгляд и безмолвная битва казалось длится целую вечность. Он смотрит неотрывно пока Арс, стоит совсем рядом. Руку протяни и дотронешься до его кожи.       «Интересно как она ощущается под пальцами?».       Странная и безумная идея, но Антону внезапно захотелось сделать шаг ближе, ощутить запах дорого парфюма и бархат кожи, под длинным пальцами.       Как давно с ним это происходит уже и не вспомнить. Бабочки в животе при виде брюнета причиняют куда больше отрицательных чувств, чем радости, ведь каждый раз возвышенное чувство разбивается о сталь его глаз, что всегда смотрят на него спокойно, если не равнодушно. Это причиняет боль и он с радостью избавился бы от нее, но мужчина стал для него наркотиком, почувствовав вкус, которого ты, как одержимый будешь желать большего и ничегошеньки не получать. И сейчас они молча смотрят друг на друга и Антону, становится гадко от собственной слабости. Но он продолжает мучать себя, как чертов мазохист, наслаждаясь этой болью, пусть даже моральной, но от этого ещё более ужасной. Нельзя выпить таблетку, даже очень отвратную на вкус и избавиться от этого чувства. Безумная влюблённость или простая одержимость? Кто ж ее знает, но вычеркнуть ее из жизни не выходить. Хотя Антон не сильно пытался.       Тонкие пальцы держащие сигарету, подносят ее к губам. Шастун делает очередную затяжку и шагнув ближе к брюнету, становится к нему чуть ли не касаясь своим носом кончика его. Арс удивленно вскидывает брови, продолжая сверлить мужчину взглядом. Антон выдыхает сигаретный дым прямо в губы брюнета и становится на прежнее место, с довольной ухмылкой наблюдая за сменой эмоций на лице Попова. Удивление сменяется раздражением и даже злостью. Обладатель стального взгляда резко шагает вперёд, вырывая из губ Антона фильтр, что остался от тлеющей сигареты. Кинув ее на пол и раздавив носком кроссовок, Арс кидает на Антона последний убивающий взгляд и быстрыми шагами отдаляется от него. Пальто развивается от резких движений и Шастун невольно сравнивает мужчину с летучей мышью, что высасывает из него все жизненные силы. За ним тянется полупрозрачная длинная тень, что краем достаёт до ног Антона. Спустя пару минут спина мужчины становится нечетким силуэтом, что дымкой растворяется в сумраке нависающей ночи. Шастун пару минут стоял неподвижно, как статуя, а потом сорвавшись с места чуть ли не бегом направился в противоположную сторону, желая скорее скрыться от этого наваждения.       За ним остался призрачный аромат мужского парфюма, который давно смешался с запахом сигаретного дыма. На кончике языка все ещё чувствовался горьковатый привкус, что был куда приятнее вкуса одиночества и боли, что снова полоснула острым кинжалом по его израненой душе.