Hey, mister detective~

Ночь. Шёл ливень, вдалеке сверкала молния. Насквозь промокшая полицейская форма неприятно липла к телу. Сирены патрульных машин гулко звенели в ушах. В заброшенном многоэтажном доме был раскидан мусор и осколки стёкол. С лёгкой одышкой, Накахара бежал по очередному коридору, освещая путь фонарём. Холодный ветер заставил парня поёжиться. Неожиданно для себя он услышал тихое пение, поэтому направил пистолет в сторону тёмного прохода. Осторожными шагами Накахара прошёл вглубь, и разглядев силуэт у окна, он напрягся и поднял оружие.. Порыв ветра взъерошил мокрые волосы незнакомца, закрыв его лицо. Чуя остановился. — Дазай?.. — Накахара опустил оружие и сделал несколько шагов в сторону силуэта. Он не мог понять происходящее. Осаму стоял неподвижно, тихо напевая мелодию. Его лица не было видно, руки были сложены за спиной, а полы лёгкого кимоно развевались по ветру. — Почему ты здесь? Тут находится особо опасный… — Чуя затих, вслушиваясь в песню. Звуки вокруг растворились, будто их никогда и не было. — Можешь ли ты крепко уснуть? — Накахара непонимающе смотрел на Осаму. — Почему ты это поёшь? Кажется, я её слышал раньше… — Исцелил ли ты свои раны? — продолжал он, но его голос будто шёл из ниоткуда, гулко отражаясь от бетонных стен. — Почему ты мне не отвечаешь? — Чуя нервничал. — Даже то, что захлёбываешься слезами… Накахара не выдержал и крикнул. — Дазай! — ответа не было. Да и пение прекратилось. Казалось, что сердце выпрыгнет из груди, а дыхание и вовсе исчезнет. Чуя медленно потянулся к плечу парня, затаив дыхание. Почему он не отвечал? Почему молчал? Чуя тихо переспросил: — Дазай? От лёгкого прикосновения, Осаму упал на пол. Вмиг в ушах вновь зазвенели сирены машин, шум ливня и шаги бегающих полицейских по этажам. Лужа крови стремительно растекалась по бетону, пылью, окрашиваясь в грязный бордовый цвет. Волосы открыли белое лицо Дазая. Еле шевеля бледными губами, он шептал: — Ты меня убил. Чуя упал на колени, пытаясь понять откуда кровь. Пытаясь спасти. — Ты… — вновь шептал Осаму. — Нет… быть не может... — в ответ Чуя, пытаясь докричаться, повторял, — Нет-нет-нет! — он приподнял голову Дазая руками, вглядываясь в пустые карие глаза, в отражении которых Чуя увидел себя. Накахара прошептал: — Что? — Ты меня убил. Он шарахнулся от тела и увидел свои руки. Они были в крови, снова... Шепча, он отрицал это. — Нет! — резко отшатнувшись, он ударился спиной об стену, закрывая лицо. Голос сорвался на крик, — Нет! — он судорожно тёр ладони, будто хотел стереть не кровь, а саму вину. А потом — кожу. Слёзы пеленой застилали глаза. А в голове эхом всё держалось — «Ты меня убил…» Чуя зажмурился. — Нет! — Открыв глаза, парень понял, что он у себя в комнате. Дыхание его было сбивчивым, а всё тело трясло. Сон. Это был всего лишь глупый сон. Но на душе было так беспокойно. На плечо легла чья-то рука, и Накахара сильно дёрнулся. — Снова кошмар, Чуя? — Осаму тихо спросил. Тот нервно выдохнул, осознав, что это лишь сон и перед ним Дазай. Сонный детектив понимающе взглянул на него и крепко обнял, поглаживая по спине. — Тише, тише, — Накахара сильнее прижался к Дазаю, — Я здесь, ничего не бойся. Я всегда буду рядом. Чуя поднял на него беспокойный взгляд. — П-правда? — Да, — твёрдо и успокаивающе ответил он. Изо дня в день Чуе снились кошмары. Прошло полтора года, дело Сато прикрыли почти сразу же после её смерти. Новых убийств не происходило и этого было достаточно для полиции. Накахара даже получил официальное приглашение вернуться обратно, но он не спешил соглашаться, пока в этом нет необходимости. После последней операции, Чуя мог облегчённо вздохнуть, ведь болезнь отступила, но было не до этого. Чувство вины не давало ему прожить спокойно даже дня. Он жив — вместо тех, кто, как ему казалось, заслуживал этого больше. Стоя у раковины по часу, он постоянно пытался отмыть руки, стирая кожу, из-за чего Осаму терпеливо обрабатывал их мазью. Перед сном приходилось пить снотворное, чтобы поспать хотя бы два часа спокойно, поэтому он стал рассеянным и спящим на ходу. Постоянное ощущение, что кто-то следит, нервные срывы, и ещё один сеанс у психотерапевта. — Ты, наверное, уже устал от меня... — печально произнёс Чуя, улёгшись в объятиях Осаму. А потом, не торопясь, продолжил: — Не стало бы всё проще, если бы меня не было? У тебя из-за меня вечные проблемы. Не понимаю, почему ты всё ещё со мной. Дазай серьёзно посмотрел ему в глаза, убирая прядку коротких спутанных рыжих волос с лица. — Мы пройдём через это. И я не хочу, чтобы ты вообще о таком думал. Устало Чуя спросил: — Дазай… Из-за меня погибло много людей, в том числе и те, кто был ни при чём. Разве это честно? — Так проживи ради них правильную жизнь. Не ради тех убийц, насильников и отбросов общества, а ради тех, кто сами приходили к тебе, моля об этом – предложил парень, аккуратно поправляя остальные волосы Чуи. — Но смогу ли я? Разве каждый не должен платить за свои поступки? Осаму тяжело вздохнул и поцеловал в лоб Чую. — Боюсь, ты сам себя наказал так, как не накажет никто. Накахара непонимающе переспросил. — Что ты имеешь ввиду? — Как давно ты спал больше трёх часов подряд без снотворного? Или как давно у тебя не было параноидальных мыслей? Ты ведь сам себя изводишь. — И вместе с тем и тебя.. – тихо подытожил Чуя. — Видимо, в прошлой жизни я был не очень хорошим человеком, – усмехнулся Осаму, крепче обнимая парня. — Всë будет хорошо. Засыпай, днём к нам придут гости, хочу, чтобы ты выспался, — внутри стало немного спокойнее, и не замечая того сам, Чуя провалился в сон, слушая голос Дазая. *** На улице был тёплый апрельский день. На деревьях только начала появляться листва, а бутоны сакуры уже готовились цвести. Чуя сидел на плетённом диване, укрывшись пледом, рассматривая водную гладь озера. Рыжие волосы казались необычайно огненными на солнце, а голубые глаза — ярче. Сейчас он и Осаму находились за городом, чтобы отойти от городской суеты и отдохнуть на природе, по крайней мере, так сказал Дазай. Сзади послышались шаги, а затем последовал и вопрос. — Красиво, не правда ли? Чуя обернулся, возле него стояли Ранпо и Йосано. — Мы вас уже заждались, – улыбаясь, ответил парень. Он указал на место напротив, приглашая присесть, а сам взял в руки чайник. — А где Дазай-кун? – поинтересовался Ранпо. — Он отошёл за печеньем, скоро придёт. Как поживаете? Вы и Йосано-сан, вроде, помолвились? Чуя разлил по чашкам чай, протягивая гостям. Акико взяла в руки чашку и ответила: — Да, на прошлой неделе. А вы, как я погляжу, стали лучше выглядеть с нашей последней встречи. Это так природа влияет, или настолько чудесные врачи? Накахара пожал плечами и посмотрел в сторону озера. — Может быть, всё вместе. На самом деле здесь и правда очень хорошо, — казалось укоряющий голос совести ненадолго замолк в этом месте. Рампо согласно кивнул головой. — И что, не тянет обратно в город? — с лёгкой усмешкой спросил Ранпо, приподняв бровь. Чуя вновь повернулся к ним лицом. — Меня пригласили вновь работать в полицию. Правда, не знаю, хочу ли я теперь этого. Как жизнь решит... — Чуя понимал, что спокойная жизнь ещё не началась и это была лишь передышка, — Здесь за городом гораздо спокойнее. Хотя, может, я просто боюсь того, что все сеансы у психотерапевта пойдут под хвост, — Накахара усмехнулся, отпивая чай, — Но больше я склоняюсь к решению принять приглашение. Только если немного позже, — это решение было принято ещё тогда, когда Дазай и Чуя готовились к допросу. — Это правильно – подытожил Ранпо. Подняв глаза, Эдогава заметил у входа в дом Осаму. — О, Дазай-кун! — Добрый день, Ранпо-сан, Йосано-сан, — Осаму легонько поклонился. Он поставил угощения на стол и сел рядом с Чуей. — Поздравляю вас с помолвкой. Гости в благодарность поклонились, и после Акико невзначай произнесла: — Надеюсь, и вас скоро будем поздравлять, — после чего засмеялась. Осаму улыбнулся, после обращаясь к Ранпо. — Вы сказали, что по важному делу к нам. Ранпо выдохнул. — Да, это так. Насколько я знаю, вы решили отойти от дел в последнее время и уже месяц тут находитесь. Осаму кивнул. — Припомнил ваши слова о том, что лучше залечь на дно, но к сожалению, вышло только сейчас, и то не полностью. Многие дела ещё не сделаны, собираюсь с ними покончить и уехать подальше. Выслушав Дазая, Ранпо согласился. — Я как раз по поводу этого. Эдогава сложил руки в замок и положил на них подбородок. Акико достала из сумки сложенный лист, протянув Дазаю, отчего он озадаченно поднял бровь. — Что это? Осаму взял в руки листок и, повертев со всех сторон, открыл. — За вашу поимку назначили неплохую сумму. Уже вчера вечером ко мне приходили с просьбой выяснить, где вы. Сослался на конец рабочего дня и ушёл, но боюсь это только начало. На выездах из города посты полицейских, Вас ищут. — Интересно. Чуя молча пригубил чашку, слушая разговор. — Не знаю, что именно они накопали, знаю только, что грозит вам это казнью. Поперхнувшись чаем, Накахара посмотрел на смеющегося Дазая. — Так вон оно что? Тогда это не так страшно, — Дазай посмотрел на серьёзного Накахару. Он улыбнулся и поправил парню плед. — Дело Чуи они поднимать не будут? Эдогава отрицательно покачал головой. — Значит одной проблемой меньше. Чуя недовольно пробубнил: — Ага, как же. Осаму вновь усмехнулся. — Однако, это же не всë? — Вы же однозначно поедете в город? — уточнил Ранпо. — Да, чтобы подписать некоторые бумаги и кое-что доделать. — Проехать в город не составит проблемы, въезжающих они не контролируют, а вот уезжающих... — Эдогава сделал паузу, — в общем, когда будете в городе позвоните. Заглянули ненадолго, ещё есть дела. Спасибо за чай, — Ранпо и Йосано поклонились в знак прощания и ушли. Чуя посмотрел на Дазая. — Ничего не хочешь мне рассказать? Осаму заинтересовано повернулся к Накахаре. — Смотря что именно тебя интересует. Чуя нервно выдохнул, отпивая немного чая. — Казнь... Казнить хотели меня за многочисленные убийства. Так а что сделал ты? Ты ведь совсем не детектив? Я хотел спросить ещё раньше, но не решался. Чуть ли не перебивая, Осаму безмятежно ответил: — Так вот о чём ты. Сейчас тебе и без того нелегко, но если хочешь — расскажу. — Скажи, как есть, — отрезал Накахара. Осаму взглянул глаза, полные серьёзности. — Чуя, как ты думаешь, что могло измениться с того времени, как мы просто днями сидели на крыше и безмятежно болтали? Накахара стал сосредоточеннее. — Помнишь, ты когда-то на крыше сказал, что если я стану мафиози, то это будет опасно для всего человечества? Казалось, Чуя перестал дышать. — Уже тогда я был под крылом мафии. Чуя застыл. Воздух будто стал плотным и холодным. Сердце перестало биться. «А точно ли я знал этого человека и знаю ли сейчас?» – прозвучало эхом внутри. Так и было. Чуя начал вспоминать все моменты жизни с Дазаем, но ничего конкретного о нём не мог вспомнить, только их привязанность друг к другу. А точно ли это была привязанность? Накахара помрачнел. Осаму тоже нахмурился. — Да, весь мир с ног на голову перевернулся, не так ли? Я не хотел тебя пугать этим, — он поднял голову вверх, рассматривая ясное небо. — Почему за эти годы не сказал ни слова? В глубине души Осаму хотел просто обнять Чую и сказать, что всё не так, как кажется, но знал, что сейчас это будет лишним. Или он просто боялся, что его оттолкнут. — Я не знал, имело ли это смысл. — А я думал, что мы были честны друг перед другом, — тихо произнёс Чуя. — Я тебе никогда не лгал. — Тогда расскажи всё, — попросил Накахара. Дазай опустил взгляд. — Если ты так желаешь. Ещё до знакомства с тобой я попал туда. Ни родителей, ни семьи, меня, можно сказать, с улицы подобрали. Тогда я попал в серое и холодное окружение, всем было всё равно на меня, а мне на них. Вспоминали обо мне только в том момент, когда кому-то было что-то нужно. Но и это мне было безразлично. Тёмно-карие глаза становились чернее от появляющейся пустоты в них. — В короткие сроки я стал одной из глав мафии, но также быстро мне это наскучило. — Как ты вообще попал тогда в школу? – недоумённо поинтересовался Чуя. — По делу, связанному с мафией, меня туда привело чистое любопытство. Закончив свои дела достаточно быстро, я заметил тебя. Мы стали общаться и я решил остаться на подольше. И вот, когда наши пути разошлись после школы, я начал думать, чем же мне занять себя. И попробовал стать детективом, не оставляя пост в мафии. Отыскать преступника? Легко. Устранить кого-то? Ещё легче. Со связями, которые у меня есть, даже рукой шевелить не надо. И тут появился ты... Я не знал, как вести себя, поэтому повёл себя как придурок. Жалею, что мы не успели тогда попрощаться и разошлись на плохой ноте, подумал, что это шанс всё исправить. Когда мы закончили с твоим делом и разбирались с тем, как помочь Йосано Акико, Ранпо-сан сказал, что пора закончить всё и залечь на дно, потому что что-то назревает. Конечно, сделать это, пока нужны деньги на лечение и на подушку безопасности, я не мог. Так что, мне нужно ещё немного времени, чтобы доделать дела и бумаги, перед тем как мы покинем Японию. — Вот оно как, — Чуя выглядел задумчивым. В его голове явно повторялись слова Дазая. — Когда мы вернёмся, всё можно будет начать сначала. Я буду полностью чист и информации обо мне будет ноль. Ты сможешь… а, точно... — он замялся, — если ты теперь захочешь уехать со мной, — Осаму тихо закончил и отпил чай. Чуя посмотрел на него и твёрдо ответил. — Захочу. Неужели ты думаешь, что после этого всего я просто отвернусь от тебя? Ты всегда был рядом, когда мне было тяжело и плохо. Да, то, что ты рассказал мне сейчас должно пугать, но и я ведь не святой. У тебя были на то свои причины скрывать это всё. Если тебе нужна будет помощь, я помогу. Дазай облегчённо выдохнул. Чуя уточнил. — Сделаем, что нужно и улетим, так? — Да. — Прекрасно. Чуя крепко обнял Дазая, чувствуя, как сильно билось его сердце. —«Всё будет хорошо, я рядом»