Однажды в Нью-Йорке

Утро началось с хорошенькой задницы, которая так и напрашивалась на то, чтобы её поимели. Однако Крис просто хлопнул Эмиля по ягодице и отправился в душ. На душе скребли кошки и Крис упорно гнал от себя эти ощущения. Он давно и необратимо вырос из юношеских мук совести. Он не упускает больше шансов и не даёт их наивным простачкам. Эмиль совсем не прост, но и речь не о нём. В памяти неприятно всплыло то, чего он не вспоминал уже много лет. Призраки прошлого не преследовали его, он знал этому цену и платил её исправно. Но тот другой. Он всколыхнул в нём что-то давно забытое. Спрятанное так глубоко, что ни роскошь вокруг, ни услужливый и готовый на что угодно мальчик не радовали. Тобиас не устроил ему сцену, даже не смотрел в его сторону и на первых порах Крис обрадовался. Парень оказался смышлёным и не стал докучать, но с каждым днём внутри росло неудовлетворение. Всё было не так, как он привык. Тобиас определенно влюбился в него, в таких вещах Крис не ошибался. Потому его абсолютное равнодушие и отстранённость радовали недолго и вскоре начали раздражать. Ни слова против, ни крошечной сцены ревности. Ничего, что могло бы отвратить Криса и дать ему уверенность — он всё сделал правильно. Тобиас даже с заявлением пошёл сразу наверх, отказав себе в удовольствии посмотреть на реакцию Криса. А его потом вызвал шеф и долго расспрашивал, почему перспективный сотрудник, только закончивший стажировку, уходит к конкурентам. Крис разозлился не на шутку и вызвал Тобиаса на разговор, но тот лишь вежливо сообщил, что ему предложили хорошее место и он решил не отказываться. Крис в своё время тоже не отказался. Он и в карьере, и в личной жизни шёл по головам, не обращая внимания на поверженных. Ему хватило одного-единственного урока, когда будучи влюбленным и наивным он уступил перспективное место любимому человеку. А потом с болью в сердце наблюдал, как тот смеётся над ним и уходит. Больше он не допускал таких сентиментальных порывов и старался не привязываться к людям, не пускать их в душу. Он прекрасно жил, делал карьеру, купался в роскоши и не чувствовал угрызений совести. До сих пор. Теперь же с каждым пустым днём, наполненным сексом без обязательств и лживыми комплиментами от Эмиля, становилось всё гаже. Тобиас никогда не позволял себе лести и лжи, всегда был искренним и любил по-настоящему. Крис понял, что тот оказался редким и искренним человеком, но теперь предпринимать что-то было слишком поздно. Да и нужен ли он Тоби — большой вопрос, ведь у Криса и на вопрос, нужен ли Тоби ему, ответа не было. Тряхнув головой и дав каплям соскользнуть с волос, Крис глянул в зеркало. На виске виднелось несколько седых волосков, и он подумал, что не станет убирать их у стилиста, как делал обычно. С ним творилось что-то странное и нужно было разобраться в себе. Изменения, что ввел Тобиас, существенно улучшили показатели отдела, и Крис понял, что стал реже задерживаться в офисе по вечерам. Однако это не радовало. Эмиль требовал всё больше внимания и признания своей красоты, которая блистала исключительно в брендовых вещах. Он щебетал о новой коллекции, о поездке в Милан, сидя на столе и соблазнительно трогая ногой бедро Криса. Внутри похолодело от осознания, что вот такой парень станет его постоянным спутником на долгие годы. Джордан внимательно присмотрелся и понял, что устал. — Когда заканчивается твоя стажировка? — внезапно перебил он поток ненужной информации. — Через две недели, — с трудом вспомнил Эмиль, удивлённо взирая на любовника. — Будь добр, создай хотя бы видимость работы, если хочешь получить рекомендации. Лицо Эмиля стало ещё более удивлённым, а затем раздосадованным. Он слез со стола и демонстративно вышел из кабинета, хлопнув дверью. Крис же нажал кнопку на переговорном устройстве. — Остин, кофе с корицей и личное дело мистера Хэмфри. С фотографии, прикреплённой к досье, на Криса смотрел смущенный мальчишка в дешёвеньком костюме. Взглянешь на такого и мимо пройдёшь. Но Крис точно знал, каков Тобиас на самом деле, и обманывать себя дальше не стал. В личном деле присутствовали не только его рекомендации, но и характеристики от руководителей смежных отделов и управлений. И впервые мистер Джордан видел настолько лестные отзывы о молодом сотруднике. Упустить его было непростительно и стало ясно, почему так разгневался мистер Кинг. Выходило, что из-за собственной похотливости он упустил не только прекрасного любовника, но и по-настоящему ценного сотрудника. С этого и следовало начинать. Ни один конкурент не предложит Тобиасу больше, даже выскочка Стиллер, пытавшийся подослать к ним своего бесталанного сынка. — Остин, организуй мне встречу со Стиллером, нужно кое-что выяснить. — Хорошо, мистер Джордан, — ответил как обычно сухой голос. Крис с досадой вспомнил о романе с секретарём, который продлился немногим больше, чем с Тобиасом. Он считал это нормой, ведь считал же. Он во всех видел одно и то же — желание получить выгоду. И играл на опережение. Давал им немного внимания, иллюзию заботы и каплю роскоши. А потом обычный сценарий — скандалы, слёзы, разрыв. Они все были банальны до мелочей. Все, но не Тобиас. В нем не было фальши, он действительно удивлялся и шикарному ресторану, и костюмам. Принимал ухаживания, но достойно. Он не заискивал, не просил большего. — Кажется, в погоне за синей птицей, ты упустил её, старый болван, — усмехнулся Крис сам себе и потёр переносицу. От нелестных для себя выводов разболелась голова, и он покинул офис раньше, чем собирался. Организм намекнул ему, что было бы неплохо пообедать, и он заехал в любимый ресторан, рассчитывая хоть немного поднять себе настроение. Каково же было его удивление, когда за столиком Стюарта он увидел предмет своих дум. Лукаса рядом не было, что сразу же насторожило Криса. Да и Стюарт лишь махнул ему рукой, но за столик не пригласил. Потому как, судя по свечам и небольшому букету ирисов, у Стюарта с Тобиасом был вовсе не деловой обед. Внутри тут же поднялась волна холодной ярости, и Крис, наплевав на приличия, сам сел за стол к заклятому другу. — Давно не виделись, Стю. Где потерял Лукаса и сестру? — И я также рад, Крис, но поболтал бы в другой раз. Как видишь, сейчас я немного занят. Переведя взгляд на Тобиаса, Крис едва смог сдержать ехидный комментарий. — О да, ты ещё как занят. Тобиас, я слышал, ты устроился на работу, но мне казалось, на другую. На него в ответ посмотрели холодные глаза, в которых прежде пылало пламя, и стало неуютно от собственной глупости. — Я не на работе, мистер Джордан. В обеденный перерыв, который у мистера Стиллера подразумевает приём пищи в любой удобной для сотрудников локации, я волен делать что угодно и с кем угодно. Стюарт на это усмехнулся и заметно расслабился. — Достойный ответ, юноша, очень достойный. — Я, пожалуй, пойду, мистер Палмер, — Тобиас встал, элегантно сложив салфетку на стол и практически бесшумно отодвинув стул. — Спасибо за приглашение, в следующий раз, уверен, мы пообедаем в более спокойной обстановке. Стюарт на это тоже встал и тепло пожал Тобиасу руку. — Конечно, мой мальчик. Хорошей работы. — Всего доброго, — Тоби кивнул им обоим, по крайней мере Крису отчаянно хотелось так думать. Он зло уставился на самодовольного друга и удивился, когда тот ещё сильнее улыбнулся. — Вот уж не думал, что твой приход будет такой удачей, — Стюарт щёлкнул пальцами, подзывая официанта. — Удачей? Парень сбежал от тебя. — Он сбежал от тебя, милый. Бутылочку Божоле, — сделал он заказ и официант почтенно удалился. — А мне он оставил право на ещё один обед. И поверь мне, это дорогого стоит. — Неужели? Ты никогда не был стеснён в средствах. — Да, но только Тобиаса не интересуют деньги. Да и я не слишком его интересую, если честно, но рассчитываю изменить это. Крис поморщился и попробовал сыграть безразличие, это всегда было лучшим способом успокоить Стю. — Никогда не замечал за тобой манеры подбирать объедки с чужого стола. — Это звучит слишком грубо, Крис. Если он тебе безразличен, отойди в сторону, а не скрипи зубами. Я всегда добиваюсь своего, тебе ли не знать? — А как же твой Лукас? Ты же клялся, что в этот раз всё серьёзно. — Тебя правда интересует именно это? — Стю поморщился как от зубной боли. — Оказалось, у Лу есть принципы. Неприятное открытие. — Тогда рядом с Тобиасом тебе тем более ловить нечего. — Если ты помнишь, я азартный человек, — Стюарт поиграл бровями и сложил кончики пальцев домиком. — Расколоть этот орешек весьма непросто, но когда я пасовал перед трудностями? Хочешь пари? Крис скривил губы и отрицательно покачал головой. — Уволь. Спорить на Тобиаса? Даже я не настолько сволочь, чтобы опуститься до этого. И тебе предлагаю отстать от него. — Потому что ты кобель и повёлся на первую же упругую задницу, что замаячила перед носом? Не смеши меня. В отличие от тебя, у меня не только сексуальный интерес к парню. Он действительно интересный и умный юноша. Я хочу общения, в этом нет ничего противозаконного. — Мне бы не хотелось опускаться до дешёвых угроз… — Вот и не опускайся. У меня честные намерения, я не ищу случайных связей, не собираюсь поиметь его разок и бросить. У меня всё серьёзно и я хочу дать нам шанс как паре. Если ты против, то это только твои проблемы, друг мой. — Друг? — Брови Криса приподнялись, и он уже не скрывал раздражения. — С такими друзьями и врагов не нужно. — Полагаю, когда ты пытался соблазнить Лукаса, то придерживался тех же принципов, что сейчас я. Что изменилось? Нахмурившись, Крис опустил голову. В словах Стю была правда, а признаться, что изменился он сам, а также его отношение к Тобиасу, было слишком тяжело. — Ладно, не думаю, что мне следует здесь засиживаться. Я тебя предупредил, но если ты хочешь рискнуть сыграть со мной в эту игру, кто я такой, чтобы тебе мешать? Настроение испортилось окончательно, есть не хотелось. И Крис вместо обеда отправился в цветочный магазин, где заказал шикарный букет с доставкой, и, довольный собой, вернулся на работу. Он нашел в себе силы выбросить из головы слова Стюарта, но образ Тобиаса, смотрящего на него отрешённо, не смог. Он испортил такое нежное, хрупкое и настоящее, что осколки разбитых чувств впивались сейчас в его броню и та сдавалась под их натиском. Остин исполнял поручения до темноты, но около полуночи сообщил, что с него хватит. — Можешь сколько угодно загонять себя, это не моё дело, — секретарь стоял в дверях, сложив руки на груди. — У меня вообще-то собственная жизнь имеется и я устал. Всего доброго, мистер Джордан. Крис словно очнулся и посмотрел на часы. Было начало первого ночи и в словах Остина скользило что-то большее. — Прости, — кажется, он впервые за последние двадцать лет произнёс это слово. Брови юноши взметнулись вверх и он даже опустил руки. — Я не вправе задерживать тебя после работы, спасибо, что помог. Лишь безупречное воспитание не дало Остину присвистнуть как шпана. Приняв решение, он шагнул в кабинет, а не прочь, как собирался, и прикрыл за собой дверь. — Если хочешь поговорить не о работе — у меня есть немного времени. Крис внимательно оглядел Остина и поднялся, подходя к сейфу, где хранил элитный алкоголь. — Выпьешь? — Почему бы и нет? Мой рабочий день давно закончен. — Как и мой. Я… пытаюсь уйти от проблем привычным способом. — Да, вместо того чтобы их решить. Крис усмехнулся и разлил в два бокала коньяк, решив, что для разговора по душам тот подходит лучше. — Мы ведь работаем вместе уже не первый год и ты знаешь меня, пожалуй, лучше всех. И всё равно остаёшься рядом. — Не льсти себе, я не рядом, мне просто нужна эта работа, — Остин принял предложенный бокал и сел в кресло. — Но я вижу все изменения, что происходят с тобой. В этот раз работа тебя не спасёт. Ты влип. И словно это был тост, Остин отсалютовал Крису и пригубил коньяк. — Тебя это радует? — Честно говоря — да. Давно было пора показать тебе, что ты не прав в своём отношении к людям. — И ты считаешь, что Тобиасу это удалось? — Он зацепил тебя, но он сильный парень и ты ему больше не нужен. Это больно, так же, как было тем, кого ты бросил. — Остин, мне слышится злорадство в твоих словах, я не ошибаюсь. Усмехнувшись, секретарь пригубил коньяк. — Совсем немного. В общем и целом мне скорее жаль тебя. Так бездарно прощёлкать хорошего парня нужно уметь. — Только жалости мне не хватало, — горько усмехнулся Крис и тоже пригубил алкоголь. Коньяк обжёг губы и язык, затем горло, но на смену первому ощущению пришло мягкое послевкусие и он прикрыл глаза. Остин был в своём праве и осуждать его злорадство не было ни сил, ни желания. — Я бы мог дать тебе совет, но вряд ли он окажется в твоём вкусе, — наконец произнёс Остин. Крис внимательно посмотрел и кивнул, чтобы тот продолжал. — Смени репутацию. Это будет сложно, ты ведь столько лет работал над этой. Скорее всего это ничего не изменит с Тобиасом, но ты хотя бы сможешь утешить себя, что пытался. Фыркнув, Крис сделал ещё один глоток и отставил бокал в сторону. — Предлагаешь мне стать монахом? — Порядочным человеком, мистер Джордан. Это не одно и то же. — И с Тобиасом это ничего не изменит… — Крис рассуждал вслух, задумавшись. — А есть ли в этом смысл? — А есть смысл продолжать жить в грязи, когда можно отмыться и выйти в свет чистым? — У тебя жестокие аллегории. — Заслуженные. Ты сам всё понимаешь, человек без мозгов не продержался бы столько на твоей должности. — Не замечал за тобой дерзости. — Я не на работе и уже не влюблён в тебя, мне можно. — За это тоже прости, — Крис внимательно изучал лицо Остина. — Признаю, что был настоящим мудаком и жестоко обошёлся с тобой. — Подозреваю, что когда-то кто-то жестоко обошёлся и с тобой, Крис. И ты мстил ему, перешагивая через всех нас — наивных и влюблённых. Но споткнулся на Тобиасе. Ирония или закономерность Вселенной, не знаю. — Оставим прошлое в прошлом, — не стал откровенничать Крис. — Подвезти тебя до дома? — Я вызову нам такси. Разные. — Остин встал, отставив бокал на столик. — И завтра я опоздаю. Крис развёл руки в стороны, говоря тем самым, что у секретаря полный карт-бланш, и тот вышел, чтобы вызвать им такси. Было странно, но отчего-то спокойно внутри. И Крис решил принять совет Остина, хотя и не рассчитывал на успех.