Auto racing.

      — Этот пидор не давал мне спать. Носился по спальне, будто в жопу ужаленный.       Арсений крепко обнимает Антона, но укрывает того ещё и одеялом сверху, чтобы полураздетый Шастун не замёрз. Пальцы актёра по чужой спине скользят неторопливо, изучают каждую мышцу и выступающую косточку, рисуют узоры по коже, слегка цапарают короткими ногтями. Ему хочется впитать в себя всего гонщика, чтобы вообще не ощущать его отсутствие. Раствориться. Слиться в одно целое. Быть с ним этим одним целым. И от собственных же мыслей Арс прикрывает глаза, сдерживая вздох. Слишком влюбился.       — Ты очень устал? — спрашивает шёпотом, не желая нарушать какую-то гармонию. Рука взметается к Антоновым волосам, плавно перебирая их, пропуская сквозь пальцы в лёгкой ласке.       Мужчина расслабляется наконец полностью, также сильно желая раствориться в актёре без остатка, но жаль, они не жидкая субстанция и раствориться им поможет как миниму только серная кислота.       Прикрыв зеленые глаза, крепко обнимает тело под собой, щекой укладывается чуть пониже груди и вздыхает.       Пальцы умудряются водить по тёплой, мягкой коже Арсения, оставляя после себя тонкие, еле ощутимые следы в виде хаотичных полос.       — Нет, а что? — низкий, спокойный тон итак звучит размеренно, так что даже шептать не приходится, лишь расплыться в улыбке, когда Попов забирается длиной пальцев в светлые кудри спортсмена.       — Почему не сказал, когда приедешь? И спасибо за цветы. Как ты узнал, какие мои любимые?       — Хотел сделать сюрприз… Повторяю — сюрприз. Очень на редкость красивые цветы, мне самому понравились. А так мне в принципе не понятно, зачем их срывают. — слегка ворчит, с лёгким хрустом позвонков повернув шею, отчего недовольно мычит и вздыхает вновь.       На часы приходит уведомление с телефона, но Шастун безразличен и игнорирует вибрацию на своём запястье, с обожанием начиная поглаживать стройные бока Арсения.       Чуть приподнимаясь на руках, подползает ближе и ложится ему на плечо, заглядывая в глаза снизу вверх. Наслаждаться прикосновениями любимого человека после долгой разлуки, слышать его голос и чувствовать ответную нежность — то самое, чего так не хватало Арсению уже очень длительное время. Он прикрывает глаза и прислушивается к тому, как Антон водит пальцами по его коже, перебирая своими заметно отросшие и кудрявые волосы гонщика.       Но мужчине приходится посмотреть на этого большого кота, когда он перебирается чуть выше по его телу, заглядывая в лицо актёра своими зелёными глазами, от взглядов которых Арса порой бросает в дрожь.       На часы приходит уведомление с телефона, но Шастун безразличен и игнорирует вибрацию на своём запястье, с обожанием начиная поглаживать стройные бока Арсения.       Чуть приподнимаясь на руках, подползает ближе и ложится ему на плечо, заглядывая в глаза снизу вверх.       — Можно мы никуда не будем вылазить весь день?       Гонщик накрывает щеку голубоглазого, чтобы погладить и любуется одновременно его красотой. Даже не так… Шаст искренне рад, что такое потрясающее чудо выбрало именно его и теперь так беззаботно переплетая ноги под одеялом, они вместе.       — Я и так никуда не планировал выходить. — отвечает с тихим фырчанием, а сам ластится к его руке, что касается щеки.       Руки Антона со слегка загрубевшей кожей, но касания от этого не становятся менее нежными. Арсу это даже наоборот безумно нравится — чувствовать, как грубые руки дарят ласку.       — Ты такой красивый… В курсе, да? — большой палец проходится по тёмному кругу под глазом. Бедный, не выспался из-за беспринципного кота, но всё равно самый прекрасный и ещё более любимый.       На последние слова Шастуна актёр приподнимает бровь и коротко усмехается: — Ага. С тёмными кругами, растрёпанный и в растянутых домашних вещах? — спрашивает, но не сдерживает улыбку. — Илья говорил мне, что ты залипаешь на моделей, а не на домовых.       Под конец начинает смеяться, обнимая только крепче Антона, и целует его в кончик носа.       — Ага, с подиума прямо ко мне в кровать. Мечты сбываются. — Шастун и сам улыбается, коротко, пока замирает взглядом на губах Арсения, а пальцами ласкает мягкую кожу лица, постепенно спускаясь к шее, которую накрывает тёплой ладонью.       Попов и правда один из видов домовых, но от этого становится как-то особенно спокойно. Нет напыщенности, нет людей, перед которыми нужно её показывать, а есть доверие и желание исчерпать скучания друг по другу, прямо сейчас в объятиях друг друга.       Арсений гладит по спине, пока оба греются под одеялом, и косится в сторону шороха около двери. Люк, кажется, требует к себе внимание хозяина, который то и делает с момента приезда, что тискает не его, а Арса.       Шастун глаза прикрывает в наслаждении, когда его крепче сжимают и есть возможность утонуть в любви и тепле. Слабо улыбаясь уголками губ, согревается от приятного чувства нужности, а после приоткрывает немного глаза, услышав горланистого кота, руку к которому лениво протягивает с края постели и начинает поглаживать тремя пальцами маленькую, мягкую головку Люка.       — Чё орём, как баба не ёбанная? — строго произносит, привлекая внимание своего питомца, что в миг навострил уши и тут же заткнулся.       Фраза Антона вызывает у актёра приступ тихого смеха, который он глушит в чужом плече, уткнувшись в него лицом. Успокоившись немного, поднимает голову и, взглянув на гонщика, щурится с весёлой улыбкой:       — А может он от того и орёт, что не ёбанный.       А потом начинает чесать Шастуна за ухом, как большого кота. Тёплого и уютного, родного, который своим весом придавливает Арса к постели, а тот вовсе и не против. Зато тактильный голод им хоть немного удаётся утолить.       — Обойдётся, монах. — кот лезет лапами на кровать и уже запрыгивает на неё, что чувствует строгий хозяин и тут же гонит его ладонью по мохнатой жопе с бурчанием «пошёлнах».       — Кстати, у тебя нужно сделать генеральную уборку.— бормочет, когда утыкается в шею мужчины.       — Надо, да, согласен. Только точно не сегодня. — Антон отворачивается от кота с закрытыми глазами, всё также не покидая грудной клетки Арсения и хмыкает. — Утром на встречу со Стасом. Тебе куда-то надо? Вечером свободен? А ещё. Что ты думаешь про переезд?       Слова любимого человека о переезде не вызывают у Попова ступор. Всё-таки он не девица молодая, чтобы от таких предложений впадать в панику. Оба уже достаточно взрослые для спокойного реагирования. Арс даже гладить Шастуна ни на мгновение не перестаёт, хотя немного задумывается.       Он не против. Ведь такой вариант наиболее удобен для них: после работы смогут больше времени проводить вместе, не тратя его на поездки туда-сюда-обратно. И в случае отъездов Антона, шатену не придётся снова мотаться с сумками от себя к Шастуну. И наоборот.       Ладонь голубоглазого актёра с лаской накрывает чужую щеку, заставляя взглянуть на себя, чтобы видеть его эмоции.       — Ты же кормил его уже сегодня?.. — тихо спрашивает, ловя задумчивый взгляд Арсения, вслед которому он даёт развернутый ответ, а это не может не вызвать довольной улыбки.       — Знаешь, а я согласен. — отвечает с довольной улыбкой, взглядом блуждая по Антонову лицу. — Но при условии, что ты мне поможешь завтра собрать всё нужное.       По телу неторопливо проходит волна жара от мысли, что они будут просыпаться всегда вместе, обедать и ездить по делам не раздельно… Словно помешанный мальчишка, но быстро унимает искрящуюся радость.       — Что тебе нужно перевозить? В багажник и салон залезет или нужно вызывать грузовую? — перехватывает одну из ладоней Арса и подносит к лицу. Мягко целует костяшки, пухлыми губами накрывает кожу, да сдерживается, чтобы не укусить.       Попов снова ненадолго задумывается и при этом наблюдает, как губы мужчины касаются его руки. Изнутри топит волна нежности, а потом приходит мысль: пару месяцев назад он и подумать не мог, что хмурый гонщик и его соперник номер один когда-то будет лежать с ним в одной постели и проявлять ласку.       — Думаю, поместится… Оставлю всю технику и мебель там. Квартиру ведь можно сдавать, чтобы не простаивала и не копила пыль.       Шастун большим пальцем гладит сухую ладошку актёра и слушает, глядя при этом прямо в глаза напротив.       — Так утром тебе куда-то надо? Я подвезу, потом уеду до обеда по делам. И не дай бог я позвоню тебе и снова услышу, что ты вне зоны доступа сети или телефон абонента у него снова в жопе. — сжимает его запястье с игривой угрозой и хмурится, что уже не совсем похоже на шутку… Или все же.?       — Мне с утра в театр нужно, и к вечеру буду уже свободен. — отвечает наконец.       Арсений делает наигранно обиженный вид, услышав про телефон. Злиться или обижаться всерьёз на такого заботливого и милого Антона невозможно. И Арс даже не пытается. Он чувствует, как чужие пальцы сжимаются на его тонком запястье, без особых проблем кольцом обвивая его, и хмыкает:       — Ты мне до конца жизни это припоминать будешь? И ничего он не был в жопе…       — Пока не научишься брать с собой зарядку. Ещё один проёб и я примотаю к тебе повербанк скотчем. — с прищуром фырчит.       Арс замолкает ненадолго, рассматривая Антона, а потом наклоняет к нему голову и кусает за кончик носа, нагло хлопнув по заднице.       — Всё, потискались и пора кушать. Ты голодный, наверное?       — Ты что-то приготовил? — любопытно интересуется гонщик, ведь и правда хочет сытно, вкусно поесть, потому уже тащит за собой податливое тело в сторону кухни, прихватив с сушилки домашние шорты и надевает их ловко прямо на ходу.       — Ещё вчера приготовил. — бормочет Попов, и вслед за Антоном выбирается из постели.       Он смеётся негромко через плечо наблюдает как Шастун, которого он чуть обогнал, на ходу одевает шорты, и думает, что сам бы умудрился свалиться и набить себе шишак.       Антон врубает свет в комнате под ропот лап Люка по полу под столом.       Кот забирается на диванчик у стола и снова просится на руки, и в этот раз не остаётся без внимания, уже развалившись на широком плече хозяина одной чёрной, пушистой лужей с громким мурчанием, будто у них в доме поселился домашний трактор.       Голубоглазый мужчина сразу из холодильника достаёт противень с мясом и овощами, начиная порционно разогревать всё, пока за столом гонщик доставляет удовольствие коту своими длинными пальцами так, что это животное уже мурчит как трактор в поле. Арс ещё с детства помнит этот звук и может уверенно заявить — Люк способен озвучивать тракторы в мультфильмах.       Гонщик усаживается за стол, но боком, так, чтобы кошачья шерсть вдруг не попала на место для обеда.       Осматривает спину Арсения, пока тот возится с едой, продолжает безустанно гладить своего друга по спине и хвосту.       — Не хочешь как-нибудь сходить в театр?..       — В театр? С тобой? — переспрашивает, обернувшись к Шастуну, а перед этим щёлкнув кнопкой электрического чайника, включая тот. — Я не против… Будет интересно увидеть, как ты разбираешься в постановках. — добавляет с улыбкой, и щурится.       — В театр, со мной. — твердит вслед, а кот слазит с плеча и оказывается на коленях мягкими лапами. Антон не успевает и глазом моргнуть, как Арс сменяет решение от передачи приборов до «вымой руки». Спортсмен уходит в ванную, где тщательно промывает кисти рук и запястья от шерсти животного. А по возвращении наблюдает любезничества между парнями.       Арсений подогретые порции ставит на стол и уже протягивает Шастуну приборы, как резко отдёргивает руку назад и качает головой:       — Сначала вымой руки. Ты гладил кота. А ты чего, кстати, так смотришь, м? Ладно… Иди сюда. — вздыхает и оставляет в миске кота немного приготовленного с вечера мяса. — И только попробуй морду начать воротить. Больше вообще кормить не буду!       Люк обмотал пышным хвостом икру актёра в знак обожания, пока тот стоял рядом, возле миски.       Он с большим желанием поедал приготовленное мясо, тщательно прожёвывая. Привычка досталась от хозяина, ведь кот часто наблюдает за Антоном, так что порой перенимает его повадки и проецирует на меня в кошачьей манере.       Мужчина глядит на Люка не мне строго, чем на Шастуна пару мгновений назад, а потом оборачивается к Антону, успевая перехватить его и оставить поцелуй на щеке прежде чем тот сядет за стол.       — В твоём театре что-нибудь намечается в ближайшее время? — перед тем как приступить к еде, вопрошает, да приборы подбирает со стола, а после принимается уже за запечённое мясо. Порой запивает его чаем, горячо обволакивающим гортань и под грудной клеткой. Надрезает кусочек и в рот, буквально чувствует, как тот тает. Арсений — настоящая хозяюшка.       С кружкой горячего тоже чая — зелёного, как и у Антона — шатен присаживается за стол. Несколько мгновений он наблюдает за мужчиной, оценивая по выражению лица, вкусно ли, и лишь после этого принимается обедать сам. Рука подпирает голову в районе виска, пока Арсений вспоминает, какие спектакли будут идти в их театре в ближайшее время.       — Хм. — обхватывая зубчики вилки губами, актёр начинает мычать что-то неопределённое, сопоставляя их графики и графики постановок, а потом вдруг улыбается. Убирая от губ прибор, голубоглазый глядит на Антона. — Слушай, у нас через три недели премьера нового спектакля. Интерпретация пьесы Горького «На дне». Если хочешь, достану билеты.       Кусочек за кусочком, хлебушек в прикуску, чайком запить. Не обед, а сказка, в которой по факту уже живёт Шастун и неимоверно радуется этому без лишних слов. — «Что лучше: истина или сострадание? Что нужнее?». — скорее по наитию произносит, слегка позабыв то, с какой интонацией им зачитввала пьесу учительница по литературе в 11 классе. Максима Горького он любит, как и его конфликты в творчестве, потом продолжает: Это картина, где показано, что, опираясь только на свои силы, человек может выбраться со «дна»: «Человек все может… лишь бы захотел», но таких сильных характеров, стремящихся «на волю», в пьесе нет? — после затыкает себя последним лакомым кусочком сочного мяса.       Арс кивает положительно, замечая в уголке губ Антона немного соуса, Попов тянется к нему через стол. Вытирает большим пальцем и отправляет его в рот, слизывая кончиком языка, а потом бормочет: «Фто?» на взгляд зелёных глаз. Антон в непонимании чуть хмурится, когда Арсений без проблеска брезгливости стирает с губ Шастуна пятно чего-то и отправляет себе в рот. Антон чувствует что-то необъяснимо приятное от такого простого действия и неловко улыбается уголками губ. Но из-за испуга Попова спина мужчины резко выпрямляется: Ты чего?.. — слетает с губ, а глаза становятся шире в растерянности. Всему виной кошара, что с вопросами в глазах смотрит на Арсения, замерев. Ведь где-то под столом о ноги актёра начинает тереться Люк, который решает ещё и зубы почесать о щиколотку актёра. Своими неожиданными потираниями и царапающими прикосновениями зубов он заставляет Арсения испуганно вздрогнуть, резко отодвигаясь от стола. Сердце учащает биение и мужчина ладонь на грудную клетку кладёт, взглянув на кота с искренним возмущением.       — Люк, коврик ты ходячий! Так до смерти довести можно! — Попов поднимает глаза к Антону, начиная уже ему жаловаться. — Кажется, твой кот меня не любит…       — Ты за эти несколько дней не смог привыкнуть к нему? — не без удивления спрашивает Антон, а затем допивает свой чай и относит посуду к раковине, где включает воду и приступает к мытью, особо не торопясь, чтобы подловить посуду от Арсения.       Ещё один взгляд, в котором явственно читается осуждение, летит в сторону Люка, что забирается на место поднявшегося из-за стола Антона. Голубоглазый доедает неспешно, тихонько угукая.       — Чтобы он кого-то невзлюбил — надо очень постараться. По характеру мы особенно похожи, мне многие знакомые об этом говорят, да и сам замечал…       — Первые пару дней у нас нормально всё было, это потом он начал беситься. — отвечает, вставая, чтобы оставить посуду в раковине.       Шастун, занимающийся обычными повседневными делами дома, то, чего не многие могут удостоиться увидеть. Арс слегка улыбается, наблюдая какое-то время за ним, а после обнимает со спины. Прижимается к своему мужчине и руками обвивает поперёк живота, щекой потираясь о лопатку с тихим выдохом.       — Ты не ругался на него? — занятый промыванием посуды чуть приподнимает локти, позволяя себя обнять.       — Ругался… Когда споткнулся об него и чуть не разбил лицо о косяк. — бормочет ответ на первый заданный вопрос.       Так уютно, на самом деле. За окном холодная осень, а у них есть собственный тёплый мирок, где только они вдвоём, не считая кота. Попов в порыве чувств целует шейные позвонки гонщика, прижимаясь горячими губами к ним, и немного отстраняется.       Тёплые вздохи у шеи вызывают табун мурашек. Не привыкший к настолько искренней близости спортсмен на мгновение перестаёт верить, что это происходит с ним всерьёз.       Внезапно вспоминаются слова Сергея о том, что Арсений когда-то потерпел потерю, то как он много лет справлялся с болью и осмелился дать самому себе второй шанс, а теперь стоит за массивной спиной гонщика, пока тот хозяйственно просушивает тарелки и ставит в шкафчик, затем сушит свои руки и разворачивается осторожно, с внезапным приступом «оградить, защитить, поддержать».       На лице актёра остаются короткие, уверенные поцелуи от Антона, что приобняв мужчину за шею, прижимал к себе голубоглазое безумие.       Арсений оказывается в кольце крепких рук и жмурится, как сытый кот, из-за лёгких поцелуев, которыми Антон покрывает его лицо. Обнимает его за талию снова и прижимается настолько близко, что пространства меж телами не остаётся.       — Какие у тебя планы на ближайшее время вообще?       — Постараться встретиться с Димой до нового года. Кстати, надо бы ему написать, может быть созвонимся и обсудим. Что ещё? Работа. Пока по Подмосковью, не хочу заебаться перед праздниками. — волосы чёрного цвета ненавязчивым движением убирает со лба и целует даже туда, но останавливается. В моменте чувствует на губах тепло тела, а из объятий передаёт своё. — Ещё мне надо как-то распиарить музей имени Антона Шастуна… Стас просил, говорит, «нужно бабки поднимать». А как именно, не объяснил.       — А давай Диме сейчас позвонишь? Он спрашивал о тебе.       Арс отстраняется немного и оставляет на чужих губах быстрый поцелуй, после чего тянет Шастуна в зал. Следом бежит любопытный Люк, который тут же занимает место около Антона трётся о его бедро и бок, вызывая фырчание со стороны Арсения.       — Я сейчас… Телефон заберу из комнаты. — произносит, пока Антон копается в своём мобильном.       Приходится расстаться с нежностями, пройти в зал, где Антон заваливается лениво после трапеза на диван и достаёт телефон, ища переписку с Позовым. Пишет ему с просьбами о созвоне, и о, как удачно, Дима отвечает сразу и согласием.       За несколько дней в этой квартире, Попов успел изучить каждую щелочку тут, и сейчас без проблем ориентируется в чужом доме, где и сам будет жить вскоре. Но вот с поиском мобильного выходит немного сложнее. В спальне его нигде нет. Арсений даже под подушками и кроватью проверяет, а потом — полки в шкафу, подумав, что оставил там, когда брал вещи.       Звонок раздаётся бесшумно, ведь Шастун сразу же поднимает трубку, точнее, включает видеозвонок и устраивается на диване удобнее.       — Здаров, Шаст! — в экране Айфона появляется лысая голова и вскинутая ладонь в знак приветствия. Гонщик стоматологу отвечает тем же жестом и между ними тут же завязывается активный диалог. Дима высказывает свои впечатления от гонки, что вызывает на лице Антона лёгкую улыбку. Мужчина твердит слова благодарности. Ему правда становится приятно и просто тот факт, что Дима не забыл.       С лёгкой паникой Арсений бредёт обратно в зал, не сразу замечая, что слышит посторонний голос.       — Тош, позвони мне, пожалуйста, я телефон найти не могу. — оказавшись на пороге в зал, Попов притормаживает, понимая, что гонщик уже болтает с Димой, и судя по всему по видеосвязи. Они делятся каждый своими ситуациями из жизни, но Андреевич умалчивает о том самом. Не надо никому знать подобное… Мало ли что. Паранойя до сих пор присутствует. Но тут же улетучивается, как только голубоглазый запрыгивает на диван, внедряясь ясным солнцем в кадр.       Поз сразу же широко улыбается, в том числе и от удивления, спрашивает безмолвно взглядом, что у Шастуна забыл Попов и сразу получает вполне адекватный ответ.       Он прикусывает язык и виновато смотрит на Антона, думая, что помешал, и уже собирается выйти обратно на поиски мобильного, но его останавливает голос Позова: — Это кто там у тебя? Арсений, что ли?       И актёру ничего другого не остаётся, кроме как плюхнуться рядом с Антоном, постаравшись не придавить кота, и улыбнуться в камеру. На экране Димка тоже выглядит так, словно рад его видеть.       — А я тут… за котом приехал присмотреть, пока Антона не было. — придумывает первым делом отмазу раньше, чем Позов задаёт какой-либо вопрос, и смотрит на Антона несколько секунд. — Шаст решил вернуться раньше и не предупредил об этом.       — Да, я смотрю, совсем сдружились с последней встречи. — с неоднозначной усмешкой подшучивает стоматолог, а после ставит телефон на опору, на столе.       — Ну, у нас было время помириться. — отвечает мужчина с лёгкой неуверенностью, снова бросая взгляд на Антона, рядом с которым сидит вплотную. — Правда, мы какое-то время не общались, вернувшись сюда… А потом всё разрулили.       — Как у тебя дела Арсений? Кстати, не хотите сходить мяч погонять? Я планирую собрать всех своих хороших знакомых и арендовать целый стадион под куполом. Тусовка, так сказать. Вы приглашены и отказы не принимаются. Будет алкоголь, новые знакомства и самое главное!.. Мы наконец нормально повидаемся. — врач даже палец указательный поднимает, говоря как самый воспитанный учитель, внимания к ребятам со всем трепетом к сказанному.       Шаст лишь осматривает профиль Арсения, пока он тоже с вопросами в глазах не оборачивается. Но резко обращается вновь к собеседнику по ту сторону экрана: А какого числа ориентировочно?       — Думаю, где-то в тридцатых числах октября.       — Хорошо. Я буду. — если вдруг кто-то решит его выдернуть по работе, то обязательно пойдёт нахер, потому что такие редкие встречи Антон ценит. Дима — отличный друг и всегда был на проводе, у них даже за время общения шутки свои появились…       Попов задумывается над предложением Димы, хотя не может о себе сказать, что он заядлый болельщик или игрок. Пока все его друзья в подростковом возрасте гоняли мяч, сам Арсений засиживался в школьной театральной студии вместе с её руководителем — учительницей литературы Еленой Тагировной, и помогал придумывать спектакли для праздников.       А с другой стороны, это хорошая возможность увидеться и приятно провести время. И с вопросом во взгляде Арс оборачивается к Антону, очень быстро давшему своё согласие.       Шатену же остаётся лишь согласиться следом. Тем более это будет через несколько дней после премьеры, когда немного напряжённые дни уже либо пройдут, либо будут подходить к концу.       — Если вы будете готовы потерпеть в команде кривоногого меня, то я очень даже «за», — отвечает с тихим смехом, по очереди посмотрев то на Антона, то на Диму. — Хотя я бы предпочёл просто понаблюдать, потому что последний раз играл лет двадцать пять назад…       На отговорки Арса Дима фырчит, да отмахивается только. А потом Арса взгляд мечется в сторону подушек на противоположном конце дивана и Арс подслеповато щурится, но тут же начинает улыбаться.       — Ты выглядишь так, словно внезапно увидел миллион долларов. — комментирует Позов, но Арсений не отвечает.       Арсений переваливается через гонщика и заставляет тяжело выдохнуть, когда телефон чуть не улетает из рук, просто потому что Антону ни черта теперь не видно, зато появился отличный обзор на голую поясницу его мужчины, которую он накрывает спавшей футболкой, даже не задумываясь.       Он через Антона, практически распластавшись поперёк его живота, тянется к подушкам. Но задетый кончиками пальцев телефон, который актёр так долго искал, ещё глубже продвигается, и Арсению приходится совсем уж улечься на Шастуна, чтобы дотянуться. Он то ли на животе, то ли пахе Антона оказался, но сейчас на это плевать.       Главное, что телефон наконец оказывается плотно зажатым в ладони, а вот чужая ощущается на оголившейся пояснице — футболка немного задралась. И рука Шаста приятно греет кожу своим теплом, из-за чего Арсению с трудом приходится заставить себя вернуться в нормальное положение.       Касается кончиками пальцев нежной кожи и замирает взглядом на тёмном затылке в ожидании. Постыдился бы хоть, Арсений… Оголяется тут перед разведёнными мужчиной и будущим мужем. Но честно, захотелось прямо сейчас нагнуть Попова, отключившись от видеозвонка. Антон умело сдерживает порыв и помогает его подняться, касаясь сквозь футболку подтянутого живота.       — А у вас, я смотрю, рамки личного пространства вообще стёрлись? — интересуется Позов, очевидно сдерживая смех и улыбку, а вот губы всё равно норовят растянуться в довольной лыбе.       Замечание от стоматолога заставляют Антона заткнуться, перевести взгляд вникуда и поджать губы от неловкости. Оправдания оставляет на Арсении, он же актёр, пускай выкручивается, тем более сам тут устроил репетицию поз для эротичной фотосессии.       Шастун мастерски сливается с помощи в объяснениях, чем заслуживает от Арсения укоризненный взгляд. Попов даже чуть отодвигается от Антона, оставляя между ними свободное пространство, и пожимает плечами:       — Нам в Токио приходилось спать в одной кровати, потому что чья-то команда проебалась с местами. — произносит чуть не прямым текстом намёк в адрес Шастуна. — Поэтому у нас после такого вообще никаких личных границ. Особенно учитывая, что я во сне постоянно обнимаюсь… А, ой…       Попов, осознав, что сболтнул лишнего, под хитрый взгляд Димы бьёт себя по губам, чем и вызывает у товарища приступ смеха. Шастун рядом сидит с видом «Ой, дурак палишь по-крупному», и Арс предпочитает вообще слиться.       — У меня там это… сценарий не читанный. Пойду учить, да, — мужчина вместе с телефоном чуть ли не сбегает в кухню, оставляя Антона и Диму.       Последнее, что кидает в затылок Арсению Антон это немое «вот скотина» и тут же мужчина возвращается к Диме.       — Вы же мутите, да?