Жители сказочного королевства

— А помните, Министр, ту женщину — ту странную женщину, которая хотела выдать свою дочь замуж за моего сына? — спросил правитель ближе к полудню, когда основные утренние дела были завершены. — Разве этого хотела не каждая вторая? — с улыбкой уточнил Министр. — Да, вы правы, — улыбнулся и правитель. — Но той, о которой я говорю, было все равно, какую из дочерей отдать в жены сыну главы страны. А оставшуюся она собиралась выдать за меня. — А, вы говорите о жене тогдашнего заведующего департаментом лесного хозяйства! — припомнил Министр. — Именно о ней. Как давно это было! — Правитель ностальгически посмотрел в забитый лепниной угол потолка. — Я приказал пригласить ее сегодня для аудиенции. — Для чего? — искренне изумился Министр. — То есть я, конечно, не имею права спрашивать… — Вы уже спросили, дорогой Министр. Но я вам не отвечу… хотя бы потому, что слышу за дверью ее шаги. Отлично, значит, она жива и вполне дееспособна. Вошедшая вслед за тут же испарившимся секретарем дама безусловно знавала лучшие времена — примерно полвека назад. Части ее, казалось, были наспех скреплены клеем, покрашены и расписаны с целью яркостью красок отвлечь внимание от потрепанного каркаса. Было в ней мимолетное сходство с правителем — мысль об этом Министр тут же тренированно выбросил из головы. — Рад видеть вас, сударыня, — правитель поднялся из-за стола и прошел навстречу посетительнице, стоявшей в ярком луче солнечного света, что падал меж тяжелых портьер. — Прошло столько дней со дня нашей встречи, но я не забыл о вас. И о вашем желании также. Губы дамы задрожали. — Могу ли я поверить? — почти прошептала она, пожирая правителя взглядом. Министру померещилось, что в этом взгляде была и искра кокетства. — Вы помнили меня? Какое неожиданное и огромное счастье! — Да-да. И я готов сделать больше — не спрашивайте, почему. Союзу наших детей в свое время помешали непредвиденные обстоятельства в лице вашей падчерицы. Но, помнится, вы предлагали и другой союз? На днях я задумался о семье, ее важности для общества и процветания государства. Как вы сегодня смотрите на возможность брака вашей дочери с взрослым, обеспеченным и влиятельным мужчиной? Солнечный луч придавал щеке правителя удивительный грязно-болотный оттенок. За ухом виднелось влажное темное пятно. На глазах дамы заблестели слезы. — Господин правитель! — ее голос срывался. — Какая честь! Я не верю своим ушам… я не могла и рассчитывать, не могла уже и мечтать! Какое счастье, какое невероятное счастье! Когда дама — с немалым трудом — была выставлена из аудиенц-зала, правитель устало опустился в кресло и нажал кнопку селекторной связи. — Андре, — попросил он, — будьте добры передать начальнику службы безопасности данные вышедшей отсюда дамы, и, пожалуй, пусть действует согласно приказу 10/22. — Простите, но неужели вы действительно видите необходимость в столь крайних мерах? — вмешался до сих пор молчавший Министр. — Она, конечно, в некотором роде фанатичка, но отнюдь не экстремистка. — Но пользы от нее не больше, — махнул рукой правитель. — Однако объясните мне, Министр, — она в самом деле готова отдать за меня свою дочь? Мне-то хотелось понаблюдать, как она будет выкручиваться, отказываясь от этой сомнительной чести. Такой реакции я, признаюсь, не ожидал. — То есть, ей в любом случае предназначался 10/22? — почтительно улыбнулся Министр. — Что касается вашего вопроса, я думаю, сияние власти способно затмить все — даже некоторый недостаток жизни. — Да? — правитель нахмурился. — Я не всегда понимаю людей, — произнес он доверительно. — Но это никогда не мешало мне управлять ими. Странно, не правда ли? — Не очень, — пробормотал Министр про себя.