Мальчики не плачут

Лёша гомофоб. Он просто не мог не кривить губы, когда видел отточенный профиль Сабурова, который сидел на соседнем ряду в классе. Отвращение не уходило ни на секунду, заставляя Щербакова отводить взгляд куда угодно, только бы не смотреть на него. Но присутствие Нурлана ощущалось практически кожей. Если раньше Лёша мог просто забывать про существование старосты класса, то сейчас это было почти невозможно. Неделю назад Андрюха, его друг, решил взломать странички их одноклассников вконтакте. Щербаков не мог пропустить такое событие, поэтому с интересом решил «помочь» другу. Для Шевченко это не было проблемой, поэтому за один вечер они проверили все страницы, пытаясь найти что-то интересное. У Юльки Архиповой нашли переписку со взрослым мужиком, который, судя по всему, ещё и женат. Пошлые сообщения, вызывали дикое отвращение, и Лёша понимал, что не зря называл её шлюхой. Аня, главная красотка класса, после Ленки, конечно, оказывается встречается со старостой параллельного класса, который уже в отношениях с Викой. Так проходил весь вечер. Андрей взламывал страницы, а Лёша обыскивал их, находя все самые интересные подробности. Вскоре школьные страсти успели надоесть Щербакову, что не скажешь о Шевченко, который не отрывался от компьютера ни на секунду. — Давай к Сабурову зайдем, — с энтузиазмом сказал Андрей, сразу же приступая к делу. Лёша, который лежал на его кровати, только громко фыркнул. Перекатился на живот и уткнулся носом в мягкое покрывало. — Да, что у этого чудилы будет? Переписка с мамой и беседа «Ботаники Москвы»? — А может он у нас отличник, потому что отлизывает Елизавете Николаевне, — хрюкнул Андрей. Щербаков скривился и бросил в друга подушку, которая отлетела от него на пол. — Фу блять, — Лёша сел на кровати, чтобы заглянуть Шевченко за плечо, уставившись в экран компьютера, — Нурик слишком святой. Сто процентов девственник. Андрей пожал плечами, увлечённо нажимая на клавиши клавиатуры. Финальный громкий стук по кнопке и брюнет, с довольной улыбкой поворачивается к Лёше, махнув головой на экран. — Вуаля. Щербаков закатывает глаза и подвигается ближе к компьютеру. Выхватывает мышь из руки Андрея и сразу же переходит в сообщения на странице Нурлана. Быстро просматривает диалоги и хмыкает. Беседы класса, недавний диалог с Мишей Селивановым. Скидывал ему домашку по истории. — Ниче интересного, — лениво протянул Щербаков, уже собираясь закрыть страницу, но Андрей не позволил. Перехватил мышку и стал крутить колёсико, опускаясь в старые диалоги. Лёха решил, что ничего интересного там не будет, поэтому снова развалился на постели друга, блаженной прикрыв глаза. Спать хотелось жутко. — Лёх… — неожиданно раздался ошарашенный голос Андрея. Щербаков поморщился, недовольно взглянув на друга. — Да что? Андрей, кажется, даже побледнел. Парень молча встал с компьютерного кресла, отходя в сторону, чтобы освободить место Щербакову. Лёша вопросительно покосился на друга, не понимая, что там такого может быть. Сел на кресло и уставился в экран, где был открыт какой-то диалог. Щербаков внимательно пробежал взглядом по сообщениям и застыл. Глаза широко распахнулись, а губы сильно скривилась. В открытой переписке были неоднозначные сообщения с каким-то парнем, судя по всему с другой школы. Только дебил бы не смог уловить, что переписка была явно не дружеская. Щербаков листал диалог, просматривая сообщения, пока не наткнулся на последние. «Я думаю нам нужно расстаться». — Пидор, — невесело хмыкнул Лёша, покачивая головой. Андрей не мог не поделиться такой новостью с остальными пацанами класса. Естественно все отреагировали по разному. Кто-то не сдерживался в выражениях, называя Сабурова «пидором», кто-то просто не поверил. Позже об этом прослушали и девочки, а после и другие классы. Третью неделю школа только и говорила о том, что в одиннадцатом «в» учится гей. И никто иной, как Нурлан Сабуров. Отличник, спортсмен, да и в принципе неплохой пацан, пусть даже и не очень разговорчивый. Сабуров же молча принимал все оскорбления, бросая равнодушные взгляды на людей, которые пытались его подколоть или задеть. Он абсолютно никак не реагировал на острые слова, предпочитая поджимать губы и уходить. Можно было позавидовать его холодному равнодушию. Его лицо никак не менялось, даже когда он проходил по коридору и слышал, как все перешептываются и выкрикивают в спину «пидор». Нурлану всё равно. Это раздражало. Так сильно, что Щербаков сам не понимал, почему ему это не нравится. Каждый раз, когда Сабуров сидел рядом или даже просто проходил мимо с каменным лицом, он не мог не думать о том, что их староста гей. Это было такой неожиданной новостью, что если бы он не видел переписку своими глазами, назвал человека, который ему это поведал конченым. Но Сабуров гей и это факт. И этот факт вызывал табун негативных эмоций, которые он пытался подавлять, но никак не мог. А ведь они раньше играли в одной баскетбольной команде, пока в восьмом классе Щербаков не забросил играть. Мерзко. И сейчас, когда Щербаков опять косо смотрит на равнодушное лицо Нурлана, который не спеша пишет что-то в тетради, не смотря на то, что сейчас перемена, не обращая внимание на гул в классе, хочется врезать ему по морде. — Лёх, ты щас его испепелишь взглядом, — хохотнул Влад, хлопая блондина по плечу. Щербаков развернулся спиной к Нурлану, чтобы не мозолить себе глаза. Громко втянул воздух через нос и качнул головой. — Он меня бесит, — поделился Лёша, на что друзья согласно закивали. — Ходит со своей мордой высокомерной, а после школы небось его мужики еб… — Блять, Андрей, меня щас вырвет, — перебил его Влад, демонстративно скривив лицо. Поправил рукой высокую чёлку и задумчиво покосился на парту Сабурова. — Но ты прав. Морда у него и правда самодовольная. Смотрит на всех взглядом, будто мы говно. Он всегда таким был? Мне кажется раньше он был более… Нормальным? Щербаков кивнул, соглашаясь со своими друзьями. — Староста, блять, — выругался Андрей, усаживаясь на свою парту, которая была перед Щербаковым и Владом Костенко. — Почему он именно в нашем классе? Зазвучал противный звонок, который заставил Щёрбакова скривить лицо. И без него голова болит. Со звонком в класс вошла высокая женщина средних лет, тихо прикрыв за собой дверь. Обвела притихший класс строгим, острым взглядом, держа в руках журнал. В кабинете воцарилась гробовая тишина, все, как по щелчку, дружно замерли. Анастасия Геннадьевна — новый учитель математики, который уже успел стать самым грозным преподавателем в школе, из-за чего, даже самые бойкие ученики притихали. Темноволосая женщина прошла к своему столу, громко стуча каблуками. Села на стул и наконец-то подала голос: — Здравствуйте, — голос был под стать её внешнему виду — сухой и почти без эмоций. — Урок начнём с проверки домашнего задания. Щербаков громко сглотнул слюну, поворачиваясь голову к Владу, который в ответ смотрел на него таким же растерянным взглядом. Домашку? Лёха точно помнил, что домашнего задания на сегодня не было. Не то, чтобы он следил за всеми уроками и отличался хорошей успеваемостью, но математику он в любом случае списал бы перед уроком. Пробежался взглядом по классу и не увидел ни у кого недовольного лица или хотя бы лёгкого страха, что вызовут именно его. — Но нам разве задавали? — на свой страх и риск пискнул Андрей, задирая при этом руку вверх. Щербаков мысленно обругал своего друга, который не понимал в какой момент нужно закрыть рот. Все в классе уставились на растерянного Шевченко, который уже успел пожалеть, что подал голос. — Во вторник я приходила к вам на последний урок и сказала домашнее задание. Щербаков медленно закрыл глаза, опуская голову на парту. Они свалили на последнем уроке. — Сабуров, ты выполнил домашнее задание? — Да, — кратко ответил Нурлан, поднимаясь с места. Он был высок, даже очень. Возвышался над Лёшей на добрые десять сантиметров, хотя Щербаков сам был не маленького роста. Сабуров неплохо вымахал с восьмого класса, став самым высоким в классе. Стройная фигура Нурлана почти грациозно скользнула к учительскому столу, не обращая внимания на презрительные взгляды одноклассников. Протянул учительнице тетрадь и уставился пустым взглядом в стену. Женщина положила её перед собой на стол и внимательно читала, что там написано, чуть прищурив глаза. Спустя три минуты довольно хмыкнула и одобряюще кивнула. — Отлично. Несмотря на то, что Сабурова не было во вторник, задание у него есть. Тем более он староста, Шевченко, мог спросить задание у него. Два. Лёша скривился, встречаясь с таким же недовольным взглядом Андрея, который буквально пылал злостью, явно обвиняя Нурлана в своей оценке. Вот, что так увлечённо писал Нурлан на перемене. Отличник переписывал домашнее задание по математике. Сам азиат никак не отреагировал на слова учителя, молча забрал свою тетрадь и пошёл на своё место. Но тут произошло, то, что правда заставило Щербакова удивиться. Нурлан вдруг повернул голову в сторону их парт, в момент когда собирался сесть на своё место. Чёрные глаза медленно скользнули к Шевченко и впились внимательным взглядом. Тонкие губы азиата еле заметно растянулась в ухмылку, встречаясь с злым взглядом Андрея. — Убью падлу, — прошипел Шевченко, сжимая кулаки. Даже собрался прямо сейчас встать с места, наплевав на всё. — Успокойся, — остановил его Влад, аккуратно придерживая плечо друга, — Урок идёт, дебил. — Ты видел блять? — возмущённо шептал Андрей, искренне не понимая почему его не пускают. — Мы разберёмся с ним. Потом. — пытался утихомирить друга Влад, бросая на Лёху умоляющие взгляды. — Даже не смей что-то делать с ним при этой грымзе. Костенко кивнул на Анастасию Геннадьевну, которая проверяла тетрадь Ленки. Девушка легко улыбалась, наверняка уже успела списать. — Да мне похуй на неё, — отмахнулся Андрей. Щербаков нахмурился, отводя взгляд от Нурлана. — Это его тётя. Этот слух гуляет по школе уже неделю. Кто его пустил никто не знал, но почему-то Лёша был уверен, что эта правда. И пришла она сюда не просто так. Пока Влад пытался успокоить Андрея, Щербаков повернул голову на соседний ряд, где на последней парте сидел Сабуров. Брюнет все ещё слегка улыбался, что-то шкарябая в блокноте.