Зачем (не) нужен брак?

Входя в ресторан, Ремус всё ещё пытался усмирить гнев. Ни к чему являться к этим акулам в таком состоянии. Сожрут и не подавятся. А отцу необходима его помощь. Только так он сможет убедить премьер-министра в необходимости нового законопроекта, лелеемого в душе Лайелла Люпина все эти годы. Милая официантка на входе предложила проводить его к столику. Даже не спросила, кто его ждёт. Ремус шёл по просторному залу, убранному в сливочных тонах, и понимал почему: кажется, весь ресторан выкупили для одной встречи. Мажоры. – Сынок! – Лайелл поднялся навстречу и, пожав ему руку, слегка похлопал по предплечью. Отец волновался, выглядел осунувшимся и немного несчастным. – Папа, – поздоровался Ремус, взяв себя в руки и натянуто улыбнувшись. Двое мужчин, доселе сидевшие напротив Лайелла, тоже поднялись для приветствия. Девушка, сидящая с другого края стола, осталась неподвижной. – Мистер Люпин, – обратился к нему старший из мужчин, протягивая руку. – Весьма польщён, Орион Блэк. Орион Блэк был дородным, представительным мужчиной с резкими чертами лица и серыми, излучающими холод глазами. От его улыбки Ремуса передёрнуло, от его сухой руки по телу пробежала дрожь, но он мужественно улыбнулся и пожал протянутую ладонь. Второй мужчина интересовал его больше. – Позвольте представить, – Орион повёл рукой в сторону застёгивающего пиджак молодого человека, – мой сын, Сириус Блэк III. Ремус едва не скривился от столько официозного обращения, но руку Сириусу Блэку пожал. Ладонь молодого человека оказалась куда приятнее, чем у его отца, но Ремус не обратил на это внимания. Он всё ещё был зол на сложившуюся ситуацию. Они сели за стол и Ремус, не глядя, заказал самый большой шоколадный фондан, который могли приготовить на их, наверняка сверкающей шикарностью, кухне. – Не будете обедать? – удивился Сириус Блэк. Его отец метнул на него раздражённый взгляд, но Ремус решил взять за основу поведения не обращать на Ориона Блэка внимания. Им детей не крестить. Хотя это как посмотреть… – Не вижу смысла откладывать то, чего хочу, – ответил Ремус, раскрывая меню и старательно избегая взгляда в глаза Блэка-младшего. – В следующую минуту на нас может упасть астероид, и я так и не получу то, что принесёт удовольствие, потому что ждал десерта после основных блюд. Он не увидел реакции Сириуса Блэка. Его отец снова привлёк к себе внимание. – Уверяю вас, NASA прекрасно осведомлены о своих задачах и никакой астероид в ближайшем будущем на нас не упадёт, – он натянуто рассмеялся, но его никто не поддержал. Ремус захлопнул меню, решив, что аппетита всё равно нет. – Не хочу рисковать. Орион переглянулся с Лайеллом, и сложил руки перед собой на столе, сцепляя их в замок. – Вижу, вы человек практичный, Ремус. Как и говорил о вас отец. Ремус постарался придать лицу нейтральное выражение. В этой ситуации комплименты были как никогда излишни. – Переходим к делу? – едва ли не цокнув, спросил он. Орион подвинул к нему чёрную папку, деликатно лежащую на краю стола. – Это бумаги на подпись, – пояснил он. Сириус достал из внутреннего кармана дорогую перьевую ручку и положил рядом с Ремусом. – Документ о неразглашении и брачный договор. Ремус раскрыл папку и, пробежавшись глазами по согласию о неразглашении, приподнял его двумя пальцами. – Политические браки вполне легальны, – утвердительно произнёс он, указывая глазами на документ. – Вполне, – подала голос милая русоволосая блондинка с планшетом на коленях. – Но результатом этой кампании должен стать образ семейного человека, каких очень любят граждане Великобритании. – Это Марлин МакКинон, – отстранённо кивнул в её сторону Сириус Блэк. – Руководитель моей кампании и моя первая помощница. Ремус усмехнулся. Ну разумеется, руководители, менеджеры, секретари, помощники. Если им удастся хотя бы в брачную ночь остаться наедине, он очень удивится. – А то, что вы выдаёте сына за мужчину, тоже часть пиар-кампании? – Ремус обернулся к Ориону. – Получить голоса не только людей семейных, но и гомосексуалистов? – За кого вы нас принимаете? – встрял Блэк-младший, ощетинившись. Его серые глаза, похожие на отцовские, гневно засверкали. – Я совершил каминг-аут ещё в школе. Он так гордо вздёрнул подбородок, что Ремус не удержался от беззлобного смешка. Его будущий муж оказался немного интересным персонажем. – Очень мило, – он снисходительно улыбнулся ему и вновь повернулся к Ориону. – Итак, условия? – Всё просто. Легальный брак, появления на публике, светские мероприятия, интервью. Договор на пять следующих лет – вы должны понимать, что развод сразу после выборов повлечёт за собой пересуды и испортит репутацию Сириуса. После – вы свободный человек с круглой суммой и недвижимостью в Лондоне. А ваш отец получит нашу поддержку в Палате Общин. Ремус кивнул и чуть наклонился в его сторону. – Я хочу прояснить кое-что, мистер Блэк, – вкрадчиво проговорил он. Как ни странно, весь этот налёт шикарности не пугал Ремуса. Блэки не внушали страх: Орион, определённо, некоторую неприязнь, Сириус – пока тёмная лошадка. – Я согласился не ради денег. Если я узнаю, что вы вставляете моему отцу палки в колёса, я разведусь с вашим сыном быстрее, чем в жёлтой прессе напечатают слово «скандал». Орион Блэк неожиданно улыбнулся и взглянул на своего сына. Сириус не сводил с Люпина глаз. – По рукам. Ремусу нужно было ещё отдать документы своему нотариусу, поэтому подписание они назначили на понедельник. Но играть свои роли необходимо было начинать уже сейчас. Отцы покинули их, сославшись на важные дела. Марлин МакКинон пересела за соседний столик. Ресторан открыли, а Ремусу принесли его фондан. – Я о тебе почти ничего не знаю, – сказал Сириус Блэк, пока Ремус методично поглощал дитя любви мороженого и шоколада. – Хочешь светской беседы? – удивился он. Сириус Блэк не выглядел как некто, обожающий говорить по душам. Скорее знакомиться на одну ночь, трахать где-нибудь в туалете бара и больше никогда не звонить. Он был настоящим плейбоем, чётко следуя определению толкового словаря. Костюм от Армани, дорогие часы, уложенные тёмные волосы, аккуратный маникюр, белозубая улыбка. От его чарующего парфюма Ремус начал задыхаться ещё на подходе к столу, от его пристального взгляда из-под ресниц чувствовал, что встреться они при других обстоятельствах, он уже потерял бы штаны. Шикарное клише. – Предлагаешь молчать и плеваться ядом следующие пять лет? – вскинул чётко очерченные брови Сириус Блэк. Нужно хотя бы в своей голове начать называть его Сириусом. – Насколько я понял, – Ремус отложил вилку, – нам не обязательно общаться где-нибудь, кроме как на публике. При твоей команде… – Моя команда такие же люди, как и все, – очаровательно улыбнулся Блэк. В ресторане появилось несколько пар. – А все продаются. – Не доверяешь им? – подыграл ему Ремус, насмешливо улыбаясь. – Почему же, – Сириус откинулся в кресле и жестом позвал официантку, – доверяю. Но не хочу испытывать судьбу. Девушка принесла счётницу и удалилась, бросая на них заинтересованные взгляды. Вот и первые сплетни. – Что ты хочешь знать? – Ремус вытер губы салфеткой. – Не знаю, – Сириус задумался. – Начнём с простого. – Актив или пассив? – хмыкнул Ремус. Отчего-то ему захотелось, чтобы мажор, из-за которого следующие пять лет жизни ему не принадлежали, почувствовал себя некомфортно. Но он плохо знал Сириуса Блэка. Тот лишь ухмыльнулся, сцепляя, как и его отец, руки на столе. – Кем ты работаешь? Шутки не случилось. – Учителем в школе, – Ремус приветливо улыбнулся официантке, когда та забрала счётницу. – Параллельно заканчиваю докторантуру в Гринвиче и провожу семинары. Сириус, судя по лицу, удивился. Видимо, не ожидал, что его будущий муж всего лишь учитель. Но Ремус привык. Многие удивлялись, когда узнавали, что сыну главы Палаты Общин по нраву учить детей, а не вращаться в политических кругах. Сириус быстро справился с удивлением и улыбнулся вновь. – Актив или пассив? Ауч. Пытался бить его же оружием. – Универсал, – невозмутимо ответил Ремус. Сириус непроизвольно прикусил губу, но улыбка с его непозволительно красивого лица не исчезла. – Отлично. Что преподаёшь? – Литературу. – А в универе на чём специализируешься? – Декаданс. – Стоило догадаться. Ремус фыркнул. Конечно, Сириус должен быть умён. Нельзя быть членом Лондонской ассамблеи и являться полным идиотом. – Что такой как ты может знать о литературе? – попытался задеть его Ремус. Сириус поднялся с кресла и подал руку Ремусу. Крайне церемониально и раздражающе. – Любой, кто живет в пределах своих возможностей, страдает от недостатка воображения*. Оскар Уайльд. Вот чем он решил козырять. Не очень убедительно. В конце концов, большинство образованных геев знали об одном из самых представительных гомосексуалистов английской культуры. Но Ремус не мог не похвалить его порыв, принимая руку и поднимаясь. – Мне достался не совсем тупой мажор, – он сам потянул Сириуса к выходу из ресторана. – Я почти в восторге. Они вышли из помещения, абсурдно держась за руки. Сириус остановился на лестнице и слишком быстро обернулся к нему. – Наградишь поцелуем? – улыбнулся он. Ремус знал этот тон. У его отца всегда возникал такой, когда рядом были папарацци. Сам он, бросив короткий взгляд на улицу, никого подозрительного не заметил, но послушно шагнул ближе. У Сириуса Блэка были приятные мягкие губы и тёплое дыхание. Ремус обнял его за шею, запуская пальцы в волосы, и с неким эстетическим удовольствием отметил, что тёмные локоны на ощупь мягкие. Целовался он так себе, конечно. Твёрдо прижимался к губам Ремуса, не двигаясь. Показательное выступление, не поцелуй. – Какой следующий шаг? – тихо спросил Ремус, стараясь улыбаться. Сириус отступил на шаг и за руку потянул его к машине. Его необычайно мягкие губы улыбались, но глаза были холодны. – В понедельник подпишем договор и дело в шляпе, – пояснил он, открывая перед ним заднюю дверцу чёрной ауди. – С тобой свяжется моя помощница и расскажет о дальнейших действиях, – Марлин МакКинон каким-то образом уже очутилась на пассажирском сиденье рядом с шофером. – Пока что готовься к переезду. Ремус положил ладонь на дверцу, не садясь, но и не позволяя закрыть. Такая постановка вопроса его не очень радовала. – Мы должны съехаться? – нахмурился он. Улыбка едва не сползла с лица Сириуса, но он сдержался и ответил тихо и мягко: – Ты знаешь много пар на пороге свадьбы, которые всё ещё не живут вместе? Ремус поджал губы. Тут ему крыть нечем. Когда в жёлтых газетёнках разлетится новость, что он встречается с сыном премьер-министра Великобритании, членом Лондонской ассамблеи и новым кандидатом в мэры Лондона, за ним станет охотиться каждая газетная шавка. И вряд ли кто-то не выяснит, что он живёт не с Блэком, а в небольшой квартирке на окраине Гринвича. – Туше, – Ремус окинул Сириуса пристальным взглядом. – У тебя хоть есть вторая спальня? – Разумеется, – хмыкнул Сириус, подумав о том же. Сон в одной кровати и секс вовсе не были частью соглашения. Не настолько Ремус готов был помогать своему отцу. – Отвезти тебя домой? Ремус понимал, что за ними следят и, по-хорошему, им лучше сесть в одну машину. Но ему судорожно необходимо было побыть одному. Он согласился ещё месяц назад, всё обдумал, но ещё не смирился. Он покачал головой и, словно извиняясь, погладил Сириуса по щеке. Тот, не задумываясь, быстро чмокнул его чуть ниже губ, скрывая прицел своего поцелуя длинными волосами. – Тогда увидимся, женишок.