Выбраться из-под контроля

Кацуки не глупый, дурацкая похоть никогда бы не сумела затуманить его глаза и ум, он заметил что Изуку не отвечает, не плачет, не сопротивляется, наоборот, он где-то далеко в своих мыслях и, кажись, те настолько его тяготят что ему далеко всё равно на то, что собирается сделать с ним Кацуки. А собирался ли он? Вряд ли. Он ведь не изверг, принуждать человека который уже принадлежит ему. Кацуки хочет сказать что-либо, ему интересны чувства Деку, но он понимает, что слова от него как минимум не поймут или воспримут неправильно, максимум же, напугают ещё сильнее. Пораскинув мозгами буквально пару секунд он решает прибегнуть к самой серьёзной своей атаке. Объятиям. Он прекрасно помнил каким образом они прощались в раннем детстве. До всех этих причуд, до этой привязанности, до этого желания… до этой любви..? Кацуки до сей поры лишь с тёплом вспоминал кудри что щекотали его щёку, руки что крепко-крепко обнимали плечи. Бакуго никогда не обнимал его в ответ, считал это глупостью и девчачьим занятием, всё время видел как девушки разных возрастов прямо-таки бросались в объятия подружки… или дружка… обычно такие друзья которых видел Кацуки в детстве потом гуляли за руку и целовались. Может ли быть такое что Изуку тоже испытывал по отношению к нему что-то подобное? Чушь. Они были ещё слишком маленькими. Впрочем, как бы то ни было и что бы к нему не испытывал Изуку тогда или сейчас, он всё равно заберёт его к себе и сделает так чтобы они жили с любовью под боком. Вернее чтобы он жил с Изуку под боком. А если он не ответит взаимностью? Кацуки мало волновало если такое вдруг случиться. Во-первых, его Деку слишком мягкий и плавится даже если его не избивают, а во-вторых Кацуки будет первым кто покажет ему любовь и он знает, что Изуку посчитал бы просто невообразимой грубостью вот так просто уйти от того кто научил его всему, Кацуки же не уйдёт, ибо никому не отдаст его Деку, а для того чтобы никто его не выманил и не забрал требуется жесткий контроль. Давайте вернёмся к Изуку в прострации и до сей поры целующего его шею и плечи Кацуки. Руки что держали запястья веснушчатого резко убрали, в тяжёлая тушка свалилась на кровать, слева от парнишки поменьше. Большие, мускулистые и сильные руки притянули к себе под бок маленькое, хрупкое тельце. Кацуки лёг на бок, создавая ситуацию в которой Изуку дышал ему в грудь. Он поцеловал кудрявую голову прислушиваясь к ощущениям. Тепло. Уютно. Безопасно. Вдруг, маленький комок, что холоднее самого Кацуки зашевелился внутри клетки из его рук. Слабые ручки тянутся к парню, обвивая его настолько, насколько это возможно. Миниатюрный горбик в виде носика на уже довольном личике утыкается в грудь. — Каччан… — объятия стали сильнее. — М? — Ты всё ещё помнишь детство? — Конечно. Твои девичьи и сладкие объятия фиг забудешь. — Кацуки довольно хмыкнул. — … а праздники зимние помнишь? — словно с надеждой спросил Изуку. — Когда моя старуха и твоя мама наряжали нас в те дурацкие комбинезоны? Помню. Недавно перебирал старые вещи, что выбросить, что оставить, нашёл и его тоже. Такой маленький. Хотя, мне кажется, ты не очень вырос с того времени, малыш. — судя по слуху, Кацуки улыбался. — Каччан!! Я практически как ты ростом! — недовольная голова вылезла с объятий, выглядя довольно нелепо, хоть и мило. — Да-да, малыш. Практически как я. — Хэй!! Не называй меня так! — А то что? Пауза. Молчание примерно в семь секунд казалось бесконечным. — Если у тебя такая хорошая память… тогда ты должен помнить… — Только не говори мне что… — Кацуки отстранился, всё равно не выпуская Изуку из объятий. — Идёт коза рогатая!!— Изуку с очень довольным и одновременно зловещим выражением лица направил два пальца на уже напуганного парня. — Деку нет!!! Убери это от меня! — он отскочил на другой край кровати. Изуку за ним, начиная щекотать. — Идёт коза рогатая, за малыми ребятами! Кто кашу не ест? Молока не пьёт? — в этой ситуации Изуку сверху. Он сидит на таком злом и раздражённом в обычное время Бакуго мягко бодая и щекоча то живот, то рёбра, иногда грудь или спину, Кацуки упорно прячет шею, но Изуку всё равно иногда к ней пробирается вызывая приступ смеха. — Того забодает, забодает, забодает!!! —нежные пальцы мягкими движениями заставляли то ли плакать, то ли смеяться серьёзного и нахмуренного парня. — Пожалуйста.. Ах!! Пере… ахаха… стань!! Деку, нет!!! — хоть он и был против, а раньше был напуган, Кацуки явно играя сопротивлялся, ведь если бы ему это не нравилось у него были руки, которые Изуку специально оставлял нетронутыми. Кудрявый тоже смеялся, но вовремя чуть успокаивался и продолжал муки своего наказания. — Идёт коза рогатая!..— Изуку практически лежал на друге детства пытаясь достать каждую часть тела — За малыми ребятами! Заметив, что Кацуки уже становится плохо и ему тяжело смеялся Изуку прекращает на минутку примечая, как мило и по домашнему выглядит его друг. Обычно угрюмое лицо было расслабленно, в глазах лёгкая пелена, тяжёлое дыхание. Как только Бакуго начал снова напрягаться и принимать свой «естественный» образ Мидория продолжил. — Кто не пьёт молока?.. Такой наигранный, но такой милый испуг в глазах Кацуки. — Того пыр под бока! Как и сказал Изуку его пальцы, словно козы, начали «бодать» Кацуки. До того момента как парень снизу взял второго в свои и поставил себе на грудь. — Пощекочи тут. — оскал-улыбка придал словам большей пошлости, что вызвало у Изуку больше румянца чем должно было, но это парнишку не остановило и он правда начал щекотать Кацуки там. Оба были сосредоточены на ощущениях, Кацуки пускал смешки, Изуку просто было весело. Они были рады снова не чувствовать так много напряжения. — А почему ты не беспокоишься что нас услышит тётушка Инко? Да и где она? —Кацуки задал вопрос без наигранного интереса, злимая бёдра парнишки сверху, заметив, что тот планирует слезть. Напряжение вновь вернулось, глаза Изуку снова застелила пелена. — Она… в больнице… хоть она и должна скоро вернуться это уже ничего не меняет… — каждое слово давалось тяжело царапая горло из-за кома в нём — она скоро… — слёзы текут не останавливаясь, но Изуку не выглядит словно плачет, просто закапали в глаза капли, нет никакой мимики или заложенного носа, просто слёзы, словно они там оказались случайно. — Тише… тише мой мальчик, не нужно, я понимаю… — Кацуки не понимает. Он знает что он ничем не может помочь. Он понимает что скоро на один лучик солнца в этой жизни станет меньше, Инко всегда была для него таким же лучиком как и Изуку, но к ней у него была родственная любовь, словно она та самая бабушка с которой вы можете обсуждать что угодно и разницы в возрасте не было. Неужели… нет, быть того не может… спросить он был обязан, но не у Изуку, спросит у их семейного врача. Кацуки уже обнимал мальчика в прострации, понимая что пока что ничем не может помочь. А почему пока что? Кацуки попробует её заменить. Скажете что у него не получится? Сейчас да, но позже, когда подарки и поддержка от него станет нормой для Деку, он вполне сможет совершить сей поступок. Хотя, если бы Вы спросили это у самого Кацуки, он бы наверняка послал бы Вас на три весёлых буквы, ведь знает — Деку его, если он уйдёт, тот пойдёт за ним. Изуку плачет, прижимаясь к Кацуки, что гладит его по голове и спине, совсем недолго. Спустя пару минут слышалась тихое, умиротворённое сопение, хоть хватка которой держали Кацуки, не желая отпускать, ни на секунду не ослабла. Он сидит в недоумении. Почему Изуку не рассказал что у него так много проблем? Он ведь знает что у него большой достаток, ни он, ни его семья ни в чём не нуждается, так почему он молчал? Почему смотрит в пустоту всё чаще? Откуда в урне у его стола несколько упаковок из-под бинтов? Ему нужно подумать об этом. Вернее, нужно хорошенечко обдумать как забрать Изуку к себе навсегда, жить с ним вместе и проводить всё свободное время обнимая его мальчика. С этими мыслями уснул и Кацуки.

***

Так тепло и уютно. Изуку прижимаемся сильнее к чему-то тёплому прислушиваясь к дыханию, наслаждаясь такими желанными прикосновениями. Погодите. Откуда они? Это сон? Где он? Что происходит? Он распахнул глаза, нервно заёрзав на месте, пытаясь выбраться из уже любимых тёплых объятий. — Спи. Ещё рано. — голос Кацуки сонно рычал. — В-вы кто? Где я? — Изуку правда испугался, осмолено когда тяжёлые руки прижали его к тёплому телу ещё сильнее. — Деку, не делай мне мозг, ты что, правда ничего не понимаешь? — Каччан? — Нет, Дед Мороз! Спи давай. Ну и ладно, раз это Каччан, можно спать, он его в обиду каким-то незнакомцам не даст. Погодите. Он что? Спит с Кацуки? Он ёрзает в его руках и прижимается к его телу, стараясь нагреться? Быть того не может. Почему он ничего не помнит? Глаза Изуку медленно поднимаются, замечая уже немного раздражённого, но такого сонного и умиротворённого Каччана. А нет. Помнит. С каждым кадром в фильме воспоминаний Изуку становился всё смущённей, но как вспомнил что последней мыслью перед тем как уснуть было «Ни за что его не отпускай, жалкий Деку» резко отпихнул парня, но из-за положения в котором они находились отпихнулся сам от него. — Я тебе человеческим языком говорю… — Кацуки уже довольно агрессивно говорит, открывает глаза, но замечая эту красную клубничку лишь улыбается — доброе утро, ты выспался? — Доброе… угу, с-спасибо, а ты? — С тобой грех не выспаться. — Кацуки ухмыляется и подмигивает. Вдруг, Изуку осенило. Он спал вместе с Кацуки в обнимку. Тот ему говорит доброго утра. Его голову посещает самая дурацкая мысль. Неужели, он был не против? Но… если бы был, не стал бы обнимать его? Может, ему просто стало жаль парня что скоро потеряет мать? Аргх, как бы то ни было, Изуку уже не думает, он впервые за свою жизнь сначала делает. Он буквально падает на Кацуки обнимая его и кусая в плечо. Зачем? Ему захотелось. Захотелось снова побыть в этих объятиях. Время удивляться для Кацуки, сердце сразу же начинает биться так сильно и стремительно, что ему даже становится стыдно, лишь от мысли что Изуку может его услышать. Кстати о нём. Откуда такая сила? Кажись даже кровь выступила, а Изуку это знает. Он слизывает кровь, аккуратно целуя место укуса утыкаясь носом туда же, несколькими кадрами в памяти всплывает такой же укус на шее Изуку, оставленный Кацуки. Было ли это что-то вроде традиции? Верил ли Кацуки в что-то на подобии связи между людьми что укусили друг-друга? Не-а. Считал ли он что это проявление чувств или страсти? Да. Но Изуку так не думал, он лишь пытался хоть немного отомстить, за те порезы что он оставил на своих бёдрах, животе, даже на практически всех укусах и засосах. Он пытался отомстить за он порезы что оставит себе сегодня. Кацуки уже считал их парой, ведь таким способом он признался в своих чувствах Изуку, а он ему. Была ли это любовь? Привязанность и желание защитить. Вкладывал ли его Деку те же чувства? Он не знает, но хотел бы узнать. Обнимает Деку, одной рукой отлаживая укус и вслушиваясь в сопение. Как ему удаётся так быстро засыпать? Кацуки отставать не собирается.