Baby bam

Он умел делать всё... Правда, у него нифига не получалось.

От резкого взмаха рук с лица Америки слетели очки, печально звякнув стеклами, принудив доверится древнему как мир методу изучения реальности: просто на ощупь. Но из-за узкого коридора Джонс умудрился перекрыть своим товарищам весь обзор, вынуждая терпеливо выжидать, надеясь, что из соседних квартир не выскочат недовольные жильцы, считающие своим долгом сообщить в известные органы, или не вернутся сестры Брагинского. - Не ешь меня, инопланетянин! – подслеповатый американец ощупывал гигантский бант, а воспаленное сознание уже рисовало ужасного гуманоида с антенной на голове. – Я отдам тебе все свои гамбургеры и отныне буду есть только овсянку Артура, - не дав шанса Альфреду совершить очередную ошибку, Франциск оттащил страну прочь от двери, после чего просиял. Буквально на пороге стоял настоящий ангел, словно по ошибке заглянувший в этот мир. Длинные русые волосы аккуратно вились на кончиках, несколько прядок, скрепленных заколками падали на лицо. Одето небесное создание было в аккуратное черное платьице, белые носочки и лаковые туфли в лучших традициях пионерского детства – до полноты образа не хватало только фартука и красного галстука. - Мой ангел! – глаза француза загорелись огнем, и мужчина подхватил ребенка на руки, - Mon Amour, как зовут это прелестное дитя? – ловелас слегка покружил «ангела», затем вернул на место, словно дожидаясь того момента, когда из-под челки загорят кристальные лавандовые глаза. - Лосия, - раздалось пыхтение, и несколько пищащий голос заставил мужчин остановиться. Артур был осведомлен о невероятной русской традиции давать непонятные имена, но к такому был явно не готов. Альфред знал о существовании животных, которых Иван называл «лосями». Франциск же просто догадывался о том, что у такой красавицы должно быть запоминающееся имя. Но ни один из них не был готов к подобному. - Лосия я. Лосия! – девочка весьма выразительно смотрела на смеющихся мужчин, стараясь сдержать слёзы. Брагинский был готов разреветься, чему благоприятствовал новый облик. Увы, так и не испытав реальное детство, он просто забыл, что малышня это не хладнокровные супермены, которым наплевать и на пробитую монгольской стрелой руку и ссадину на коленях. Подумать только, что только довелось России пережить за эти три дня: проснувшись буквально перед самой встречей, Иван понял, что наступила катастрофа – мир казался слишком большим, а все потому, что привычные от ста восьмидесяти и выше оказались подменены телом младенца. Вот ужас, благо, что при Брагинском оказалась память, иначе бы наш герой просто бы умер от голода, не в силах открыть дверцу холодильника. Хотя, по крайней мере, Наташа, приехавшая на место происшествия по первому звонку, прекратила свои матримониальные планы, во всю отдавшись материнскому инстинкту. Прав тот неизвестный, советовавший Ивану пустить её энергию в полезное русло. Не подвела и Украина, прикрывшая «проблему» в правительстве, пока Беларусь отвлекала G8. Но самая мерзость выяснилась тогда, когда семья наконец поняла, что Иван вновь взрослеет. Только вот тело оказалось женским… Какая подстава. - Вы хотите стать едины с Лосией? – Брагинский решил попробовать стародавний приём, но детская картавость сделала своё черное дело – страны стали смеяться еще сильнее. Из глаз потекли слезы, и уже через мгновение женское тело ревело, несмотря на все старания Ивана. - Парни, нужно срочно спасать её, а то понаберется от этой семейки самого наихудшего, – констатировал Артур, приближаясь к Брагинской. Что-то с этим ребенком было не так. Чадо вполне прилично разговаривало на английском. И, что еще более невероятно, понимало родной язык Франции. К черту акселерацию. Артур Холмс вновь взялся за дело. – Тише, тише… - А твои родители разве не учили тебя не открывать дверь незнакомцам? – елейным голосом пропел Франциск, все так же приближаясь к цели, вот только выражение лица выдавало истинные намерения. Ну, кто мог устоять перед этими пухлыми щечками, которые хотелось ущипнуть? Россия поняла, что сейчас будет расплата за тысяча восемьсот двенадцатый год и Великую Отечественную войну. - Педофил, не смей подходить к ребенку! – заорал Кёркленд, одним движением руки поднимая девочку. Только вот Иван, даже находясь в ином теле, подозревал, что именно этого недоучку мага следует винить во всех своих бедах, оттого и укусил, стараясь максимально впиться в мясо – в таком положении ничего более не получалось, силы не равны. Однако, к чести королевства, Англия судя по всему, не забыл, как следует общаться с детьми, оттого и отодвинул Россию на безопасное расстояние, не выпуская из рук и поля зрения. ____________________ П/А: Уважаемые читатели, автор знает, что в этой и последующих главах о России пишется как в женском, так и мужском лице, так что не считайте это ошибкой.