Глава 14
23 августа 2021 г., 11:53
Жара.
Единственное слово, которое снова и снова крутилось в голове Гарри, пока он спускался к Тисовой улице. Прилипшая к телу майка, вызывала только одно желание — бежать к ближайшему водоёму и нырнуть в воду.
— Моё мороженое тает! — пронзительный и одновременно огорчённый визг раздался прямо за спиной.
Гарри обернулся и непроизвольно улыбнулся, увидев Лию, которая забавно надула губы с таким видом, словно готова расплакаться. Она смотрела на своё мороженое с такой грустью, что Гарри хотелось сделать всё, что угодно, чтобы эту грусть сменила её милая улыбка.
Остановившись и присев, он смотрел в карие глаза девочки. Гарри дождался, пока она оторвёт взгляд от мороженого и посмотрит на него.
— Я куплю тебе новое, — сказал Гарри.
Её личико просветлело. А его больно кольнуло воспоминание о той, чьё лицо светится точно также.
— Обещаешь? — спросила Лия.
Она протянула мизинец свободной руки. И Гарри, усмехнувшись, обхватил своим мизинцем её палец.
— Обещаю.
Девочка заулыбалась и продолжила, есть мороженое. Лия схватила его за руку и потянула в сторону парка.
— Ты же понимаешь, что сильно балуешь её, — сзади прозвучал другой голос. Гарри обернулся и увидел одного из своих новых друзей. На него смотрела девушка со светло-зелёными глазами и улыбалась.
— Не могу ничего поделать! И ты не можешь винить меня! Она проделывает то же самое и с тобой, — ответил Гарри привлекательной брюнетке. Та рассмеялась и подошла к ним поближе.
— Эй! Не оставляйте меня! — послышался ещё один знакомый голос. Тяжело дыша, к ним подбежал юноша. — Вы, двое! Бросили меня в том магазине, словно я был третьим лишним. Линда, ты обещала, что мы будем тусоваться весь день! — проскулил он, наградив её злым взглядом.
— Так... Я не хочу, чтобы мой парень распускал слюни из-за этой... надуманной чепухи. Ведь так, Гарри?
Он энергично кивнул. Было действительно неловко видеть, как его друг выставляет себя дураком. Распустил нюни... Бывают такие моменты, когда он слишком даёт волю своему воображению.
— И к тому же, — продолжила Линда, — мы всего лишь встретили Лию.
Девочка улыбнулась и крепко сжала руку Гарри.
— Да, да... Я бы мог смириться с этим, если бы всё было как у всех. Но ты! Ты ненормальный! — Он ткнул пальцем в Гарри, который ухмылялся, понимая, что всё сказанное Линдой про надуманную чепуху, юноша воспринял с абсолютным недоверием.
— Может быть.
— Так и есть! — Гарри оставалось лишь улыбнуться и пожать плечами. Мэтт всегда вёл себя подобным образом. Когда тот обнял Линду за талию, и они пошли дальше, Гарри быстро отвернулся. В груди защемило, и он почувствовал себя невероятно одиноким. Все мысли полетели куда-то, в сторону ведьмы с серебряными волосами.
Мэтт, Линда и Лия были новенькими в этом районе. Мэтту и Линде было по 16 лет, и они совсем недавно переехали на Тисовую улицу. Лия была младшей сестрой Линды. Они жили в новеньком отремонтированном доме номер 2. Мэтт жил с ними с тех пор, как его родители погибли в результате несчастного случая. Родители Линды взяли его к себе, так как их семьи были всегда очень близки.
Сегодня был шестой день мучительной недели вдали от Флёр. Его Флёр. Она даже не написала ничего ему за эти шесть дней, и Гарри сильно страдал от этого. Его ожерелье светилось очень ярко, и это трудно было скрыть от Дурслей... да и не только от них. Каждый раз, когда он шёл по улице, Гарри привлекал к себе много любопытных взглядов. Однако он никогда не снимал ожерелье, потому что оно отгоняло от него дурные мысли. Например, мысль о том, что Флёр устала от Гарри. И он так и не мог понять, откуда они вообще берутся.
Гарри казалось, что он слышит её голос всякий раз, когда лежит на кровати, глядя в потолок отсутствующим взглядом и нежно поглаживая кулон. Этот голос звучал одновременно и далеко, и так близко. Просто произнося его имя снова и снова.
Её фотография в рамке стояла на тумбочке возле кровати. Ночью он часами смотрел на неё. У него не было ни одной фотографии, где они вдвоём. Гарри не мог... он просто не мог выдержать вид их сплетённых рук и выражение радости, что они приносили друг другу. На этой фотографии Флёр была в униформе Шармбатона, и Гарри получил её, кажется, после третьего задания. Она выглядела на ней так одиноко и грустно, особенно, если вспоминать её счастливый взгляд и ослепительную улыбку ещё неделю назад. Каждый раз, перед сном уставившись на фото, Гарри видел, как Флёр, почти не моргая, смотрит на него. И под её взглядом успокаивался.
Если не возникнет проблем, то Гарри увидит её уже завтра, и они проведут остаток лета вместе. Это было настолько прекрасно, что с трудом верилось. Гарри пытался не думать об этом каждый день. Ведь он даже не представлял, что с ним будет, если у него не получится уехать. Все эти мысли и отсутствие какого-либо контакта с волшебным миром сильно давили на него. И когда он успел стать таким слабым...
— Гарри, ты ещё с нами? — донёсся голос издалека.
Гарри слегка встряхнулся и повернулся к Мэтту и Линде.
— Что с тобой, чувак? — спросил Мэтт. — Ты снова себя ведёшь странно. Сначала весёлый, а потом резко теряешь настроение.
Гарри заставил себя улыбнуться и покачал головой:
— Все в порядке.
Линда поймала его быстрый взгляд. Гарри не мог понять почему, но он легко читался любой девушкой, которая его хоть чуть-чуть знала.
— Снова о ней думаешь? — участливо спросила она.
Не зная, что сказать Гарри пожал плечами. Они знали про него и Флёр. Гарри весело рассказывал им про свою жизнь, и слушал в ответ про их. Правда эта жизнь его была такой, где он никогда не связывался с сумасшедшими Пожирателями Смерти, Волдемортом... да и всем магическим миром. Он не мог говорить об этом открыто и заново переживать воспоминания.
— Поверь, Гарри, она не забыла про тебя. Флёр приедет завтра, как и обещала.
Гарри тяжело вздохнул и кивнул в ответ.
Ребята дошли до парка, и Лия потащила Гарри к киоску с мороженым. Остальные двое изумлённо наблюдали за эти зрелищем. Лия очень привязалась к Гарри, чем сильно удивляла Линду, и немного бесила Мэтта.
Пока Лия ела мороженое, они втроём разговорились на разные темы. Вскоре маленькая девочка уснула. Мэтт расположился напротив Гарри, облокотившись о дерево и прижимая к себе Линду. Поймав взгляд Гарри, он наигранно триумфально улыбнулся. При этом указывая пальцем на Линду в его руках, а потом на Лию, спящую в руках Гарри. Тот на это лишь усмехнулся. Линда легонько толкнула своего парня и умостилась поудобней, принявшись разглядывать окружающих людей в парке, которые занимались кто чем: от спортивных развлечений до простого отдыха на природе.
Мысли Гарри вернулись к раздумьям, сколько же произошло, с тех пор как он вернулся на Тисовую улицу. Дни длились неимоверно долго. Очень долго. Слишком много всего случилось, и слишком много вещей ещё надо было обдумать.
Путешествие обратно в Лондон прошло без происшествий. Никто не пытался его разыскать или поговорить с ним. Может быть это из-за того, что ему дали убежище Дафна и Трейси. Только в их компании Гарри чувствовал себя комфортно. Ну, возможно, ещё с некоторыми из гриффиндорцев и хаффлпаффцев. Трейси, наконец, начала спокойней к нему относится. Или Гарри так казалось. В любом случае он не переживал по этому поводу. Так или иначе, у него, возможно, появился ещё один друг, за что он был премного благодарен.
Вряд ли кто-то мог бы зайти в их купе, даже слизеринцы. Девочки были немного чужими на своём факультете. И их почти никто не беспокоил на протяжении поездки. Кроме Малфоя, конечно. Он считал, что если путешествие в поезде, прошло без визита к Поттеру, тогда оно прошло впустую. Гарри в этот раз без церемоний оглушил Малфоя и его дружков и выкинул их за пределы купе, обеспечив себе спокойное окончание дороги.
Прибыв на вокзал Кингс-Кросс, Гарри был удивлён, что у барьера, разделяющего два мира, его ждут Люпин и Сириус, естественно, в анимагической форме. После того, как он попрощался с немногими, кого он знал, включая родителей Седрика, которые были очень вежливы и выглядели крайне благодарно, они прошли через барьер, полностью игнорируя Уизли. Не сказать, что миссис Уизли не попыталась пообщаться с ним. Но только она двинулась в их сторону, как моментально остановилась, наткнувшись на суровый взгляд Люпина.
Дурсли вели себя как обычно отстранённо в обществе подобных людей. Глаза Вернона Дурсля расширились, когда они подошли к нему, и Люпин в мягких тонах объяснил тому, что Гарри останется всего на неделю и какие будут последствия, если кто-то попробует помешать им, когда мальчика будут забирать. Сначала Дурсль хотел возразить. Несмотря на всю нелюбовь к племяннику, летом Гарри был их главной рабочей лошадкой для работы по дому и по уходу за газоном. Но как только тот сделал пару шагов вперёд, Люпин легонько взмахнул палочкой и немного оттолкнул дядю назад. Тот благоразумно решил не сопротивляться.
После приезда на Тисовую улицу, все обыватели дома полностью игнорировали Гарри, и даже не заставляли его делать работу по дому. Это было приятное изменение, и Гарри проводил всё своё свободное время, гуляя по окрестностям и готовясь к СОВ. Они пытались его остановить, когда он в первый раз собрался на прогулку, но это была слабая попытка тёти Петуньи. Гарри бросил на неё сердитый взгляд, после которого тётя больше его не донимала. Возможно, это произошло из-за того, что она знала, что всего через неделю за Гарри приедут другие уроды и заберут его. И тётя вовсе не хотела им в этом мешать.
Сказать, что соседи, увидев его, удивились — значит, ничего не сказать. Гарри, возможно, не замечал этого, но он теперь выделялся среди сверстников. Дадли кипел от злости. Когда он пытался заговорить с красивой девушкой, которая жила напротив №4, та увидев Гарри, выходящего из дома, широко распахнула глаза и воскликнула: «Это твой двоюродный брат?!» Исчез тощий маленький мальчик, который мог затеряться в толпе. Он так и не понял, что стал сердцеедом. Сириус этим даже гордился, хотя Гарри и не собирался следовать по стопам крестного.
Всем стало абсолютно не важно, что он из школы Святого Брутуса для трудных подростков. Люди начали интересоваться у него, каким образом такой воспитанный молодой человек оказался в такой дыре, школе для малолетних преступников. Сплетни соседей распространялись с такой скоростью, что это напомнило ему Хогвартс. Теперь всем казалось, что он просто очень дальний родственник, который учится в школе очень далеко отсюда.
Гарри снова стали сниться кошмары. Каждой ночью их появление казалось неизбежным. Один раз после нескольких минут, что он терпел эти страшные картины, его сон прервала знакомая картина с белым деревом и стоящей возле него фигурой. После этого, всё кардинально изменилось.
Гарри проводил большую часть ночи, занимаясь подготовкой к экзаменам. Он старался оставаться бодрым как можно дольше, чтобы не видеть эти кошмары. Насчёт экзаменов Гарри был полностью уверен в себе после нескольких проверок. Но, к сожалению, он понимал, что книги всего лишь помогают ему отвлечься. Как бы Гарри не убеждал себя в том, что ему действительно интересно.
Обычно за чтением книг время пролетало быстро. Но в эти дни оно тянулось очень медленно. Гарри перестал чувствовать время. Ему казалось, что он движется назад и вперёд во времени. Эти шесть дней тянулись слишком долго. Словно прошло несколько месяцев. И всё из-за этого «старого друга», который, наконец, раскрыл себя и создал новую кучу проблем, заполнив голову Гарри вещами, которые заставили его задуматься о том, кто же он есть на самом деле.
***
День первый. Царство Смерти Гарри, как и ранее, оказался перед одиноким белым деревом. Но при этом он заметил несколько отличий. Ветки или, если быть точнее, их кончики, которые обычно сияли чистым белым цветом, теперь потемнели. Стали практически серыми. Это было похоже на болезнь. Гарри замечал подобное и раньше, но теперь всё было более ярко выражено. Дерево словно перекрашивалось в этот серый цвет. Казалось это дело времени. Гарри был озадачен. Он хотел знать, что произойдёт, когда этот новый цвет достигнет корней дерева. Юноша чувствовал какую-то связь с деревом. И понимал: то, что так действовало на дерево, вскоре будет действовать и на него. Гарри не знал, что делать. Часть него хотела увидеть, что же произойдёт, когда дерево полностью поглотит серый цвет. Другая же, кричала и молила сделать хоть что-то, чтобы остановить этот процесс как можно быстрее. Пока эти мысли кружились у него в голове, Гарри начал осознавать, что первая начинает превосходить вторую. Он почувствовал желание... необходимость, чтобы это произошло. Чтобы выяснить, что изменится. — Ты вернулся, — прохрипел голос. Это было утверждение, и Гарри с трудом удержался от того, чтобы не закатить глаза. Но видимо не особо получилось, и фраза приобрела вид их личной шутки. — Да, — ответил Гарри. Затем он повернулся, сфокусировавшись на фигуре в мантии. Воспоминание об их последней встрече во время церемонии награждения было ещё свежо в памяти. — Что ты сделал со мной в тот день? — спокойно спросил Гарри. — Ты скоро поймёшь. Гарри нахмурился. Решив попробовать другую тактику, он решил подойти к фигуре поближе. Оно наблюдало за Гарри, пока тот не подошёл вплотную. У этого создания не было лица, но оно почему-то казалось ему знакомым, и Гарри пытался понять откуда. — Кто ты? Фигура усмехнулась. — Смерть, — прозвучал простой ответ. Гарри ощутил, как на его лице расползается странная улыбка. Его подозрения оказались верны. Узнав всё, что нужно он отвернулся. Все становилось куда интересней.***
Все действительно стало интереснее. В памяти Гарри начали возникать воспоминания о жизни, которую он знал, и в то же время это была не его жизнь.***
— Игнотус, — пропел приятный мелодичный голос. Он улыбнулся и открыл глаза. Рядом с ним лежала одна из самых прекраснейших девушек на земле. Длинные гладкие серебристые волосы, поразительные голубые глаза и странно заострённые уши, что, впрочем, не уменьшало её красоты. — Эй, — пробормотал он, наклоняясь к ней и целуя в щеку. Девушка улыбнулась, но тут же её лицо приняло обеспокоенный вид. — Я слышала про Кадмуса... — прошептала она. — Почему ты скрыл это от меня? Он поморщился и уставился в потолок. — Мне самому тяжело было в это поверить, — его голос дрогнул. Она обняла его, Он пытался успокоить своё судорожное дыхание. Он теперь был последним оставшимся членом семьи. Но, несмотря на этот факт, лежащая рядом с ним девушка могла дать ему всё, что он хотел. Спасти его от одиночества. Он и братья были очень близки друг другу. Намного больше, чем просто братья или друзья. Теперь их нет. — Они были дураками... Мы все были дураками. Мы не должны были тогда соглашаться... Она ничего не ответила ему. Только крепче обняла. Ему было стыдно, ведь Игнотус знал, что девушка переживает за него. Переживает за то, что его могут забрать, как и остальных. — Я не повторю ошибок Кадмуса и Антиоха, — твёрдо заявил он. — Я знаю, — тихо ответила она. Затем резко отодвинулась и поднялась на ноги. — Если ты через пару минут не спустишься, то... — оставив угрозу недосказанной, девушка ушла. Игнотус улыбнулся. Она всегда знала, как подбодрить его. Он вздохнул и встал с кровати. Игнотус подошёл к проклятой мантии, с помощью которой ему удалось обмануть Смерть. Она, вместе с остальными вещами, принесла столько горя за последний год, сколько не случалось за всю его жизнь. Взяв мантию, Игнотус провёл рукой по бесцветному материалу. Его зрение практически полностью потеряло цвета, пока он рассматривал мантию, которая теперь была сплошь чёрная на бесцветном фоне. Сперва его наследие... теперь это. Неужели его не оставят в покое и не дадут возможность просто спокойно жить со своей женой?***
Гарри никак не мог понять, что за видения его преследуют. Когда бы он ни задремал, пусть даже и на пять минут, в его памяти оживали всё новые и новые воспоминания. Правда, за исключением самого первого воспоминания, все остальные были весьма отрывочны. И порой ему казалось, что в воспоминаниях он проводит куда больше времени, чем в реальности. Игнотус... Почему-то это имя казалось ему знакомым. Жена Игнотуса тоже казалась знакомой. Серебристые волосы, голубые глаза... И хоть она была совсем не похожа на Флёр, что-то общее у них всё же было. К тому же, Гарри чувствовал, будто знает её. Он не желал в этом признаваться, но эта девушка мучительно напоминала ему о Флёр. Временами Гарри казалось, что его личность растворяется в личности Игнотуса. Однажды он даже запаниковал, не понимая, почему, ради всего святого, он вдруг проснулся в какой-то полутёмной комнате, когда всего несколько мгновений назад он находился в своём доме, наслаждаясь компанией своей жены. И только взглянув на фотографию Флёр, парень смог успокоиться, вспомнив, кто же он на самом деле. Вынырнув из своих мыслей, Гарри осмотрелся и увидел, что Лия крепко спит у него на руках, да и парочка рядом с ними ничем от малышки не отличается. Вздохнув, парень наклонился к ним и громко щёлкнул пальцами прямо возле уха Мэтта. И подавил смешок, когда тот спросонья дёрнулся с испуганным взглядом. Увидев, что это всего лишь Гарри, Мэтт недовольно заворчал. Но бросив взгляд на часы, он судорожно вздохнул и тут же принялся будить Линду. — И который час? — с любопытством поинтересовался Гарри. — Уже почти пять! Нам пора возвращаться. Мэтт медленно расталкивал Линду, но окончательно она проснулась лишь минут через пять — её глаза закрывались почти сразу же, как Мэтту удавалось заставить девушку их открыть. Но вот, наконец, Линда окончательно проснулась, правда для этого Мэтту пришлось сунуть ей в лицо свои часы. — Лия? — мягко проговорила девушка, пытаясь разбудить сестрёнку. Малышка вздохнула и отвернулась, вызвав улыбку у Гарри. Ему было приятно просто держать её на руках, и она напоминала ему Габриель, которая липла к нему почти так же. Так как им уже нужно было идти, Гарри аккуратно поднял девочку и передал её Линде. — А ты разве не идёшь? — спросил Мэтт, увидев, что Гарри остался сидеть. Гарри пожал плечами и прислонился к стволу дерева. — Я тут посижу ещё немного. — Завтра мы все сюда уже не придём, правда? — вдруг спросила Линда. — Ой, правда... это же уже завтра... — буркнул Мэтт. — Ты же уедешь ещё до полудня, так? А утром нас не будет в городе. — Наверное... — угрюмо пробормотал Гарри. Он всё ещё не знал наверняка, уедет он завтра или нет. От Флёр не было вестей, и потому парень не мог не переживать, что за ним не приедут. Линда закатила глаза. — Не будь таким идиотом. Надеюсь, ты ещё будешь здесь, когда мы вернёмся. А если нет... — Я напишу. Но мои методы доставки писем будут несколько... странными, — с усмешкой сказал Гарри. Линда выглядела озадаченной, но, тем не менее, кивнула ему, а затем заставила его подняться и обняла, сначала отдав Лию Мэтту. — Рада была познакомиться с тобой, Гарри, — с теплотой сказала она, забирая сестрёнку обратно. Гарри кивнул и тут же оказался в крепких мужских объятьях Мэтта. — Ты отличный парень. Немного странный, но всё равно отличный, — шутливо произнёс Мэтт. Гарри закатил глаза, а Линда хмыкнула. — То, что у вас разные вкусы, не делает его странным. По-моему он вполне нормальный. Гарри пришлось приложить немало усилий, чтобы не расхохотаться. Они и понятия не имели, насколько он был далёк от нормальности. — В любом случае, надеюсь увидеться с тобой следующим летом... если уж завтра не получится, — весело сказал Мэтт. — Обязательно, — улыбнулся Гарри. — А вы двое держитесь подальше от Дадли и его банды. Они далеко не самые приятные люди на свете. Мэтт фыркнул. — Ммм... ты про своего китоподобного кузена и его гарем гомиков? Когда я впервые его увидел, я никак не мог поверить, что между вами есть хоть отдалённое родство. К тому же, не забывай, он пытался подкатить к Линде. Линда скорчила гримасу, и в этот раз Гарри не смог удержаться от смеха. Это воспоминание было одним из самых лучших. Это случилось в тот же день, когда Гарри познакомился с Линдой, Мэттом и Лией. Гарри прогуливался по парку, когда вдруг в него врезалась Лия. Столкновение оказалось достаточно сильным, и девочка упала на спину. Она расплакалась, а обеспокоенный Гарри изо всех сил пытался её успокоить. Тут подошли Линда с Мэттом. Они быстренько расспросили Гарри о случившемся и принялись благодарить за попытки успокоить Лию. Они продолжили общаться, и через какое-то время Гарри неожиданно понял, что подружился с этой парочкой. Парни ненадолго оставили Линду и Лию, когда Мэтт решил затащить Гарри в магазин видеоигр со словами, что ему нужен совет другого игрока. Надо было видеть лицо Мэтта, когда выяснилось, что Гарри не играет в видеоигры и вообще ими не интересуется. Воспоминание об этом моменте до сих пор доставляло Гарри немало удовольствия. Когда же они, наконец, вышли из магазина, то обнаружили, что Дадли, Пирс и ещё два члена их банды зажали в угол Линду. Лия цеплялась за руку сестры, со страхом глядя на окруживших их парней. По расстроенному выражению лица Линды и похотливым ухмылкам парней Гарри и Мэтт поняли, что происходит. Мэтт подошёл прямо к Дадли, стукнул его по плечу и двинул в челюсть, как только тот обернулся. Хоть Дадли и хвастался на каждом углу своими занятиями боксом, это не помешало ему тут же отправиться в нокаут. Гарри вздохнул и отправился на помощь Мэтту, так как оставшаяся троица пришла в ярость, увидев, как вырубили их главаря. Драка была на удивление короткой, и меньше чем через минуту все трое уже валялись без сознания рядом с Дадли. Гарри мысленно поблагодарил Сириуса за то, что тот научил его драться без палочки. А ещё Гарри понял, что совершенно не хочет применять эти навыки к Мэтту. Мэтт обожал Линду и был готов на всё, чтобы её защитить. Гарри помахал уходящей троице и долго смотрел им вслед. Если бы не страстное желание отправиться во Францию к Флёр, он бы точно получил удовольствие от лета, проведённого на Тисовой улице. Было невероятно здорово общаться с этой парочкой и Лией, и без сомнения Гарри нашёл себе двоих... нет, троих отличных друзей. Гарри улыбнулся при мысли о том, как они отреагируют на письмо, доставленное Хедвиг. Определённо лучше, чем отреагировали бы Дурсли. По крайней мере, он на это надеялся... Хоть, по его мнению, Хедвиг и была лучшей в мире совой, у неё было огромное эго и невыносимое количество гордости. Ранить какое-либо из этих качеств означало столкнуться с малоприятными последствиями. Гарри испытал это на собственной шкуре, после того как месяц не навещал сову, уделяя своё время Флёр. Парень понимал, что это глупо, но он был уверен, что Хедвиг знала, что происходит, и поэтому была невероятно сердита на него. Час спустя Гарри, наконец, поднялся и со вздохом отправился назад к Дурслям. В этом году всё было не так уж плохо, Дурсли вели себя так, словно его вообще не было... по крайней мере, Вернон и Петуния. Несмотря на все усилия, Дадли оказался неспособен игнорировать кузена. И в основном из-за того, что он завидовал человеку, которого 14 предыдущих лет считал чудиком. За прошедшую неделю гордость Дадли пострадала не один раз. Правда, не сказать, что ему было чем похвастаться на социальном фронте, и без Гарри любая девушка старательно избегала Дадли, преувеличенно фокусируя внимание на каком-нибудь другом парне на улице. А в некоторых случаях и на какой-нибудь другой девушке. Даже Малфою было куда легче закадрить девушку. — Мальчишка! — раздался голос Вернона, как только Гарри вошёл в дом. Скривившись, парень прошёл в гостиную, где Петуния и Дадли смотрели телевизор. Вернон же сфокусировал всё своё внимание на вошедшем племяннике. — Да? — холодно спросил тот. Он давно уже перестал называть их «тётя Петуния» и «дядя Вернон», не собираясь признавать никого из них частью своей семьи. Гарри всё никак не мог представить себе, каким образом его мать могла оказаться генетической родственницей этой отвратительной женщины по имени Петуния Дурсль. — Если эти чудики, которые станут забирать тебя, явятся сюда так же, как и в прошлый раз, у них будут неприятности. — Хотелось бы на это посмотреть, — ухмыльнулся Гарри. Вернон прищурился, и парень продолжил в порыве неожиданного вдохновения: — Неужели вы думаете, что сможете испугать кого-то из нас ружьём?.. В любом случае, попытайтесь. А я буду наслаждаться представлением. Петуния судорожно вздохнула, а Вернон выглядел так, будто его ударили в лицо. Даже Дадли уставился на Гарри с открытым ртом. Гарри едва ли перемолвился и парой слов с ними с момента своего возвращения, и теперь им стало понятно, что это уже не тот мальчик, которого они знали, ну или думали, что знали год назад. — Ты не можешь угрожать нам своими идиотскими штучками! Тебя исключат из этого идиотского места! — зарычал Вернон. Гарри удержал на лице невозмутимое выражение и вытянул левую руку, повернув её ладонью к Вернону. Кончики его пальцев медленно начали светиться зелёным, и скоро на них уже танцевали язычки зелёного пламени. Сжав руку в кулак, Гарри погасил пламя и подавил улыбку при виде страха на лицах, сидящих перед ним людей. — Как вы, вероятно, заметили, письмо с предупреждением мне так и не прислали. Этой проблемы для меня больше не существует. Так что повторяю, не стесняйтесь использовать любые средства, чтобы... как там было? — Гарри наклонил голову. — Причинить неприятности? Вернон выглядел так, словно внезапно очутился между молотом и наковальней, а Петуния защитным жестом обняла своего Диддикинса. Во взглядах всех троих не было ни отвращения, ни ненависти, только страх. Это вызвало у Гарри некоторое беспокойство, но он постарался отогнать это чувство. В конце концов, до получения письма из Хогвартса парню пришлось пережить такое, что не должно случаться ни с одним ребёнком. Решив обойтись без ужина, Гарри развернулся и вышел из гостиной, оставив позади застывших Дурслей. Остановившись возле чулана под лестницей, он сказал так, чтобы в гостиной его было хорошо слышно: — Я не знаю, когда завтра за мной приедут, и приедут ли вообще. Они могут появиться тут... а может, и нет. Повторения того, что случилось в прошлый раз, не будет точно, так что вам не о чем беспокоиться. Ведите себя тихо, и никому не придёт в голову что-нибудь с вами сделать. А если я не уеду завтра, просто держитесь от меня подальше ближайшие несколько дней, и я уберусь отсюда. Не услышав в ответ ни слова, Гарри удовлетворённо кивнул и поднялся в свою комнату. Он слегка усмехнулся, садясь на кровать. Запугать Дурслей оказалось так просто. Без палочки он мог выполнять только самые простейшие заклинания, лишь некоторые из изученных им на первых трёх курсах, и даже они давались ему с трудом. Люпин дал Гарри несколько книг по беспалочковой магии, похоже, он считал, что у парня к ней талант. Но даже в этих книгах не объяснялось подробно, что и как нужно делать. Во все времена лишь один волшебник из тысячи был способен управлять своей магией без палочки. В детстве этой способностью обладали все юные маги, но при достижении одиннадцати лет, первого этапа магической зрелости, они теряли её по необъяснимым причинам. Или, вернее, сама эта способность значительно уменьшалась. В книгах было написано, что волшебники, которые и в зрелом возрасте сохраняли способность к беспалочковой магии, обладали особым типом магического ядра. Именно поэтому они могли пропускать магию через любую часть своего тела, не нуждаясь в дополнительных средствах фокусировки. И так как такой тип магического ядра встречался крайне редко, то про него было известно крайне мало. На этом месте Гарри мысленно застонал. Ещё одна способность, которая отличала его от нормальных волшебников... Хотя ему уже давно пора было привыкнуть, что как бы он ни пытался, он всё равно будет отличаться от окружающих. Возвращаясь к беспалочковой магии, даже те немногие, которым повезло иметь нужный тип магического ядра, не могли похвастаться большими достижениями в этой области. А всё дело в том, что у них не было подходящих наставников. Ну и конечно, как это всегда бывает в случае с какой-нибудь редкой и/или дающей особое могущество способностью, считалось, что Мерлин и Моргана Ле Фэй настолько хорошо овладели беспалочковой магией, что им для колдовства вообще не нужны были ни посох, ни палочка. В некоторых книгах объяснялось, почему так трудно творить заклинания, не пользуясь никакими вспомогательными проводниками магии. Посох, палочка или любой другой артефакт намного облегчают процесс колдовства, так как сознательно или бессознательно маг концентрируется на направлении магической энергии через этот артефакт. Сотворить заклинание без такого проводника намного сложнее, так как в этом случае область, через которую проходит энергия, значительно увеличивается, и сфокусировать энергию становится труднее. Гарри обнаружил, что ему намного проще направлять магию через палец, чем через все остальное. Именно этот способ он использовал, чтобы запугать Дурслей несколько минут назад. Но, к сожалению, через палец можно было направить куда меньше магии, чем через ладонь или вообще всё тело. В книге говорилось, что маг, научившийся направлять магическую энергию через любую точку своего тела, станет самым могущественным магом своего времени. И всё же Гарри с осторожностью практиковался в беспалочковой магии в последние несколько дней. Он слишком хорошо помнил, что случилось, когда он по ошибке едва не опустошил полностью весь свой магический резерв. Поэтому он так и не решился тренировать беспалочковое исполнение каких-либо чар кроме нескольких самых простых. Да и, в общем-то, у него не было особого выбора. Даже беспалочковое Incendio ему пришлось разучивать довольно долго, и оно получалось далеко не таким мощным, как с палочкой. Взглянув на часы на стене, Гарри с удивлением понял, что уже почти одиннадцать вечера. Во всех соседних домах свет давно погас. Со вздохом он выскользнул из комнаты и направился в ванную. Дурсли перестали запирать дверь в его комнату с тех пор как узнали о его крестном-массовом убийце. Почистив зубы и переодевшись в пижаму, парень вернулся в кровать и ещё больше часа повёл, раздумывая... надеясь, что завтра всё же произойдёт то, чего он с таким нетерпением ждёт. С фотографии на прикроватном столике на него с лёгкой улыбкой смотрела Флёр. Гарри улыбнулся ей в ответ и наконец-то провалился в сон, в его засыпающем мозгу крутилась всего одна мысль — «Я должен увидеть тебя снова». Во сне он снова видел Игнотуса и его жену, но проснувшись, так и не смог вспомнить, что же именно ему снилось.***
Утром Гарри проснулся рано и тут же включил свет, так как за окном было ещё темно. На часах было всего пять утра, но парень был слишком взбудоражен перспективой скоро встречи с Флёр, чтобы спать дальше. Скатившись с кровати, он принялся было паковать вещи, но почти сразу же остановился. Какая-то маленькая часть него всё ещё не верила, что за ним сегодня приедут. Если он всё упакует и будет готов к отъезду, а никто так и не появится... разочарование будет слишком большим. Гарри не хотелось этого признавать, но он всеми силами старался избежать дополнительной эмоциональной боли. Со вздохом он вытащил из сундука те немногие вещи, что успел сложить, и снова улёгся в постель. Спустя пару беспокойных часов, когда солнце уже окончательно взошло, Гарри выбрался из комнаты и принялся апатично слоняться по дому. И лишь перспектива столкнуться с кем-нибудь из проснувшихся Дурслей заставила его снова подняться к себе. Чтобы отвлечься и перестать смотреть на часы, Гарри принялся читать книги. За этим занятием он и провёл всё утро, пропустив завтрак и собираясь пропустить обед. Так как было воскресенье, все трое Дурслей находились дома, и у Гарри не было ни малейшего желания с ними общаться. Едва Гарри спустился вниз, как раздался осторожный стук в дверь. Гарри замер. В этот момент из гостиной выскочил Вернон, одетый в свой лучший костюм, как и год назад, когда Уизли должны были забрать Гарри. Гарри торопливо распахнул дверь, но то, что было за ней, заставило его плечи поникнуть. На пороге стоял всего лишь один из друзей Вернона. Развернувшись, парень снова пошёл наверх, по пути бросив взгляд в гостиную. Петуния и Дадли также были одеты словно для выхода в свет. Вид Дадли в блейзере вызвал у Гарри смешок, который он постарался подавить. Иногда глупость Дурслей его шокировала. Весь сегодняшний день Гарри преследовала череда разочарований. Он даже задумался, а не затаил ли на него злобу кто-то там, наверху. Дом номер 4 по Тисовой улице напоминал сегодня проходной двор. Заглядывало всё больше и больше случайных людей, в основном друзей Вернона. Заходили также несколько приятелей Дадли, и по их громкому смеху Гарри понял, что они подкалывают его кузена по поводу его сегодняшнего внешнего вида. И даже время, казалось, было настроено против Гарри — оно ползло с поистине черепашьей скоростью. К трём пополудни Гарри начал терять надежду. К четырём от надежды остался лишь маленький лучик, а к пяти Гарри окончательно сдался. Он принял душ, натянул рубашку и джинсы и начал апатично спускаться по лестнице — Мальчишка! Когда, черт возьми, уже явятся твои чудики? — громко крикнул Вернон из гостиной. — Они не придут, — пробормотал в ответ Гарри. — В любом случае я завтра уеду... Он принял решение. Раз он всё равно собирался уехать от Дурслей, то завтра утром он сядет на «Ночной Рыцарь» и проведёт остаток лета в «Дырявом котле», написав Дамблдору письмо про экзамены. Флёр... с ней он не знал, что делать. Желая убраться из этого дома и надеясь встретить Мэтта и Линду, Гарри подошёл к входной двери, открыл её и тут же замер. Прямо на него смотрели яркие голубые глаза, те самые, что преследовали его в мечтах. Те самые глаза, которые он так страстно желал увидеть снова. Она стояла прямо перед ним, подняв руку, словно собираясь постучать в дверь, ветер слегка колыхал её длинные серебристые волосы. Её губы слегка задрожали, и уже через секунду она крепко сжимала его в объятьях. Поначалу Гарри даже не поверил, что она реальна, но затем заметил Сириуса и Доминика, стоящих в нескольких футах позади Флёр. Оба мужчины усмехались, глядя на парочку, и в этот момент Гарри осознал, что всё происходит на самом деле. Он в свою очередь обнял Флёр, зарылся лицом в её волосы, вдыхая её запах, как это делал не раз в прошлом, а на лице его появилась широкая улыбка, которую он даже не пытался скрыть. Флёр слегка отстранилась, и тут же их губы встретились в требовательном, жаждущем поцелуе, наполненном бушующими эмоциями. Гарри даже не осознавал, что её отец стоит в нескольких шагах от них и что соседям прекрасно видно, что происходит на пороге дома Дурслей. Флёр схватила его за рубашку и притянула к себе как можно ближе, и оба они совершенно игнорировали лёгкие покашливания со стороны Сириуса и Доминика. — Мальчишка! Что за... — позади Гарри раздался голос Вернона, чья речь оборвалась на полуслове, как только он осознал, что происходит у него перед глазами. К несчастью, возглас Вернона привлёк внимание Петунии и Дадли, которые тоже вышли в маленькую прихожую. Через несколько бесконечно долгих мгновений Флёр отстранилась от него, напоследок проведя языком по его нижней губе. Её глаза сияли, губы слегка припухли от поцелуев, а щеки раскраснелись. И по тому, как горели его собственные губы и щеки, Гарри понял, что не сильно отличается от своей возлюбленной. Держа её руку в своей, парень чувствовал, будто снова обрёл потерянную часть себя. Гарри никак не мог оторвать взгляд от Флёр, и она тоже никак не могла на него насмотреться. Затянувшееся молчание прервало покашливание Сириуса. — Гарри... может, мы уже пойдём? Гарри отвёл взгляд от Флёр и взглянул на своего крестного и Доминика, которых, казалось, весьма заинтересовал куст на противоположной стороне улицы. — Э... да... буду готов через секунду, — пробормотал он. Гарри попытался отпустить руку Флёр, чтобы подняться в свою комнату, но её хватка была слишком сильна. Посмотрев на девушку долгим взглядом, он мягко ей улыбнулся и потянул за собой вверх по лестнице. По пути взглянув на Дадли, Гарри почувствовал одновременно злость и желание рассмеяться — глаза кузена были прикованы к Флёр, рот приоткрыт, а из уголка рта стекала струйка слюны. Отвратительное зрелище! Когда они вошли в комнату, Гарри озадаченно почесал в затылке. В комнате был бардак, одежда и вещи валялись повсюду. И как всё это быстро уложить, Гарри просто не представлял. — Мне просто нужно всё упаковать, — торопливо произнёс он. Но прежде чем он двинулся с места, Флёр взмахнула палочкой, и все его книги, одежда и прочие вещи аккуратными стопками отправились в сундук. Она даже уменьшила «Молнию», чтобы та легко поместилась в сундук. С улыбкой поблагодарив девушку, Гарри направился к клетке с Хедвиг и разбудил спящую сову. — Я отправляюсь к Флёр. Ты поедешь со мной или полетишь туда сама? Обрадовавшись перспективе размять крылья, сова взлетела на его плечо, нежно клюнула в ухо и с громким уханьем вылетела в окно. Ещё пару взмахов палочки Флёр, и вычищенная и уменьшенная клетка Хедвиг также отправилась в сундук. Внезапно осознав, что они снова остались одни, Гарри обернулся к Флёр, которая рассматривала свою фотографию на прикроватном столике — единственную неупакованную вещь в комнате. — Пг’ости, 'Арри, — повернувшись к нему, тихо произнесла Флёр, и Гарри с удивлением заметил слезы в её глазах. — За что? — мягко спросил он, подходя ближе. — Я пыталась... Я хотела написать тебе, я хотела узнать, как тебе живётся с этими маглами. Но я боялась узнать, что они плохо с тобой обг’ащаются. Мне не позволили бы пг’иехать к тебе раньше, а я не хотела пг’осто оставаться в стог’оне, не имея возможности хоть как-то помочь тебе. Гарри заключил Флёр в объятья, мысленно обругав себя за то, что решил, будто она забыла о нём. — Я так хотела увидеть тебя... — голос девушки звучал глухо, она уткнулась лицом в грудь Гарри. — Я не хотела видеть письма. Я хотела видеть тебя. Затем она подняла голову. — И не пытайся меня обмануть, я знаю, что ты беспокоился, будто я забыла тебя. Гарри широко улыбнулся, глядя на Флёр, и девушка неуверенно улыбнулась ему в ответ. О Боже, как же он скучал по ней! — Виновен по всем пунктам. — Ты... — Больше такого не случится. Никогда, — твёрдо сказал Гарри. Флёр кивнула и поцеловала его, в этот раз более нежно. Но им пришлось быстро оторваться друг от друга, так как время поджимало. Услышав громкие гудки, Гарри понял, что за ним приехали на машине. А зная своего крестного, парень предположил, что за рулём сидит именно Сириус. И привлекает внимание всех соседей. Ну да пусть это остаётся на его совести. Гарри взял фотографию, на которой его возлюбленная сияла улыбкой, и аккуратно положил её в сундук под взглядом реальной Флёр. Закончив, парень кивнул, и Флёр снова взмахнула своей палочкой, запирая сундук. Ещё один взмах, и Гарри без особых усилий поднял сундук, ставший лёгким как пёрышко. Выйдя на лестницу, Гарри заметил Доминика, ждавшего их в прихожей. Отец Флёр ухмыльнулся, глядя на спускающуюся парочку. Он забрал у Гарри сундук и потащил его по земле до машины, чтобы не вызвать подозрений у наблюдавших маглов. Гарри пошёл к выходу, снова крепко сжимая руку Флёр. На пороге он обернулся, чтобы попрощаться с Дурслями, и тут Дадли неожиданно выпалил, глядя на вейлу всё тем же остекленевшим взглядом: — Будешь со мной встречаться? Гарри закатил глаза, а Флёр рассмеялась. Прижавшись к своему возлюбленному, она взглянула на Дадли. — Я принадлежу 'Арри. Но ни пг’и каких обстоятельствах я бы и близко не подошла к такому как ты. — Увидимся, — быстро сказал Гарри своим родственникам, изо всех сил стараясь не рассмеяться при виде обиды на лице Дадли. Было противно смотреть, как Вернон также пожирает Флёр глазами, и парню потребовалось всё его самообладание, чтобы не проклясть дядюшку напоследок. Казалось, только Петуния сохранила способность мыслить здраво, и она явно разрывалась между злостью и страхом, вызванным стоящей рядом с Гарри девушкой. По крайней мере, Гарри ожидал, что Петуния взорвётся, услышав, что её ненаглядного Диддикинса отвергли в таких выражениях. Но все Дурсли вели себя на удивление сдержанно, и Гарри даже заподозрил, что тут не обошлось без парочки заклинаний со стороны Сириуса или Доминика. Выйдя на улицу, парень увидел ожидающую их машину. В машинах Гарри не разбирался, но именно эту модель постоянно рекламировали по магловскому телевидению как одну из самых роскошных машин. Рядом с машиной стояли два человека, заметив которых, Гарри радостно улыбнулся и потянул к ним Флёр, не понимающую, зачем ей сдались два магла. — Мэтт, Линда... Я хочу познакомить вас с Флёр. Флёр... Мэтт, Линда... Это мои хорошие друзья. Какое-то мгновение Мэтт выглядел ошеломлённым красотой девушки с серебристыми волосами. Но он довольно быстро пришёл в себя, что было весьма выдающимся достижением, улыбнулся и пожал ей руку. Линда последовала его примеру. — Рада наконец-то познакомиться с тобой... Гарри много рассказывал о тебе за прошедшие дни. — Пг’авда? — спросила Флёр, игриво ткнув Гарри в плечо и заставив его поморщиться. У Линды в глазах появился озорной блеск. — Ага, он такой милый, когда глубоко задумывается о чём-то. Похоже, он был уверен, что ты не приедешь, — произнесла она, игнорируя протестующий взгляд Гарри. Флёр коварно усмехнулась. — Я с ним разберусь, — твёрдо пообещала она, и у Гарри пробежали мурашки по спине от её тона. — Вам уже пора ехать? — поинтересовался Мэтт, глядя на машину. — Погулять с нами не сможете? — Нет... простите, — извиняющимся тоном сказал Гарри. — У нас мало времени. — Ну что ж, тогда до следующего лета? — спросил Мэтт. — Конечно, — Гарри улыбнулся и пожал другу руку, а потом обнял его. Попрощавшись с Линдой, Гарри и Флёр забрались на заднее сиденье машины. Не говоря ни слова, сидевший за рулём Сириус вдавил педаль газа в пол, и машина умчалась с Тисовой улицы. — Эмм... Сириус... это ты что-то сделал с Дурслями? — осторожно поинтересовался Гарри, глядя на проносящийся за окном пейзаж. Флёр сидела рядом, положив голову ему на плечо и держа его за руку. — Кто?.. Я?! — спросил Сириус нарочито оскорблённым голосом. — Так всё-таки сделал или нет? — снова спросил Гарри под хихиканье Флёр. — Нет. Честно-честно! — добавил Сириус, заметив в зеркале заднего вида, что Гарри закатил глаза. — Просто они выглядели, как будто их чем-то приложили. Я и подумал, что они успели что-то натворить. Судя по тому, что было вчера вечером, Вернон был готов устроить проблемы всем вокруг. Парню ответил сидящий впереди Доминик. — Он спросил меня, являюсь ли я членом французского правительства. А я действительно связан и с магловским правительством тоже, — мужчина усмехнулся. — Он должно быть иногда видел меня по магловскому телевидению, так что... — Оу... Теперь всё встало на свои места. Если что-то и могло напугать Вернона до потери пульса, так это возможность перейти дорогу кому-нибудь из правительства. Сириус и Доминик тихо разговаривали. Гарри молчал, наслаждаясь близостью Флёр, тем, как она прижималась к его боку. И он знал, что его любимая тоже наслаждается этими мгновениями. Так прошло примерно с полчаса, прежде чем Гарри решил задать ещё один вопрос, который его занимал. — Куда мы направляемся? — Во Францию, — насмешливо ответил ему Сириус, в то время как Доминик тихонько хмыкнул. — Что, правда? — с сарказмом переспросил Гарри. — Гарри, мы воспользуемся портключом, — сказал Доминик. — Здесь, в Англии, нельзя получить портключ без согласования с Министерством магии, а что-то мне подсказывает, что чем меньше народу знает о твоём отъезде из Англии, тем лучше. Мы направляемся в одно уединённое место, там мы и воспользуемся портключом, который мы приготовили. Кстати, твой сундук я уже отправил к нам домой. — Спасибо, — искренне поблагодарил Гарри. За время, проведённое в дороге, Гарри по достоинству оценил машину, на которой они ехали, и решил, что когда всё закончится и он сможет сам распоряжаться своей жизнью, он обязательно купит себе такую же машину. Теперь он мог понять увлечение Сириуса магловскими мотоциклами и машинами. Было в них что-то такое, чего не могла дать ни одна метла в мире. Флёр начала с воодушевлением перечислять места, в которые она хотела сводить Гарри, и этот огромный список заставил парня мысленно застонать, в то время как Сириус и Доминик откровенно веселились. Надо признать, что стонал он в основном из-за того, что в список вошло немало магазинов. Гарри слышал достаточно страшных историй про девушек и шоппинг, чтобы не гореть желанием сопровождать туда Флёр. Хоть ему и хотелось посмотреть на Флёр, примеряющую новые наряды, становиться манекеном для неё парню совсем не улыбалось. Но Гарри понимал, что выбора у него нет. Правда, ему удалось стереть ухмылку с лица Сириуса, предложив тому присоединяться к ним время от времени. Крестному ведь тоже нужна новая одежда, правда? Насколько Гарри понял, во Франции он не был так же известен среди волшебников, как в Англии. Сбылось одно из самых горячих его желаний. Парень мечтал спокойно ходить, где ему вздумается, не натыкаясь на людей, глазеющих на него, как на знаменитость. Это также означало, что Гарри сможет спокойно гулять как по магическому, так и по магловскому Парижу. Дом Флёр находился в небольшом городке неподалёку от Парижа. Гарри приятно удивило то, что Флёр хотела провести больше времени в магловской части Франции, а не в магической. Так его шансы быть узнанным становились ещё меньше, и вообще, ему понравилась идея какое-то время находиться вдали от магического сообщества. Парню также хотелось осмотреть все те достопримечательности Парижа, о которых Флёр говорила с таким энтузиазмом, ту же Эйфелеву башню, к примеру. От возбуждения девушка периодически переходила на французский язык, и каждый раз это вызывало смешки у Доминика и Гарри. Гарри обожал, эти милые особенности речи своей любимой и не хотел, чтобы она менялась. Никогда. К тому же, Гарри было чем удивить возлюбленную — он понемногу изучал французский язык с тех самых пор, как ему удалось удивить Флёр и остальных фразой, выученной у Бэзила. После третьего тура, в перерывах между подготовкой к СОВ, Гарри снова занялся изучением французского, только чтобы отвлечься от мыслей о кладбище и о той ночи, когда он потерял родителей. Пока ещё он не мог говорить по-французски бегло или без ужасающего акцента, но он упорно совершенствовался. К тому же, Гарри обнаружил, что ему нравится изучать новые языки, что также помогало достичь успеха в учёбе. Наконец, они добрались до места назначения у подножия холма — местность вокруг была пустынной, так что они могли не опасаться быть замеченными. Все вышли из машины, и Доминик положил на неё какой-то маленький светящийся предмет. Машина тут же исчезла. Затем они вчетвером поднялись на холм. На вершине дул сильный холодный ветер, но вид открывался просто потрясающий. Небо было затянуто темно-серыми тучами, но Гарри любил именно такую погоду. Чистое же, безоблачное небо парню не нравилось вообще, за исключением тех случаев, когда нужно было играть в квиддич. Такое небо казалось ему каким-то... неестественным. Портключом оказалась старая консервная банка. Все собрались вокруг неё, Гарри с неохотой. Все магические виды путешествий заканчивались для него довольно плохо. По команде Доминика все схватились за банку, и Гарри почувствовал уже знакомое ощущение, словно его тянут за пупок. Это ощущение длилось дольше обычного, но вот, наконец, его ноги ударились о землю, и он тут же потерял равновесие и упал. Флёр изо всех сил старалась не рассмеяться. Заметив, что даже девушка умудрилась остаться на ногах, Гарри покраснел и быстро поднялся. Он постарался показать, что сердится на Флёр, но получилось не очень убедительно. — Не очень хог’ошо спг’авляетесь с пог’тключом, мистег’ Поттег’? — спросил стоящий рядом с ними мужчина, добродушно улыбнувшись и протянув руку. — Эмм... просто Гарри, сэр, — смущённо сказал парень, пожимая руку мужчине. В этот момент Гарри заметил, что они находятся в большом помещении, размером почти с Большой Зал в Хогвартсе. Вокруг них было полно людей, появлявшихся из ниоткуда с разнообразными предметами в руках. В помещении стоял гул множества голосов, хотя было трудно понять, что все разговоры ведутся по-французски. — В таком случае я — Жак... Глава Депаг’тамента Магического Тг’анпог’та Министег’ства магии Фг’анции к вашим услугам, — легко перешёл на неформальное общение мужчина. Повернувшись к Доминику, Жак заговорил с ним по-французски, получив в ответ улыбку и кивок. — Каминная сеть готова доставить вас к следующему месту назначения. Сейчас я вынужден попрощаться, но я уверен, это не последняя наша встреча. — Спасибо, — с чувством поблагодарил Гарри. Мужчина с улыбкой кивнул и ушёл, сразу же растворившись в толпе. А Гарри и остальные последовали за Домиником. — Где мы сейчас? — спросил Гарри у Флёр, идущей рядом с ним. У него, конечно, были догадки, но он никак не мог в них поверить, глядя на беспечно шагающего Сириуса, которого, казалось, вообще ничего на свете не волнует. — В Министерстве Магии Франции, конечно, — услышал Гарри весёлый голос крестного. — И нет никаких проблем, чтобы ты был... ну, ты понимаешь... самим собой? — осторожно спросил Гарри. — Неа. Все благодаря Доминику... Я здесь под защитой закона. — Каким образом? — растерянно поинтересовался Гарри. — Это довольно просто. У меня французское гражданство, — Сириус подмигнул ему, но Гарри продолжал хмуриться. Ему предстояло ещё немало узнать обо всех этих дипломатических тонкостях. Сириус дал себе слово заняться просвещением крестника, как только представится возможность, а пока пустился в объяснения. — В Англии меня отправили в Азкабан без суда. Мне не дали воспользоваться моими правами, иначе бы я с лёгкостью избежал отправки в это адское место. А здесь я в безопасности. Доминик поручился за меня, и я «невиновен, пока не доказано обратное». Также помогло то, что у Британии и Франции не особенно хорошие взаимоотношения, Фаджа здесь воспринимают как своего рода клоуна. — Значит, пока ты остаёшься во Франции, тебя не могут арестовать? — Верно, — ухмыльнулся Сириус. — Отлично. Значит, больше не возвращайся в Британию. — И оставить тебя один на один с этим темным мудаком? Нет уж. Там идёт война, и я не останусь в стороне. Гарри понял, что спорить с крестным бесполезно. Он стал глядеть по сторонам и заметил пару ведьм с серебристыми волосами, которые определённо были вейлами, судя по тому, какими голодными взглядами глазели на них некоторые мужчины. Вслед за Домиником Гарри и его спутники свернули в коридор, в котором во всех направлениях сновали бумажные самолётики — записки, посылаемые сотрудниками друг другу. В этот момент Гарри решил задать ещё один вопрос, который его интересовал. — Почему у Франции и Британии не очень хорошие отношения? — По разным причинам, — ответил идущий впереди Доминик. — Мы не согласны со многими методами, которые используют англичане. Нам не нравятся их бездеятельность, некомпетентность, — подумавший в этот момент о Фадже Гарри только согласно хмыкнул, — а также мы не одобряем кампании против нечеловеческих существ. Гарри почувствовал, как напряглась рука Флёр, которую он держал. Он сжал руку любимой, послав ей ободряющую улыбку, и дальше они пошли молча. Гарри и понятия не имел, насколько ужасным было английское Министерство Магии. Сириус, который хмурился уже некоторое время, неожиданно произнёс. — Знаешь... Дамблдору, скорее всего это не понравится. Но что если тебе тоже принять французское гражданство? Судя по тому, что сейчас происходит в Англии, это не такая уж плохая идея. Флёр взглянула на Гарри, и он заметил, что её взгляд полон надежды. — Мне нравится эта идея, — тут же ответил Гарри, задумавшись о своём неожиданно обнаружившемся отвращении к Британии. Парню казалось, что ему пойдёт только на пользу ослабление связей с Англией. К тому же, эта идея по какой-то причине очень понравилась Флёр. — Что мне нужно для этого сделать? — Тебе нужно будет жениться на Флёр. Этим летом. Гарри и Флёр застыли на месте. Сириус и Доминик продолжали идти, пока не поняли, что молодёжь не следует за ними. А Гарри в это время изо всех сил старался совладать со своим голосом. — Чт... что? Стойте... Я должен жени... но я же ещё... я имею в виду... не то, чтобы я был против, но... Нет! Я имею в виду... Я ещё... Глаза Гарри сузились, когда он заметил, как на лице Сириуса появилась широкая ухмылка. И такая же ухмылка появилась на лице обычно невозмутимого Доминика. До Гарри начало потихоньку доходить, что же он сейчас наговорил, и он не мог заставить себя посмотреть на Флёр. Вместо этого Гарри буквально зарычал на Сириуса, и он мог бы поклясться, что крестный слегка вздрогнул, но быстро взял себя в руки. — Мы просто проясним этот вопрос, но не будем торопить события, хорошо? — торопливо произнёс Сириус. Гарри выглядел так, словно готов убить его на месте. Глаза Сириуса расширились, когда он заметил зелёные искры вокруг рук своего крестника и серые точки в его глазах. — Я просто пошутил! — тихо добавил он. — Если бы мы сейчас находились где-нибудь в другом месте... — со злостью прошептал Гарри. Доминик воспользовался шансом, схватил Сириуса и оттащил его подальше от Гарри, оставив парня наедине с Флёр. Очень смущённый Гарри нерешительно шагнул вперёд, но остановился, почувствовав руки Флёр, обнимающие его, и её дыхание возле своего уха. — Хороший ответ, — прошептала она, и от этого шёпота у него по спине побежали мурашки. Гарри почувствовал, что краснеет, когда Флёр поцеловала его в щеку. Затем она схватила его за руку и потащила вслед за своим отцом и Сириусом, пряча улыбку. Гарри и не подозревал, как её обрадовали случайно вырвавшиеся у него слова. Наконец они добрались до места назначения. Им оказался ещё один транспортный зал, на этот раз с каминами. У Гарри возникло неприятное ощущение в животе. Он ненавидел магические способы путешествий, а этот был, наверное, самым худшим из всех. И всё же, зрелище каминов, каждые несколько секунд загорающихся зелёным пламенем, завораживало. Как на магловском вокзале, здесь было множество людей, с обеспокоенным видом спешащих во всех направлениях, стремясь успеть вовремя к месту отправления. И снова Гарри обратил внимание на различие английских и французских законов. Среди множества желающих воспользоваться каминной сетью были как люди, так и те, кто людьми определённо не являлся — Гарри заметил явно выступающие клыки у одного из мужчин, разговаривавших неподалёку от них. Из камина справа от них неожиданно появилась группа из четырёх вейл. Они прошли мимо, и Сириус тут же обернулся с зачарованным видом, чтобы посмотреть им вслед. И в своей реакции он был не одинок. Гарри почувствовал, как Флёр по какой-то причине крепче вцепилась ему в руку. Но проходившие мимо вейлы не вызвали у него никакого отклика. Единственным влечением, которое он испытывал, было влечение к Флёр, а это чувство он принял давным-давно. Вейлы выглядели раздражёнными из-за направленного на них внимания толпы, и Доминик, кроме Гарри единственный не поддавшийся их чарам мужчина, попытался оттащить Сириуса в сторону, правда, безуспешно. Как бы Гарри ни хотелось увидеть унижение крестного после того, что тот сделал с ним ранее, он всё же подошёл к нему и постучал ему по голове костяшками пальцев. Этого оказалось достаточно, чтобы Сириус вынырнул из транса и в смущении отвернулся. Одна из вейл заметила это, хихикнула и с благодарностью кивнула Гарри, который в ответ улыбнулся. Нужный им камин находился в нескольких футах от них. Как только толпа вокруг него рассосалась, Доминик взял с полки небольшой контейнер с летучим порохом и протянул его Гарри. — Гости вперёд... просто скажи «Дом Делакур». Несколько мгновений Гарри просто смотрел на контейнер, затем опустил в него руку и зачерпнул полную горсть летучего пороха. Сделав глубокий вздох, он шагнул в камин и, прежде чем решимость покинула его, чётко произнёс «Дом Делакур», бросив летучий порох к своим ногам. Вокруг него взметнулось зелёное пламя. Следующие мгновения Гарри провёл, борясь с чувством тошноты, пока его быстро кружило по каминной сети. Он изо всех сил старался держать глаза открытыми, пока различные камины проносились перед его взором с огромной скоростью. Гарри только начал желать, чтобы это всё прекратилось, как неожиданно его желание исполнилось, и до него медленно дошло, что он уже лежит на спине на чём-то мягком. Гарри едва успел поправить перекосившиеся очки, как в свете зелёной вспышки кто-то вывалился из камина и упал прямо на него. Цветочный аромат и серебристый блеск волос подсказал Гарри личность упавшего, и он с усмешкой обнял Флёр, не давая ей подняться. — Ты тоже не очень ладишь с каминами, — нежно прошептал он в ухо девушки. — Похоже на то, — шепнула она в ответ с лёгкой улыбкой на губах. — И ты вг’оде бы ещё не знаком с моей мамой, котог’ая стоит позади тебя. Тут же отпустив Флёр, Гарри поднялся на ноги и услышал позади себя смех. Там стояла Апполин Делакур, наблюдая за ними со смешинками в глазах. — Эмм... здрасте, миссис Делакур, я... Мама Флёр подошла к нему и заключила в объятья, спасая от дальнейшей неловкости. — Добг’о пожаловать в наш дом, 'Арри, - радостно произнесла она. — Я пг’иготовила комнату для тебя... Флёр скоро покажет её тебе. — Спасибо, — смущённо ответил Гарри. В этот момент что-то маленькое пронеслось мимо Апполин и врезалось в Гарри, крепко обняв его и выбив весь воздух из его лёгких. — Привет, Габриэль, — мягко сказал Гарри, улыбаясь миниатюрной копии своей возлюбленной. Маленькая вейла радостно ему улыбнулась, прежде чем отпустить его. Ещё одна зелёная вспышка, и появился Сириус, также растянувшись на коврике возле камина. — Весьма впечатляюще, мистег’ Блэк, — с ухмылкой сказала Апполин, пока Сириус поднимался и счищал с себя сажу, беззвучно ругаясь при этом. — Чёртовы камины, никогда терпеть не мог такой способ путешествий, — проворчал Сириус, но когда он повернулся к Апполин, на его лице появилась очаровательная улыбка. — Конечно, всё это небольшая цена за возможность вновь лицезреть ваш прекрасный лик, моя леди. Гарри прикрыл лицо рукой, отчасти желая, чтобы Доминик это увидел. Стоящая рядом с ним Флёр смеялась. Похоже, его крестный уже не в первый раз так себя ведёт. — Лесть ни к чему не пг’иведет. Я всё ещё не считаю вас своим дг’угом. Ответ Апполин заставил Сириуса измениться в лице. — Но почему? Вы же уже достаточно хорошо меня знаете, — его голос прозвучал жалобно. Апполин подмигнула Гарри. — Oui, вот именно поэтому. Вот когда повзг’ослеете, как ваш кг’естник, тогда и посмотг’им, что я могу сделать. Сириус ткнул пальцем в сторону Гарри в обвиняющем жесте. — Он же копия Лили! Вы просите невозможного! Гарри не мог сдержать улыбки, пока Сириус продолжал жалобно ныть. С ещё одной зелёной вспышкой позади них появился Доминик. Ему повезло ничуть не больше, чем Сириусу, и Гарри про себя порадовался, что никто из его спутников не обладал нечеловеческой способностью устоять на ногах после летучего пороха. Поднявшись на ноги, Доминик с опаской взглянул на продолжающего причитать Сириуса. — Опять то же самое? — спросил он, взглянув на Флёр и Апполин. Дамы неопределённо пожали плечами. Заметив Доминика, Сириус пошёл к нему, его плечи печально поникли. — Твоя жена поступает подло, — тихо сказал он Доминику. Апполин закатила глаза, прежде чем уйти. Флёр потянула Гарри вслед за ней. Дом Делакуров был большим, двухэтажным. Снаружи виднелись только деревья, и Гарри казалось, что он далеко в глуши, хоть Флёр и сказала ему, что до города рукой подать. По пути Гарри увидел двух домовых эльфов, низко поклонившихся при их приближении. Флёр повела его наверх и показала приготовленную для него комнату. Там была большая кровать, стол с креслом. Прямо перед кроватью находился камин, а из окна открывался чудесный вид на реку и находящийся за ней город. По крайней мере, Гарри подумал, что это город, так как над ним возвышалась башня с часами. Небо уже потемнело, дул лёгкий ветерок, и Гарри какое-то время просто стоял, наслаждаясь видом из окна. — Спасибо, что привезла меня сюда, — тихо сказал он подошедшей Флёр. На её губах появилась улыбка, когда Гарри обнял её за талию и прижал к себе. — Надеюсь, этим летом ты не собиг’аешься учиться? — через какое-то время поинтересовалась Флёр. — Нет... ну, может немного... но я полностью в твоём распоряжении, — с усмешкой ответил Гарри. — Мы же тут совсем одни? — игриво спросила Флёр. Гарри пожал плечами и повернулся к ней, обняв уже двумя руками. Он потёрся носом о шею Флёр, заставив её захихикать. Гарри хотелось, чтобы любимая была как можно ближе к нему, ведь он только что вспомнил, что когда лето закончится, ему придётся вернуться в Хогвартс, и они расстанутся на многие месяцы. Ему даже думать не хотелось о том, как же он проживёт это время. — Ещё немного, — тихо пробормотала Флёр, и они ещё какое-то время стояли, обнявшись. Потом Флёр медленно отстранилась. — Иди, прими душ, нам скоро спускаться к ужину. Гарри застонал, но поцелуй в щеку вновь поднял ему настроение. — А теперь иди, — твёрдо сказала Флёр, указывая на дверь, которую Гарри до этого не заметил. Убедившись, что Гарри направился, куда нужно, Флёр вышла из комнаты — ей также нужно было привести себя в порядок перед ужином. Едва Гарри успел переодеться в то, что ему казалось подходящей одеждой для ужина, как раздался стук в дверь. За дверью стояла Флёр, как всегда обворожительная, одетая в рубашку и шорты, со слегка влажными после душа волосами. — Надо будет купить тебе больше одежды, котог’ую можно носить дома, 'Арри, — сказала Флёр, с усмешкой разглядывая Гарри. — Сделаем это главным пунктом на завтг’ра. Гарри не смог сдержать стон. Рассмеявшись, Флёр схватила его за руку и повлекла за собой. Прежде чем идти вниз, она показала Гарри свою комнату, находившуюся за соседней дверью. Комната не слишком отличалась от его, разве что гардероб был намного больше. Гарри был поражён тем, насколько нормальным выглядел дом. Возможно, именно поэтому он казался столь уютным и гостеприимным. «Нора», хоть в ней и было весело, всё же оставалась для Гарри странным и непонятным местом. Прожив столько лет с маглами, Гарри чувствовал себя довольно неуютно в доме, совершенно не подходящем под определение нормального. А дом Делакуров удачно сочетал в себе магловские и волшебные черты. К примеру, гостиная ничем не отличалась от гостиной в магловском доме. Там даже были телевизор, радио и прочая электроника. — Вижу, ты добрался сюда без проблем, — произнёс чей-то спокойный голос, как только Гарри и Флёр вошли в гостиную, где уже находились Доминик, Сириус и кто-то ещё. — Ремус! — радостно воскликнул Гарри. — Рад снова видеть тебя. Маглы не доставили никаких проблем за прошедшую неделю? — спросил Ремус, обняв Гарри одной рукой. — Нет, они вели себя терпимо. Оборотень кивнул. — Мне нужно кое о чём поговорить с тобой, — он бросил извиняющийся взгляд на Флёр. Девушка фыркнула, прежде чем направиться в сторону кухни, чем вызвала смешок у Гарри. Гарри с любопытством посмотрел на Люпина, который увёл его в сторону от остальных. — Что-то случилось? — спросил Гарри, когда они отошли за пределы слышимости. — Нет... нет, ничего такого уж важного, но... — Ремус, казалось, никак не может подобрать нужные слова. — На следующей неделе будет полнолуние. — И почему это... Я... оу... — Гарри с беспокойством взглянул на Ремуса. — Я думал, что я не заражён... вот. — Нет, ты не заражён. Не волнуйся, ты точно не покроешься ночью шерстью, — при этих словах Гарри выдавил из себя слабую улыбку. — Но, тем не менее, я думаю, полнолуние всё же немного повлияет на тебя. Какое-то время Гарри стоял молча. — Я буду представлять опасность? Я имею в виду, для других... — наконец спросил он. — Нет, не будешь. Прекрати думать таким образом! Скорее всего, это будет какая-то мелочь, к примеру, твои органы чувств станут острее... что-то вроде этого. Твой разум принадлежит только тебе, так что не волнуйся насчёт всего этого. Гарри медленно кивнул. Он рассказал Люпину о том, что его слух стал острее, и о других небольших изменениях, как предпочтение мясной пищи, более быстрые рефлексы и более быстрая реакция на происходящее вокруг него. Но были и другие небольшие изменения, незаметные для самого Гарри, но бросающиеся в глаза окружающим. Было в нём что-то неуловимо хищное. К примеру, двигался он теперь несколько иначе, его движения были слишком плавными, чтобы казаться «нормальными». — Тебе просто нужно время, чтобы ко всему этому привыкнуть. Я лишь хотел предупредить тебя. И предложить помощь, если она тебе понадобится, — сказал Ремус — Это будет происходить только ночью, так? — Да. Гарри снова кивнул. Они поговорили ещё какое-то время. Люпину было интересно, каких успехов Гарри добился в беспалочковой магии. Оборотня изрядно повеселил рассказ о том, как Гарри запугал Дурслей при помощи дешёвого ярмарочного трюка. Вскоре настало время ужина, и все отправились к большому обеденному столу. Еда была даже лучше, чем в Хогвартсе, а это уже говорило о много. Сириус развлекал окружающих, при любой возможности спрашивая Апполин о её подругах-вейлах. Флёр объяснила Гарри причину расстройства Сириуса, пока они были наверху. Так что Гарри отлично провёл время, наблюдая за крестным либо тихонько разговаривая с Флёр во время еды. После того, как тарелки опустели, Сириус вздохнул. — Пора отправляться, — пробормотал он и поднялся вместе с Люпином. Гарри посмотрел на них в замешательстве. — Куда вы двое собираетесь? — Встреча... мы объясним позже, — быстро добавил Сириус, прежде чем Гарри успел открыть рот для вопроса. — Кстати, когда ты собираешься на Косую Аллею? Я что-то слышал насчёт Олливандера... — Да, мне нужно проверить палочку. И сделать кое-что ещё, — тихо произнёс Гарри, неосознанно дотронувшись до груди в том месте, где висело ожерелье. Сириус кивнул и взглянул на Доминика. — Вы отправитесь туда завтра или позже? — спросил он. — Нет... наверное, на следующей неделе, или даже скорее через неделю, — после такого ответа отца на лице Флёр отразилось облегчение. — Отлично. Тогда пока, народ. Спасибо за ужин, — весело сказал Сириус. Люпин кивнул и добавил слова благодарности от себя. Они уже почти дошли до входной двери, когда Сириус вдруг обернулся и с коварной ухмылкой произнёс: — Будь хорошим мальчиком, Гарри. Я не хочу ничего слышать о том, как ты прокрался в... — Сириус! Но возмущённый вопль Гарри пропал впустую. Подмигнув крестнику, Сириус скрылся за дверью вместе с Люпином, оставив Гарри мучительно краснеть под смех Флёр и её семьи. Вскоре после этого Апполин отвела засыпающую Габриэль наверх. Доминик также отправился спать, так как ему завтра нужно было рано вставать на работу. Гарри и Флёр остались вдвоём. Они поднялись в его комнату и уютно устроились у него на кровати. Флёр свернулась клубочком под боком у Гарри, положив голову ему на плечо, как тогда, когда они проводили время вдвоём в её комнате в карете Шармбатона. Гарри рассказывал ей о прошедшей неделе, в основном о том, как он познакомился с Мэттом, Линдой и Лией. О своих странных снах он пока не сказал ни слова... но он решил, что так или иначе расскажет всё Флёр до того, как это лето закончится. Когда Гарри начал зевать, борясь со сном, Флёр неохотно выбралась из его объятий. После долгого поцелуя на ночь она вышла из комнаты, соблазнительно покачивая бёдрами. Со счастливой улыбкой на лице Гарри наблюдал, как его любимая идёт к своей комнате. На пороге Флёр обернулась и послала ему коварную усмешку, прежде чем скользнуть в комнату. Гарри закрыл дверь и рухнул обратно на кровать. Как он ни сопротивлялся, его глаза закрылись сами собой, и уже через несколько минут он крепко спал. Ночью ничто его не тревожило, так как все его сны были заняты девушкой, спящей в соседней комнате.
