В руках твоих.

Ему нужно было избавиться от него с самого начала. Аластор и сам не знал, что сподвигло его согласиться на глупую сделку и оставить в живых этого глупого принца. Он был нелепым, громким, таким… смешным и живым. С его появлением в замке стало действительно шумно, но в тоже время весело. Словно завести себе ручную зверушку. Так как же так вышло, что он привязался к нему? Ему нравилось общество блондина, тот всегда умел его удивить. Когда-то в замке было так же шумно и так же весело. Вместо призрачных теней было множество слуг, а ужин проходил в кругу семьи. Он помнит свою мать и своего отца, но теперь их не было рядом. Даже, если бы Аластор захотел, он не смог бы до них дотянуться. Возможно, он соврал блондину, но разве смог бы он объяснить, что его семья теперь находилась в ином мире, не подвластном ему? Аластор даже не был уверен, что они живы, ему не хотелось верить словам демона, но он это делал. Наверное, он был проклят с самого начала. Когда он впервые увидел эту книгу, то уже не мог отвести от нее взгляда. Она манила, звала его к себе. Сила в ней должна была стать его, Аластор знал это. Чего он точно не мог знать, что своими действиями обречет весь замок расплачиваться за свои действия. И вот он снова здесь, с книгой в руках, с демоном за плечом, с договором на крови. Если он сможет найти то, чего так жаждет демон, то вернет все, что было потеряно. Слишком сладко даже для него, но что оставалось? Но сколько бы сердец Аластор не забирал, они все были не тем, что он искал. Они не дадут ему силу. А потом появился Энтони. Энтони… Глупый принц в женском платье. Шут. Аластор хотел с ним поиграть, пока ищет нужное ему сердце, но игра зашла слишком далеко. Они оба оказались искалечены судьбой, у них оказалось намного больше общего, чем могло показаться на первый взгляд. Аластор не сразу заметил, как его демон начал преследовать Энтони. Он облизывался при взгляде на него, шел по пятам, прятался в его тени, прокрадывался в сны. Было проще не замечать, списывая на глупую потребность демона к играм, как и у самого мужчины. Но потом он позволил себе больше. Аластор не мог противиться влечению, и когда юноша под ним плакал и стонал, желая его, он брал все без остатка. Энтони стал его одержимостью. Но на утро, перед рассветом, когда блондин уже уснул в его руках, мужчина заметил это. Хищный взгляд демона и то, как тот тянул руки, касался блондина, желая его поглотить. В то утро Аластор принял для себя поспешное решение отстранить от себя юношу, заставить его себя бояться и ненавидеть. Но он не мог оставаться в стороне, наблюдая, как блондин ждет его возле комнаты, как мучает себя день ото дня. Сердце мага было в смятении. «Что ты ко мне чувствуешь?» Этот вопрос не должен был прозвучать, но именно он открыл глаза Аластору и стал началом конца. Демон за его спиной смеялся, когда мужчина рушил свою комнату в поисках решения. Демон шептал ему правильное по его меркам решение. «Отдай его. Отдай его. Отдай его.» «Сожри его. Сожри его. Сожри его.» Но Аластор не мог этого сделать. И все же, все приходит к тому, с чего началось, не так ли? Шоу продолжалось, даже когда в его руках было горячее сердце, наполненное искренней любовью. Сердце, которое даст ему все, чего он желал. Сердце, которое вернет ему утерянное. Мог ли он его принять? *** Над замком растянулись темные тучи, которые никак не хотели уходить, но Аластора это не сильно волновало. Он был счастлив, когда смог проснуться в одной постели с Энтони, обнимая его, поглаживая по гладкой алебастровой коже, целуя в шею. Конечно, блондин все еще обижался на него, не смотрел, сохранял молчание, но он всегда оказывался в руках мужчины и этого было достаточно. В замке в этот день было шумно, потому что Аластор наконец-то сделал решительный шаг. Теперь Энтони может быть его королем или королевой, титулы не имели значение. Сегодня он ждал, когда прибудет семья юноши и они все обсудят. Это было похоже на сказку. Возможно отец Аластора все еще высказывал неодобрения своим хмурым взглядом, но его мать поддерживала своего сына, а большего и не требовалось. - Мой дорогой, ты снова неважно себя чувствуешь? – голос Аластора всегда был ласков, когда он обращался к блондину. Ладонью он смахнул с лица юноши прядь волос, надеясь, что тот хотя бы на него взглянет. Но Энтони все еще обижался. – Ну сколько можно? Ты заставляешь меня злиться, mon cher, ха! Я ведь извинился и даже вернул твою сестру домой, а ты все еще так холоден со мной, - качнув головой, мужчина отстранился, быстро приводя себя в порядок, - Ну ничего, чудесный завтрак в кругу семьи скрасит твое настроение! Возможно, его ангелу станет лучше, когда он сможет поговорить с родителями Аластора и понять всю серьезность намерений мужчины. По крайней мере, он на это надеялся, а потому решил приготовить завтрак лично. На самом деле оставалось не так много времени до момента, когда вся семья Энтони тоже прибудет в замок и Аластору нужно было подготовиться к их встрече. Если он сможет умаслить своего возлюбленного, то это было бы замечательно. - Вот так, мой дорогой, садись, - Аластор был джентльменом до мозга костей, поэтому не мог не помочь юноше сесть за стол, сжимая тонкую ладонь в своих. – Мне кажется, ты слегка похудел, это не скажется на твоем здоровье. Мужчина заботливо положил на тарелку блондина кусок оленины и какие-то овощи. Он так хотел, чтобы Энтони заговорил с ним и наконец-то простил, но тот лишь холодно на него смотрел в ответ. - О, Энтони! Не устраивай драму на глазах у моих родителей, это же смешно! Я извинился! – воскликнул мужчина, теряя терпение и стукая кулаком по столу, из-за чего стоящий рядом бокал пошатнулся и упал, вылив вино на белую скатерть. – Ну вот, я вспылил. Ох, нет-нет, матушка, не беспокойтесь, - растянув губы в ухмылке, Аластор взял в руки полотенце, прикладывая к мокрому пятну. – Нам не нужно ссориться, ведь скоро у нас гости. Безумный блеск сверкнул в глаза мужчины, когда он рассмеялся. Иссушенные тела его родителей безмолвно сидели за столом, не возражая. Разве они могли бы? Аластор спас их, выдернул из другого мира, вернул домой и теперь они были все вместе. Личинки в их головах не смогли бы испортить настроение их сыну, даже когда падали на стоявшие возле них пустые тарелки. - Давай же, дорогой, твой отец совсем скоро приедет со своей армией, ты же не хочешь предстать в таком виде перед ним, - искушено прошептал Аластор, пододвигаясь к холодному возлюбленному, в груди которого больше не билось сердце. Его Энтони был прекрасен даже таким. Холодный, пустой, он все еще вызывал в мужчине трепет и желание защитить. Аластор будет оберегать его тело, ведь это все, что у него осталось. Аластор позаботится о нем, пусть даже сюда ворвутся сотни и тысячи солдат. Энтони принадлежал ему и Аластор никому его не отдаст. Никому больше.