Отрешённость с привкусом любви

POV Оливия Он выходит из машины первым, смешно обегая её сзади и открывает мне дверь. Я улыбаюсь с комичности ситуации. — Ты такой забавный. — Миледи… — подаёт мне руку и чуть наклоняет голову. Его образ в моей голове рассыпается и вновь складывается в картинку, и так несколько раз за эти секунды, пока я выхожу из такси. Его рука слегка шершавая, такая тёплая и сухая. Сильная. Я невольно сосредотачиваюсь на тактильном. Оправдываю в собственной голове слово «сухая»… это что - то очень приятное, что объяснить мне не под силу. Возвращаюсь в реальность, когда пальцы второй его руки касаются моего подбородка. — Хэй, — тихо он пытается обратить на себя внимание, не зная, что моё внимание сосредоточено только на нём с той самой секунды, как он сел на этот диван в клубе. Грудная клетка как будто проминается на выдохе от того, что я испытываю, смотря ему в глаза. Уличный фонарь удачливо запускает ему в радужки капельки золота, а я завороженно слежу за их путешествием под этими чёрными ресницами. Его красивый рот изгибается в улыбке, и я не могу сдержать ответной. — Хэй, — вторю ему и сокращаю расстояние между нами. — Пойдём. Мы делаем несколько шагов к современному четырёхэтажному дому, и Итан открывает дверь. Внутри всё очень минималистично, я успеваю оглядеться, пока мы ждём лифт. Зачем лифт в таком малоэтажном доме я понимаю только тогда, когда захожу туда. С ним. Сжимаю зубы, чтобы не застонать от собственного бессилия. В приглушенном свете лампы, прямо над его головой, он выглядит демонически прекрасно. Руки невольно тянутся к его волосам, и я запускаю одну в них около уха. Он прикрывает глаза и тянет меня к себе. Мы прижаты к стене, слышу, как лифт уже повторно открывает двери на верхнем этаже, но мы продолжаем рвано дышать друг другу в губы. Голову затапливает поток бессвязных мыслей, тело горит, а напряжение заставляет сжимать его плечи. Доля секунды и его губы касаются моих, даря облегчение. Я наслаждаюсь их мягкостью и настойчивостью, упиваюсь этим «противоречием». Не разрывая поцелуя, он подталкивает меня к выходу, крепко держа за талию. Я пячусь назад, пока он не останавливает меня, копаясь ключом в замочной скважине. Вокруг темно. Дверь поддаётся, и мы вваливаемся внутрь, он обнимает меня, позволяя пройти вглубь. Щёлкает выключатель, и мягкий сиреневый свет распространяется по коридору. Мои глаза пытаются сфокусироваться на обстановке. Белый комод, белый шкаф без ручек, полка для обуви с идеально выставленными туфлями. Делаю ещё шаг и поочерёдно скидываю туфли, становясь ниже на добрых десять сантиметров и оборачиваюсь. Теперь мои глаза на уровне его шеи, и я вижу его идеально очерченные ключицы, буквально облизываясь. — Малышка, — его шёпот обволакивает каждую клеточку тела. Пытаюсь сопротивляться, поворачиваюсь спиной и делаю несколько шагов дальше. — Такая девственно чистая, идеальная…- трогаю рукой столешницу комода, отмечая прохладу лакового материала. — Квартира «для встреч»? — Это моя квартира. — Это твоя «квартира для встреч»? Его глаза выдают сразу несколько эмоций, но он «сохраняет лицо» и медленно качает головой из стороны в сторону. Я не знаю, почему я задала этот вопрос и почему это казалось таким важным для меня в глубине души — не быть одной из многих в этой квартире. Я ведь согласилась уехать с ним после поцелуя в клубе… Мне ли не плевать? — Я здесь не часто бываю… — Это… это не важно, я не знаю, зачем задала этот вопрос, — я усмехаюсь, уже смотря на него в упор. — Хочешь чего - нибудь выпить? — он гладит мою руку. — Во мне уже шесть скотчей, дорогуша, — смеюсь, скорее нервно. — Белое сухое? — Идеально. Он идёт на кухню, я медленно следую за ним. Зажигается свет над барной стойкой из чёрного камня. Я любуюсь всем в этой квартире… особенно ее хозяином. Завороженно слежу за мышцами на его спине, которые плавно «перекатываются» под кожей, пока он достаёт из бара вино и бокалы. Его волосы сейчас переброшены вперёд и я прикусываю язык, желая спросить про них. Не время. — Прошу, — он улыбается, смотря мне в глаза и протягивает бокал. Делаю глоток, он зеркалит меня и подходит вплотную, встаёт за моей спиной и свободной рукой убирает мои волосы назад. Его губы касаются уха, и я вздрагиваю, закрывая глаза. Губы невольно приоткрываются, дыхание становится тяжёлым. Его тоже. — Итан… — Тшш, ты хочешь принять ванну? — его вопрос повисает в воздухе, потому что пальцы на моём животе не дают даже выдохнуть. — Да, — пищУ я. — Пойдём, — он берет меня за руку и ведёт в другое крыло квартиры. В ванной просторно, есть даже шкаф, откуда он заботливо достаёт второй халат и кладёт на раковину. Я не замечаю, что ванная уже наполняется, поднимая копну пышной пены, которая пахнет… морем? Фокусируюсь на Итане. Он стоит спиной к раковине, скрестив руки на груди и наблюдает за мной. Подхожу слишком близко, смотрю в глаза. — Ты смертельно прекрасен, — возвращаю свою ухмылку, защищая себя. Он запускает пальцы в мои волосы и слегка массирует кожу, я прикрываю глаза от удовольствия. Вторая рука плавно поднимается по талии к спине и тянется к замку на моём топе. Молния медленно ползёт вниз, а я закусываю губу. Такая игра стоит свеч. Он не знает, что на мне нет белья. Свожу руки впереди, а он стягивает чёрную ткань. Открываю глаза, упиваясь своей хотя бы секундной «победой», когда замечаю его взгляд. Невесомо пальцами он очерчивает ключицу, на которой красуется татуировка. — Что… что значит эта надпись? — сглатывает он. — «Живешь ли ты?». — Ты прекрасна. Он целует меня. Рвано, горячо, слишком откровенно. Я теряю контроль, хаотично перемещая руки по его телу. Наконец у меня получается вытащить майку из - под тугого ремня. Он поднимает руки, позволяя мне снять её. Я упиваюсь гладкостью его горячей кожи, вновь и вновь исследуя руками торс и спину. Невозможный. Просто невообразимо идеальный, он ведёт меня к ванне. Я переступаю через уже снятые брюки. Поражаюсь отсутствию стеснения. Делаю шаг в теплоту воды и чувствую, что он повторяет за мной, буквально прилипнув сзади. Целует в шею, прикусывая нежную кожу. Он победил. С моих губ срывается первый тихий стон, и я буквально физически чувствую эту улыбку на его лице. Он садится и тянет меня за собой, моя спина касается его груди. Шумно выдыхаю, чувствуя его тело под водой. Желание сводит низ живота и заставляет сжаться в тугую струну, когда его руки обнимают меня и одна накрывает грудь, сжимая. Я вся — оголенный нерв. Больше не контролирую своё тело. Прогибаюсь в спине, откидывая голову ему на плечо. — О, боже, — срывается с губ. Пытаюсь свести бёдра, когда его рука ползёт ниже, очерчивая пупок. До боли кусаю язык, чтобы не кричать от такой мимолетной ласки. — О, боже, — повторяет он со стоном и кусает ухо. Его руки не дают мне возможности вздохнуть полной грудью. Тело я не контролирую, выгибаясь и хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Он вторит каждому моему стону прямо мне в ухо, и это сводит с ума. Я, разумеется, чувствую его возбуждение. — Я больше не могу, — шепчу я. Ощущаю, как он приподнимается, помогая встать и даёт мне полотенце. Серьезно? Я не могу стоять, не то что бы что-то делать. Но пытаюсь вытереть остатки пены, он занимается тем же, бросает полотенца на пол, нетерпеливо вытаскивает меня из воды, как маленького ребёнка и несёт в темноту спальни. Когда моя спина касается прохладной простыни, а он нависает надо мной, мне срывает крышу. — Оливия, — буквально рычит он, в то время, как моя рука между нашими телами касается его плоти. Сердце бешено колотится, он целует меня, сплетая наши языки. Его волосы падают мне на лицо. Жарко. Мокро. Пошло. Я, обезумевшая от желания, царапаю его спину. Он слегка отстраняется, и я слышу звук рвущейся фольги. Всё происходит так быстро, что из глаз буквально сыпятся искры. Он во мне. Целует, кусает, уверена, оставляя на теле свои «метки». Мечусь по кровати в какой-то агонии. Он стонет — и это последнее, что я помню перед безумной вспышкой. Мне хотелось провалиться в пропасть и больше никогда не открывать глаза. Не знаю, сколько проходит времени, но я чувствую, как он нежно целует мою шею, а пальцы правой руки переплетает с моими. Дрожит всё тело. У обоих. Но губы сами по себе растягиваются в улыбку, целую его, заправляя волосы за ухо. — Это было… Затыкает меня поцелуем. — Безумно, — шепчет в губы. — Безумно горячо. Крайнее, что я помню — его ванну и… масло для снятия макияжа, которым он очень уверенно помогал мне стереть «то, что не доел». Но сил задавать вопросы у меня не было. Я провалилась в сон, уткнувшись носом ему в шею.