Вне времени| Timeless

Воскресенье, 27 ноября. 07:43. Хогвартс, общежитие Слизерина. Чхве Сан. Сан проснулся в прекрасном настроении. Он перекатился на бок и вытянул ноги с глуповатой улыбкой на губах, прежде чем открыть глаза. События прошлой ночи возвращались к нему одно за другим. Выпивка со всеми, медленный танец с Уёном и, наконец, поцелуи с ним же у камина ... Сан закрыл лицо руками и тихо взвизгнул. Он мог бы подумать, что это сон, если бы не сладкое ощущение губ Уёна, которое он всё ещё чувствовал. Волнение пульсировало в его венах. Поцелуй было похож на самый первый в его жизни, только на этот раз он был с его настоящей любовью. Жизнь была прекрасна. Мир вокруг него был полон красок, а его кожа горела от тепла и радости. Независимо от того, какие неприятности мир планировал нанести ему сегодня, Сан был готов встретить всё лицом к лицу. Даже головная боль – как последствие выпитого в большом количестве огневиски – не могла испортить его настроение сегодня. Он откинул одеяло, отдёрнул гладкие изумрудные занавески на кровати и вскочил на ноги. Надел чёрные спортивные штаны, которые валялись до этого на полу, и заправил одеяло. В просторной прямоугольной комнате было множество кроватей, старинное, но уютное кресло, деревянный стол в дальнем углу и небольшой квадратный фонтан в центре. Отсутствие окон и низкий потолок создавали некоторый полумрак - типичный для комнаты в подземельях. Факелы, горящие зелёным пламенем, только добавляли таинственной атмосферы. Сан делил темную комнату с четырьмя другими шестикурсниками слизеринцами: Минги, Ёнджуном, Чанбином и Хакнёном. Они были его товарищами по общежитию и хорошими друзьями с первого года обучения в Хогвартсе. Для Сана они были как братья. Пока что проснулся только он. Минги растянулся на кровати слева от Сана, на спине, слегка приоткрыв губы. Ёнджун прижался лицом к подушке в форме медведя, Хакнён закутался всем своим телом в одеяло, от души храпя, а Чанбин лежал, свернувшись клубочком, его шторы были только наполовину задернуты. Сан взял свежую одежду из сумки под кроватью и на цыпочках прошёл через комнату в просторную общую ванную, стараясь не разбудить никого. После быстрого душа он обернул бёдра полотенцем, зачесал назад влажные волосы цвета воронова крыла и начал чистить зубы. Он только закончил, когда вошёл Минги. Он протяжно зевнул и провёл рукой по своим растрёпанным каштановым волосам. С полузакрытыми глазами он, еле волоча ногами, подошёл к раковине. Сан наблюдал за ним в зеркало, стараясь не хихикать. – Ты хорошо себя чувствуешь?" – Чёрт, сколько я выпил прошлой ночью? – Я не знаю. Хватило, чтобы начать целоваться с Юнхо. – Даже не говори об этом, чувак, – простонал Минги и потянулся за зубной щеткой. – Позволь мне думать, что это был просто кошмарный сон. Ёнджун тоже появился рядом в ванной, вскоре за ним, пошатываясь, последовал Чанбин. Их волосы были такими же растрёпанными, как и у Минги. Сан не мог не усмехнуться их похмельному состоянию. Несмотря на то, что они они выпили гораздо больше огневиски, чем Сан прошлой ночью, но он всегда превосходил их, когда дело касалось толерантности к алкоголю. После того, как он пару раз ополоснул лицо водой, Чанбин одарил Сана озорной ухмылкой. – Я полагаю, ты и Уён кое-чем занимались прошлой ночью? – Чем? – выпалил Минги, широко раскрыв глаза. Он чуть не подавился зубной пастой. Ёнджун заулюлюкал, всё еще держа зубную щетку во рту. Неуместные символы, которые Еджин нарисовал ему на щеках прошлой ночью, всё ещё были там, но он был слишком занят обсуждаемой темой, чтобы заботиться о них. Сан только улыбнулся им. Он решил немного повеселиться с ними и немного подыграть. – Скажем так, я дал ему то, что он хотел. Я позволю вашему воображению дорисовать все остальное. – Офигеть, чувак! – воскликнул Чанбин. Он и Ёнджун дали друг другу пять и забарабанили руками по обнаженной спине Сана. На лице Минги было ошарашенное выражение. – Подожди, ты серьёзно? – Шучу, мы этого не делали. – Сан засмеялся. – Мы только целовались у камина. Я не тороплюсь, помните? Как джентльмен. – Ой, – неубедительно сказал Минги. Он продолжил чистить зубы. Чанбин закатил глаза. – Будь осторожнее. Будешь действовать медленно, и в конечном итоге тебе придётся ждать до свадьбы . Эти слова принесли ему еще одну отбитую пять от Ёнджуна. Сан закатил глаза и рассмеялся вместе с ними. Он переоделся в белые джинсы и бледно-голубой свитер. Когда другие тоже переоделись, ему снова пришлось терпеть шутки о своем рыцарстве на протяжении всего пути через подземелья к столовой с завтраком. С тех пор, как он начал встречаться с Уёном, его друзья поставили перед собой задачу дразнить его за то, что он безнадёжный романтик, почти каждый день. Иногда они могли быть изрядно надоедливыми, но Сан любил их за это. Он не мог представить Хогвартс без них. Наконец они добрались до вестибюля. Сан не осознавал, насколько он голоден, пока Чанбин не пожаловался на громкое урчание, исходящее от его собственного желудка. Восхитительный запах тостов, бекона и яиц, доносившийся до их носов ещё до того, как они вошли в Большой зал, тоже не сильно помог. Однако, несмотря на всё это, мысли Сана были в другом месте. Он был взволнован, почти взволнован, увидеть Уёна за завтраком. Он ещё там? Хорошо ли он спал? Неужели он тоже проснулся в невероятном настроении? Должен ли Сан приветствовать его поцелуем, или он должен отложить это на потом? Сану не терпелось снова увидеть его улыбку. Он направился налево, как только зашёл в Большой зал и оглядел гриффиндорский стол в поисках Уёна. Но его там не было. Сан остановился и пригляделся, но безрезультатно. Уёна нигде не было. Он даже проверил стол Рейвенкло, думая, что он может есть с Ёсаном. Его не было. И он не появился даже к тому времени, когда Сан, Минги, Ёнджун и Чанбин почти закончили свой завтрак. – Может, он спит, – пожал плечами Ёнджун. Чанбин кивнул: – Ага. Прошлой ночью он действительно много выпил. – Ты увидишь его за ужином позже – добавил Ёнджун. –.Возможно ты прав.– Сан вздохнул, не в силах скрыть разочарование. Он должен был знать. В конце концов, это была не первая вечеринка, на которую он ходил с Уёном. Когда Ёни был с похмелья, он часто спал до обеда, а потом клялся, что никогда больше не прикоснется ни к одному стакану алкоголя, и уже к ужину возвращалась его обычная бодрость. Тем не менее, Сан действительно хотел его увидеть. – О нет, – внезапно выдохнул Чанбин. – Что, если Уён даже не помнит ваш романтический поцелуй у камина? – Он и Ёнджун насмешливо поджали губы, глядя на Сан. Он закатил глаза на них: – Ребята, вы ужасные. – Его улыбка вернулась. – И вообще. Если он действительно не помнит, я просто дам ему небольшое романтическое напоминание сегодня вечером. Ёнджун и Чанбин снова завизжали, но Минги был ужасно тихим. Теперь, когда Сан подумал об этом, то понял, что тот почти ничего не говорил всё утро. Его внимание, казалось, было направлено внутрь него самого, когда он рассеянно ковырял яичницу. Это было совсем не похоже на него – вести себя так задумчиво. Обычно он вмешивался в шутки Ёнджуна и Чанбина. Примерно через час шуток и болтовни Чанбин исчез, сказав, что у него есть дела с Сынмином. Ёнджун вскоре последовал его примеру. Он заявил, что ему нужно ещё курочки, и пошёл на кухню, чтобы убедить домашних эльфов приготовить для него куриные ножки. На мгновение Сан подумал о том, чтобы нанести Уёну неожиданный визит в его общежитие, но отказался от этого. Лучше пока дать ему возможности поспать. Вместо этого он и Минги вместе покинули Большой Зал и вернулись в подземелье. Им нечего было делать до того, как через час придёт время убирать остатки вчерашней вечеринки. Гостиная почти пустовала, что было необычно. Единственными присутствующими были двое первокурсников, играющих в волшебные шахматы в уютной нише у окна, студентка седьмого курса, читающая здоровенную книгу на лестнице, ведущей в общежитие, и Кровавый Барон, разговаривающий с девушкой-старостой, чьё имя Сан не помнил. Теперь, когда время экзаменов прошло, многие студенты проводили выходные в Хогсмиде, в то время как другие играли со своими друзьями в Большом зале или разбивали лагерь в библиотеке, чтобы подготовиться к следующему раунду экзаменов. Это означало, что Сан и Минги могли полностью завладеть двумя диванами у камина. Они сразу же заняли по одной кушетке каждый и быстро расслабились в тепле, исходящем от потрескивающего пламени. Излишне говорить, что Сан любил общую комнату. Так было всегда. Цепи с круглыми зеленоватыми лампами свисали с грубых каменных стен подземелья и освещали каждую поверхность в тусклом свете, который они излучали. Эмблема дома Слизерина, змея, была выгравирована на стенах и вышита на изумрудных знаменах, украшавших комнату. В широких окна открывали вид на глубины Чёрного озера. Время от времени можно было увидеть проносящихся мимо гигантских кальмаров – а иногда и более интересных существ. У комнаты была аура таинственного подводного корабля, потерпевшего крушение. И это стало для Сана вторым домом. Минги по-прежнему вел себя довольно тихо. Каждый раз, когда Сан пытался начать разговор, он отвечал только мычанием. Он меланхолично смотрел в потолок, его обычно беззаботное лицо выражало безразличие. Сан посмотрел на него несколько секунд и вздохнул. – Это Юнхо? При упоминании его имени Минги вырвался из своих мыслей. Он взглянул на Сана, как будто забыл, что он там. Затем снова отвел глаза. – Может быть. – Давай, Минги. Ты всегда так себя ведёшь после того, как побудешь с ним. Это было правдой. Прошлой ночью они уж точно не в первый раз пьяно целовались, а на следующий день снова ненавидели друг друга. Они вели себя так уже больше года, и Минги отказывался говорить о том, что с ними случилось. Это было безнадежно. – Я не был с ним». – Если ты понимаешь, о чем я. Когда ты наконец расскажешь мне, что произошло между вами двумя? – Ты уже знаешь! Раньше мы с ним были друзьями, теперь уже нет. Понимаешь? Сан вздохнул.: – Хотите верьте, хотите нет, но это я и так знал. Но простые бывшие друзья так не ведут себя. – При достаточном количестве алкоголя они могут… – Минги. Мы оба знаем, что что-то произошло между вами, и я могу сказать, насколько сильно это тебя беспокоит. Перестань избегать этой темы, просто скажи мне. – Ты всегда был таким бесстыдно настойчивым? – прошептал Минги сквозь стиснутые зубы. Сан ухмыльнулся: – Я так думаю, да. Минги закатил глаза и скрестил руки.: – Хорошо, я тебе скажу. Но только потому, что ты не хочешь замолчать. – Я весь в ожидании... После того, как Минги, наконец, собрался с мыслями, он начал объяснять: – Юнхо и я были друзьями, – сказал он. – даже лучшими друзьями. Раньше между нами всё было так легко. Я никогда не ожидал, что у него возникнут романтические чувства ко мне ... или что я им отвечу. – Щёки Минги покраснели, когда он начал неровно потирать руки. – По крайней мере, пока он мне не признался. – Он… что? – Сан потер переносицу. – Подожди, но если вы двое понравились друг другу, то в чём проблема? Минги прищурился, глядя на него: – Я уже подходил к этому. Сан поднял руки в защиту и жестом приказал ему продолжить. – Ну, ты знаешь… Его признание было настолько неожиданным, что я как бы…отказал ему. Сан не мог сдержаться: – Ты отказал?! Но почему? Я думал, ты - – Слушай, я тоже не знаю, ладно?! Я запаниковал!– воскликнул Минги. – В один момент мы шутили, а в следующий – он говорит, что хочет быть со мной, и все такое! Я не знал, что ответить! Студент седьмого курса захлопнул книгу и поднялся со своего места на лестнице. Он бросил на Минги раздражённый взгляд, прежде чем скрыться наверху в своей спальне. Сан понизил голос: – Ты не знал, что сказать, поэтому отверг его? – Я знаю, что это звучит глупо, но, как я уже сказал, я запаниковал! Сан покачал головой. – Я думаю, всё так плохо, как только могло быть – сказал он со вздохом.–Я до сих пор не понимаю, почему вы так сильно ненавидите друг друга. – Что ж, после того, как я сказал то, что я сказал, он взбесился и убежал прочь!– Минги поднялся на ноги и в волнении начал расхаживать по комнате. – В тот день, когда я лёг спать, я думал о том, что он сказал о своих чувствах ко мне. Чем больше я обдумывал это, тем больше понимал, что всё это время я, возможно, видел в нём больше, чем просто своего лучшего друга. Я чувствовал себя идиотом из-за того, что отверг его. Я пожалел об этом. Однако мне потребовалось два дня, чтобы собрать всего себя и уладить отношения с ним. Но я знал, что должен сказать ему всё, что думал. На его поиски у меня ушло несколько часов. Я предполагал, что он активно избегает меня, понимаешь? Подумал, что, может быть, он смутился или обиделся. – Минги остановился на мгновение, и его лицо потемнело. – Оказывается, я был далеко в своём заблуждении. Он просто уже забил на меня. Сан нахмурился: –Откуда ты это знаешь? – Потому что он целовался с другими парнями, чёрт возьми! Вис на них! У меня на глазах! – Минги сжал кулаки. К этому моменту он практически кричал. Двое первокурсников быстро собрали свои шахматные доски и в страхе выбежали из комнаты. – И он не выслушал меня, когда я пытался с ним поговорить! Теперь я даже не знаю, правду ли он говорил, когда признавался мне! – Но- ‐.Как бы то ни было, я закончил с этой темой! Я не забочусь о нём! Мне плевать на него! – Минги снова плюхнулся на диван, дрожа от ярости. Сан открыл рот, чтобы что-то сказать, но впервые за долгое время не смог подобрать нужные слова. Он чувствовал себя виноватым из-за того, что вообще поднял эту тему. Не нужно было быть гением, чтобы увидеть, насколько сильно это беспокоило Минги. Даже его любимый вкус шоколадных лягушек не могла улучшить его настроение. Полчаса спустя Ёнджун и Чанбин вальсируя, вошли в общую комнату, и все четверо направились в бывший класс Защиты от тёмных искусств, чтобы убраться. В подземельях было трудно сказать, какая сейчас погода. Тяжёлые капли дождя барабанили по окнам классной комнаты. Небо было затянуто серыми тучами, не пропускавшими солнечный свет, который, возможно, немного скрасил бы день. На деревянном полу класса валялись фиолетовые банки, пластиковые стаканчики и конфетти. Ёсан, Чонхо, Юнхо и еще несколько человек уже были там и начали уборку них. Им вручили несколько пластиковых пакетов, чтобы рассортировать мусор, но большую часть работы они выполняли палочкам. Благодаря обширным знаниям Ёсана в области очищающих заклинаний, они смогли закончить менее чем за два часа. Сонхва, невыносимый староста, заскочил около полудня, чтобы указать на каждый кусочек фиолетового конфетти, который они могли пропустить. Минги – теперь слишком отвлеченный своими близкими друзьями, чтобы беспокоиться о присутствии Юнхо – издевался над ним всякий раз, когда он оборачивался, из-за чего Ёнджун и Чанбин едва сдерживали смех из-за его выходок. Сан попытался сдержать смешок, увидев, как Минги имитировал фирменную высокомерную походку Сонхвы, когда Ёсан отвёл его в сторону. – Привет. Могу я поговорить с тобой пару секунд? – Конечно.– Он позволил Ёсану отвести его к окну в другом конце комнаты. Юноша беспокойно огляделся, словно желая убедиться, что их разговор никто не подслушивает. – Что случилось? Как у тебя дела? – Смотри, –начал Ёсан. – Обычно я обсуждаю это с Ву, но он, вероятно, всё ещё отдыхает в своей спальне, и мне нужно срочно выговориться. Сан ухмыльнулся: – Считай, что ты вызвал мой интерес.. – Я…– Ёсан закусил губу, не решаясь произнести слова.– Кажется, вчера вечером я поцеловал Чонхо, – выпалил он. – Точно? – Я был очень пьян!– оборонительно возразил Ёсан. – Я помню, что он помог мне вернуться в общежитие, и я думаю, что именно тогда я поцеловал его. Из всего, что ожидал Сан, должно было где-то в конце списка. Конечно, Чонхо и Ёсан знали друг друга довольно давно, в основном из-за Уёна. И они стали более близкими друзьями с тех пор, как Сан и Уён начали встречаться. Но между ними никогда не было никакой романтической химии. По крайней мере, не то чтобы Сан обнаруживал её. С другой стороны, если не считать удивления Сана, они оба были свободны. Насколько Сан знал, никто не будет возражать, если Чонхо и Ёсан станут чем-то большим друг для друга. –Хорошо ... и? Ёсан ахнул от раздражения. Он посмотрел на Сана, как будто проблема должна была быть очевидной. – И… я не знаю! Это странно! Зачем я это сделал? Сан пожал плечами: – Говорят, когда ты пьян, ты говоришь и делаешь то, что хочешь говорить и делать, когда ты трезв. Может, он тебе просто нравится? – Но в том-то и дело! Он мне не нравится! – Ёсан задумался – Ну, я имею в виду, я не люблю его. Он хороший парень, и всё такое. Я просто...никогда не думала о нём так... – А теперь ты думаешь? – Нет! Я не знаю! Помоги! – Ёсан застонал и беспомощно посмотрел на Сана. Сан на мгновение задумался: – Ну, почему бы тебе просто не поговорить с ним об этом? Глаза Ёсана расширились, а щёки залил румянец: – Я-я не могу этого сделать! Теперь между нами будет неловкость.. – Чонхо непринужденный парень. Я уверен, что он так к этому отнесётся. Он поймёт, если вы объяснитесь. – Я даже не знаю, помнит ли он…–.Ёсан вздохнул и взглянул на Чонхо, который смеялся вместе с Минги, Ёнджуном и Чанбином. В конце концов, он, похоже, принял решение. Он улыбнулся: – Тем не менее, думаю, я поразмышляю над этим. В любом случае, спасибо, что выслушал меня. Сан улыбнулся в ответ: – Когда угодно. – Есть ли что-нибудь, что ты хотел бы рассказать?– Улыбка Ёсана стала лукавой – Я не видел У Ёна с вечеринки, но, зная тебя, я не верю, что ты так легко позволил ему сорваться с крючка. – Ну, мы с ним прошлой ночью целовались у камина... Ёсан ахнул: – Ух, наконец-то! Он уже несколько дней ноет из-за того, что хочет, чтобы ты его поцеловал. – Правда? Это многое объясняло. В конце концов, их поцелуй инициировал Уён. Сан почесал в затылке: – Я думал, что веду себя здраво и выжидаю, как джентльмен. – И это работает. По какой-то причине он ему это нравится. – Это так?– Сан усмехнулся про себя. – Видишь ли, сначала мы... Ёсан поднял руку, чтобы прервать его: – Держите это при себе, джентльмен. Пожалуйста, без подробностей. Я уверен, что Уён расскажет мне об этом позже, и я не хочу выслушивать все дважды. Сан пожал плечами: – Твоя потеря, красавчик. Они вернулись к группе и присоединились к другим парням, которые сидели, скрестив ноги, на теперь чистом, без конфетти, полу. Ёнджун и Чанбин вспомнили о своих любимых приключениях на всех прошлых вечеринках и о количестве забавных инцидентов, которые произошли. Почти все умирали от смеха на своих историях и от того, как они их рассказывали – даже Чонхо не мог перестать смеяться – но Минги снова впал в прежнее мрачное настроение. Даже рассказ Ёнджуна о том, как однажды он мчался по замку, не расшевелил его. Вместо этого он бросал сердитые взгляды на Юнхо, который, по-видимому, сидел слишком близко к Сонхве, что ему не нравилось. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока Сонхва не пресытился дикими историями Ёнджуна и Чанбина. Он закатил глаза и извинился, заявив, что у него есть обязанности старосты. На выходе он пробормотал что-то об усилении школьных правил. Ёнджун и Чанбин начали насмехаться над его напыщенным тоном, как только дверь за ним захлопнулась. Ёсан взглянул на свои наручные часы: – О, почти время обеда. – Уже? – спросил Юнхо. –Не могу поверить, что мы здесь так долго. – Я голоден, пойдем в Большой зал, – предложил Чонхо. Группа поднялась и вышла из класса. Волнение захлестнуло Сан. Наконец, он увидит Уёна. Его никак не мог пропустить обед. Сан снова задумался, стоит ли ему поприветствовать его поцелуем. Но точно так же, как сегодня утром, когда они вошли в Большой Зал, у Сана исчезла улыбка с лица. Уёна нигде не было. Ёсан положил руку на плечо Сана, его глаза обыскивали стол Гриффиндора: – Он всё ещё в общежитии? – Я полагаю,– сказал Сан. Он не мог не чувствовать разочарование.– Но это совсем не похоже на него. – Может, он действительно слишком много пил. Хотя меня немного беспокоит, что он сегодня ни разу не поел.– На лице Ёсана появилось выражение беспокойства.– Должны ли мы принести ему что-нибудь? Сан задумался на мгновение, затем покачал головой: – Нет, дадим ему пока отдохнуть. Я уверен, что завтра к завтраку ему станет лучше. Ёсан кивнул, хотя всё ещё выглядел обеспокоенным. Он ушёл, чтобы присоединиться к другим своим друзьям за столом Рейвенкло. Сан рассеянно прошёл в другой конец зала и присоединился к Минги, Ёнджуну и Чанбину за слизеринским столом. Он ел стейк, не в силах сосредоточиться на разговоре, который они вели. Его глаза продолжали метаться в сторону большой двери. Часть его всё ещё надеялась, что Уён войдет, как всегда, весёлым. Он даже не заметил, что зал начал пустеть, пока Минги не обнял его за плечо и не призвал вернуться в реальность. – Становится поздно. Вернёмся в общежитие, - сказал он. Ёнджун и Чанбин уже ушли. Сан огляделся и кивнул: – Хорошо. Они поднялись на ноги и последовали за толпой студентов, выходящих из Большого зала. Они почти достигли лестницы, ведущей в подземелья, когда Сана осенила мысль. Он резко остановился, в результате чего двое старших учеников Хаффлпаффа, которые шли за ним, выругались, проходя мимо. Что, если Уён серьезно заболел? Сан даже не подумал об этом. Он мог бы провести в больничном крыле целый день. Это могло бы объяснить, почему он не появлялся ни на одной из обычных трапез в Большом зале. Медсестра Вэйн бы ему что-нибудь дала. Сан должен был проверить. – Подожди, бро! – крикнул ему Минги – Больничное крыло. Мне нужно проверить, есть ли там Уён. Минги бросил взгляд на вход в подземелья, затем снова посмотрел на Сана: – Хорошо. Я пойду с тобой. Сан кивнул, и они вдвоем поднялись по Великой лестнице во второй раз за сегодня. Больничное крыло располагалось на третьем этаже. Студенты и учителя Хогвартса отправлялись туда, чтобы лечить свои травмы и болезни – будь то магические или немагические. Оно состояло из одного большого главного зала и нескольких боковых комнат поменьше, которые были оборудованы рядами кроватей с белыми простынями, защитными экранами и унитазами – Сан чистил их несколько раз в результате провинностей.Он было направился прямо в главный зал, чтобы посмотреть, был ли там Уён, но они с Минги не прошли мимо двери в кабинет медсестры Вейн. – Что вы двое здесь делаете?– Она говорила дружелюбным, но строгим тоном. Медсестра Вэйн была высокой и стройной ведьмой средних лет, которая всегда, когда Сан видел её, собирала свои длинные чёрные волосы в высокий хвост. Её тёмные глаза уже осматривали их тела на предмет видимых повреждений: – Возвращайтесь завтра, если нет ничего срочного. Уже почти наступил комендантский час. – Это срочно, мэм.– сказал Сан. Минги кивнул рядом с ним. Медсестра Вэйн приподняла бровь. – Это так? Как по мне, ты хорошо выглядишь. –.Я ищу одного из моих одноклассников, – нетерпеливо объяснил Сан.– Его зовут Чон Уён. Он гриффиндорец, такой высокий, восхитительно красивый... Выражение её лица изменилось, как только Сан упомянул имя Уёна. – Ты сказал ... Чон Уён? – Да, мэм. Вы его видели? Он случайно не здесь? Она выглядела искренне извиняющейся: – К сожалению, нет. Мне...очень жаль. Сердце Сана упало. – Вы уверены? – Абсолютно. Минги успокаивающе приобнял Сана за плечо: – Хорошо, это всё, что мы хотели знать. Спасибо, мэм. Медсестра Вэйн кивнула и отвела глаза: – Тебе следует вернуться в свои общежития. И ещё...мне, правда, очень жаль. Она вернулась в свой офис. – Пойдём, нам пора возвращаться, – сказал Минги, и они вдвоем покинули больничное крыло. Мрачные тени ползли по мощному полу коридоров подземелий. Сан и Минги спустились по узкой винтовой лестнице, ведущей к комнатам Слизерина. Сана мучило тревожное чувство. Что-то было не так. Его страдания, должно быть, были видны на его лице; Минги толкнул его в бок: – Не унывай..Разве это не хорошо, что Уёна не было в больничном крыле? Значит, он отдыхает в своей спальне. – Думаю, это так…– задумчиво пробормотал Сан. - Но разве медсестра Вейн не вела себя странно? – Что ты имеешь в виду? – Я не знаю…Она казалась немного слишком сожалеющей, что Уёна не было. Имеет ли это смысл? Минги почесал в затылке: – Я не уверен. Может быть. Их разговор закончился, когда они подошли к знакомой голой каменной стене. – Виндкорень, – сказал Сан. Коридор открылся, проводя их в гостиную. Они сразу вошли в общежитие шестиклассников, умылись и легли спать. Остальные мальчики вскоре заснули, но Сан не спал. Часы на его прикроватной тумбочке бесконечно тикали по мере того, как проходили минуты и часы. Сколько бы раз он ни перекатывался из стороны в сторону, Сан не мог избавиться от ощущения, что что-то не так. Он был параноиком? С тех пор, как он видел Уёна, прошло не больше суток. Конечно, он был в порядке...Верно? Сан сел в постели. Он схватил палочку с прикроватной тумбочки, пробормотал "Люмос" и использовал свет, исходящий от её кончика, чтобы отыскать сумку, которую бросил рядом с кроватью. Он достал пишущее перо и небольшой кусок пергамента. "Я скучал по тебе сегодня. Надеюсь, ты не сильно похмелился. Не могу дождаться, чтобы завтра снова увидеть твою красивую улыбку. Держи губы наготове." Как только Сан нацарапал сообщение на пергаменте и подписал его с сердечком, он постучал по нему своей палочкой и отправил за дверь. Он зачаровал её, находя нужную комнату в общежитии Уёна. Заклинания всегда были сильнейшим предметом Сана, за ним следовала Защита от тёмных искусств. Когда он и Уён только начинали встречаться, они всегда оставляли друг другу такие очаровательные сообщения. В них они сообщали, когда и где встретиться, или просто делали небольшие комплименты – и несколько довольно многозначительных комментариев с намёками. Флирт с Уёном был его любимым занятие, и он знал, что Уён тоже это любит. Он улыбнулся этой мысли. Сан вздохнул, когда часы пробили три. Написание этой записки принесло немного уверенности. Минги был прав. Хорошо, что Уёна не было в больничном крыле. Самое позднее Сан увидит его в «Чармс» завтра. Наконец, веки Сана стали слишком тяжёлыми, и он заснул.