Лумерки

Ночной визит сексуальной вампирессы так выпадал из понимания, что казался невероятно реалистичным сном. И горячее признание в лесу, и внезапный поцелуй... вместе с ними даже ужин в семейном ресторанчике казался выдумкой. Доминиканка так плохо отдыхала после переезда, что мечты просочились в реальность, путая рассудок. Завтра она подойдет к Эмити в школе, ляпнет что-то о свидании, и мажорка откровенно рассмеется Носеде в лицо. Возможно, плюнет. Или врежет коленом в живот. Хотя, вряд ли Блайт станет повторять алгоритм нервного срыва предыдущего романтичного интереса Луз. Не все же должны вести себя как истеричные гопники. А может, Носеда просто заслужила, чтобы ей никто не отвечал взаимностью? Может, у всех вокруг офигенно развито чутье, и они знают, что с Луз ничего хорошего не светит? С другой стороны, пепел от несчастного плаката валялся темной кучкой на полу. Жар от воспламенившейся ладони все еще призрачно ощущался на лице. И в контраст огню, губы Эмити казались необычайно холодными. Нежнейшие губы прекрасной Эмити были как мороженное в жаркий летний день. Когда же Луз сможет дотронуться до них снова? Этого едва уловимого прикосновения свежести было слишком мало. Думая о поцелуе с очаровательной вампиршей, Носеда проворочалась всю ночь. Она заснула ближе к утру и, естественно, проспала. Прыгая на одной ноге и замученно зевая, доминиканка старалась одеться на ходу. Еще она пыталась поесть и поперхнулась кофе. Закашлялась, облила свежую футболку и разочарованно завыла. На волчью сирену отозвалась Камилла. Она подошла к дочери, пригладила ей волосы и постаралась промокнуть пятно салфеткой. — Все, мам, мне пора. — протестовала девушка, натягивая куртку и буквально вываливаясь из дома. У дорожки уже ждала Эмити. Беззаботно улыбаясь, она оперлась спиной на блестящий, а значит, недавно помытый, белый автомобиль. Вдобавок сама Блайт выглядела как с иголочки, а еще сменила прическу и перекрасилась в фиолетовый. «Она реально успела переделать все за ночь? Даже если ей не нужно спать, здесь просто не обошлось без черной магии. И пусть только ляпнет про тайм менеджмент. Потому что это уровень Гермионы с маховиком времени.» — Твоя подруга? — удивилась Камила. Луз растерянно издала неразборчивые звуки. Устроить каминг-аут, представить девушку, получить тапком по жопе за скрытность и успеть на уроки... В общем, слишком много задач на одно утро. Поэтому она просто невнятно повертела руками. — Доброе утро. — Эмити учтиво поклонилась женщине и махнула Луз, чтобы садилась в машину. А сама заняла водительское место. Пока Блайт не видела, впечатленная Камила попыталась отряхнуть крошки с лица дочери. Потом достала платок и постаралась оттереть засохшее пятно с куртки. Луз недовольно отбивалась, тихо шипя на мать. Та невозмутимо шипела в ответ. Доминиканка буквально спряталась от приступа гиперопеки в машине, и Камила пожелала девушкам хорошего дня, широко улыбаясь «подруге» Луз. Когда авто тронулось, Носеда откинулась на сидение и устало выдохнула. — У тебя очень милая мама. — весело отозвалась Эмити. — А отец не живет с вами? — Давай о чем-то другом поболтаем. — резко перебила Луз. — Например... так ты кровосися? Мне же не приснилось? Хотя, сон был бы куда эротичнее. — Иногда ты просто невыносимая. — прорычала Блайт, смущенно поджимая губы. — Да ладно, че ты. Ну сосни у меня. Ты злая, потому что голодная. — не унималась Носеда, широко скалясь. — Тебя на ходу высадить? Луз довольно хмыкала, потешаясь издевке. Через пару минут она собралась и заговорила серьезно. — Тогда, на школьной парковке, у машины вспыхнуло колесо. Я думала из-за бензина или неисправности, но это ведь была твоя сила? Ты не моргала в тот момент. — Да, у меня нереально пригорело от твоей невнимательной задницы. — саркастично проворчала Эмити. Но ее легкая улыбка выдала гордость за подвиг. Она ведь, на минуточку, спасла свою возлюбленную. И эта идиотина даже догадалась. Как же тут не обрадоваться. — Ладно, ты вампир. — рассудительно продолжила Носеда. — Окей. Без проблем. И что? И нахрен мне эта инфа? Типа я не в курсе, что в бессмертные принимают только бледных англичан и утонченных аристократов. Я знаю каноны, у меня нет шансов к вам примазаться. Я просто... — она замолчала, грустно уставившись в окно на мелькавшие деревья. — Что? — удивилась Блайт, поглядывая на притихшую девушку. «Просто не понимаю, нафиг я сдалась тебе?» Хорошо, что сегодня у них раздельные уроки. У Луз была возможность немного прийти в себя и хоть немного реанимировать самооценку. Доминиканка никогда не ожидала от себя многого. Но сейчас, встречаясь с идеальной девушкой, за свой пожеванный вид становилось стыдно. А Эмити даже ни разу не кусьнула ее. Не удивительно, Луз бы и сама не советовала. На большой перемене Носеда долго не могла понять, куда же сесть: к привычным чудикам, или ей теперь предстоит втиснуться за королевский столик? Но Блайт со свитой опять где-то задержались, и Луз подсела на привычное место. Уиллоу с подозрением уставилась на подругу, но потом вернулась к энциклопедии плотоядных растений. Через пару минут доминиканка ощутила прикосновение к плечу. Не успела она поднять голову, как Эмити поприветствовала ее легким поцелуем. А потом Блайт села рядом, вальяжно облокотившись на спинку стула. Собственнический жест быстро дал всем понять: «Держитесь подальше от моей Луз. Моей. Луз.» Носеда растерянно облизалась, понимая, что вымазалась в картофельном пюре. Но Эмити, похоже, это никак не смутило. — Ну вот, нашу пикантную закуску переманило благородное отродье. — саркастично выдала Уиллоу. Луз удивленно посмотрела на острячку. Потом уставилась на самодовольную ухмылочку Блайт. Потом на Гаса, который даже оторвался от телефона ради шоу. — Погодите, так вы тоже... — Носеда понемногу теряла дар речи, но ухватилась за нить логики. Вот теперь-то стало понятно, почему Парк всегда приходила с термочашкой и говорила, что в ней смузи из хейтеров. Портер тоже называл свой напиток «яблочная кровь», но Луз всегда думала, что это готичная шутка про сок. А нихрена это не шутка, как оказалось. — В этом торкнутом городе все вампиры? — возмущенно завыла доминиканка. — Не все, так что не ори. Такие новости здесь не нужны. — отозвался Гас, пока Уиллоу с Блайт столкнулись в зрительном поединке. Эмити снисходительно хмыкнула, повернувшись к Носеде. — Коротать вечность в одиночку невероятно, изнурительно, просто смертельно скучно. Так что мы собираемся в одном местечке на парочку декад. Или столетий. И такие мелкие городишки на отшибе удачно для этого подходят. — Неудобно, наверное, каждый раз перетаскивать весь особняк за собой, а Блайт? — саркастично поддела Уиллоу, сверкая очками в легком наклоне головы. — Ну да, не то что ваша компашка: встали и пошли, как раки отшельники. — ответила Эмити, закинув ногу на ногу. — Такая легкость, я почти завидую. Ах, нет, показалось. — она драматично приложила ладошку к щеке. Вампирши уставились друг на друга с напряженными улыбочками. Луз растерянно посмотрела на Гаса, мысленно умоляя просветить о происходящем. Тот лишь разок намекнул, чтобы спрашивала у вампирш. Носеда старалась телепатически отправить ему свое недовольство. И, видимо, получилось, так как парень вообще молча оставил ее на милость бранящихся. После этого Луз невнятно постаралась вклиниться в разговор. Вампирессы посмотрели на нее как на хомячка, и доминиканка стушевалась. А закончилось все на весьма непредсказуемой ноте. Похоже, легкие перебранки приносили им какое-то изысканное, мать его, удовольствие. Разошлись все вполне счастливыми, Эмити чуть ли не обнималась с Уиллоу. А потом отошла поболтать со своими мажорными приятелями. — Значит, ты теперь с Блайт трешься? — спросила Парк, расслабленно ухмыляясь. Носеда неразборчиво мурлыкнула, смущенно расплываясь в улыбке. Вампирша кивнула, насмешливо мугыкая прошлым категоричным заявлениям новенькой. — Ну, я, короче, понимаешь... — пыталась собраться с мыслями Луз. — Она так внезапно поменяла цвет волос, когда мы начали встречаться. Думаешь, косит под Рамону Флауэрс? Кто-то еще фанатеет от Скотта Пилигрима? Она же не намекает, что мне теперь придется сразится с ее злыми бывшими? Мне захватить осиновый кол? Жрать чеснок? Мыться святой водой? — Никто не против, если ты начнешь мыться. — ответила Уиллоу. —Только ты реально думаешь, что у нее есть бывшие? В смысле живые. — Мне не нравятся твои шутки. — проворчала Носеда. — Лягушонок, это взаимно. — Парк похлопала насупленную девушку по плечу. — Знаешь, я думала ты какой-нибудь потомок Ван Хельсинга. — вдруг вспомнила доминиканка, усмехнувшись своей фантазии. — А так и есть. — спокойно кивнула девушка. Луз уставилась на вампиршу, всем видом выражая: «погодите минуточку, а вот тут подробнее». Уиллоу раздраженно повертела шеей, но все-таки смирилась с нездоровым интересом подруги. — Говорю коротко. Я была смертельно больна, а мой папка влюбился в вампира. И тот нас укусил по доброте душевной. А потом мы все вместе свалили подальше от Европы, чтобы прятаться от огорченного Императорского клана. Носеда дипломатично сложила руки и наклонилась к рассказчице, как прилежная ученица. Парк недовольно выпятила губы, хмуро глядя в ответ. — Перевожу для тугоньких, «Императорский клан» это элитное семейство вампиров. Их начальник Белос, которого по старой памяти называют Императором, тщательно подбирает каждого обращенного. В общем, отдел кадров очень строгий, неподходящих трощат на месте. Луз напряжено кивнула, желая больше не возвращаться к этой теме. Жизнь кровопийцы больше не казалась такой уж киношно пафосной. Но идея, что «вампиры тоже плачут», быстро потерялась на фоне личных переживаний. Раньше Эмити настойчиво избегала касаний. А теперь, когда Носеда приняла ее вампирскую сторону, Блайт не упускала возможности потрогать доминиканку. И это оказалось невероятно неловко. Для Луз. Хотя, она никогда не придавала особого внимания прикосновениям, будь они случайными или являлись частью какого-то социального ритуала. Это же совершенно обыденная вещь, чтобы два материальных существа иногда сталкивались своими бренными оболочками в общем пространстве. Прозаичнее некуда. Но не с Эмити. С Эмити чувствительность обострилась до предела. Луз замечала каждый малейший контакт кожи с нежным холодными пальцами. Даже одного утонченного пальчика хватало, чтобы посеять мурашки по всему телу, от спины до самого затылка. Блайт просто брала ее за руку, а Носеда чувствовала себя абсолютно парализованной. Красотой или особой способностью вампиров заманивать жертву в ловушку, черт их знает. Да и похрен на детали. Когда эти прохладные ручки проходились по смуглым запястьям, гладили лицо или касались чувствительной шеи... Луз закрывала глаза, приподнимала подбородок и не могла успокоить возбужденное сердце. Она хотела этого. Доминиканка мечтала о том, чтобы Эмити крепко схватила ее за горло и вонзилась убийственными зубками в пульсировавшую вену. А потом жадно вбирала горячую кровь, от которой так кипело все внутри. Луз же будет пошло стонать, глубоко дышать и попросит осушить ее всю до последней капли... Несмотря на откровенные ночные сюжеты, от которых Носеда возбуждалась с пол-оборота, в реальности все было очень тускло. Благородная Блайт дальше чудесных прикосновений к рукам, щекам и шее не заходила. Иногда, крайне редко, она прикасалась к коленкам Луз, когда девушки сидели в машине. Но быстро прощалась и буквально выталкивала из салона. Очень. Мать его. Жаль. Зачем жить, если тебя не хочет сексуально прикончить оголодавшая вампирша? Даже поцелуи были какими-то детскими. Внезапный чмок у Носеды в комнате и то был горячее приветственных, как бы собственнических, касаний. Это конечно лучше, чем совсем ничего, но у них тут не девятнадцатый век. Между собой, хотя бы на парковке в машине, можно было не только скромненько положить ладошку на колено. Поэтому, когда Эмити подвезла до дома, доминиканка решила действовать. Луз наклонилась к девушке, посмотрела на соблазнительные губки и... Вдруг испугалась, что будет слишком грубо целовать в откровенной манере без разрешения. А вдруг в голове у Блайт реально девятнадцатый век застрял? Но алгоритм по соблазнению уже запущен, и момент для близости крайне подходящий. Так что Носеда приблизилась снова, но теперь к щеке, чтобы не слишком отхватить в случае провала. Эмити удивленно вертела головой, следя за маневрами. Смущенная внимательными золотыми глазками, Луз отстранилась, нервно вздохнула и тихо прорычала «да бля». Потом решительно уставилась на Блайт, провела пальцами по прохладной щеке, убирая прядку волос, и поцеловала благородную скулу. Вот. Что в этом такого сложного и внеземного? Столько пота на ровном месте. Носеда точно не простила бы себя за упущенную возможность поцеловать мисс совершенство. Мысль была такой навязчивой, что казалась навеянной вампирскими чарами. В последнее время Луз думала о них слишком часто. Чтобы намекнуть на продолжение, доминиканка попыталась в романтичное. — Мне нравятся твои руки. — маньячно прокряхтела она, прижав аристократичную ладошку к бедру. Носеда правда старалась, но очень переживала. — Крошка, если ты хочешь, чтобы я сжала ими твое горло, так и скажи. — усмехнулась Эмити, показывая зубки. Поддавшись импульсу, Луз обхватила бледные щеки и жадно впилась в губы девушки. Теперь доминиканка могла четко ощутить, какими прохладными они были. Прекрасно, ведь стало очень жарко. Она прижалась к Блайт как можно ближе, и одаривала ее сладкие губы поцелуями и ласками. Чарующей свежестью было невозможно насытиться. Эмити издала тихий стон, сильнее возбуждая Носеду. Луз не устояла и провела по верхней губе вампирши языком. Блайт вцепилась в куртку девушки, и ткань затрещала в кулаках. Изголодавшись по прикосновениям, Эмити навалилась на доминиканку, прижимая к сидению авто. А сама закрыла глаза и жадно втягивала ее дразнящий, лакомый запах. Луз рвано выдохнула и понемногу начала задыхаться от сильного натиска. И Блайт с огромным усилием пришлось прерваться. Похоже, она так сильно хотела заключить смертную в объятия, что боялась убить. Золотые глаза искрились от желания попробовать струящуюся по телу доминиканки кровь. Луз тяжело дышала, во рту пересохло, но ей хотелось еще. Больше, жарче, слаще. Для прекрасной королевы тьмы она была готова сделать все, что угодно. Все, что Эмити прикажет, и ей даже не придется применять вампирские чары. Носеда была готова пасть перед властной Блайт на колени и расцеловывать ее идеальные холодные ножки. Тереться о них щеками, пока вампиресса не позволит подняться выше, чтобы Луз могла ее ублажить. В окошко машины постучали, возвращая мысли к реальности. Носеда дернулась на звук, запахивая края надорванной куртки. — У вас все в порядке, молодые леди? — спросила женщина, осторожна заглядывая в салон. — Вот бля, это Ида. — прошипела доминиканка, стараясь принять непринужденную позу. Эмити мгновенно вернулась на водительское сидение, разочарованно закусив губу. — Увидимся завтра, Луз. — Блайт старалась взять себя в руки, но в золотистых глазах все еще плясал огонь. — До завтра. — прохрипела Носеда, вываливаясь из салона. После стремительного прилива крови к паху, ноги напрочь отказывались слушаться. Эмити умчалась в закат, оставляя Луз неловко стоять перед подозрительно косящейся Идой. — Привет, мелкая. — тревожно сказала Клоторн. — Смотрю, жизнь бьет ключом. Просто осторожнее, чтобы эта красотка из тебя все соки не выжала. Смущенная Носеда сперва восприняла слова, как рядовое напутствие, но подобранное выражение и бледная кожа подруги натолкнула на мысль. — Ида, а ты тоже... — Луз изобразила что-то похожее на лапки тираннозавра и зашипела. Женщина подняла брови, расценив миниатюру грубоватой. — Да, я вампир, и давай без драматизма. Выходит, Блайт тебе призналась. Похоже, ты ей действительно нравишься. Она не из тех, кто рискует прикрытием ради ерунды. Носеда грустно потерла шею и отвела взгляд. — Ох, прости, я не имела в виду... — спохватилась Ида. — Та я понимаю, что ты не считаешь меня какой-то «ерундой». Но это ведь правда. — Луз с досадой взъерошила волосы. — Для Эмити это обычная прихоть. Но я тоже не хочу упустить возможность побыть с ней. Повисла неловкая пауза. Они понимали, что быть вампиром не обязательно, чтобы чувствовать себя невероятно одинокими. И не нужно быть одной расы, чтобы скрасить друг другу вечер. — А мама в курсе? — опомнилась доминиканка. — О вампирах? Нет, что ты. — снисходительно махнула женщина. — Камила реалистка, ей не нужна вся эта фэнтези тема. — она повертела рукой, вмещая в жесте впечатление о тайнах этого городка. Луз задумчиво кивнула. Пожалуй, так было даже лучше. — А как ты стала вампиром? — не успокаивалась девушка. — Ох, эту историю без рюмки чая не усвоить. — загадочно отвертелась Ида, а потом решила поскорее уйти домой. Но чудо не длится вечно. И через пару дней Носеде пришло письмо с просьбой прибыть на обед в поместье Блайт. А Эмити перестала появляться в школе. — Луз, ты в пизде. — почти садистски произнесла Парк, рассматривая приглашение. — О, нет, Уиллоу. — рассудительно выдала доминиканка. — Я как раз в полной заднице, и никакая пизда, особенно благородная, мне теперь не светит. Любительница цветов и кровавых развлечений довольно оскалилась. Но она честно призналась, что хотела бы помочь. Проблема в том, что их вампирские семьи в разных статусах, и она понятия не имеет, что нужно знать о гостевых манерах у Блайт. Зато, могла знать Ида. Самое время заскочить к ней на рюмку чая и на чашку виски. С чем ходить к вампирам в гости Луз не знала. Эмити рассказывала, что местные кровопийцы не кусают людей. Так что принести себя в качестве закуски Носеда не сможет. Но Клоторн много помогала им с мамой, и теперь Луз снова нужен совет, поэтому приходить с пустыми руками было бы грубо. Со скрипом в сердце, девушка купила в городском зоомагазине кролика. Люди же едят крольчатину? Будет не слишком подозрительно подарить ушастого в качестве гостинца. Носеда принесла жертву женщине, которую провозгласила своей любимой валькирией. И сразу перешла к тому, что вампирские родители Блайт прознали, что их дочь замутила с человеком. И теперь требуют, чтобы Луз появилась у них в поместье. Носеда и обычных манер знать не знала, а тут нужно подготовиться к встрече с благородными нелюдями. Вопрос века: как опозориться, но остаться в живых? Ида серьезно смотрела на девушку, забыв, что моргать все еще входит в базовый набор «как затесаться среди людей и не спалиться». — Ну, во-первых, ты человек. Так что, как ни старайся... — Клоторн печально развела руками. — Чтобы не слишком упасть в грязь, поешь заранее. Хотя бы не будешь раздражать потребностями. Блайт не станут готовить закуски как на званый ужин. Конечно, если в меню не ты сама. — саркастично хмыкнула Ида. Луз потерла подбородок, широко раскрыв глаза. — А почему я о таком не подумала? — с опаской сказала она. — Теперь и у меня тот же вопрос! — удивленно уставилась женщина. Она сжала переносицу и вздохнула. — Ладно. Еще старайся поменьше дышать. И пахнуть. Я сейчас не хочу шутить про месячные, но если что, перенеси встречу. Напряженно поджав губы, Носеда достала телефон и проверила календарь. — Знаешь, не переживай. — постаралась расслабить ее Ида. — На самом деле, если бы они действительно хотели тебя убить, то не стали бы ждать. Хотя, намного легче выманить жертву куда-нибудь за город, а потом обставить, как несчастный случай с волком. Луз уперла руки в бока, напряженно моргая. Нервный срыв дышал ей в спину. — Я же гипотетически. Не волнуйся. — вампирша хлопнула гостью по спине чтобы взбодрить. — Говорить такое, а потом «не волнуйся». — саркастично перекривляла Носеда. Потом села за стол и печально прилегла на столешницу. — Так... Как ты стала вампиром? Это больно? Ида недовольно скривилась, явно не желая поднимать эту тему. Но посмотрела на приунывшую Луз и сдалась, присев рядом. — Что ж, раз ты спросила, да, это невероятно больно. Особенно, когда тебя без предупреждения кусает близкий. Доминиканка заинтригованно посмотрела на женщину, забыв о собственном горе. Переборов внутренние терзания, Ида продолжила. — Это случилось, когда мою сестру нашли приспешники Императора. Ты знаешь о них? — поинтересовалась Клоторн и получила скромный кивок в ответ. — Оказалось, я тоже была на примете, но клану нужна была только одна. И выбор пал на Лилит, как на более покладистую. К сожалению, ее никто не предупредил о приступах жажды, которые новообращенные не способны контролировать. Я помогала ей прикидываться человеком, а в итоге была укушена сама. Пауза наполнилась тяжелыми размышлениями. Луз задумалась, а хотела ли Эмити видеть ее дольше учебного года? Нужна ли ей такая компаньонка для прогулки в вечность? Или старшие Блайт решили, что Носеда знает слишком много, и ее нужно ликвидировать? В любом случае, действия Луз не особо повлияют на итоговое решение. В назначенный день Носеда мылась так, будто собралась на последнюю исповедь. Она подобрала приличную постиранную одежду и благоухала, как свежесорванное яблочко. Вот только в ней самой свежесть иссякла. Девушка то и дело начинала трястись и задыхаться лишь думая о том, что ей придется предстать перед древним вампирским семейством. Это новая «Пила»? Потому что Луз чувствовала, как с ней началась напряженная кровавая игра. А в конце она откинет коньки. Потому что персонажи, которые пытались кого-то засексить в ужастиках, до финала не дотягивали. А Носеда по неосторожности пыталась залезть в трусики к благородной Блайт, совершенно не подумав о менее сексуальных последствиях. И вообще, как она будет объясняться перед Камилой, если случайно сдохнет в гостях? Послышался знакомый рев мотора. Луз выбежала на улицу и радостно повисла в объятиях Эмити. Очевидно, вампирша скучала не меньше, так как случайно оторвала девушку от земли. Блайт спохватилась, только когда та закряхтела, дергая ногами в воздухе. — Спасибо, кажется, ты вправила мне позвонок. — сказала Носеда, довольно чмокнув Эмити в носик. Вампирка прислонилась лбом к виску девушки и закрыла глаза. Доминиканка взяла ее за кончики прохладных пальцев. — Твои меня кокнут, да? — с опаской спросила Луз. — Нет... — Эмити произнесла это так, будто собиралась что-то добавить, но не хотела напугать человека, близкого к сердечному приступу. Поездка была неспешной. В отличии от пульса Носеды. Эмити положила руку девушке на бедро, стараясь успокоить легким поглаживанием. Лучше не стало, так как теперь Луз была не только напугана, но и возбуждена. Они миновали оживленный центр города и выехали в лесную местность с одинокими элитными участками. Носеда впервые вживую увидела дорогой кованный забор. Прилипнув к окну, она внимательно рассматривала подъездную дорожку, присыпанную галькой, фигурно подстриженные кусты и спрятанные между ними мраморные статуи. В какой-то момент Луз окунулась во времена, когда такие как она усердно пытались наняться прислугой в подобные дома. Теперь доминиканка понимала почему. Здесь было чертовски красиво, и даже время будто шло совершенно иначе. Эмити припарковалась, и девушки вышли из машины. Воздух пах сыростью леса и хвоей. Поместье окутывала абсолютная тишина. Луз напряженно вздохнула. А потом вздрогнула, когда Блайт внезапно возникла перед глазами и начала поправлять ей волосы. — Все-таки нужно было пиджак надеть. — прошептала Носеда. — Глупости. — ответила Эмити. — Это бы не помогло. Луз отстраненно мугыкнула, рассматривая лицо возлюбленной, возможно, в последний раз. Золотые глаза посмотрели в ответ. Блайт мягко улыбнулась и взяла девушку под руку, провожая ко входу в поместье. Ноги доминиканки неохотно перешагивали в нужном направлении. Сердце усиливало тревожный бой с каждой ступенькой. И вот, перед гостьей распахнулась огромная дверь. На пороге ждали торжественно одетые близнецы, приветливо улыбаясь. Горло сжало нервным спазмом, и Луз смогла только сдержанно кивнуть. Но старших Блайт не было видно, так что она немного успокоилась. Эмира с Эдриком старались разрядить обстановку, пока Эмити тащила Носеду в главный зал и нашептывала имена родителей и их предпочтения в разговорах. Блайт усадила гостью на диван и примостилась рядом, легонько поглаживая ее ладонь. Издалека раздался торжественный стук шагов. В комнату зашла привлекательная Одалия. Внешне женщина напоминала Эмити, но была старше и совершенно недовольно смотрела на Луз, будто старалась взорвать ее сердце силой мысли. Вполне успешно. Как и близнецы, она была в дорогом костюме, дополненном украшениями. Луз с горечью подумала, что ее пиджак для выпускного вечера действительно потерялся бы на фоне этих стиляг. А еще Носеда представила себя местной служанкой, которая нарочно косячит, лишь бы строгая госпожа отшлепала ее в наказание. Проклятущие вампирские чары, не иначе. А потом зашел Аладор в обычной белой рубашке, и костюмных штанах. Мужчина явно пребывал на своей волне, рассеянно глядя по сторонам, и задумчиво перешагивал с ноги на ногу. Было похоже, что он совершенно не понимал, что здесь забыл. С этим кадром Луз ощутила какое-то духовное родство. Понятное дело, что без вампирских чар тут не обошлось, но в глубине души Носеда была бы рада его одобрению. Так ничего не сказав, Одалия резко посмотрела на Эмити. — Да, мама. — ответила девушка и на столике в центре комнаты образовался изысканный чайный сервиз. Луз панически дернулась, понимая, что вампирша умудрилась сгонять на кухню и уже снова сидела рядом, держась с ней за руки. За такое короткое мгновение Носеда едва ли успела бы почесаться. К процессу подключились близнецы и вместе разлили напиток по чашкам. Луз с удивлением приняла угощение, вдыхая невероятный пар от цветочного чая. Как прилежная гостья, Носеда подула на горячее и отхлебнула. А потом заметила, что пить-то никто и не собирался. Вампиры лишь подносили чашки к лицу и наслаждались запахом. Набрав полный рот напитка, Луз переваривала свой попадос. «Даже не вздумай выплевывать обратно.» — строго произнес голос в голове. — «Неужели у людей не осталось никаких рамок приличия?» Носеда, которая все это время старалась спрятаться за чашкой, заинтригованно подняла взгляд, чтобы встретиться с грозным взором старшей Блайт. Когда мать девушки владеет телепатией, ты понимаешь, что с твоей жизнью все кончено. Доминиканка громко сглотнула. — Невероятно вкусно. И ароматно. Запах... просто... мое восхищение. — натянуто сообщила она, смущенная своей человеческой натурой. «Госпаде, только бы не опозориться с мыслями о всяких пошлостях с Эмити.» — Отчаянно подумала Луз. — «Поздно.» — послышалось в ответ. — Давайте все сойдемся на том, что человек нам не нравится, и разойдемся? — резко выдала Одалия, со звоном отставив чашку обратно на столик. На оживленной ноте очнулся Аладор и положил руку жене на плечо. — Дорогая, наша дочь привела живую подругу впервые за... — он не на шутку задумался, подсчитывая годы, а потом словил молящий взгляд от Эмити и бросил затею. — ...столько лет. Дадим им шанс. — У вас такой шикарный дом. Чем вы занимаетесь? — поинтересовалась Носеда, решив допить свой чай. — Работаем с антикварным оружием. — ответил Аладор, довольно кивая. — Мы делаем отменные копии, реплики, и я с удовольствием восстанавливаю оригиналы. Луз так же с удовольствием прониклась восхищением, с которым мужчина говорил о работе. «А в качестве хобби мы подрабатываем киллерами.» — ехидно зазвенело в голове. Носеда поперхнулась. Она с опаской заглянула в чашку и невзначай понюхала, не пахнет ли мышьяком. Хотя, уже слишком поздно. Приняв свою смертность, она пожала плечами и продолжила сербать, недовольно насупившись. «Это какой-то майнд буллинг. Люди тоже имеют право на личные мысли! Свободу мысленному пространству от внешнего обидчика!» Одалия закатила глаза, а потом начала пилить взглядом Эмити. Бледная девушка вцепилась в локоть Луз, недовольно глядя в ответ. Похоже, у них началась телепатическая семейная перебранка. Совершенно не вникая в атмосферу, Аладор весело предложил поиграть в шахматы. Близнецы хлопнули руками, убрали сервиз и организовали развлечение. «Блин, реально шахматы? Я думала, вампиры будут развлекаться как-то... эффектнее, что ли? И почему я не смотрела Гамбит с королевой?» Игравшие разделились на две команды: родители против младших. Эдрик принес для своих огромное пособие по шахматным тактикам, на что его предки снисходительно ухмыльнулись. Фигуры застучали по доске. Луз даже не успевала разглядеть, кто переставлял их. Они будто двигались в скоростной сьемке. Справочник застыл в воздухе, безостановочно шурша бумагой, а его страницы напоминали Доктора Стренджа в поисках того самого идеального развития событий. И вдруг стук прекратился, фигуры застыли, книга упала на стол рядом с игральной доской. Эдрик с досадой сжал в руке пешку, от чего та тихо хрустнула. — Ну что ты, в следующий раз повезет. — ласково произнесла Эмира, выдирая фигурку из захвата. Пока все отвлеклись на впечатлительного парня, Луз тоже захотелось полистать учебник по шахматам. Она взяла книгу, провела по страницам и одернула руку, порезавшись о бумагу. Мерзкое чувство, от которого волосы встают дыбом. А седеют они от понимания, что ты поранилась в присутствии вампиров. Повисла пауза. Все уставились на доминиканку. Луз поспешно слизала выступившую кровь, чтобы никого не смущать. А потом поняла, что так она только больше подстегивала сожрать себя. — Простите, я сейчас... пойду в туалет и промою. — протарахтела она, пряча порез в ладони и сильнее прижимая руку к себе. Она скрючилась, как раненое животное, и начала пятиться к коридору, нервно оглядываясь. «А че-то они не нападают совсем?» — почти разочарованно подумала Носеда и услышала протяжный вздох Одалии. — Мы по-твоему дикие? Ты когда чувствуешь запах жареной курицы, не бежишь к ней и не выхватываешь у кого-то изо рта? — надменно произнесла старшая. — Да как сказать. — задумчиво ответила Луз, выпрямляясь. «Погодите, она меня курицей назвала? Ладно, курочка вкусная, не буду обижаться.» В этот момент доминиканка почувствовала, как Одалия начала мысленно открывать дверь, чтобы выставить ее. Не выдержав притеснения возлюбленной, Эмити резко подскочила, взяла Носеду за плечи и повела к себе в комнату. Но пока кровь не остановилась, вампирка бросала напряженные взгляды на порез. В какой-то момент она махнула на прикрытие и перестала моргать. И дышать тоже. Луз и сама в терзалась между сохранением жизни и воплощением своей пошленькой фантазии, где Блайт страстно к ней присасывается. В залежах школьных вещей Эмити откопала пластырь, и порез скрылся с глаз. Девушки выдохнули с облегчением. Доминиканка осмотрелась. Просторная мрачноватая комната была до отказа обставлена книгами. Помещение больше напоминало хранилище библиотеки, чем обиталище подростка. Луз решила сделать поправку на то, что в первую очередь это комната бессмертной. Она подошла к полкам и начала вчитываться в корешки. — Что, даже ни одной манги нет? — удивилась Носеда. Эмити очутилась у нее за спиной и склонилась к уху, от чего Луз слегка вздрогнула от возбуждающих мурашек. — Они спрятаны чуть надежнее. — прошептала Блайт, медленно проводя рукой по талии и животу девушки. От интимного поглаживания сердце забилось быстрее. Носеда прижалась спиной к телу вампирши, положив руку поверх прохладной ладони. Она прекрасно знала, что Эмити наслаждается, разгоняя ее кровь. Чувствуя ускорившийся пульс, вампирша потерлась носом о шею девушки. — Так спокойно ходишь по логову вампиров. — продолжила шептать Блайт. — А ведь ты всего лишь человек. У тебя теплая кожа, а сердце бьется так сильно, что иногда я слышу его сквозь ночной лес. — Я тебя не боюсь. — храбро выдала Луз, закрывая глаза от удовольствия, начиная дышать глубже от приятных объятий и чувства прохлады на шее. — Это ты зря. — Эмити схватила ее за бедра и развернула девушку к себе лицом. — Теперь ты моя жертва. — властно прошептала она, разжигая в ладони огонек, которым слегка пощекотала смуглую щеку. Как ни странно, пламя не опалило кожу, но казалось возбуждающе горячим и ярким. Под стать пристальному взгляду золотых глаз. — Да ты меня реально отжаришь, без шуток. — томно прошептала Носеда, нагло улыбаясь. Блайт отбросила пафос, страстно прижала Луз к стене и впилась в губы. Она жадно схватила доминиканку за плечи, а из бледных рук все еще шел пар. — С дымком, вкуснотища. — прошептала Носеда и провела языком по губкам Эмити. Блайт возбужденно зарычала. Дернув за рукав гостьи, она случайно надорвала его. — Вау, ты уже срываешь с меня одежду? — хмыкнула Луз и начала оглядываться. Эмити немного отошла от транса и удивленно посмотрела на встревоженную девушку. — Кровать не могу найти. — неловко призналась доминиканка. — Ее здесь нет. — разочарованно ответила Блайт, отстраняясь. — А как ты спи-и... Ты не спишь. Промашка. Я могу и на полу, мне похер вообще. Местные ковры мягче моего матраса. Дверь в комнату резко распахнулась, прерывая разговор. — Мы вовсе не подслушивали, но... — невзначай начал Эдрик. — Тут такой рок концерт из сердечного ритма, слишком любопытно. — призналась Эмира. — И завидно. — кивнул парень. — И мать уже арбалет зарядила, так что завязывайте. Эмити досадно вздохнула и зыркнула на сиблингов. — Найдите себе другого донора впечатлений. — мрачно сказала она. — Ты же знаешь, это просто шутка. — махнула рукой сестра. — Гроза приближается, мы идем на игру. — Хм, отличный повод сбежать из дома. — кивнула вампирша, посмотрев на Луз. Компания из близнецов, Эмити и Носеды прошмыгнули из дома и отправились вглубь леса. Там они вышли на поляну, которая, казалось, была специально очищена от деревьев и засеяна приличным газоном. Похоже, вампиры уже давно так выбираются, чтобы поиграть в грозу. Только зачем? — Во что будете резаться на этот раз? — полюбопытствовала Носеда. — Бейсбол? Я хороша с битой, могла бы показать себя. — она пафосно подняла кулак. Блайт посмотрела на девушку и положила пальцы на ее руку, опуская вниз. — Я заметила, что ты не упускаешь возможности показать себя. В спорте. — ехидно произнесла Эмити, намекая на тот случай с поднятой футболкой на физкультуре. — Я бы посоветовала тебе воздержаться. Луз довольно улыбнулась, чувствуя нотки ревности. «Не волнуйся, я всегда буду только твоей закусочкой.» На поляне появилась Уиллоу. Носеда заметила ее издалека благодаря желтому дождевику. Парк в мгновение ока образовалась перед доминиканкой. — Так ты еще жива. Поздравляю. — хитро оскалилась она. Луз саркастично прищурилась, кривляясь в ответ. — От дохляшки слышу. И зачем ты носишь очки? У вас же превосходное зрение. — Для эстетики. — пожала плечами Уиллоу, пряча аксессуар в карман. Вдруг рядом выскочила еще одна девушка в красной спортивной куртке. Та самая Боша, которую Парк нескрываемо хейтила. — Пахнешь, как бездомная. — надменно сказала она, окинув Носеду холодным взглядом. — Еще больше убеждаюсь, что Эмити родом из Франции. Из того времени, когда еще не создали канализацию. Бедняжку ностальгия замучила. Луз заступила Уиллоу, и они с Бошей начали толкаться по полю с неестественной скоростью. Видимо, вечные терки друг с другом это вампирская фишка. Нежити собрались играть в волейбол. Интересный выбор. Расценив это «девчачьей забавой», Носеда решила присоединиться и стала рядом с Эмити. Та хитро прищурилась и снисходительно взмахнула волосами. Луз была готова показать себя во всей красе. Пока остальные вампиры не разошлись на метров двадцать друг от друга, образовав огромный круг. А когда началась сама игра, доминиканка и вовсе передумала отсвечивать и присела подальше от дикого сборища. Когда торжественный раскат грома накрыл лес, Боша достала мяч, и раздался первый оглушительный удар. Кругляш со свистом начал носиться по поляне, звонко отскакивая от рук вампиров, как в игровом автомате. А потом Боша нарочно сменила траекторию подачи и мяч прилетел зазевавшей Луз в голову. Эмити подбежала и склонилась к возлюбленной. Над распластавшейся Носедой столпились и остальные игроки. — И нахрена ты это сделала? — мрачно спросила Уиллоу, прожигая Бошу гневным взглядом. — Да я просто хотела ее вспугнуть. Кто ж знал, что она такая невнимательная. — с изумлением ответила хулиганка и получила дерзкий зырк от Блайт. Луз растерянно села, хватаясь за голову. — Все в порядке, только бровь рассекло. Не жрите меня. — прохрипела она, с опаской глядя на остальных. — Даже не интересно. — фыркнула Боша и получила пинок локтем от Парк. — Ребят. — настороженно отозвался Эдрик. — Кажется, у нас гость. Из леса вышел светловолосый вампир. В отличии от местных золотых, его глаза были насыщено красными. — Все в порядке, друзья по вечности? — игриво отозвался незнакомец. — У вас человеком запахло, перекусить решили? Потому что дружить с людьми не лучшая затея. Вампирши мрачно уставились на него. — А что такого? Ну дружим, и что теперь, сожрешь меня? Или начнешь терроризировать горожан? — храбро отозвалась Луз. Она попыталась встать и выпятила грудь, но Эмити усадила ее на место и закрыла собой. Остальные тоже выстроились рядом. — Фу, нет, что ты. — посмеялся незнакомец, брезгливо махнув рукой. — Местные людишки провоняли тиной от сырости. А ты вообще выглядишь несвежей. — он постарался заглянуть за спины бессмертных, чтобы рассмотреть, кого такого борзого занесло на огонек. — Если что, она нам тоже не нравится. — надменно сообщила Боша. — Заткнись. — шикнула Эмити. — Хантер, зачем пришел? Это наша территория. — Да так... Думаю, ты в курсе. — хитро ответила тот, и вампирша напряженно сжала кулаки. — В общем, вы знаете правила: лучше вы к нам в гости, чем мы к вам с рейдом. Пакеда! — он игриво отсалютовал и скрылся за деревьями. Эмити тяжело вздохнула и обернулась к Луз. Потом кивнула остальным, ловко закинула Носеду на плечо и понесла к дому. Перед глазами проносились деревья, ветки и корни. В своей позиции доминиканка боролась с искушение позаглядывать на вампирский попец. Пару раз она проиграла в битве. Блайт вынесла ее во двор и усадила в авто. Луз постаралась подбить итоги вечера, но день выдался слишком насыщенным. Поэтому с белым шумом в голове она уставилась в лобовое стекло, пока Эмити выезжала с территории поместья. Какое-то время было тихо. Блайт поглядывала на девушку, выжидая, когда та придет в себя и начнет моргать как здоровый человек. Носеда сползла по сидению, потрогала пульсировавший висок и устало вздохнула, заметив, что крови нет. — Мне нужно тебе кое-что сказать. — произнесла Эмити. Она казалась встревоженной и продолжала бросать на Луз быстрые взгляды. — Хантер пришел, потому что родители сообщили об утечке информации. Носеда непонимающе нахмурилась, уставившись на собеседницу. Блайт сосредоточено кивнула, собираясь с духом. — Ты знаешь несколько местных вампиров, и достаточно близко. А этого уже слишком много. Так что... — она поджала губы, не решаясь посмотреть на Луз. — Тебя нужно обратить, так как ты слишком много знаешь. Иначе тебя будут считать проблемой. — А проблемы у вас принято устранять, как я понимаю. — тихо продолжила Носеда. Эмити коротко кивнула. Луз отвернулась к окну и хмуро потерла лоб. Сейчас она не способна принять такую серьезную информацию. А потом ощутила ладонь на колене и обернулась. — Уиллоу, Гас, Ида, Эд и Эм поручились за твою надежность. В главном совете даже есть вампир, который тебе симпатизирует. Рейн, кажется. В общем, они уговорили отсрочить вердикт до твоего выпуска из школы. — сообщила Блайт, но не казалась слишком счастливой. Она не желала смерти девушки. Но и существование в качестве вампира не было прогулкой по ромашковому полю. Луз и сама успела наслушаться всякой жести от Уиллоу с Гасом, которые не боялись натуралистических описаний былых времен. — Ого. — вяло ответила доминиканка. — Даже я не верю, что смогу выпуститься. А тут целый совет вампиров давит. — она постаралась улыбнуться, чтобы хоть немного поддержать девушку. Эмити решилась взглянуть на нее в ответ. — Знаешь, мы ведь все еще можем что-то придумать. Времени достаточно. — пыталась обнадежить она. — Но я хочу этого. Точнее, было бы здорово, если бы ты тоже хотела обратить меня. Да, я никогда не канючила сделать меня вампиром. Слишком боялась, что ты посмеешься над моей наивностью. Но я мечтала о том, чтобы ты сама захотела провести больше времени вместе. В вечности. — Ты чокнутая. За это тебя и люблю. — совсем тихо добавила Блайт, едва заметно улыбнувшись. Щеки обдало жаром. Кажется, Луз послышалось что-то невероятное. Но она побоялась переспросить. И Эмити все-таки не слишком радовалась тому, что Носеда тоже станет вампиром. Додумывать причины не очень хотелось, но неприятные мыслишки так и роились на краю сознания. Они молча подъехали к дому. А когда доминиканка собралась на выход, Блайт схватила ее за руку, не желая расставаться на невнятной ноте. Им обеим сейчас не мешало бы прояснить ситуацию. — Луз, из-за меня тебе многое пришлось стерпеть. — Эмити запнулась, понимая, что это не то, что сейчас стоило обсуждать. Поэтому она крепче сжала смуглую ладонь и решительно продолжила. — Ты мне нравишься. Очень. Я не знаю, как сейчас принято действовать в отношениях, но я хочу встречать с тобой рассветы... — Кхем, лучше закаты, я туго просыпаюсь. — шепотом уточнила Носеда. — Окей, хочу встречать с тобой закаты. — не сдавалась Блайт. — Хочу ходить на свидания. Конечно, я не стану дарить тебе цветы, ведь ты больше оценишь пиццу... — Но тебе не нужна пицца, а я слишком отсталая, чтобы играть в шахматы. — хмуро ответила Луз, глядя на переплетение их рук. Они казались такими разными. Горячая смуглая и крепкая, против холодной бледной и утонченной. — Да кому нужны эти шахматы! — возразила Эмити, мягко поднимая девушке подбородок, чтобы Носеда посмотрела ей в глаза. — Я говорю, что хочу встречаться с тобой! Мы можем придумать, что заинтересует нас обеих. — Ну есть кое-что, что меня сейчас очень интересует. — серьезно сказала Луз, нерешительно прикусив губу. — Эмити Блайт, ты... ты бы хотела... — Ты станешь моей вампирской девушкой? — крикнула Эмити. — От, блин, я ж почти собралась. — взвыла Носеда, расслабленно выдыхая. — Прости, давай ты. — Блайт смущенно заерзала, довольно улыбаясь. — Эмити, ты укусишь меня? Ой, прозвучало слишком двусмысленно. Эмити, ты обратишь меня? — Конечно! В порыве чувств, Блайт наклонилась и быстро поцеловала Луз. А потом расплылась в широкой улыбке, довольно зажмурившись. Хоть кожа вампирки и была холодной, эта невероятная улыбка согревала изнутри. Носеда обхватила бледные щеки и начала мягко их расцеловывать, вызывая у девушки тихий смех. Они обнялись. Луз начала поглаживать спину возлюбленной, а Эмити прижалась носом к смуглой шее, вдыхая так запавший в душу запах приправ и кофе. Девушки чувственно поцеловались на прощание. Мечтательная доминиканка вышла из машины и встретилась со строгим лицом матери. — Доча. Нам нужно серьезно поговорить. Что ж, Луз таки отхватила тапком по жопе за то, что начала втихаря встречаться с девушкой. Но прилежная и неотразимая Эмити заметно приглянулась Камиле, так что она всеми силами поддерживала их отношения. Время шло, девушки продолжали встречаться. Они сходили вместе на выпускной и приготовились к вердикту совета. Ида воспользовалась всем очарованием, чтобы уговорить Рейн повлиять на решение Императора. Они очень старались. Но клан не существовал бы так долго, не будь их начальник предусмотрительно строгим. Луз нельзя было просто отпустить. Но ее одобрили на обращение. После выпуска из школы, Носеда собрала вещи и переехала к Эмити. Она усвоила совет от Иды и не хотела втягивать мать в неприятности. Правда, без легкой драмы все равно не обошлось. Камила тяжело переживала расставание. Но Луз обещала звонить и писать каждый день. И обязательно приезжать на выходных и в праздники. Настал день обращения. Девушки закрылись у Эмити в комнате и сели на ковер друг напротив друга. Блайт протянула руку и ласково погладила каштановые прядки. — Ты готова? Носеда тяжело вздохнула, собирая храбрость в кучу. — Правильно, подыши. — кивнула Эмити. — Пока можешь прочувствовать этот процесс как человек. Поперхнувшись воздухом, Луз нервно закашлялась. Блайт села ближе и обняла ее. — Если честно, я не хочу для тебя такой мрачной судьбы. — сказала вампирша. — Но я не смею тебя отговаривать. Ведь, в глубине моего черного сердца я жажду никогда тебя не отпускать. Но я люблю тебя так сильно, что могла бы простить тебе даже побег. — Никогда. Я сама хочу получить твое черное сердце, и единолично владеть им. И у меня будет больше шансов это сделать в облике бессмертной. Горько улыбнувшись, Эмити наклонилась к шее Луз. Сердце доминиканки встревоженно заколотилось. Блайт подула на кожу, подготавливая девушку. Носеда задержала дыхание и с силой зажмурилась. А потом ощутила легкий поцелуй. — Я же была готова! — возмутилась она. — Я не была. И не могла упустить такую возможность подразнить тебя. Они улыбнулись. — Ты уверена? — тихо уточнила Эмити. — Всегда.