Голод

Утро было отвратным. Хуже, чем вчерашний день. И все дни, подобные тому. Даже вместе взятые. Внутри всё жутко бурлило. И, очнувшись в кустах, приподнявшись, девушка опустошила свой и так пустой желудок, с ужасом поглядывая на грязные руки. Да уж, спать в грязи у дома…. это всегда было плохой идеей. А теперь, чуть фырча, она лишь могла постараться встать и отправиться в квартиру. что ж, кажется, вчерашний день был отчасти ложным. Никто её не кусал, разве что рот был измазан в крови, а оливковые глаза в отражении казались особенно яркими на фоне её усталости. Может она кого-то укусила? Бренда этого не помнила. Но в зеркале не было каких-то ярких следов на её коже. Даже колени не были разбиты. Может, она свалилась с переутомлением? Как-то в голове всё не очень складывалось. Так что она просто отправилась в душ. Какая разница как она выглядела? Тёмные волосы рассыпались по плечам, отпущенные из высокого хвоста. Грязная одежда отправилась в корзину для белья, а сама девушка залезла под струи горячей воды, вздрагивая, словно бы слишком чувствительная к ударом мощного напора душа. Но быстро смогла подавить себя и вымыться. Так что теперь её светлая кожа сияла чистотой, да и вода вновь стала прозрачной, хотя несколько минут назад, проходя по её телу, выглядела невразумительной бормотухой гряхно-красного цвета. Выйдя, она приметила кота, который, зашипев, убежал от неё. И когда она поспешила его догнать, выпрыгнул в окно на ближайшее дерево. Может, от нового запаха геля для душа и не признал хозяйку? Что ж, выбивший её из равновесия кот продействовал недолго. Она собралась и оделась. Всё же, после ночи на траве, стоило сходить ко врачу. Так что она уже записалась, стоя голышом перед большим стеклянным шкафом в размышлениях о том, что бы ей надеть. Белая джинсовая юбочка, нежно-голубая облегающая маечка с воланами. Да, таким был её стиль. И она умело его соблюдала. Длинные волосы были высушены, а в ушах красовались розовые серьги с небольшими сердечками, когда у неё заурчал живот. — Что ж… перекусить. Мне лучше хотя бы перекусить. — Как отрезала девушка, раскрыв холодильник. И полностью одетой, быстро скрутив волосы в тугой пучок, она препарировала едва ли лёгкий арбуз, пару раз чуть его не уронив. Только быстро поняла, что зря. Может, действительно подхватила какую-то заразу… рас уж не могла есть так любимый арбуз. Какой ужас… Подхватив сумочку на тонком ремешке, переспав в неё всё содержимое вчерашней, она вышла из квартиры, щёлкнув замком, открыла дверь парадной, высунувся на улицу, жалея, что не взяла панаму и очки, но, сделав первый шаг… остановилась, ощущая по своей коже неприятное ощущение. Опустив глаза вниз, она отчётливо видела, как её, освещённые солнцем икры, заблестели. И выругалась, проводя по ним руками. Чёрт… это… ей на секунду показалось, словно бы на руках осталась та же блестящая пыль, но… это было сверкание её руки. Что, чёрт побери, происходило с ней? В голове появилась неуместная шутка про сумерки. Но не могло же быть такого.