Учиха Сакура.

– Шарин… что? – с искренним непониманием повторил за другом Наруто, удивленно округляя глаза. – Ничего, – раздраженно бросил Учиха в сторону блондина, – между прочим, мы проходили это в академии. Где ты был? Наруто обиженно поджал губы, не удостоив черноокого зазнайку ответом. Ему не улыбалось признаваться, что ту злосчастную академию он посещал разве что по праздникам. А если и приходил, то ученики любезно предоставляли мальчишке последнюю парту, где тот преспокойно досматривал свой десятый сон. Разумеется, в конце выпуска теоретические знания Удзумаки были ниже критической черты. Пока белобрысый паренек пытался выудить из закоулков своего подсознания хоть толику информации, Учиха превзошел свою гордость, решив пролить маломальский свет на ситуацию. – Шаринган – это особенная, уникальная форма доудзюцу, заключающаяся в глазах. Человек, обладающий этой силой способен определить любое гендзюцу, ниндзюцу или тайдзюцу, а также обратить этот прием противника против него самого. И это далеко не все возможности «красных» глаз, если вдуматься, то они дают гораздо большую силу, – подобно учителю, объясняющему новый материал бестолковым ученикам, разъяснял Саске. Наруто расплылся в глупой улыбке, ни слова не поняв из длинной речи друга, наполненной сложными и непонятными словами. Тяжело вздохнув, теперь уже не последний из Учих, перевел взгляд своих черных глаз на ошеломленную девушку, которая до сих пор не проронила ни слова, даже не пытаясь как-то прокомментировать ситуацию. В отличие от блондина, младшая Харуно не имела привычки прогуливать или просыпать уроки, так что вполне могла похвастать знаниями об этом великом доудзюцу. Могла бы, если бы только не пребывала в состоянии глубокого шока. – Минутку, – брюнет нахмурился, внезапно вспомнив ещё одну немаловажную деталь, – шаринган ¬– это редкая особенность, присущая людям только из рода Учиха, моего рода. Он покосился на девушку, опасно сузив глаза. На его губах так и застыл немой вопрос: «Как кто-то подобный Харуно смог овладеть такой силой?». – Это должно быть ошибка. Какая-то нелепая ошибка, – скинув оцепенение, тихо пробормотала розовласка, не особо веря своим же словам. Кончиками дрожащих пальцев, девочка коснулась века, нервно ощупывая его. Она не почувствовала никаких изменений, не ощущала силы. Зрение не улучшилось, наоборот, Сакуре даже показалось, что окружающий мир стал несколько расплывчатым. – Возможно, кто-то из твоих дальних родственников имел связи с нашим кланом, – Саске выдвинул первую гипотезу, в душе надеясь, что ошибается. Для полного счастья только таких родственников как Харуно ему и не хватало. Но спросить, убедиться, что это не так следовало. – Дедушка? Может, прадедушка? Подумай хорошенько. Сам Учиха не был уверен, что шаринган может проявиться спустя несколько поколений, но что-то ему подсказывало, что этот случай из ряда вон выходящих. – Да нет, – девочка пыталась судорожно вспомнить родословную, натыкаясь на постоянные пробелы в памяти. – Хотя я точно не знаю. Внезапно Сакура пошатнулась, ощутив, что местность вокруг неё меркнет, а глаза начинают гореть огнем. Она зажмурилась, в надежде унять болезненные ощущения, но навалившаяся темнота оказалась сильнее. – Сакура, – в унисон выкрикнули ребята, заметив, что девушка стремительно теряет равновесие. Брюнет сорвался с места, успев поймать Харуно прежде, чем она встретилась с холодной землей. – Я отнесу её в больницу, а ты останься и здесь и дождись нашего сенсея, – поднимая девушку на руки, Саске обернулся к товарищу по команде. – Надеюсь, он всё же соизволит почтить нас своим присутствием. Не дождавшись, пока Наруто начнется возмущаться, Учиха скрылся с поляны, забрав с собой бессознательное тело розовласки. *** Пышногрудая женщина приоткрыла занавеску, позволяя ярким лучам солнца просочиться в довольно мрачную комнату, где плотно обосновался ненавидимый многими больничный дух. Блондинка хмурилась, чувствуя, что упускает нечто важное. И это «нечто» сейчас мирно посапывало на белоснежной койке, даже не догадываясь, какую загадку загадало руководству деревни. – У меня и в мыслях не было, что такое возможно, – не оборачиваясь, медленно проговорила хокаге. – Незаконнорожденный ребенок – потомок Учих, один из трех на весь мир шиноби. Пятая слегка покачала головой, всё еще не в силах принять открывшуюся правду. – Мы не можем просто закрыть на это глаза, но сейчас, когда с событий той ночи, минуло шесть лет, глупо поднимать былое. Бровь серовласого мужчины, затаившегося у изголовья кровати, недоуменно подскочила вверх. Он полагал, что Цунаде захочет разобраться с обстоятельствами, а может, даже и наказать виновных, что скрыли рождение ребенка. Не простого ребенка. – Ваше право, – Хатаке сдержанно кивнул и перевел взгляд на ученицу, – как скоро мы сможем приступить к тренировкам? – Если Сакура не планирует прописаться в нашем госпитале, то первые дни не заставляй её перенапрягать глаза, – женщина нервно усмехнулась, подойдя к пациентке. – Тело не привычно к шарингану, потому и неудивительно, что оно отвергает… Пятая осеклась, заметив, что веки Харуно слегка затрепетали. Понемногу девочка начинала приходить в себя. Какаши перевел взгляд на хокаге и, убедившись, что он больше не требуется, поспешил покинуть сиё заведение. – Цунаде-сама? – пострадавшая открыла глаза и уже с удивлением рассматривала склонившуюся над ней покровительницу слизней. Женщина кивнула, сделав пометку в блокноте. – Как самочувствие? Лучше? – Э-э… – девочка оторопела от того, что её здоровьем интересуется сама пятая – легендарный медик всех времен и народов. – Что со мной случилось? – Полагаю, один из побочных эффектов пробуждения твоих новых глаз, – женщина нарочно выделила последние слова, развеивая сомнения куноичи по поводу нереальности происходящего. – Прости, но обо всем случившемся мне известно не больше твоего. Удостоверившись, что показатели в норме, Годайме мягко улыбнулась, радуясь, что девочка идет на поправку. В тайне она боялась, что новоявленная сила идет вкупе и с большими неприятностями. – Сакура, я не собираюсь влезать в прошлое твоей семьи, в частности любовных дел твоей матери. Но и помочь с ответами, к сожалению, не смогу. Но, предполагаю, ты и сама догадываешься, где их искать, – женщина притворила дверь в коридор, на несколько секунд задержавшись в дверном проеме. Совершенно сбитая с толку словами медика, Харуно покорно кивнула, понимая, что ей нужно всё обдумать где-нибудь за пределами госпиталя. Хокаге бросила последний взгляд на новую носительницу шарингана и захлопнула за собой дверь, оставляя девушку наедине со своими мыслями. *** – Мам? Ты дома? – переступив порог собственного дома, громко позвала розоволосая куноичи. В ответ – гробовая тишина. Девушка слегка улыбнулась, порадовавшись, что ей не придется объяснять свое раннее появление. Да и говорить по душам Харуно пока не собиралась. Она поднялась на чердак, догадываясь, что если в их доме и есть хоть какие-то ответы на мучающие её вопросы, то их убежищем является это темное и мрачное место, покрытое сантиметрами пыли и грязи. Девочка присела на корточки рядом с огромным старинным сундуком и несколько неуверенно отперла замок. Ей было неприятно копаться в маминых вещах, но жгучее желание узнать правду превозмогало смущение и неловкость. Среди разного хлама: непонятных атрибутов, древних оберегов и элементов быта Сакура обнаружила слегка помятую фотокарточку. Госпожу Мияко – свою родную мать – она опознала сразу же, с тех пор женщина почти не изменилась. Те же приятные черты, длинные волосы, красиво обрамляющие ласковое лицо и глаза цвета чистого неба. А вот мужчину, стоящего рядом и ласково обнимающего блондинку за плечи, девочка припомнить никак не могла. – Сакура, что ты здесь делаешь? – непривычно строгий голос заставил розовласку быстро закрыть крышку сундука и отпрянуть назад – в дальний угол помещения, куда не мог попасть даже солнечный свет. Харуно замялась, пряча фотографию за спиной и судорожно пытаясь придумать правдоподобную отговорку. Девочка никак не ожидала, что её поймают с поличным. Но запутанная история, связанная с шаринганом и призрачные намеки на бурное прошлое матери лишь с новой силой подогревали любопытство розоволосой. – У тебя был роман с Учихой, да? – неожиданно для себя выкрикнула она, чувствуя, что подобралась к правде настолько близко, насколько это было возможно. П/А. — во времена, описываемые в фанфике, хокаге ещё был старик Сарутоби, но я его жутко не люблю, поэтому давайте сойдемся на Цунаде. — никогда не писала с такой скоростью продолжение с: уух, спасибо всем за отзывы и лайки.