Бывший

На столе в столовой, куда она спустилась утром её ожидала записка: «Уехал по срочному делу. Прошу, дождись меня.» подпись «Т.» Раньше он, бывало, пририсовывал к этой букве разные мордашки: весёлые или хмурые, растерянные, удивлённые. Она попыталась и сейчас изобразить что-то в этом роде. Вышла какая-то непонятная эмоция – сборная солянка из всех вышеперечисленных. Она и сама чувствовала сейчас себя так. Не было какой-то одной определённой и ясной эмоции. Всё смешалось в кучу – поди разбери. Амелия вышла в сад. Здесь так красиво. Том всегда смыслил в красоте. Он, конечно, нанимал ландшафтных дизайнеров, но сам следил за всем: от дизайна дорожек до выбора деревьев и кустов. Вот она её клетка, открыта сейчас настежь. Специально Том устроил для неё эту проверку или действительно должен был уехать? Понятно, что он не собирался держать её здесь силой, но так же понятно, что хотел, чтобы она осталась. Уйти сейчас ничего не стоит, но потом уже будет не вернуться. Может быть на этот раз у них получится лучше? Амелия услышала шум гравия на подъездной дорожке. Дверца машины хлопнула. Быстрые мужские шаги проследовали в дом. Минут через пять он выбежал в сад, сделал несколько больших шагов и остановился. - Ты здесь. Она опустила глаза, не зная, что говорить, как оправдать то, что не ушла, когда ей была предоставлена такая возможность. - Пойдём со мной – он потянул её за руку. - Я кое-что купил по дороге. Ты ведь всегда любила рисовать, так что…- он достал большой мольберт – Ты ещё рисуешь? - Том, мне неловко от твоего внимания. Я уже отвыкла от всего этого, да и последние наши времена были совсем не такими. - На этот раз всё будет по -другому. - Мне, наверное, было лучше уйти. - Нет, я рад, что ты осталась. - Я не знаю, я… Он внезапно привлёк её к себе и она ощутила его губы на своих. Их прикосновение, запах, вкус, мгновенно вернули её в прошлое, в их сказочные ночи, полные любви, упоения этой любовью. Тогда они были так счастливы, думали, что это навсегда. Его объятия ослабли, лицо осталось опущено к ней. - Пойдём в дом. – сказал Том – я позволил себе купить тебе более удобную, чем эта, одежду. Поиграем тут немного в теннис, помнишь, ты любила, поплаваем в бассейне, а потом съездим куда-нибудь пообедать. - Твои дела всё так же хороши? - Неплохи. - Странно, что вся эта жизнь существовала и без меня. Когда-то я была её частью, а потом…У тебя кто-то был? - Знаешь, что мне удалось сегодня найти? Тот спортивный костюм для тенниса, там были мужские и женские, такие с флажочками, синие, помнишь? Они нам понравились тогда, но у нас уже были и мы решили, что в следующий раз. - Так вся твоя деловая поездка была поездкой по магазинам? - Нужно же тебе как-то здесь жить. - Ты был уверен, что я останусь? - Нет. - Тогда почему поехал вместо того, чтобы сторожить меня? - Честно говоря, думал, что ты проспишь подольше. Она усмехнулась. - Ну, идём переодеваться. Амелия не двинулась с места. - Знаешь, я так отвыкла от этого всего, и, думаю, что мне не стоит привыкать снова. Для тебя это легко: выгнать, потом вернуть обратно, когда захочется. Но для меня это не так. Не легко. В настоящий момент меня больше устраивает моя не шикарная жизнь, потому что я в ней ни от кого не завишу. Никто не может выгнать меня из неё.       Том не знал, что сказать. Его взгляд был напряжённым, поза выражала готовность принять удар и не свалиться с ног. Он поднёс тонкие пальцы к губам, поглаживая их, как делал всегда, когда нужно срочно найти выход из ситуации. - Пожалуйста – наконец произнёс он – Прости меня. Я больше так не поступлю. Я стал другим. Я вижу, что ты тоже изменилась. Мы подойдём к этому теперь по - взрослому, ответственно. Будем осторожней и деликатней. Будем ценить то, что имеем. Я готов к этому. Она смотрела на него молча. Да, Том действительно изменился. Стал более солидным, более серьезным. Больше не кичится своим положением, просто считает его результатом приложенных усилий. Раньше он любил хвастаться налево и направо тем, что имеет, а сейчас не похвастался ни разу. - Пойдём в дом – снова произнёс он. - Ты иди. Он опустил голову, постоял немного и пошел не оборачиваясь. Амелии было очень горько. Она видела, что обидела его, не приняв ни один из его подарков, которые он выбирал специально для неё, но она не хотела позволить ему снова растоптать свою жизнь. Если бы он стал менее богатым, придавленным судьбой, она бы скорее сочла его себе ровней, но он как орёл парил над ней, прекрасный и недостижимый. Ей оставалось только смотреть на него снизу вверх, ощущая себя совсем маленькой, такой ничтожной. Если она останется с ним, она останется ничтожеством? В своей нынешней бедной жизни она не чувствовала себя таким ничтожеством, как здесь, сейчас. Амелия двинулась к калитке. Вот сейчас она выйдет за неё и больше никогда в её жизни не случится поездок по разным городам, походов по ресторанам, кино и театрам темным вечером, в обнимку, уютного сидения у камина вдвоём за бокальчиком невероятного, изысканного вина. Никогда не услышит она его смешных и отважных историй, историй очередного покорения мира. Только он может рассказывать со смехом о своих победах. Нет, ни с кем больше она не сможет быть вдвоём. Она правда пыталась эти годы, но планка, заданная Томом, оказалась так высока, что никто не смог дотянуть до неё. Только он один был в её сердце и будет всегда. Тогда почему она уходит? Потому что не выдержит второго раза, не сможет перенести того, что всё снова рухнет. Лучше сохранить память о прекрасных моментах, чем снова и снова переживать печальный финал. Шла она очень медленно. Шаг за шагом приближая свой приговор. Ей было жаль Тома, жаль себя, но она уговаривала себя тем, что потом будет ещё хуже. Ещё шаг. От него. Если бы он остановил её. Сама она не может. Ещё шаг. Осталось не так много до калитки. Она открыта настежь. Хоть бы закрыл. Но он бежал, разыскивая её. Всё напрасно. Все его усилия. Она не останется. Больше нет той глупой девчонки, что помыкала им, пыталась утвердить свою власть. Зачем? Ей всего хватало. Зачем же она изводила его? Какая дура. Она знала, что он вспыхивает как спичка от попыток унизить его и делала это специально, сваливая потом на него вину за разгоревшийся скандал. Зачем она всё это делала с ним? Ведь он был так добр к ней. И сейчас так добр. Нет, он не изменился. Наверное, и она тоже осталась прежней, иначе не раздумывала бы всё это время, а отблагодарила его за доброту, и прошлую и эту. Да, он заслуживает благодарности и знает ведь, что от неё он её не дождётся. Так чего же он ждет от неё? На что надеется? До калитки осталось совсем немного. Всего несколько шагов. Она сделала их и остановилась. Прощай, любовь моя. Найди себе ту, что будет достойна всего этого, достойна тебя. Бросив последний взгляд на дом, она увидела, как он выбежал из него. Ещё раз увидеть его. Последний раз. Его прикосновение к её руке опалило безысходной нежностью. - Останься. - умоляюще проговорил он - Прости же меня. Ты знаешь, что я не умею просить прощения, никогда не умел, но я обещаю, что больше не повторю тех глупостей, что делал. - Да за что ты просишь прощения, милый? Это я во всём всегда была виновата. Я вела себя отвратительно, потому что считала, что не заслуживаю ни этого дома, ни тебя, но сама уйти не могла и ждала, когда ты выгонишь меня. Я и сейчас не заслуживаю всего этого. Что за мысль пришла тебе в голову вернуть меня? От меня же одни страдания. Столько хороших девушек вокруг. Выбери кого-нибудь и будь счастлив. - Я пробовал, ничего не получается. - Попробуй снова. - Это бесполезно. Воцарилась тишина. Том, казалось, о чём-то глубоко задумался. - Я верю, что ты дана мне Богом. – наконец произнёс он. - На той дороге, где я подобрал тебя впервые, когда ты не знала куда идти, свершилась моя судьба. Все унижения, что я получал от тебя, были унижениями от Бога. Я не понял этого тогда, попытался избавиться от тебя, но стало только хуже. Мне никуда от тебя не деться. И я больше не хочу. Я был высокомерным дураком, который считал возможным поучать тебя, говорил, какой тебе следует быть, разбирал тебя на плохое и хорошее. Ты хороша целиком, вместе со всем плохим, что в тебе есть. Хороша для меня. Ты моя. Он порывисто прижал её к себе, подхватил на руки и понес в дом. - Наверное, это единственный способ уговорить тебя на что-то. Только он и работал с самого начала - сказал он, ставя её на ноги в холле, закрывая входную дверь и убирая ключ. - Теперь нам не удастся ни поиграть, ни поплавать, ни съездить пообедать. Но, зато, мы закончим этот бесконечный спор. - Мы поплаваем завтра. – На её заплаканном лице блестела благодарная улыбка. – Я бы не смогла решиться сама, как не могла никогда. Но я доверяю твоему решению. Ты хочешь, чтобы мы попробовали снова? - Да, хочу. - Пусть так и будет. Он принялся целовать её. Она подавалась навстречу, путаясь пальцами в его волосах, шепча слова, которые считала давно забытыми. Как хорошо. Как хорошо с ним. Как легко. Как правильно. Только он один мог всё сделать так, мог наполнить её этим чувством. Так может быть это правда, что она - только его, а он - её?