Все знают, что он криминальный элемент

Когда опираясь руками на поверхность стола, Себастьян услышал какой-то грохот в доме, он попытался остановить Эйса. — Подожди! — приказал Себастьян, пытаясь понять, что там за звуки. Скорее всего, Эйс мог бы и приостановиться, но по ряду причин он не смог. — Да стой ты! На секунду, — попросил Себастьян, пихая его рукой. — Я один слышу? — Что? — нехотя спросил Эйс. — В дверь стучат, — пояснил Себастьян. — Эти приехали. Наши… Эй… Эй! — Сперва закончим, — предупредил Эйс, твёрдо решивший доделать, что ему надо. — Да эй! Хватит! Некогда заканчивать, надо пойти и… А. Всё, да? — Всё, — тяжело выдыхая, сказал Эйс, отваливая и принимаясь застёгивать штаны. — Я уж думал, это надолго… Да куда ты? — поинтересовался Себастьян, когда Эйс схватил свой рюкзак, накинул куртку и начал открывать окно. — Оставайся уже здесь… — Они не должны знать, — выкидывая рюкзак через окно на задний двор, сказал Эйс. — Пока что. — А-а, у кого-то планы на эту информацию… — усмехнулся Себастьян, глядя на то, как Эйс перелезает через подоконник вслед за рюкзаком. — Ещё не знаю, — встав под окном, сказал Эйс. — Ключи, — он протянул руку. — Что? — Дай мне ключи от дома! — потребовал Эйс. Себастьян вытащил связку ключей из заднего кармана джинсов и наклонился к Эйсу в окно. Тот хотел взять ключи, но Себ отдёрнул назад руку. — За поцелуй отдам. — Мы не целуемся, — буркнул Эйс. — У тебя изо рта воняет. Дай сюда. Я не хочу торчать у двери. — Отдам, если поцелуешь, — повторил Себастьян. — Чёрт… — пробурчал Эйс, начиная мёрзнуть на улице. — Ладно, иди сюда, — велел он, протягивая вверх руку. Два раза Себастьяна просить было не нужно. Он наклонился в окно, прихватил Эйса за воротник куртки, подтянул к губам и в процессе активного обмена жидкостями позволил выдрать ключи от дома из своей руки. — На шестнадцать! — крикнул он вдогонку сваливающему от окна Себастьяну. — Запомнил? Разводной на шестнадцать! — Заткнись! — шикнул на него улепётывающий кустами Эйс. — Я запомнил. — Хорошо, — покивал Себастьян, закрывая окно, за которым, в общем-то было совсем не лето, хотя на Себастьяне вопреки этому были только джинсы и ничего кроме этого. В прихожей повторился стук, и, вспомнив о нём, Себастьян поплёлся открывать. — Я был уверен, что ты сдох, — проговорил Мёрдок, как только столкнулся с ним взглядом. — Просто был в ванной, — ответил Себастьян. — Может человек побыть в ванной пять минут? — Вот и бэйб говорил, что в ванной, — проворчал Мёрдок. — Только поэтому я не снёс нахер эту дверь. Замок сломался, ключом не открывается… Малыш, — крикнул Мёрдок с порога во двор, — вылезай из машины, идём в дом! Да, бери сумку… — Нормально всё с замком, — сказал Себастьян, проходя в столовую. — А какого хера тогда… Твою же нахер мать асмодееву! — вскрикнул Мёрдок, войдя в столовую следом за Себастьяном. — Здесь что, наркоманы жили, пока нас не было два дня?! — Да нет, почему, — удивился Себастьян. — Твой драгоценный сраный стол, за царапинку на котором ты готов был убить, расхерачен в щепки в углу комнаты, а ты спрашиваешь «почему»? — обернулся Мёрдок. — А это что за хрень и коробки? — Новый диван и стол, — пояснил Себастьян, усаживаясь на диван, всё ещё обмотанный обёрткой, в которую его замотали перед доставкой. — Ещё плазма и кое-что по мелочи. И замок мы поменяли, поэтому ваши ключи более не действительны. — Откуда у нас дома новый диван и стол? — спросил Мёрдок. — Кого ты ограбил? — Тебе какая разница? — спросил Себастьян. — Особняк Смитов. — Мы их двадцать лет не видели, не звезди! — выпалил Мёрдок. — Не «мы», а «ты». Я к ним приезжаю каждую осень, — сказал Себастьян обыденным тоном. — Если хочешь знать. — Что? — переспросил Мёрдок. — В этом году было особенно дивно, — продолжал Себастьян. — Их самих не было, только прислуга и дворецкий. Погода чудесная, порыбачили на яхте в дружелюбной компании шлюх, по горам прогулялись, поразвлекались с парапланом. Мышь в твоей комнате жил — сказал, ему очень понравилось, особенно твоя кровать. Конь твой, кстати, пал лет пять назад. Помнишь, его ещё Фауст назвали в твою честь? Ты кормил его морковкой лет в девять. Вот он сдох. Я разве тебе не говорил? — Сука, — пробормотал Мёрдок. — Единственное хорошее воспоминание о детстве с твоим участием, и ты умудрился его обосрать. — Да, точно, в этом году гончие ощенились, — подтвердил Себастьян. — Нет, я это не про собак, — сказал Мёрдок. — Это ты сука. — Ой, ну точно. Сука — это твоя мамаша. Мёрдок без единого слова размахнулся, чтобы вмазать Себастьяну по лицу, но в эту секунду в комнату вошёл счастливый улыбающийся Стюарт, волоча за собой сумку. — Что тут происходит? — заметив явную агрессию, исходящую от Мёрдока. — Он назвал мою мать сукой! — заявил Мёрдок. Стюарт перевёл гневный взгляд на Себастьяна. — Я приношу свои извинения, — сказал тот. — Твоя мать была святой женщиной. — Ах… Пошёл ты! — выругался Мёрдок, уходя из столовой. — Зачем такое ему говоришь?! — шепотом спросил Стюарт. — Я извинился, малыш. — Ему же обидно, — пробормотал Стю. — Мне жаль, что он дохера обидчивый! — ответил Себастьян. — Ну хорошо! С кем не бывает! Сболтнул лишнее, понял, больше не буду, простите. — Ты чёрт знает что такое, Себастьян! Но иди сюда, — потребовал Стюарт и, несмотря на его поведение, поспешно с удовольствием обнял. — Что за бардак в кухне?! — раздался ор Мёрдока. — Ничего не трогай! — крикнул в ответ Себастьян. — Сейчас Эйс ключ на шестнадцать принесёт и я её подключу. — Кого?! — Посудомойку! — выпалил Себастьян. — Не вы ли мне всю плешь проели со своей мойкой?! — Себастьян… — пробормотал Стюарт, глядя на него. — Мы сами сейчас купили посудомойку. Она в машине. Себастьян не удержался от того, чтобы хохотнуть. — Упс, — сказал он. Мёрдок вышел из кухни с маской погребённого египетского фараона вместо лица и направился их кухни через столовую. — Ни слова! — гаркнул он, проходя мимо Себастьяна. — Мы любим тебя, несмотря на то, что ты тупой! — кинул ему в спину Себастьян. — Заткнись! — потребовал Стюарт, внезапно накидываясь на Себастьяна и стукнув его по уху. — Ты чего?! — офигел Себастьян. — Ты как со старшими?! — Если ты что себе думаешь, Себастьян, то я тебя не боюсь! — припёр его к стенке Стюарт. — Ты и не должен меня бояться! — пытаясь оправдаться, выкрикнул Себастьян. — Бояться меня может только этот очисток! А ты — ни в коем случае! Я лучше себя убью, чем тебя обижу! Ты же наш любимый малыш! — Я не ваш! — рассердился Стюарт. — Он мой! — напомнил Мёрдок. — И не твой! — ещё больше рассердился Стю. — Что?! — возмутился Мёрдок. — И правильно — не поддавайся ему! — поддержал Себастьян. — А ты не лезь! — угрожающе прогремел Мёрдок. — Пошёл к чертям собачьим! — выразился Себастьян. — Сам иди! — Я тебе язык отрежу! — рассверипел Себ. — Попробуй, падаль! — проорал Мёрдок. — Надену на палку, как куклу и буду тобой спектакли устраивать! — А тебе и без палки норм, выглядишь как клоун! — Сукин сын! — Ублюдок! — КЛЮЧ НА ШЕСТНАДЦАТЬ, — войдя в комнату оповестил всех Эйс. Мёрдок и Себастьян прервались и уставились на него каждый со своей стороны, и после секунды осознания повернулись обратно. — Нет! — выкрикнул Стю раньше, чем кто-то успел снова открыть рот. — Закончили. — Я буду умнее и соглашусь, — проговорил Себастьян, отправляясь на кухню и уводя с собой Эйса. — Ты не будешь умнее, даже если… м! — договорил Мёрдок не успел, потому что Стюарт зажал ему рот руками, чтобы хоть как-то остановить это. — Я буду целовать тебя до конца времён! Но, пожалуйста, хватит! — попросил он. Мёрдок отказался от идеи его укусить и выдохнул носом. Стюарт убрал руки, попутно вытирая с них соплю Мёрдока. — Почему ты сказал, что ты не мой малыш? — спросил Мёрдок, присмирев. — Я не новые тапки. Не хочу, чтобы мной выёбывались, — пробурчал Стюарт. — Я твой малыш только для тебя, когда мы вдвоём. — А в чём проблема, если все это услышат?.. — проговорил Мёрдок. Стюарт окинул его враждебным взглядом и направился в сторону их комнаты. — Да что я такого сказал?! — взмолился Мёрдок. — Не делай так, чтобы мне приходилось принимать чью-то сторону! — потребовал Стюарт. — Я не хочу ничью выбирать. Вы оба дураки и вы оба мне нравитесь. — Ты меня сейчас с ним сравнял… — Нет! — закатил глаза Стюарт. — А, хотя, знаешь — думай, как хочешь. Если ты такой засранец, что не понимаешь, как сильно я тебя люблю и что он просто забавный дядька — то мне рил нечего тебе доказывать. — Сильно?.. — спросил Мёрдок. Стюарт повернулся, подошёл к Мёрдоку вплотную и, глядя ему прямо в глаза, прицельно сообщил: — Я бы хотел взять твой череп руками и сдавливать до тех пор, пока он не раскрошится в пыль, — сказал он. — Настолько? — опешил Мёрдок. — Настолько, — согласился Стюарт, слегка нахмурившись и обдумывая свои ощущения. Мёрдок сглотнул, переступая на месте. — Я будто в каком-то бреду, малыш, — признался он. — Это правда ты сейчас сказал? Ты вроде тот же чел, в которого я влюбился, но вроде и нет. И я хуй его знает, что это вообще значит. Ты понимаешь, о чём я? — Мне, типа, было шестнадцать, — выходя из напряга, сказал Стюарт. — Пять лет прошло. А за пять лет до того мне было одиннадцать. Я в Санту верил в одиннадцать. Для тебя это, может, хуйня, но для меня пять лет это четвёртая часть жизни. — Пиздец… — шепнул Мёрдок. — Я об этом не думал. — Теперь подумай, — предложил Стюарт. — И, если надумаешь, что я — не то, чего ты хочешь, то лучше скорее скажи, даже если будет плохо. Окей? — Тебе это больше не кажется ужасным, как раньше? — поинтересовался Мёрдок. — Кажется, — хлопая глазами, сознался Стюарт. — Только одно это и кажется. Знаешь, какой мой самый страшный кошмар? Я просыпаюсь утром и вспоминаю, что мы расстались. Что ты где-то есть, но со мной никогда больше не будешь. Что ты с кем-то будешь лежать, с кем-то на машине ездить, ругаться, целоваться с кем-то, но не со мной, — пробормотал Стюарт. — Никогда такого не будет, бэйб, — твёрдо сказал Мёрдок. — Я знаю, — покивал Стюарт. — Только в тупом сне, — добавил Мёрдок. — Проснёшься и я всегда буду рядом. Даже если не в кровати, я буду с тобой. — Да, — покивал Стю. — Да, — повторил Мёрдок. — Прости меня, если я херню несу. Мне стоит усвоить, как я должен к тебе относиться. Я так понимаю, для меня сейчас проебаться ниче не стоит. Если можешь, не будь сильно строгим. Временно! Только временно. Я обещаю, что разберусь с этим. — Мёрди, — усмехаясь, пробормотал Стюарт. — Я тебя выбрал для себя насовсем. Не временно, а навсегда. Я всегда буду стараться быть хорошим с тобой, насколько это возможно. — …Спасибо, — сказал Мёрдок. Он осторожно попытался обнять Стюарта, и тот моментально притиснулся к нему. — Стюарт! — раздался выкрик из гостиной. — Ох! — выдал Мёрдок. — Не надо, — попросил Стюарт, целуя его ухо и скулу. — Держи себя в руках. — Да, детка, — пообещал Мёрдок. — Стю, я… — скрипнув дверью, Себастьян замер на пороге. — Пардон, не помешал? — О дьявол! — выпалил Мёрдок. — Тиш-тиш, — зашептал Стюарт, коротко целуя его, чтоб отвлечь. — Что нужно? — повернулся он к Себастьяну. — Я слушаю. — Ой, — опешил Себастьян. — Вот как. Ладно, я понял. — Да что тебе нужно-то? — спросил Стюарт. — Ничего, — качнув бровями, сказал Себастьян. — Ничего. — Да говори уже, — устало вздохнул Стюарт. — Я просто шёл мимо. — Себастьян! — Ну, возможно, ты поможешь мне убрать мусор?.. — Возможно! — Так… да или?.. — Мёрди, — обратился Стюарт к Мёрдоку. — Да — или? — Ужин сегодня будет? — О да, — отозвался Себастьян. — На ужин мясо и жареный картофель, — делая акцент на жареном картофеле, добавил он. — Если хочешь, можешь помочь, — сказал Мёрдок Стюарту. — Я помогу, — покивал Стюарт. — Чем быстрее всё уберём, тем раньше ужин. — Именно! — сказал Себастьян и собирался сказать что-то ещё, но заметил, как Мёрдок со Стюартом переключились на прощальный предуборочный очень глубокий поцелуй, предпочёл к ним не приставать и скромно удалиться. Спустя время, когда Стюарт с Себастьяном вынесли обломки старой мебели на мусорку и ушли в кухню, Мёрдок вышел из своей комнаты и, сунув руки в карманы, прогулялся до гостиной, пощупал новый стол на новом месте, оглядел новый плоский телек у стены и, подойдя к новому дивану, сказал не слишком новому Эйсу: — Уйди. — Это моё место, — настраивая пульт от телевизора, буркнул Эйс. — Свалил нахрен отсюда! — громче выдал Мёрдок. — Ладно, ладно! — сдался Эйс, пересаживаясь на другое место. — Сразу бы сказал… Мёрдок сел и, подперев голову рукой, уставился в экран. — Этот хоть не спорит… — себе под нос проворчал Мёрдок. Эйс метнул в него взгляд. — Что? — заметил это Мёрдок. — Ничё, — отозвался Эйс и нечаянно усмехнулся. — Я что-то смешное сказал? — поинтересовался Мёрдок. — Нет, — прекратив улыбаться, ответил Эйс. Удостоверившись, что Копьюлар больше не смеётся, Мёрдок отвернулся обратно к телевизору, флегматично глядя на любую из передач на любом из каналов. Вскоре Стюарт притащил на стол тарелки, стаканы и подставку под горячую посуду. Главное блюдо соизволил приволочь Себастьян, которого Мёрдок старался игнорировать, но, когда Стюарт открыл крышку и Мёрдок почувствовал, что ужин пахнет весьма вкусно, он подумал, что, хоть это и кажется невероятным, но Себастьян, судя по всему, каким-то образом научился-таки готовить. Из-за того ли, что его стряпню поругал Стюарт или из-за обилия свободного времени и наличия продуктов. Этого уже никто никогда не узнает. Пока все ужинали, Эйс чувствовал, как в нём нарастает неловкое напряжение. Он очень хотел невзначай выдать Мёрдоку новость о нынешнем положении вещей, но ему категорически мешал громко бубнящий телевизор, который всех остальных в комнате устраивал более чем. В мечтаниях Эйса в гостиной не было никакого телевизора, который ему пришлось бы перекрикивать, в его представлении в комнате должно было быть тихо и новость должна была быть единственной фразой в этой тишине. О том, что ему придётся бороться за интерес публики с новостями о рождении коалы в зоопарке и о фестивале бобов, Эйс заранее не подумал. Поэтому он сидел, медленно ел и выжидал нужного, тихого момента, чтобы попытаться произвести некоторый фурор. — Почему ты раньше не додумался поставить здесь телек, — ни к чему сказал Мёрдок. — Всё в тишине ели… — Кто бы мне денег дал на телек, — жуя проговорил Себастьян. — Телек! Ни один из вас, дармоедов, не удосужился принести домой ничего, кроме вшей. Мёрдок промолчал, продолжая есть мясо. — Помню только, как ты спёр у меня сотку одной бумажкой и спустил в автоматах, — с лёгким презрением сказал Себастьян, — а я тогда планировал жить на неё неделю. Мёрдок шумно встал из-за стола. — Мёрди, — шепнул Стюарт, надеясь его успокоить. Но Мёрдок не обратил внимания на его шёпот, быстро сходил до своей комнаты, вернулся с парой купюр и зашвырнул их в сторону Себастьна. — С процентами, — прокомментировал он и, сев, вернулся к своему ужину. — Ха. Нужны они мне сейчас, — откидывая мятые деньги пальцами от себя, проговорил Себастьян. — Вот если б ты тогда мне их вернул, то да… — Не нравится — не бери, — сказал Мёрдок. — Я возьму, — сгребая деньги со стола и пряча в карман, сказал Себ. — Но это ничего не значит. Ты по-прежнему спёр у меня сотню фунтов. — Я плачу тебе дохера денег, что тебе ещё надо? — За съём жилья! А как отцу ты мне ни пенни не дал ни тогда, ни сейчас. — А ты как отец — гандон — и тогда, и сейчас. — Ребят… — пробормотал Стюарт, желая, чтобы они прекратили. — Ты зато красавчик… — себе под нос пробубнил Себастьян. — Такой же псих, как твоя мамаша. Мёрдок затаился, сжал руку и резко саданул по столу кулаком с такой силой, что зазвенела, качаясь, вся стоящая на нём посуда. — Мёрди! — Вот я про это и говорю! — выпалил Себастьян. - Псих. — А ну извинись, — потребовал Мёрдок. — Ешь своё мясо и заткнись, — отмахнулся Себастьян. Мёрдок сунул руку за пояс, вытащил пистолет и направил его Себастьяну в лицо. — Эй-эй! Спокойно! — поднял руки Себастьян. — Ты что?! — Извинись, — повторил Мёрдок. — Киношек насмотрелся?! Нам тут труп не нужен! То есть… Прости, прости, пожалуйста! — залепетал Себастьян. — Мёрдок! Сейчас же убери это! — потребовал испуганный Стюарт. — Извини, что я плохо высказался о твоей маме! — продолжал Себастьян, — Прости меня! — Вот так, — остался доволен Мёрдок, отводя дуло от лица Себастьяна. — Отдай мне это! — велел Стюарт. Мёрдок без колебаний отдал ему свой пистолет и Стюарт, взяв его дрожащими пальцами, принялся вынимать патроны. — У нас за столом никогда не будет оружия, — сказал он. — Мёрдок, ты меня понял? Повтори! — Так у него тоже ружьё наготове, — произнёс Мёрдок. — Оно на шкафу в другой комнате! — выпалил Себастьян. — Я же понимаю, что такое мокруха, я не идиот! Я за такое не сяду! Мы, кстати, с Эйсом ебёмся, если что. Услышав это, Эйс вспыхнул, покраснел, но тут же выдохнул, понимая, что с Себастьяном иначе и быть не могло. — Никто у нас дома не берёт за стол оружие! — прервал Стюарт. — Нечего тут обсуждать! — Но ты сам слышал… — забормотал Мёрдок свои объяснения. — Ну всё, нахер… — проговорил Стюарт, поднимаясь. — Хватит! Мы переезжаем! — О нет… — начал Себастьян. — О нет! — подтвердил Мёрдок со злорадством. — Ни за что теперь отсюда не перееду! На зло ему не перееду! — Да?! — Да. — Окей, — кивнул Стюарт. — Значит, переезжаю я один. И, выйдя из-за стола, он стремительно направился в их с Мёрдоком комнату, а Мёрдок, понимая, что ситуация вышла из-под контроля, живо кинулся за ним. — Бэйб, что значит ты один переезжаешь?! — Мёрдок приостановился, оглядываясь на гостиную и стол. — Вы с Эйсом ебётесь?.. Фу! Это как вообще?.. А! Не до вас! Бросив вопрос, он убежал в комнату, а Себастьян посмотрел на Эйса и протянул ему маленькую фасолинку на кончике пальца. — Хочешь фасолинку? — спросил он так, что это прозвучало пошло. — Нет, — отказался Эйс и продолжил есть картошку. Себастьян положил фасолинку на язык. — А так? — Нет, — снова отказался Эйс. — Откуда вообще фасоль?! Мы едим картофель и мясо. — Да я тут из банки ем, — показал Себастьян банку с ложкой. — Хочешь? — Сказал же: не хочу. — Ну, как знаешь, — кивнул Себастьян, взял пульт и сделал телевизор ещё немного погромче. В это время в комнате Мёрдок пытался остановить Стюарта, которого было не остановить. — Милый, любовь моя… — бормотал Мёрдок. Стюарт вырвался из угла, в котором стоял комод, рванул на себя рюкзак, стоящий на диване и хлёстко швырнул туда пару своих шмоток. — Куда ты пойдёшь, малыш?.. — пытаясь улыбаться, спрашивал Мёрдок. — Домой, — буркнул Стюарт. — Но ты дома. — В другой дом, где не угрожают убийством за ужином, — пробубнил Стюарт, распахивая дверь ванной и включая горячую воду. — Я не собирался никого убивать, если тебе от этого станет легче… — Мне легче, — выливая полбутылки шампуня на свою разноцветную чёлку и как следует оттирая её под водой из крана, отозвался Стюарт. — Малыш… — позвал Мёрдок, подпирая косяк ванной. — Малыш? Стюарт промыл чёлку от шампуня, сдёрнул с крючка полотенце и, закрыв кран, стал отжимать волосы. — Ну ты же не уйдёшь на самом деле? — спросил Мёрдок. Стюарт снял с крючка у стены свою куртку и стал надевать её. — Нет, малыш, — попытался остановить его Мёрдок. — Убери руки! — отмахнулся Стюарт. — Ты не можешь идти так на улицу! — Но пойду! — Нет! Ты не выйдешь отсюда с мокрой головой! — постановил Мёрдок. — Я высушу тебе волосы и потом иди, куда хочешь, раз решил! Стюарт неловко кашлянул, но прекратил рваться вон из комнаты и сел на стул, пока Мёрдок разматывал шнур от фена. Ещё глупее по мнению Пота ситуация стала, когда Мёрдок взял расчёску и, включив фен, принялся старательно сушить его чёлку. Было шумно и тепло, и Стюарт немного заколебался насчёт того, правда ли он хочет куда-то идти. — Уже, кстати, одиннадцать вечера, — сказал Мёрдок, мягко касаясь рукой края уха Стюарта. — На улице ветер холодный. Стюарт отвернул от него голову, чтобы не видеть. — Я тебя отвезу, — сказал Мёрдок. — Не надо, — отказался Стюарт. — Но там холодно… — Я надену капюшон. — Останешься, если я уйду спать в другое место? — Нет, я хочу уйти, — сказал Стюарт. — Малыш… — проговорил Мёрдок, прихватывая Стюарта за плечо. — Отпусти, — приказал Стюарт, дёрнув плечом, вставая со стула и закидывая рюкзак на плечо. Мёрдок выключил фен. — Да что я такого сделал? — Принёс пистолет за стол! — выпалил Стюарт, посмотрев на него. — Мёрди! Так нельзя! — Он сам виноват! — сказал Мёрдок. — Ты слышал, что он сказал? Он… — Всё, пока, — прервал Стюарт, выходя из комнаты. — Нет! Бэйб! Стой! — Увидимся, когда увидимся, — проходя к входной двери, сказал Стюарт. — Хельмова падь… Капюшон надень… — пробормотал Мёрдок следуя за ним. — И вообще: никуда не ходи! — Отстань от меня! — грозно выкрикнул Стюарт, вырвал локоть из хватки Мёрдока и, хлопнув дверью, быстро сбежал по крыльцу, сваливая через двор к дорожке для пешеходов. — Не смей идти за мной! Мёрдок вышел на крыльцо в майке и джинсах, постоял, глядя вслед ушедшему Стюарту, подумал о том, что на улице не так уж и холодно и, не зная, что ещё предпринять, вернулся обратно в дом. Себастьян старался не шуметь, передвигаясь по дому и собирая грязную посуду со стола. — Как думаешь, он спит? — с азартным интересом спросил он у Эйса, который разбирался в новой посудомойке, поглядывая в инструкцию. — Без понятия, — протянул Эйс, вращая инструкцию, пытаясь понять обозначения кнопок. — Мы разрушили семью, да ведь? — усмехнулся Себастьян, выглядывая в сторону тёмной столовой. — Мы с тобой такие плохие… Ты обязан выебать меня сегодня. Ну, в качестве наказания. — Тебе не жалко Стюарта? — спросил вдруг Эйс. — Жалко, конечно, — признался Себастьян. — Обидно, что его это тоже касается. Лучше бы, если б страдал только этот дебил. Но, кто знает, вдруг и для малыша так будет лучше? Возможно, сегодня у нас с тобой прощальный секс. — Почему? — Ну, вдруг Стюарт всё осознает и ты сумеешь к нему, наконец, нормально подкатить? Желаю вам счастья от всей души. Но тебе придётся как следует меня выебать на прощание. Ты понимаешь всю ответственность… — Они помирятся, — сказал Эйс так, как будто мог в действительности предвидеть будущее. — Да? — удивлённо поинтересовался Себастьян. — Точно, — добавил Эйс. — Что ж, — сделал вывод Себастьян, — даже если так — это не мешает тебе меня как следует выебать! Или ты настолько расстроился за Стюарта, что теперь не встанет? — Сам посмотри, — посоветовал Эйс. — Я сказал посмотри, а не потрогай! — пытаясь не уронить кастрюлю, выкрикнул Эйс. — Я просто очень хорошо посмотрел, — сказал Себастьян. — Давай заканчивай здесь и приходи, — сказал он, завернул за угол, но вернулся. — И не забудь китайские палочки, щипцы, венчик для взбивания и… — Да, я помню: и лоток с клубникой, — продолжил Эйс. — Лоток с клубникой, — кивнул Себастьян. — Жду! И он исчез с кухни, уходя в свою спальню, а Эйс выдохнул, оставаясь один и заканчивая дела по кухне без назойливой болтовни хозяина дома.