Символ трудолюбия

      Телевизор в квартире Маринетт с утра разорялся «лучшими моментами» с суда над Ледибаг, которые не оставались без колких или же сочувственных комментариев журналистов.       — То есть, по вашему мнению, Бражник не виноват?       — Не то, чтобы не виноват, он виноват по любым вопросам морали, он аморален и бесстыден. Но после поправки 26/41.5 «Об ограниченной дееспособности лиц в состоянии трансформированного сознания» лица, которыми завладела акума считаются невиновными. И если вы сверите даты, то увидите, что поправку это приняли вскоре после акумы Диктатор. Причем поправка обладает и ретроактивным действием, то есть и случаи, произошедшие до данного события подпадают под ее действие. Поэтому Бражника можно обвинить только в инцидентах, когда он выходил из своего логова и сам совершал преступления, а случалось это довольно редко. Он осторожен и не совершает видимых действий сам. А вот действия Ледибаг и ее подручных такого щита не имеют, поэтому то и…       — Да выключи ты уже этот идиотский ящик, — прокричал из коридора Лука.       Маринетт вздохнула. К обычным проблемам добавилось первое слушанье «Республика Франция против Ледибаг» и потеря талисмана змеи. И уверения Тикки, что она не чувствует квами Змеи.       Вдобавок, Бражник, сделавший какие-то свои выводы, начал выпускать акум в наименее удобное время и место для нее. И она была уже на пределе.

***

      — Скажи, Адриан, неужели ты не сочувствуешь Ледибаг?       — Это тебя Алья послала, — немного грубо ответил Адриан тому, кто был его лучшим другом, –… сожалею. Но закон есть закон. А действия Ледибаг незаконны. А то что никто не удосужился за последние пять-шесть лет добавить законные ограничения и послабления — это проблема Ледибаг. Моя проблема — заставить ее ответить по закону.       — Но ведь Ледибаг спасала тебя!       — Ну да, меня спасала Ледибаг. И я правда благодарен ей за те случаи. Но а дальше что? Я должен до конца жизни пресмыкаться перед ней и остальными героями? Я так не считаю. А может, было бы лучше, если она и не спасала меня, — удивительной злостью повеяло от этих слов, — доброта, сочувствие и благодарность оборачиваются иногда крайне неожиданно, ты знаешь, Нино. Кот Нуар тоже многих спасал, даже ради той же самой Ледибаг он так много раз жертвовал собой, и что хоть кто-то это сейчас помнит? Стоило ему пропасть ненадолго, его тут же заменили и забыли, словно его не было… Так и Ледибаг… пропадет и перестанет быть нужной. Поправка, на мой взгляд она уже не нужна.       — А как же Бражник?       — Я тебя умоляю, Нино! За столько лет его не найти? Я уверен, что она уже знает, кто он. Ну или может узнать, если постарается. Если бы твоя дорогая подруга Алья направила на поиск Бражника все те усилия, что направила на поиск Ледибаг несколько лет назад… Прямо сейчас есть как минимум четыре способа его просто вычислить, обладая силами «банды Ледибаг», ведь, если я не ошибаюсь, там даже игры со временем есть. Вроде, я что-то такое читал в книжке, что Маринетт вернула моему отцу.       — Я тебя понял, Адриан. Спасибо, что уделил мне время.       Нино ушел.       — Пока-пока, бывший лучший друг.       Светлому Адриану, тому, что был до ухода Ледибаг, хотелось бы плакать. Темный Адриан уже давно понял, что ради своей девушки Нино откажется от него, не моргнув глазом. Даже не было обидно.

***

      Любитель Майонеза был самой неприятной акумой за долгое время. Недовольный клиент, которому в очередной раз в МакДональдсе не дали майонез, а только кетчуп, слетел с катушек и теперь ходил с гигантскими распрыскивателями майонеза с сильнейшим наркотическим действием — жертвы превращались в полных зомби, и ради новой порции майонеза были готовы на все. Иллюзии на него не действовали, Карапас смог сбить его с ног, Маринетт же чуть не задохнулась в полученном с помощью Супер шанса противогазе и получила в лицо смеси из распрыскивателя, спрятанного до того момента на спине. Алья и Нино были схвачены приспешниками Любителя Майонеза, и без летального урона высвободиться не могли.       С Маринетт уже сняли сережки, трансформация только начала исчезать, как вдруг девушку накрыл кусок ткани или кожи серого цвета, несмотря на страх, Дюпен-Чен решила довериться спасителю, по крайней мере она надеялась, что это спасатель, а не новая марионетка Бражника. Раздался звук разрыва, и Маринетт поняла, что с акумой покончено. Её схватили и понесли куда-то быстро, но не слишком далеко. Остановившись, «похититель» снял с неё, видимо, ослиную шкуру.       Отсутствие удивления по поводу её вида говорило само за себя, и собственно следующие слова Тёмно-Серого Недди это только подтвердили: — Прыгать как кот я уже не могу, зато умею быстро и долго бегать. Но это не важно. Мне нужен талисман, что я сдуру тебе вернул, Маринетт, — имя девушки, до этого скрытой под «одеялом», он прошептал очень тихо. — Отдай мне его, — длинные ослиные уши шевельнулись, но он продолжил, уже немного громче,  — отдай мне Плагга, и я верну тебе серёжки. Завтра, на верхушке башни Монпарнас, точнее послезавтра, так как будет час ночи. Повтори.       Губы бледной как смерть Маринетт прошептали: — В час ночи послезавтра на верхушке башни Монпарнас.       — Ну вот отлично, — весёлый вид Недди сильно контрастировал с ещё более депрессивной чем обычно Маринетт. — Но имей в виду — повысил он голос, — если я замечу с тобой больше одного человека — всё отменяется. Если завтра Бражник выпустит Акуму, я позабочусь об этом сам, но только завтра. А ты же у нас ответственная. За всех, ха.       И Темно-Серый Ослик проревел и исчез.

***

      Когда на следующее буквально через полчаса появление акумы явился Мистер Баг, знакомый Парижу ещё со времени появления Куклекты, а вместе с ней и Леди Нуар, Маринетт поняла, что её бывший напарник держит своё слово. И он в самом деле справился с акумой.       Вот только талисман был дороже слова. Да и вообще, она ничего не обещала.       К тому же Мистер Баг добавил ей ещё больше проблем, ведь после его появления все СМИ обсуждали возвращение того, кто неожиданно пропал на долгие годы. Они, конечно, помнили и знали, что в битве с Куклектой камнем чудес Ледибаг пользовался тот, кто скрывался под маской Кота Нуара.       Некоторые начали говорить, что возвратившийся герой украл серьги у бывшей напарницы и возобновил карьеру, чтобы получить ту славу, которую не получил с кольцом разрушения.       Знали бы они насколько близки к правде…       Кот обязательно должен поплатиться за то, что подрывает репутацию Ледибаг и разрушает её жизнь. И девушка будет стараться изо всех сил, чтобы так и случилось.

***

      Предпоследний этаж башни Монпарнас неожиданно арендовала фирма Габриэля Агреста для подготовки какого-то внепланового показа, поэтому там, несмотря на поздний час стоял страшный шум. Маринетт от этого только ещё сильнее злилась, но делать было нечего.       Она сама была в маске и костюме всё ещё популярного в Париже «косплея под Ледибаг», правда без серёжек.       Маринетт ослушалась бывшего напарника и взяла с собой Короля Обезьян, Карапаса и Рену Руж. Все трое были под иллюзией, каждый спрятался в отдельном подсобном помещении.       И стоило Недди выйти из лифта и подойти к краю крыши, как его тут же окружили.       — Я помню, ты говорил, что прыгать без талисмана Разрушения не можешь. Отдавай сережки.       — Глупо, очень глупо, Ледибаг без талисмана. Но я этого ожидал.Ты же знаешь, не только ты умеешь пользоваться иллюзиями. Держи.       «Но ведь не было ещё одной акумы» — пораженно думала Ледибаг и тут до нее дошло, «Сентимонстр».       — Нет, — крикнула она, но было уже поздно.       Коробочка кинутая Ледибаг замерцала и полетела куда-то в сторону. В сторону стоявшей на краю крыши фигуры. И прежде чем хоть кто-то сумел отреагировать, спрыгнула вниз, последовавшие за ней Карапас и Король Обезьян не заметили ничего — шум стоял только у неукладывающихся в дедлайн практикантов компании Агрест.       — Я всё ещё жду, — заявил Недди, не обращая внимания на окружение. — И пока Бражник разбирается с поддельным талисманом, время у вас есть, пусть и немного.       — Подавись, — зарычала в его сторону Рена.       — Премного благодарен, — поклонился Недди, надевая кольцо.       — Я же говорил… — раздался раздраженный голосок, — Пацан?!       — Здраствуй, партнёр!       — О! Так ты Шамми нашел! Ты мне должен целую гору сыра! По головке за каждый день отсутствия…       — Позже, Плагг.       Стоявший на краю крыши, не имеющий ничего способного не дать ему упасть Недди был спокойнее удава:       — Где талисман Ледибаг?       — Ах да, — демостративно зевнул тот, — на самой верхушке Эйфелевой башни… Плагг, когти.       Костюм стал полосатым, одно ухо превратилось в кошачье и добавился посох на поясе.       Этажом ниже раздалось что-то похожее на взрыв громкой хлопушки. Очень громкой хлопушки.       — Ну вот и Бражник нашелся. В общем, как я и думал. Сходите поищите, человека в фиолетовом костюме и красным лицом. Шутка получилась неплохая. Вот и отлично, всем пока. — Серо-черный Котосел спрыгнул вниз.

***

      Явка с повинной Бражника шокировала Париж настолько, что даже отмена слушаний по делу «Республика Париж против Ледибаг» прошла мимо внимания большинства. Равно как и исчезновение Адриана из Парижа, вроде бы, для участия в какой-то археологической экспедиции.       К своему удивлению и немалому разочарованию Маринетт обнаружила, что она особо никому не нужна. Она смирилась с потерей Плагга. Как минимум она победила, пусть по факту победила и не она, официально это было именно так.       После окончания злодеяний Бражника необходимость в супергеройских действия отпала. С Альей они постепенно разошлись. Луку же «обычная девочка Маринетт» после того как он ее добился целиком и полностью интересовала довольно мало. Обижать супергероиню он опасался, но быть с ней всю жизнь тоже не хотел. Маринетт только благодарила Бога, что никаких последствий их совместной жизни у неё не осталось.       Маринетт опять осталась одна. И осталась бы одна совсем, если бы ее постоянно не тормошила ее бывшая школьная Немезида.       — Почему ты меня вообще постоянно куда-то тащишь? — наконец смогла спросить Маринетт.       — Адрианчик попросил. Сказал, что он добился того, что хотел, чтоб ты осознала свою собственную ненужность. Надо же даже он понял, что ты совсем никчемная и неблагодарная. Но сказал, что не хочет чтоб ты самоубилась. И пусть ты упрямая, тебе нужно нечто большее чем «уничтожение мелких вредителей».       Маринетт осознала. Она долго считала себя недостойной, но Алья её так долго убеждала в обратном, что Дюпен-Чен поверила в себя, а потом и возгордилась. И оттолкнула того кто был готов и дышать ради нее. Иронично, что оттолкнула она его ради него самого. Ощущение зря потраченного времени и сил стало ещё сильнее. Только теперь поняла, что всё же во многом Недди был прав. Ей нравилось быть героиней. Ей нравилось быть главной героиней, но все её усилия так и не принесли победу. Победу, которой без особого труда добился тот, чьим квами стал символ трудолюбия.