Мой любимый псих

Ирука поднимался по лестнице на свой этаж. Нос вновь пронзало тупой болью, а ноги уже привычно сводило. Лифт в его старом доме давно сломался и Умино каждый раз поднимался на седьмой этаж пешком, таща на спине рюкзак с книгами. Ирука шел, слушая эхо от собственных тяжелых шагов и рассматривая разрисованные, грязные, когда-то нежно-салатовые стены. Задумавшись, он уставился в это уродство, словно никогда до этого не замечал. Однако пустой, расфокусированный взгляд выдавал его, давая понять, что он о чем-то размышляет. — «От него так приятно пахло…мятой кажется» — Ирука вытянул кисть и провел ею по каракулям на стене, кончики пальцы тот час же окрасилить в черный — «Жаль что из-за этого дурацкого носа я нормально не разобрал запах» — Умино потер пальцы, пытаясь очистить их от грязи — «Впрочем, это не так уж и важно…наверное.» Уже подходя к квартире, он остановился и вытянул из носа вату и вытер остатки крови из ноздрей. Матери нельзя волноваться — у нее больное сердце, а отец будет стыдить его за неаккуратнось и за то что не дал сдачи. Пусть лучше они не узнают о произошедшем. Ирука еще пару секунд постоял перед дверью, затем вздохнув полез в карман за ключами. Вместе с ними на он достал и поцарапанный значок, который отцепил от шапки еще в машине. Умино потер пальцами шершавые царапины и сунул значок обратно в карман. Он еще не признался родителям в своей ориентации и уж тем более не рассказал о своих чувствах к Какаши. Ирука и сам-то в них не разобрался. Его просто как магнитом, тянуло к нему. Он толком и не знал, что такое любовь, и любовь ли это. Может он просто одержим им и все. Но если сложить вместе учащенное сердцебиение, боязнь зрительного контакта, желание прикоснуться и любоваться им, то вполне себе любовь. Но вот только взаимная ли? Ирука верил и хотел верить что все взаимно. И надеялся, что Какаши поймет его и не посчитает странным, что в него влюбился его собственный ученик, даже едва знакомый… Не медля больше, Умино вставил ключ в замочную скважину и повернув, открыл дверь. Прямо перед дверью, разве что не на пороге стоял его отец, прямо за отцом виднелась маленькая, хрупкая фигурка матери. Ирука засунул ключи обратно в карман, да так и застыл с руками в карманах. По одному их виду Ирука понял, что что-то случилось. Отец стоял нахмурив густые брови и скрестив руки на груди. В такие моменты он казался огромным, грозным и сильным. Мать, за ним, выглядела отнюдь не воинственно, наоборот — взволнованной и напуганной. Что же стряслось? Ирука встал как вкопанный и вопросительно уставился на родителей. Первым тишину нарушил отец, сразу ломанувшись напрямую — Ирука, это что за мужик тебя обнимал, а? — его голос прозвучал громко и властно, от него Умино захотелось вжать голову в плечи и забиться куда-нибудь подальше от него — Это… — он растерялся — это мой учитель, он подвез меня домой, вот я и обнял его… — Ирука, ты знаешь, на этом свете я больше всего ненавижу две вещи: когда мне врут прямо в лицо и педиков. — Иккаку шагнул к сыну — Ирука, скажи теперь честно, кто этот мужик — Я сказал правду, он мой учитель английского… и все — Лжешь! Ты — гадость малолетняя — он замахнулся на Ируку — Позор! Мало девушек в округе? А? Ты мне скажи, чем тебе бабы не угодили, что ты с мужиками трахаешься, паскуда! — Иккаку, тише! Успокойся, чего ты завелся… — мать выбежала вперед и заслонила собой сына — это и вправду его учитель, на сайте школы есть его анкета. — Пап! Я не гей! Ты все не так понял! — Ирука вырвал руки из карманов и прикрылся ими. Вместе с руками из кармана вылетел проклятый значок и укатился прямо под ноги отцу — Не гей, значит, да? — он поднял железку с пола — А это что? Или ты думаешь я совсем из ума выжил, обычную радугу от гейской не отличу? Сейчас ты получишь…  — расстегивая ремень на брюках прошипел он — ничего сына, сейчас будем из тебя мужика делать… Ирука испуганно отшатнулся от него, за всю жизнь родители не поднимали на него руки, а тут… Умино выйдя из ступора ринулся мимо обалдевшего от неожиданности отца, в конец квартиры, в свою комнату. Вбежав туда он рывком вытряхнул книги из рюкзака и судорожно стал запихивать туда свои вещи. Все конечно туда не влезет, но хотя бы часть поместиться должна. В дверь уже барабанил разъяренный Иккаку. Ирука запихнул последнюю толстовку в рюкзак и прислонился к стене передохнуть. Сердце стучало, как барабанщик рок-группы, коленки подгибались от страха, руки тряслись. Отец что-то орал в щель между дверью и косяком, но от страха Ирука не мог понять что. Надо было валить из квартиры куда-нибудь, пока отец не избил его. Из окна прыгать высоковато, остается только дверь. — «Боже помоги мне!» — взмолился Ирука, открыл дверь и ринулся в проем. Пальцы Иккаку схватили его за волосы, но Ирука чудом вывернувшись и оставив отцу на память горсть вырванных волос, помчался вон из квартиры. Вслед послышались только испуганный вопль матери и злобное рычание отца. Уже сбегая вниз по лестнице, Ирука слышал как мама зовет его обратно, но он чувствовал, что добром это не кончится, поэтому бежал дальше. Уже стоя под подъездом, куда недавно заходил в отличном настроении, Умино поставил номера матери и отца в блок. Восстанавливая дыхание он пошел прочь от дома, набирая номера друзей. — Кхм, алло. Привет, Наруто, как дела? — Ирука пытался не подать виду, что только что в истерике бежал из дому — Привет, нормально. Что-то важное? Просто с родителями на дачу собираюсь. — весело отозвался он в трубку — Зимой? — оторопел Ирука — Да, братан. Ну вообще сейчас февраль. Мама говорит надо что-то посадить и проверить, ну а папа хочет затащить меня на речку порыбачить. Взаимовыгода, дружище. — усмехнулся он — А ладно. Удачи на рыбалке. — Спасибо. В трубке послышались гудки. Ирука убито опустил руку с телефоном. — «Наруто с отцом едет на рыбалку, а я только что от своего же сбежал… ладно надо найти где переночевать. " — он принялся набирать номер Саске — Привет, не занят? — бодро начал Ирука — Занят. — грубо оборвал его Саске и бросил трубку Ирука обиженно глянув на смартфон, будто он и был в этом виноват. Еще несколько звонков друзьям не увенчались успехом. Все или уезжали на выходные или были заняты, как Саске. Оставался только один вариант. Ирука пошарил в заднем кармане и нащупал визитку. Он извлек ее наружу, картонка уже изрядно помялась, но цифры было видно, и принялся набирать указанный номер. — Алло, Какаши-семпай, у меня тут проблемы… — начал Ирука