увядающая сесилия

В голове Сяо царит хаос, когда он, наконец, приходит домой. Он оставляет свой телефон, ключи и бумажник в прихожей, снимает свою неудобную одежду и бросается на кровать в одних боксерских трусах. Слава богу, черт возьми, ему не нужно сегодня идти на работу. Скорее всего, он проведет остаток дня, просто пытаясь расслабиться, а также постоянно думая обо всем, что произошло с тех пор, как он вышел из своей входной двери в последний раз. Хотя это, вероятно, помешает ему расслабиться. Вся эта история с Альбедо — то, что действительно ебет ему мозг. Такое чувство, что ничего из того, что Венти ему сказал, до сих пор до него не дошло. Что, если он начнет так сильно переживать по этому поводу, что это повлияет на его сон и работу? И, опять же, если он чувствует себя так дерьмово из-за этого, насколько дерьмово чувствуют себя Венти и Итэр? Они добровольно многим пожертвовали, чтобы их любимому человеку не пришлось провести свои последние месяцы в жалких условиях. Им так тяжело с этим справляться. На самом деле неудивительно, что Венти не может проводить в больнице столько времени, сколько ему, вероятно, хотелось бы, как бы ни прискорбно это не было. И как Альбедо относится ко всему этому? Каково это — жить, зная, когда и как ты умрешь? Это самая страшная вещь, которую Сяо когда-либо пытался представить, особенно потому, что он знает, что просто представить это — ничто; неважно, насколько ужасным это кажется ему, это должно быть в миллион раз ужаснее для человека, испытывающего это. Сяо хотел бы, чтобы он никогда заранее не узнал, как он умрет. Он не осознает, насколько эгоистично это звучит в его голове, пока уже не подумает об этом. Боже, иногда он ведет себя как придурок. — Просто… Перестань уже зацикливаться на этом, идиот, — бормочет он себе под нос, уставившись в потолок. — Ты просто сведешь себя с ума. Он закрывает глаза и сосредотачивает свои мысли только на Венти. Как и ожидалось, ему требуется всего мгновение, чтобы ясно разглядеть это прекрасное лицо. Итак, по словам Венти, Сяо влюблен в него. Сяо был абсолютно честен, когда сказал, что понятия не имеет, каково это — испытывать к кому-то такие чувства, но Венти объяснил ему это достаточно хорошо. Это странно. В тот момент, когда Сяо решает отказаться от своей привычки держаться как можно дальше от людей, он просто идет и влюбляется в одного из них. Произошло бы то же самое, если бы он встретил кого-то другого, кого угодно, только не Венти? Скорее всего, нет. Никто в мире не может быть таким особенным, как он. Сяо тихо фыркает. Да, он действительно сильно влюблен. Честно говоря, кто бы не влюбился в Венти? Помимо того, что он до смешного мил, красив и сексуален одновременно, он, кажется, всегда знает, что сказать, чтобы Сяо почувствовал себя хорошо. Они знают друг друга так недолго, и все же это похоже на то, что Венти может просто сказать, что нравится Сяо и что ему нужно. Помимо предыдущей попытки Венти снова заняться сексом, Сяо искренне наслаждался тем, что проводил с ним время, и, как бы глупо это ни звучало в его голове, уже скучает по нему. Венти умен, сообразителен, уверен в себе и забавен, его стиль одежды странный, но уникальный и восхитительный, и, по-видимому, он музыкально талантлив. Он приготовил Сяо вкусный завтрак после того, как его не трахнули. Кто мог бы когда-нибудь перекинуться парой слов с таким человеком или просто хорошенько взглянуть на него и не помнить его всю оставшуюся жизнь? Сяо требуется мгновение, чтобы понять, что у него встал. Он закатывает глаза и разочарованно вздыхает. Он уже дважды отделался меньше чем за день. Обычно он не испытывает потребности прикасаться к себе или даже думать о сексе или мастурбации вообще в течение нескольких последующих недель, вот почему это так… «В клубе ты выглядел так, словно хотел кончить мне на бедра.» «Ты все еще можешь сделать это, когда захочешь. Я рассчитываю на это, милый.» «Я могу отсосать тебе, если ты еще не хочешь трахнуть меня.» Уже дыша тяжелее, чем обычно, Сяо стягивает свои боксеры вниз. Воспоминания о словах Венти заставляет его член дергаться. Он засовывает три пальца глубоко в рот, воображая, что они принадлежат Венти, и набирает слюну, пока они не становятся влажными. Затем он обхватывает ими свою эрекцию и сжимает яйца другой рукой. Прикосновение заставляет его задыхаться, даже извиваться. Каким-то образом он еще больше возбужден, чем был в душе ранее в тот день. Сяо держит глаза закрытыми, когда начинает поглаживать свой член медленными и интенсивными движениями. Он одновременно ласкает внутреннюю сторону своих бедер, живот и соски, даже шею. Он продолжает воображать, что Венти рядом с ним, чувствует его и заставляет его постоянно дрожать. Это не занимает много времени, прежде чем предэякулят капает на его пальцы, позволяя легче надрачивать твердый как камень член. Он поворачивается, чтобы лечь на живот, и достает подушку из-под одеяла. Он быстро кладет ее под свои бедра, прижимаясь к ней. Он никогда не делал этого раньше, но он знает, что это действенно; он начинает прижиматься к подушке и почти мгновенно чувствует, как его член пульсирует сильнее. Он дышит все тяжелее и тяжелее с каждым толчком. Мысли о Венти приближают Сяо к кульминации, но также заставляют его чувствовать разочарование. Он хочет его, он хочет его прямо сейчас, на этой кровати, он хочет, чтобы он лежал под ним. Он хочет знать, каково это — трахать другого человека, особенно того, о ком он действительно заботится. Он хочет снова почувствовать тесноту Венти вокруг себя, на этот раз как следует, не позволяя этому закончиться в мгновение ока. Больше всего на свете он хочет, чтобы Венти было хорошо, чтобы у Венти было то, чего он явно хочет, и чтобы он хныкал своим сладким голосом. Он хочет увидеть, как Венти кончает первым, чтобы насладиться одним лишь видом этого. Пронзительный стон срывается с губ Сяо, и ему приходится прикусить одеяло. Когда он откидывается на подушку, его глаза закатываются; он предпочел бы, чтобы его не услышали соседи, хотя ему все равно сейчас на них наплевать. Его тело снова дрожит, покрытое потом и чувствительное к любой дальнейшей стимуляции. Эти последние три оргазма были безумно интенсивными. Он знает, кого в этом винить, хотя «винить» — совсем не то слово, которое он должен использовать. Теперь, снова лежа на спине, Сяо ждет, пока его тело полностью расслабится и восстановит дыхание. Он снова смотрит в потолок, и его прежние мысли начинают прокручиваться в голове. Наконец он встает и направляется в ванную, чтобы принять еще один душ, слегка пошатываясь из-за болящих ног, но останавливается, как только видит свой телефон в прихожей. Он берет его и запускает приложение для обмена сообщениями, которое он установил только для того, чтобы пообщаться с Венти. Он пристально смотрит на их диалог, особенно на фотографию в профиле Венти, прежде чем напечатать ему сообщение. «Я тоже тебе нравлюсь?» Неуверенность Сяо снова берет верх над ним; он знает, что поведение Венти не совсем подразумевает, что он может ему не нравиться, но он также никогда прямо не говорил об обратном. Сяо продолжает смотреть на экран своего телефона, уже мысленно готовясь к тому, что Венти может не отвечать в течение нескольких часов, если вообще ответит, что только заставит его пожалеть о чем-либо. Затем, менее чем через минуту, под только что отправленным Сяо появляется новое сообщение. «❤️» Сяо тихо усмехается. Подумать только, глупый эмоджи заставил его улыбаться так сильно, что у него почти болит лицо.

* * * * *

Следующая неделя в ресторане настолько полна хлопот, что Сяо не может заставить себя сделать что-нибудь продуктивное в свободное время. Он пишет Венти несколько раз в день, одновременно стараясь не казаться слишком навязчивым, но это не то же самое, что тусоваться с ним вживую. Венти проводит большую часть своего времени в больнице. Возможно, разговор с Итэром — и Сяо — помог ему понять, что действительно важно для него. Либо так, либо тогда он чувствует себя виноватым, но Сяо надеется, что это не так. Он читал о хосписе, чтобы лучше понять ситуацию Альбедо и то, как Венти и Итэр помогают ему, но это заставило Сяо чувствовать себя настолько подавленным, что ему пришлось остановиться почти сразу после начала. К своей смене в четверг вечером Сяо начал так сильно скучать по Венти, что работа казалась ему более рутинной, чем когда-либо. Ранее Венти предложил, чтобы они переночевали в пятницу у Сяо, так что, конечно, Сяо чувствует себя более нетерпеливым теперь, когда ему осталось подождать еще один день. В течение всей недели он надеялся, что Венти удивит его, придя поесть в ресторан во время его смены, но он понимает, почему этого не происходит; больница находится довольно далеко от его рабочего места, и, по-видимому, Венти даже спит там, так что имеет смысл, что он не поедет так далеко только для того, чтобы поесть. По прошествии, кажется, полугода, наконец-то наступила пятница. Сяо еще больше нервничает во время работы, но, по крайней мере, он не совершает никаких глупых ошибок, например, взимает слишком большую плату с клиентов или приносит заказ не на тот столик. Венти должен прибыть к десяти, чтобы подождать Сяо у входа в ресторан. Предвкушение практически убивает его. — Ты, кажется, действительно чем-то загорелся, — замечает его коллега, когда их смена заканчивается и они переодеваются в раздевалке. — Но, как бы, в хорошем смысле. У тебя есть какие-то планы на выходные? Давай, выкладывай все начистоту! — А, — это все, что Сяо удается сказать ей сначала, пока он надевал свои боевые ботинки, задаваясь вопросом, насколько он, должно быть, снова был забывчив. — На самом деле ничего особенного. Я просто не могу дождаться, когда вернусь домой и расслаблюсь. — Черт, звучит захватывающе, — шутливо говорит она. Они вместе выходят из ресторана, и, конечно же, там Венти ждет Сяо. На этот раз его наряд не заставляет Сяо беспокоиться, что он может замерзнуть насмерть; на нем вязаная шапочка, светло-желтая толстовка с капюшоном и белые джинсы, которые смотрятся на нем почти преступно хорошо. Он несет свои вещи в маленькой спортивной сумке. — Привет, милый! — он машет им обоим, не сводя глаз с Сяо. Коллега Сяо быстро одаривает их широкой улыбкой, прощается и направляется в противоположную сторону. Сяо слышит, как она хихикает, убегая прочь. Смущенный до глубины души, он пытается игнорировать свое внезапное желание исчезнуть с лица Земли. Он будет слышать об этом от всех своих коллег до конца своих дней в качестве официанта этого ресторана, не так ли? Ему нужно уволиться с работы. — Почему ты называешь меня «милым»? — он пыхтит, надув губы. — Я имею в виду, мы же не… — Это просто привычка, — говорит Венти. — Я называю любого милым, если думаю, что он этого заслуживает. Пойдем? Как человек, который любит слушать музыку всякий раз, когда находится вне дома, Сяо не думает, что идти домой без наушников когда-либо было так приятно. Когда Сяо слушает, как говорит Венти, и смотрит на него, прогуливающегося рядом с ним, он чувствует себя необычно расслабленным. По сравнению с последним разом, когда они были вместе, ему легче улыбаться. На этот раз бабочки, которые порхают у него в животе, не доставляют ему никакого дискомфорта. Прибыв в квартиру Сяо, они снимают обувь в прихожей, и Сяо быстро идет в свою спальню, чтобы переодеться в более уютную одежду. — Ты можешь положить свою сумку куда угодно, — говорит он Венти, открывая шкаф и начиная раздеваться. Когда он стоит там только в нижнем белье и пытается найти конкретную одежду, в комнату входит Венти, все еще неся свою сумку. Пораженный, Сяо случайно выдергивает свою огромную футболку из шкафа с такой силой и так быстро, что остальные его рубашки тоже почти падают на пол, но ему удается предотвратить кризис; почему он вообще так глупо испугался? — Где я буду спать? — спрашивает Венти, ставя свою сумку на пол рядом с кроватью Сяо. — О… — вопрос Венти заставляет Сяо только сейчас понять, что он совсем не готов к гостям, которые потенциально могли бы провести ночь; у него нет дополнительных подушек, никаких дополнительных одеял, ничего. Его диван намного меньше, чем у Венти, такой маленький, что только ребенок мог бы чувствовать себя достаточно комфортно, спя на нем. Похоже, у Венти схожие мысли. — Мы конечно оба можем спать в твоей постели, — говорит он; краем глаза Сяо видит, что Венти наблюдает, как он надевает футболку и мешковатые спортивные штаны. — И поделись своим одеялом, если у тебя нет второго для меня. — Да… да, — бормочет Сяо, избегая зрительного контакта с Венти, пока не одевается полностью. — Я не думаю, что у нас много вариантов. Я даже не подумал, что у меня нет… Надеюсь, все будет в порядке, если мы… — Слушай, — мягко перебивает его Венти и снимает толстовку с капюшоном. — Твой член был в моей в заднице. Спать под одним и тем же одеялом вряд ли становится более личным и интимным, чем это. На нем светло-голубая футболка, заправленная в джинсы. Он безусловно любит пастельные тона. Сяо настолько отвлечен его смелыми словами и облегающими джинсами, что не может открыть рот. К счастью, он не может знать, насколько глупым может быть сейчас его выражение лица. — Я принес конфеты и попкорн! — восклицает тогда Венти. — Давай посмотрим фильм или поиграем в игры. Или и то и другое! Он роется в своей сумке, берет все закуски, которые принес с собой, и бежит на кухню, чтобы приготовить попкорн. Сяо следует за Венти с опущенной головой; Венти, увидевшего его почти голым и кратко упомянувшего об их сексе, было достаточно, чтобы снова сделать Сяо беспокойной развалиной. Слава богу, что у него сейчас снова не встал. После прошлого воскресенья он почти не дрочил, главным образом потому, что постоянно уставал из-за напряженных рабочих дней. Сейчас он, конечно, не чувствует усталости. Они решают сначала поиграть в файтинг, в котором Сяо не очень хорош, а затем посмотреть триллер. Естественно, и то, и другое выбирает Венти. К тому времени, когда они заканчивают фильм более чем наполовину, кофейный столик заполнен пустыми банками из-под яблочного сидра, а также парой недоеденных пакетов из-под конфет, и, конечно же, миска с попкорном тоже там. Сяо позаботился о том, чтобы хотя бы не опьянеть, не говоря уже о том, чтобы напиться в стельку, поэтому он выпил всего несколько банок сидра; Венти, несмотря на то, что выпил гораздо больше, вряд ли кажется пьяным. — Как это возможно, что ты пьешь так много сидра и все еще ведешь себя нормально? — спрашивает Сяо, не отрывая глаз от телевизора. — Думаю, я задавался тем же вопросом, когда мы были в Анемо. — Я регулярно пью, поэтому у меня высокая переносимость алкоголя, — просто говорит Венти. — О… точно. В этом есть смысл. Сяо вновь мгновенно отвлекается и едва может осознать, что, черт возьми, происходит в фильме, потому что, конечно же, его мозг просто должен указать, что, возможно, регулярное употребление алкоголя — это способ Венти справиться с ситуацией Альбедо. Черт возьми. Сяо ранее решил, что сегодня вечером он не будет думать об Альбедо, не будет поднимать эту тему ни по какой причине и определенно сделает все, что в его силах, чтобы дать Венти подумать о других вещах. Сяо бросает взгляд на Венти, который внимательно смотрит фильм со слабой улыбкой на лице. На самом деле не похоже, что он расстроен или что-то в этом роде. Он иногда комментировал фильм, указывая на все несоответствия и хихикая в нескольких сценах, и он действительно был увлечен игрой, в которую они играли ранее, и продолжал надирать задницу Сяо; без сомнения, он в хорошем настроении. Глаза Сяо блуждают от губ Венти к его шее и, наконец, полностью к его скрещенным ногам, затем к бедрам. Интересно, снова ли у него анальная пробка? Интересно, каково это — носить ее? И вот так просто, все, о чем думает Сяо, — это секс; секс с Венти, если быть точным. Гребаная фантазия. Должны ли они просто попробовать еще раз? Хочет ли Сяо попробовать еще раз в ближайшее время? Он помнит, как они обсуждали Альбедо и как Венти попросил Сяо ничего не говорить, а вместо этого попытался утешиться сексом с ним. Сяо также думает о том, что Венти точно не получил никакого удовлетворения в ту ночь, когда они впервые попытались переспать. Его преждевременный оргазм и стыд, который он испытывал, полностью испортили настроение. Эрекция Венти, вероятно, смягчилась сама по себе. Как бы глупо это ни было, Сяо чувствует, что должен загладить свою вину перед Венти, хотя Венти заверил, что произошедшее было понятным и совершенно естественным. На экране начинают появляться финальные титры. Сяо беспокойно меняет позу, делая глубокие вдохи, в то время как Венти хватает свой яблочный сидр и допивает его до конца. Он поворачивает голову к Сяо. — Ты…? — Венти, — выпаливает Сяо, решив, что больше не отступит; он оглядывается на Венти, напряженный с кончиков пальцев на ногах. — Ты можешь… ты можешь поцеловать меня?