Пуговицы

No Doubt — It’s My Life После скорого переезда Бёрнелл в Чёрный замок её всё чаще стали посещать мысли, что это место ей — как неожиданно! — нравится. И ведь, казалось бы, разницы никакой нет: что замок в Румынии, что здесь, в Лэствилле, — атмосфера тайны и опасности так или иначе витала в воздухе. Ею пропитались всегда холодные полы и высокие потолки коридоров и залов, которых, на самом деле, и не было видно вовсе в выси каменных стен. В одной из них наверняка крылся потайной проход, ведущий в неизвестный коридор с жуткой темнотой. Опасность чувствовалась в статуях, «наблюдающих» за всеми исподтишка пустыми белыми глазами, пугающих своими странными гримасами, когда сумеречные тени касались их лиц; но сильнее всего она ощущалась в лицемерных словах незваных гостей, прячущих за доброжелательными улыбками недобрые помыслы. Но свыклась со своим новым жильём Лайя быстрее, чем ожидала: понадобилось буквально несколько дней, чтобы она смогла свободно прогуливаться в этих бесконечных коридорах-лабиринтах. Конечно, всё с теми же беспокойством и напряжением, будто за любым дальним уголком непременно ждёт опасность, но теперь со стойким знанием, что она не одна. В Брашове она едва была знакома что с добрым и надёжным Лео, что с бойкой и заботливой Сандрой, что с Владом, на которого всегда можно положиться, тогда как теперь они — значимая часть её жизни. И всё же с каждым днём в её мыслях всё больше укреплялась одна простая истина — ей нравилось быть здесь. Нравилось просыпаться с первыми солнечными лучами в собственной комнате на огромной кровати, раскидывать руки по сторонам и нежиться в горе мягких подушек. Нравилось включать на смартфоне громкую музыку и, не опасаясь праведного гнева других обитателей замка благодаря толстенной каменной кладке, неторопливо одеваться, пританцовывая ей в такт. Нравились ранние завтраки на террасе у сада с неизменной чашкой крепкого свежесваренного кофе без молока, сливок и сахара — обслуживающий персонал уже успел выучить назубок вкусы девушки, а местный повар, проникнувшийся к ней особой симпатией, каждое утро готовил для неё что-то новенькое из выпечки. Нравились непринуждённые беседы с Сандрой, единственной из всех встававшей так же рано, как и сама Лайя. За столь короткое время эта болтовня уже успела стать их маленькой, крайне личной традицией, вмешиваться в которую было позволено разве что вездесущему Носферату, и то потому, что он кот. Остальные же, сонные, зевающие обитатели замка, стоило им только показать нос на террасе и нарушить уединение девушек, получали пару настолько колких и красноречивых взглядов, что сразу же спешили ретироваться, не успевая даже пробормотать приветствие. Нравилось, что до работы не нужно было никуда ехать через пробки и городскую суету. Нравилось исследовать замок и делать практически на ходу зарисовки его декора в новеньком скетчбуке, подаренном Милли в честь получения сестрой должности арт-директора. Нередко к Лайе присоединялся Лео, и тогда они часами бродили по витиеватым замковым коридорам в поисках пресловутых потайных ходов, ниш или даже лесенок. И пусть обычно их вылазки не увенчивались успехом, парочку секретов Чёрного замка они всё-таки обнаружили; да и коротать время за приятными разговорами девушке было всяко милее, чем киснуть без отдыха над архивными документами и старыми чертежами. Хотя это ей тоже нравилось: девушке не хотелось портить исторический облик здания новоделом, а потому она решила крайне бережно подойти к составлению проекта — использовать те же материалы, что и у архитекторов того времени, восстанавливать, а не перекраивать замок в угоду современной моде. И коль скоро новое «начальство» предоставило ей полную свободу действий, руки у Лайи были полностью развязаны. Чёрный замок, по задумке девушки, должен был стать изюминкой Лэствилла, точкой притяжения туристов и местных жителей, где каждый смог бы найти для себя что-то интересное. Нравились вечера, которые Лайя проводила обычно в компании сестры и друзей за просмотром фильмов или настольными играми, которые притаскивали Милли и Кэти. Обыграть эту парочку в «Монополию» было решительно невозможно: подростки настолько спелись, что сначала подыгрывали друг другу, вышибая всех прочих игроков с поля, а потом устраивали многочасовое противоборство уже тет-а-тет. Лео и Лайя недовольно пыхтели, Сандра — паниковала и каждый раз расстраивалась, как будто теряла настоящие деньги вместо разноцветных бумажек, Влад, явно чувствовавший себя не в своей тарелке, рассеянно чесал затылок и вздыхал. И только сидевший неподалёку с газетой и не принимавший участие в этом балагане Ноэ, единственный, кто по коварству не уступал девчонкам, тихонько посмеивался. Уж он-то бы с лёгкостью обыграл их, если бы только захотел. Лайе нравились и тихие спокойные ночи, когда она могла себе позволить поваляться в постели с книгой или сериалом и погрузиться в вымышленные миры. Иногда в такие вечера к ней заглядывал Влад; беседы о важных делах, вроде составления сметы на реставрацию и планов её проведения, плавно перетекали в обсуждение искусства, в основном живописи, к которой оба были крайне неравнодушны. И всё это радовало, переполняло душу девушки спокойствием и умиротворением. Бёрнелл порой удивлялась, как скоро она сроднилась с этим образом жизни, и засыпала после очередного дня она с усталой улыбкой — просто потому, что ей нравилось с жаром отдаваться столь интересному и вдохновляющему делу. Лайя непременно могла бы сказать, что сейчас у неё всё прекрасно. Только вот одна проблема, незаметная и невероятно маленькая, портила всю эйфорию и каждый раз заставляла Бёрнелл невольно сжимать брови у переносицы и поглядывать на причину недовольства, поджимая губы. Пуговицы. Не то чтобы Лайя питала какую-то дикую ненависть к такому невинному, и, бесспорно, полезному элементу. Согласитесь, было бы не очень удобно, если в один далеко не прекрасный день вся одежда лишилась бы пуговиц? Рубашки бы пришлось узлом завязывать, чтобы не мешались. Или вживлять во всё бездушные застёжки-молнии, которые так и норовят при случае вгрызться в нежную кожу до крови. Нет, это действительно было бы ужасным развитием событий. И всё же, отчего девушка так сильно взъелась на такую ерунду? Ответ был до смешного банален. Просто Ноэ Локид взял моду никогда не застёгивать верхние пуговицы своей рубашки, вынуждая Лайю всякий раз цепляться взглядом за эту мелочь. И краснеть. От злости на это преступление против эстетичности, разумеется. Да, мужчина и раньше ходил как попало, ещё с их знакомства в Румынии не изменяя фирменному небрежному стилю, этой хорошо продуманной неряшливости. Но именно сейчас, в Чёрном замке, его легкомысленный подход к выбору гардероба начал раздражать Лайю особенно сильно. Точную причину, пожалуй, не знала и сама девушка. Но, возможно, это связано с фактом, что в последнее время Ноэ стало слишком много. Он настигал девушку в замковой библиотеке, где та часами рыскала по пыльным стеллажам в поисках исторической хроники, способной помочь ей при составлении проекта. Маячил перед глазами во время завтрака, с присущей ему тактичностью врываясь на летнюю террасу со своими ехидными замечаниями о погоде, вкусе местной еды, политической ситуации в Лэтсвилле и других крайне важных мелочах. Подкрадывался и заглядывал через плечо, когда Лайя увлечённо расчерчивала схематичный план какого-нибудь из залов и не замечала ничего вокруг. Подогреваемый, разумеется, исключительно профессиональным интересом.

***

Lowland Hum — Strange Magic Смотреть, как садится солнце, следует на улице, и лучше всего — в саду. После долгого рабочего дня, переполненного общением с подрядчиками по вопросам восстановления внутренней отделки замка, Лайе просто необходимо было остаться наедине с собой. Небо, — красное, местами оранжево-розовое, покрытое слоистыми облаками, скрывающими садящееся за горизонт солнце, — было спокойным ровно так же, как спокойна была и девушка, точно оно отражало её эмоции. На её лице сама собой возникла блаженная улыбка, когда лёгкий ветерок, наполненный вечерней прохладой, коснулся её кожи. Без мыслей, без тревог и переживаний. Возвращаться в замок не хотелось. Зато хотелось прикрыть глаза и раствориться в вечерней неге, слиться с окружающими её покоем и безмятежностью, прогуляться без спешки по пусть и неаккуратному, но сохранившему остатки былой красоты саду. Заросшую тропу, едва заметно убегающую меж деревьев вглубь сада, найти было нелегко. Этот путь в один из первых дней их пребывания в замке случайно обнаружил Лео, когда погнался за вездесущим Носферату: кот решил провести разведку новой территории боем и очертя голову ломанулся за промелькнувшим в траве мелким грызуном. Что характерно, до визита в Лэствилл охотничьих порывов за ним замечено не было: гордый сфинкс обычно милостиво позволял своему хозяину кормить себя, да и амбиции главного ловца его никогда не привлекали. Шипя сквозь зубы, пока Лайя, вооружившись ваткой и перекисью, обрабатывала полученные в ходе спасательной операции глубокие царапины, мужчина обмолвился о найденной в саду беседке и, увидев неподдельный интерес на лице девушки, разъяснил, как её отыскать. Смеркалось всё быстрее, и вместе с темнотой на небе одна за другой появлялись тускло поблескивающие звёзды и серп растущего полумесяца, вытесняя тёплые оттенки и укрывая деревья тонкой серебристой вуалью. Девушка шагала без спешки, опасаясь заблудиться, и аккуратно раздвигала нависающие веточки, мысленно фиксируя в своём списке дел найм ландшафтного дизайнера, чтобы тот облагородил призамковую территорию. Где-то в глубине сада хрустнула ветка. Резкий звук моментально выдернул Лайю из своих мыслей. На секунду ей почудилось, что меж деревьев скользнул и тут же исчез чей-то тёмный силуэт. По спине пробежал холодок; девушка замерла и напрягла слух, вглядываясь в темноту, пока глаза не начали слезиться. Секунда, две, три… Ничего. Лайя выдохнула и нервно усмехнулась себе под нос. Не слишком ли много она повидала нечисти, чтобы пугаться разыгравшегося воображения? С другой стороны, после инцидента в подвале в первый день здесь, да и после всего престранного путешествия в Румынию, нет ничего удивительного, что в каждом шорохе, каждой расплывчатой тени ей мерещилось что-то потустороннее и потенциально опасное. «Замок безопасен, — подумала Лайя, нерешительно сделав шаг вперёд, — я вне опасности». Спустя пару минут ходьбы, в уже несколько более напряжённом состоянии, чем в начале её спонтанного променада, среди деревьев тускло забрезжил свет. Старые фонари ещё работали, но их мощности едва ли хватало на полноценное освещение небольшого открытого пятачка, надёжно укрытого от посторонних взглядов переплетением ветвей раскидистых деревьев и кустарников. Тропинка вывела девушку прямо к каменным ступенькам стоящей в центре поляны беседки, увитой бесконтрольно разросшимся без должного ухода плющом. Под ногами хрустнула мраморная крошка: побеги растения проникли под кровлю и повредили её, оставив на поверхности белого камня сеточку длинных осыпающихся трещин. Лайя поймала себя на мысли, что, несмотря на всю уединённость этого места, здесь всё же кто-то бывал: мусор на полу валялся не так хаотично, как ей показалось сперва, и был слегка сдвинут, чтобы обеспечить проход к одной из лавочек. Она выглядела чище прочих, как если бы на ней кто-то часто и подолгу сидел. Стараясь не прислоняться к перегородкам, на случай, если повреждения беседки окажутся сильнее, чем она успела бегло оценить, Лайя опустилась на лавочку и достала из сумки скетчбук и пару механических карандашей, надеясь зарисовать готические горельефы на капителях колонн, чтобы завтра на свежую голову прикинуть объём восстановительных работ. И тут же вздрогнула, потревоженная тихой вибрацией телефона в кармане, оповещающей о новом сообщении. Чертыхнувшись и коря себя за развивающуюся паранойю, девушка бросила взгляд на экран. Сандра… Волнуется, куда пропала подруга, и интересуется, не нужно ли составить ей компанию. С улыбкой Бёрнелл быстро-быстро застучала пальцами по клавиатуре, сообщая, что вернётся чуть позже и что им не стоит ждать её к ужину. Такая трогательная, а главное, ненавязчивая забота согревала душу девушки и заставляла её преисполняться благодарностью к друзьям. Отложив телефон, девушка ещё раз обвела взглядом беседку, выбирая наилучший ракурс для зарисовки. Одна из фигур — маленькая каменная горгулья — сохранилась лучше всего, а потому показалась ей самой перспективной. Сощурив один глаз, Лайя вытянула вперёд руку с карандашом, прикидывая размеры, а потом бегло нанесла на белый лист несколько штрихов. А затем ещё и ещё, пока очертания фигуры не стали вырисовываться более чётко. Как и все трудоголики, увлечённая работой, она забыла о времени. И только когда заметила, что штриховка выходит неровной из-за того, что руки дрожат, Лайя поняла, что чертовски замёрзла. Бёрнелл мысленно отчитала себя за то, что не накинула на плечи хотя бы самую тонкую кофточку. Летние вечера хоть и радовали её своей атмосферой и особой эстетичностью, но стремительно падающая температура и возникший точно из ниоткуда прохладный ветерок настойчиво загоняли девушку внутрь замка. Лайя в задумчивости прикусила карандаш. Наиболее здравым решением было уйти домой и продолжить зарисовки на следующий день, когда её не будет трясти от холода и отпадёт необходимость портить глаза в свете тусклых фонарей. Да и атмосфера из душевной и успокаивающей стала несколько… пугающей. Деревья слились в сплошную тёмную бесформенную массу. Где-то среди их крон гулко ухала сова. В траве стрекотали сверчки. Волосы на затылке девушки приподнялись, точно ей в спину кто-то смотрел. Кто-то, чьи намерения могут оказаться далеко не самыми добрыми. Зашлось тревогой и отчаянно забилось под рёбрами сердце. Тело сковал липкий, парализующий страх. «Там никого нет, — девушка глубоко задышала и вытерла вспотевшие ладони о брюки, — нужно просто обернуться и перестать беспокоиться». Лайя сглотнула накопившуюся слюну, скосила взгляд и стала медленно поворачивать голову. Сантиметр за сантиметром. Пусто. Громко выдохнув, девушка опустила и расслабила прежде напряжённые плечи. Ну надо же, дважды попасться в одну и ту же ловушку разыгравшегося воображения. — Бу! — кто-то тихо произнёс прямо над ухом. От неожиданности Лайя вскрикнула и подскочила. Карандаш, выпавший из рук девушки, с тихим шорохом покатился по каменному полу, пока не наткнулся на препятствие. — Кто здесь? quickly, quickly — lie Послышалось сдавленное хихиканье, которое она узнала бы из тысячи. — Ох, мисс Бёрнелл! — с наигранным возмущением подал голос мужчина, выступая из темноты с крайне довольной усмешкой на лице. Идеально скроенный по фигуре бежевый костюм, казалось, светился в темноте. — Разве матушка не учила вас, что не стоит в такое позднее время гулять в одиночку? Сколько опасностей таит в себе этот жестокий человеческий мир! Кто знает, какие сюрпризы, — Ноэ обвёл руками лесную поляну и заговорщически подмигнул девушке, — ждут вас среди деревьев? — Ты напугал меня, — Лайя вновь обернулась, чтобы бросить на него недовольный взгляд исподлобья, и нагнулась, чтобы подобрать упавший карандаш. Ноэ бегло проскользнул глазами по её фигуре и довольно хмыкнул. — Если хотел показать своё прекрасное актёрское мастерство, — она поднялась и подула себе под нос, откидывая растрепавшуюся прядку, — мог бы просто попросить быть зрителем. У меня чуть сердце не остановилось. Я-то подумала, что здесь какая-то нечисть… А это всего лишь ты. — «Всего лишь»! — фыркнул мужчина, надув губы подобно маленькому ребёнку и расставив руки по бокам. — Ну вы поглядите — всего лишь я… Я, вообще-то, не какая-то там нечисть, а нечисть вполне себе известная! — А главное, скромная, — девушка закатила глаза и покачала головой. Самолюбование Ноэ, казалось, не знало границ, и Лайя не могла бы сказать, что оно было безосновательным. Помимо воли взгляд скользнул по лицу мужчины, от разноцветных глаз сползая к его пухлым губам — Бёрнелл, невежливо так пялиться на человека, который тебя раздражает! — а затем и ниже, останавливаясь на вороте как всегда идеально отглаженной белоснежной рубашки. Как и всегда, с расстёгнутыми верхними пуговицами. Щёки девушки залило розовой краской — от этого страшного сна перфекциониста, конечно! — и она мысленно взмолилась всем богам разом, чтобы в тусклом сумеречном свете это осталось незамеченным. — Странное ты время выбрала для рисования, Лайя, — Ноэ кивнул на сиротливо подрагивающий на ветру блокнот, о котором девушка уже успела позабыть. — Это для души или по работе? Хотя можешь не говорить, я и так знаю ответ. И то и другое. Я посмотрю? — он протянул руку, ловко подцепил скетчбук и, несмотря на протесты Лайи, бегло пролистал его до последней страницы. — Недурно, недурно. — Отдай! — девушка возмущённо топнула ногой и всем телом подалась вперёд, надеясь вырвать из лап демона свои зарисовки. Тот всё с тем же хихиканьем поднял руку выше, оставляя блокнот за пределами досягаемости девушки. Из-за этих манипуляций её лицо замерло как раз напротив злосчастного предмета одежды. — Какое право ты имеешь смотреть мои рисунки?! — задохнулась Лайя от возмущения. — Ну ведь это рабочие эскизы, а я, пусть формально, но всё же твоё начальство, — усмехнулся Ноэ. — Конечно, я не настаиваю, чтобы ты звала меня босс, но всё же какое-то уважение в свой адрес я могу услышать? — мужчина насупил брови, но, вопреки суровому тону голоса, в разноцветных глазах скакали весёлые бесенята. — Здесь не хватает парочки деталей, — палец очертил две продолговатые зоны поверх эскиза. Лайя недоверчиво перевела взгляд сначала на свой скетч, а потом на каменную горгулью. — Там нет ничего подобного. — Сейчас может и нет… Но раньше у крыльев определённо были навершия, — Ноэ материализовал в руке карандаш. Девушка с настороженностью следила за лёгкими штрихами, порхающими по поверхности листа и дополняющими её набросок. — Так-то лучше. — мужчина мягко накрыл рукой ладонь девушки и вложил в неё блокнот. — О! — девушка отвернулась от него и покрутила в руках рисунок; теперь он выглядел совершенным. — Как ты… Где ты научился так рисовать? — Ну должны же у мужчины быть какие-то секреты? У меня много скрытых талантов, Лайя, — он наклонился к уху девушки и договорил фразу более низким, бархатным тоном с лёгкой хрипотцой, отчего у Лайи моментально пересохло в горле. — Если я буду демонстрировать их сразу, это убьёт всю интригу. Одним из этих талантов была, бесспорно, способность выводить Лайю из состояния гармонии, потому что сейчас, поворачивая голову ему навстречу, она чувствовала, как сердце замедляет свой ритм. Тук-тук… Щёку царапнула щетина мужчины. Тук-тук… Аромат горького шоколада и острого перца, казалось, проникал под кожу девушки и растворялся в ней. Тук… Лайя облизала пересохшие губы и прерывисто выдохнула. Её плеч коснулась мягкая ткань. — Ты замёрзла, — произнёс Ноэ, накидывая на Лайю свой пиджак и отступая на шаг назад. — Думаю, нам стоит отправиться в замок. Если ты не против, я тебя провожу. — Да, — покачала головой Лайя, пытаясь стряхнуть наваждение, одновременно чувствуя облегчение и… разочарование? — Дай мне секунду. Избегая его прищуренного взгляда с нескрываемой хитринкой, девушка торопливо убрала в сумку скетчбук и писчие принадлежности. Пальцы будто задеревенели и упорно отказывались слушаться, — от холода, без сомнений, — отчего Лайя возилась с застёжкой гораздо дольше требуемого. Закутавшись сильнее в пиджак демона, девушка напоследок окинула взглядом беседку и включила фонарик на своём смартфоне. Часы на экране блокировки показывали четверть двенадцатого. — Не уверена, что смогу найти тропу в такой темноте, — будто бы оправдываясь, пролепетала девушка, подходя к демону. — За это можешь не волноваться, — Ноэ постучал указательным пальцем по виску. — Я прекрасно вижу в темноте. Эти глазки не только чертовски красивы, но ещё и весьма функциональны. Держись рядом, — он слегка сжал локоть девушки и потянул следом за собой в густую чащу. Мужчина шёл вперёд без спешки и крайне уверенно, так, словно знал каждый потайной уголок сада назубок. Девушке казалось, что деревья, едва заслышав по-кошачьи бесшумную поступь Ноэ, почтительно расступались, дабы не мешать его передвижению. Лайя перестала замечать, как переставляет ноги, точно они с демоном не шагали вперёд, а парили над землёй. Ни одна хлёсткая веточка не касалась их, и даже дорожка, петлявшая в разные стороны, когда Лайя шла по ней в одиночестве, стала будто бы прямее. Иррациональный страх перед мраком вернулся, обхватил липкими ладонями шею девушки. Против воли она крепко ухватилась за руку мужчины, точно если бы не сделала этого, то непременно провалилась бы под землю и пропала. — А что ты сам забыл в такое время у беседки? — внезапно осенило Лайю. — Я в жизни не поверю, что ты просто спонтанно решил полюбоваться звёздами. Прежде чем ответить, Ноэ помешкал; девушке сперва даже показалось, что он решил проигнорировать её вопрос. — Технически, ты заняла моё любимое место. Люблю приходить сюда на закате, когда меня в конец доконает замковый шум. Здесь… спокойно. — Ты не похож на человека, который любит уединение. — Начнём с того, что я не похож ни на кого из знакомых тебе людей, Лайя, — он оглянулся через плечо и игриво подмигнул девушке. — Да и на человека в принципе. — Ох, и как же я могла об этом забыть, — проворчала Лайя, выхватывая в пятнышке света шею демона, покрытую аккуратной щетиной. Как же её это бесило. Впереди мелькнули знакомые огоньки бойниц на замковой башне. — Вот мы и пришли, — облегчённо выдохнула Лайя, — думаю, дальше я смогу дойти сама, — она только сейчас осознала, что всё это время цеплялась за руку Ноэ, как маленький ребёнок в торговом центре цепляется за своих родителей в страхе остаться в толпе незнакомых людей. — Ну что ты, — мужчина широко улыбнулся и поправил воображаемый галстук, вновь случайно приковывая взгляд девушки к расстёгнутым пуговицам. И коже груди со светлыми, едва заметными в темноте колечками волос. В голове у Лайи вихрем закружилась непечатная брань, не приличествующая благовоспитанным девушкам. Если бы её мысли прочла мама, ей наверняка стало бы стыдно за дочь. — Я провожу тебя до комнаты. Мало ли что… Вдруг за каким-то поворотом будет скрываться опасность. — А с тобой я разве буду в безопасности? — подначила его девушка. — Можешь быть уверена, в этом замке определённо нет никого страшнее и опаснее меня. Так что пока ты под моей защитой, — он смахнул с накинутого на плечи девушки пиджака невидимые глазу пылинки, — тебе бояться нечего.

***

Путь к замку они проделали за пустой болтовнёй. Говорил в основном Ноэ; девушка лишь изредка отпускала ответные реплики, стараясь смотреть куда угодно: на сверкающий серп луны, на трещинки каменной плитки под ногами, на фонтан перед парадным входом в замок, — лишь бы не на Ноэ. И не на ворот его рубашки. Замок встретил их безмолвием и покоем. Большая часть ламп не горела — похоже, на ночь их приглушали, оставляя только те, что были необходимы для прохода на лестницу. — А куда все подевались? — задалась вопросом Лайя, оглядывая пустой зал. Никаких следов Милли, Кэти или Сандры. Если они и сидели здесь сегодня вечером, то расторопные слуги уже успели прибрать весь беспорядок. — Полагаю, что спят, — Ноэ указал на часы на каминной полке, уже давно пробившие полночь. — Время-то далеко не детское. — Ничего себе, — присвистнула девушка, прижав ладонь к губам. — Мне казалось, мы шли не больше пятнадцати минут. — Возможно, твоё внимание было занято чем-то другим… — Ты можешь хотя бы пять минут не говорить о себе?.. — Ну, Лайя, — мужчина развёл руки в сторону и сделал несколько шагов к лестнице спиной вперёд, — разве я сказал сейчас хоть что-то о себе? Я имел в виду проект. Твою работу. «Да за что мне это наказание», — мысленно простонала Лайя и, обескураженно выдохнув от того, что снова позволила демону себя подловить, гордо прошествовала мимо него в сторону лестницы. Тот, покачавшись на носках вперёд-назад, развернулся и быстрым шагом устремился за девушкой. — Ты ведь не отвяжешься? — раздражённо бросила через плечо Лайя. — Разве я мог бы? — мужчина нагнал её у поворота, едва не впечатавшись в спину девушки. И снова он был слишком близко, чем того требовали правила приличия. Ему такое тесное общение явно доставляло удовольствие. «А мне? Так ли мне не нравится его компания?» — мысленно Лайя задала себе вопрос, и, не желая даже задумываться о возможном ответе, покачала головой. — Пришли, — Лайя кивнула на дверь и развернулась на каблуках в сторону демона. — Теперь не смею тебя задерживать. Я и так отняла у тебя безумное количество времени, которое ты мог бы потратить с большей пользой. — Отнюдь, я вполне доволен тем, как провёл этот вечер. Тебя нечасто можно застать без компании друзей… Грех было не воспользоваться таким шансом. — Так ты хочешь сказать, что пришёл сегодня в беседку ради меня? — Ну, стоило убедиться, что тебя не похитят очередные сектанты. Или что на тебя не нападёт медведь — с твоим везением я бы ничему не удивился. «Кажется, я и сама не удивилась бы такому раскладу», — устало подумала девушка, потирая глаза подушечками пальцев. Возникла неловкая пауза; Ноэ выжидающе смотрел на девушку, точно ждал от неё каких-то действий, но Лайя не могла взять в толк, каких именно. — Что ж… Думаю, со своей миссией ты справился успешно, но мне уже пора спать. Завтра рано вставать, сам понимаешь… «Куда неприличнее пялиться, Лайя: на эти чёртовы пуговицы или на его губы? Боже, о чём ты только думаешь». — Понимаю, понимаю… — согласно кивнул Ноэ и протянул девушке руку. — Доброй ночи, — Лайя слегка сжала его кисть, удивлённая этому неожиданному жесту. — Это, конечно, приятно, — мужчина погладил большим пальцем тыльную сторону ладони девушки, — но вообще я просто имел в виду, чтобы ты отдала мне мой пиджак. Он всё ещё на тебе. Сгорая от стыда и неловкости, Лайя почувствовала, как пульсирует кровь в молниеносно краснеющих ушах. Она быстро сбросила с плеч пиджак и, стараясь не поднимать глаз, протянула его Ноэ. — Могу я поинтересоваться… Почему ты всё время так странно смотришь на мою шею? — закусил губу Ноэ, повесив сложенный пиджак себе на руку; Лайе казалось, что он прожжёт в ней дыру пытливым взглядом разноцветных глаз. — Только не говори, что я испачкался и весь вечер ходил с пятном на воротнике. Или… — он заозирался по сторонам, внезапно нагнулся к девушке и заговорщически зашептал: — Или ты вампир и жаждешь моей крови? Это зря. Ставлю золотые запонки на то, что я невкусный. Девушка обречённо заскулила и спрятала лицо в ладонях. — Пуговицы… — Что? — Ты не мог бы застегнуть их, пожалуйста. Раздражает просто неимоверно. — Вот как… Раздражают, значит, — всплеснул руками мужчина, кривя губы в лукавой усмешке. — Они всё время расстёгиваются, что бы я ни делал. Должно быть, нитки разболтались. Не бери в голову. Нервно хохотнув, Лайя сжала ладони в кулаки, набрала воздуха в грудь и без лишних раздумий выпалила: — Давай зашью. — Мне сейчас послышалось? — Я серьёзно. Давай зашью. Это не займёт много времени. — О, не стоит утруждаться, — протестующе замахал руками Ноэ, — я просто поручу это горничной. Если не забуду. Наверняка не забуду. — Мне не тяжело. И инструменты швейные в комнате, — девушка развернулась к двери, скрывая смущение, и подрагивающими — от предвкушения избавления от своего кошмара, очевидно, — пальцами провернула ключ в замочной скважине. — Заходи. Привычным жестом девушка включила маленькую лампу на прикроватном столике, и полезла в ящик в поисках нити и иголки. — А здесь довольно… миленько. Не сказать, что эта комната сильно выделялась чем-то, разве что была чуть меньше и ярче прочих, где бо́льшую часть интерьера занимали тёмные оттенки под стать названию замка. Просторная кровать с горой разноцветных вышитых подушек, парочка ваз с маленькими букетиками свежих садовых цветов — всё. На столе царил самый настоящий «творческий» беспорядок: разбросанные карандаши, куча мятых бумажек, место которым определённо должно было быть в мусорном ведре, какие-то беглые зарисовки, собранные в неаккуратную стопку. С фотографии на прикроватной тумбе улыбались Лайя, Милли и вся их компания. Вот и весь «декор». Elephant Heart — Love Is The Weapon — Нашла! — победно выкрикнула девушка, выуживая из тумбочки моток светлых ниток с иглой. Она обернулась к мужчине и тут же застыла. — Ч-ч-что ты делаешь?.. Не сводя с девушки насмешливого взгляда, Ноэ нарочно медленно, пуговицу за пуговицей, расстёгивал злополучную рубашку. — Ну ты же не собираешься шить прямо на мне? Говорят, что это плохая примета. Так ведь можно и ум зашить, а я своим невероятно горжусь. Лайя почувствовала, что температура в комнате повысилась на пару градусов. Дышать стало труднее: плотный воздух отказывался заполнять лёгкие, и в попытке получить хотя бы глоток кислорода девушка сделала резкий вдох. — Или ты решила таким образом «пришить» меня к себе? Попытка неплохая, но всё же… Терпение девушки лопнуло. — Нет, это уже выше моих сил, — пробормотала Лайя и, сделав резкий шаг навстречу мужчине, схватила того за края почти расстёгнутой рубашки и притянула к себе. Оторванные пуговицы, подпрыгивая, застучали по каменному полу и покатились в разные стороны, но девушку уже это нисколько не беспокоило. Она вообще не заметила этой маленькой оплошности, потому что самозабвенно целовалась, запустив пальцы в золотистые пряди волос мужчины. А ничуть не удивлённый её напором Ноэ отвечал ей с такими же пылом и страстью, крепко прижимая к себе за талию. Ноги Лайи не слушались и мелко подрагивали от предвкушения и дикого, уже неконтролируемого желания. Она вложила в этот поцелуй всю долго копившуюся ярость, всю смесь раздражения и безумной жажды, что кружили её голову всякий раз, когда мужчина дразнил её и трепал и без того расшатанные нервы. Не разрывая этого одуряющего горько-сладкого поцелуя, Лайя сделала пару шагов назад, стягивая с плеч Ноэ рубашку прямо на ходу и с её помощью утягивая его за собой, пока не впечаталась бёдрами в препятствие, проскулив одновременно от боли и удовольствия. Мужчина с готовностью подхватил её под ягодицами и усадил верхом на комод. Рамки с фотографиями, шкатулка с украшениями и прочие безделицы с грохотом полетели на пол, но оба едва ли обратили на это внимание. Да и кому какое дело до такой ерунды, когда ноги девушки обвили бёдра мужчины, так, что она не могла не чувствовать, как сильно он её хочет сейчас? Когда он, чертыхаясь, стянул с неё майку через голову, приспустил лямки бюстгальтера и с силой стиснул аккуратную грудь, срывая с губ девушки протяжный стон? Жадно. Развязно. Безрассудно. Не думая о последствиях, не щадя друг друга, с азартом заядлых игроков исследуя тела друг друга губами, зубами, языками. Быстрым движением Ноэ расстегнул пуговицу на джинсах девушки и потянул их на себя, проклиная на чём свет стоит современную моду на излишне узкую одежду. — Раньше, когда дамы ходили в платьях, — он оставил влажный поцелуй на бедре девушки, у самой кромки белья, стащив, наконец грубую ткань с её ног, — было намного удобней. Лайя протестующе шлёпнула его по бедру, не сильно, скорее, дразняще, и возмутилась вполне искренне: — Эй! Женская одежда существует не для ублажения мужчин! Чёртов сек… — Ноэ запечатал ей рот поцелуем, сплетая их языки друг с другом; гневные слова в голове девушки расползались в стороны, мозги, как и тело, плавились то ли от жара тела мужчины, то ли от собственного возбуждения. — Милая, я ничего не имею против эмансипации! — поцелуи сместились сначала на шею, а затем и на грудь девушки, то нежно лаская, то прикусывая тонкую кожу. — Напротив, в своё время я даже был одним из тех, кто поддержал движение суфражисток! Но ты действительно настаиваешь, что мы должны обсудить эти вопросы прямо сейчас? — Несносный, — прошипела Лайя, впиваясь полумесяцами ногтей в кожу на его лопатках и оставляя на ней глубокие борозды. Мужчина, слегка оттянув девушку за волосы, провёл языком дорожку по обнажившейся шее и без лишних церемоний запустил руку под резинку её белья. — Невыносимый, — подавилась вздохом девушка, когда подушечка его пальца вскользь прошлась по её клитору. — Не останавливайся… — почти проскулила она, чувствуя, как он медленно двигает пальцами внутри неё. — Если ты будешь так громко стонать, то через пару минут сюда сбегутся все обитатели замка, думая, что тебя убивают, — как всегда, с усмешкой прошептал ей на ухо Ноэ, прикусывая и слегка посасывая чувствительную мочку. — Если и не убивают, — сбивчиво выпалила Лайя, закатывая от удовольствия глаза, — то как минимум забирают душу. Не в силах больше терпеть пытку удовольствием, всё время балансируя на грани, девушка сама потянулась к ремню его брюк, звякая металлической застёжкой. Пальцы пробежали по напряжённой плоти, и теперь уже мужчина подавился воздухом, когда Лайя чуть потянула чувствительную кожу вниз. — Забрать душу? Ну уж нет, Лайя, — он перехватил её запястье и вложил в раскрытую ладонь маленький фольгированный пакетик. — Гораздо веселее наблюдать, сколько пыла и желания скрывает эта светлейшая душа. Глядя ему в глаза, прямо, с вызовом, практически не мигая, девушка зубами надорвала упаковку, аккуратно раскатала презерватив по его члену и дразняще провела языком по своим губам. — Вот так? — изогнула она бровь, призывно подаваясь бёдрами ему навстречу. — Для первого раза сойдёт, — усмехнулся мужчина, подхватывая её под ягодицы и резко проникая внутрь, сталкивая их тела со звучным шлепком кожи о кожу. Грубые толчки чередовались с плавными волнами, и им обоим казалось, что комната, пропахшая потом, взаимной одержимостью и сексом, качалась в такт их движениям. Грязно, пьяняще до сизоватого тумана в голове, как от стопки абсента после трёхдневного голодания, до закипающей, бурлящей внутри крови, с жадностью оставляя отметины — засосы, укусы, царапины — на теле друг друга, не болезненные, но чертовски приятные. Лайя приобнимала его за шею, то и дело соприкасаясь с разгорячённым торсом Ноэ набухшими сосками, и зацеловывала его шею, строгую линию подбородка и эти чёртовы манящие губы, которыми он обычно произносил какие-то гадости, а сейчас только и мог, что глухо выстанывать её имя. Оргазм — яркий, колкий, как и сам мужчина, был таким бурным, что Ноэ пришлось накрыть своей ладонью рот девушки. Иначе бы в её комнату и впрямь прибежали бы все друзья, включая Лео и Влада, которым эта картина со стопроцентной вероятностью не пришлась бы по душе. Бёдра девушки подрагивали, низ живота скручивали спазмы, и мужчина, чувствуя это изнутри, кончил вслед за ней. Осторожно сняв обмякшую девушку с комода, Ноэ подхватил её на руки и, перешагнув через приспущенные брюки, которые у них не хватило выдержки снять, аккуратно уложил девушку на постель и чувственно поцеловал её в губы. — Куда-то собрался? — всё ещё восстанавливающая дыхание Лайя перевернулась на живот и снизу вверх посмотрела на стоящего рядом мужчину. — Одно твоё слово — и я… Вместо ответа Лайя ухмыльнулась и призывно похлопала по покрывалу рядом с собой. Дважды ей этот жест повторять не потребовалось, и мужчина с готовностью улёгся рядом, укладывая девушку на себя, будто она была одеялом. — И что теперь? Всё ещё меня ненавидишь? — Разве я когда-то так говорила? — притворно округлила глаза Лайя и прикрыла раскрытый рот ладонью. — Ужас какой. — В любом случае, как говорят мудрые люди: «От ненависти до любви…» — он заправил за уши растрёпанные волосы девушки и скользнул рукой вдоль её тела. — «… Один шаг»? — Не совсем, — он наклонился и прошептал ей на ухо что-то, отчего девушка покраснела от макушки до пяток, потом отстранился и игриво подмигнул. — Проверим?

***

— Всем доброго утра! Просыпаться настолько позже своего обычного расписания девушка оказалась совершенно не готова: вместо пустых, наполненных разве что свежим запахом ещё выпекающихся булочек коридоров её поприветствовал топот и суета обслуживающего персонала, а уютное место на террасе уже было занято: там собралась вся компания друзей. Голова слегка гудела после вчерашних приключений. Стоило ей подумать о прошлой ночи, как в голове закружили ретроспективные картинки их с Ноэ… разговора, и от этого щёки тут же залило предательским румянцем, а губы против воли растянулись в довольной улыбке, как у кота, нализавшегося сметаной по самые уши. В очередной раз за сегодня подавляя надоедливую зевоту, Лайя, чуть медля из-за сонливости, прошла к месту около Сандры, отмечая про себя, что все ребята уже давно позавтракали и сейчас неторопливо попивали кто чай, кто кофе, коротая время за непринуждённой беседой. — Эй, наша ранняя пташка сегодня припозднилась! — Милли вскочила с места и приветственно помахала сестре. — Признавайся, кто ты такая и куда дела мою всегда пунктуальную Лайю? Закатив глаза, Лайя потянулась к кофейнику; улыбчивый повар, явно обрадованный тем, что его любимица всё же сподобилась появиться за завтраком, тут же поставил перед ней тарелку с аппетитно выглядящим круассаном с малиновым джемом. Благо, внимание Милли быстро переключилось на болтовню с Кэти: кажется, вышел специальный эпизод игры, которой они увлекались, и теперь девчонки вновь продолжили извечный спор, кто из их фаворитов круче. — Доброе утро, — Сандра тихонько дотронулась до локтя девушки и, щурясь от яркого солнца, ободряюще ей улыбнулась. — Ты в порядке? Мы тебя вчера так и не дождались… — Я просто потеряла счёт времени, когда гуляла. Всё в порядке, — Лайя успокаивающе накрыла её ладонь своей и, сделав глоток, прикрыла глаза и замурчала от удовольствия. Бодрость пришла сразу, стоило только ей ощутить знакомый и горячо любимый аромат: крепкий кофе без добавок, смешанный с запахом летней свежести и лёгкими нотками горького шоколада… Стоп. Горького шоколада? — Кажется, ты сегодня в приподнятом настроении, — закусила губу подруга, сдерживая ухмылку. — Глаза так и сверкают, хоть ты и выглядишь слегка уставшей. Только щёки красные. Ты часом не заболела? И именно в этот момент — как будто подслушав мысли Лайи, хотя чем чёрт не шутит — на террасе появился Ноэ, напевающий себе под нос какую-то прилипчивую песенку из рекламы. За столом сразу же стихли разговоры, и все присутствующие разом уставились на вошедшего мужчину. Одетого в чёрную (!) водолазку (!) под горло. Покраснев ещё сильнее, чем до этого, Лайя опустила глаза, сделав вид, что созерцание глянцевой кофейной поверхности для неё намного интереснее, чем внезапное появление какого-то там демона. — Ты… Вы… — округлила глаза Сандра, догадавшаяся и о причине эффектного появления Ноэ, и о том, почему подруга по цвету резко стала напоминать спелый сочный помидор. — Ну ты даёшь… — Сандра-а… — с мольбой в голосе простонала Лайя, нервно сглатывая слюну. — Так и быть, я сделаю вид, что ничего не понимаю, — жарко зашептала ей на ухо девушка. — Но позже ты мне всё расскажешь. И в подробностях, — добавила она, прыская от смеха в свою чашку с травяным чаем. Тем временем к Милли вернулся дар речи, и она, как обычно, преисполненная тактичности, задала вопрос, который занимал сейчас умы всех за столом. — А чего это ты так странно одет? — сощурила она глаза в подозрении. — Представь себе, швея попалась неумелая. Испортила любимую рубашку. Придётся вам немного потерпеть меня в этих… лохмотьях, — он театрально скорчил брезгливую гримасу и уселся за стол, жестом подзывая прислугу. — А со швеёй, разумеется, придётся разобраться. — И что ты сделаешь? Накажешь бедную девушку? — Милли с опаской покосилась в сторону демона, разворачивающего утреннюю газету. — Обязательно, — подмигнул он девушке. Лайя подавилась кофе. Кажется, теперь пребывание в Чёрном замке станет ещё более занимательным.