Шрам

      Конгфобу было пять, когда на ключице появилось имя его родственной души — Артит. Чернила, скапливаясь в одном месте, раздражали кожу мальчика и вызывали зуд. Мальчик чесался до покраснения, не помогал даже охлаждающий гель. Тогда он ещё не понимал, что это имя очень важное, и злился из-за боли. После злости пришло понимание. Мама рассказывала интересные истории о соулмейтах, отец хвастался, что его имя проявилось в три года, что было редкостью. А жену он свою встретил в четырнадцать, что было сравнимо с чудом! — Может и тебе так повезет, малыш, — весело обсуждал эту тему глава семейства за ужином, когда замечал у сына огонек в глазах. Но Конгфобу не везло. В четырнадцать лет, когда подростки становятся особенно злыми, у него остается только один друг — глуповатый, но добродушный Эм. Ему все равно, что на теле лучшего друга мужское имя. — Твой парень будет очень крутым, — задумчиво протягивает Эм, когда они в очередной раз обсуждают своих вторых половинок. — Покруче всяких девчонок. — Спасибо, друг, — неловко улыбается Конгфоб и толкает приятеля плечом в плечо. — Уверен, твоя девушка будет очень милой, подстать своему имени. — Я уже люблю свою Мэй, — довольно кивает Эм. — И я люблю свое солнце, — улыбается Конгфоб.       Возвратившись домой, парень тяжело вздыхает, переодевается, смотрит на имя любимого и садится писать события сегодняшнего дня в дневник. — Чувак, я словно новеллу читаю! — восхищается его дневником Эм, в тех случаях, когда Конг разрешает ему прочесть несколько страниц. — И зачем ты это делаешь? — Чтобы мой соулмейт смог прочитать это и пережить эти события со мной, — ласково отвечает парень. — Черт, — усмехается Эм. — Да ты влюблен по уши! — Именно. Конгфобу исполнилось восемнадцать. Он мог с уверенностью сказать, что был одним из самых популярных парней среди девушек. Многие, не найдя своего соулмейта, решают потренироваться на других или, влюбившись, пойти против правил и начать отношения со словами: «Соулмейты не смогут нас разлучить! Мы любим друг друга!» Конгфоб уверен, что любит девушек, но не так сильно, как парня, который завладел его телом еще в далекие пять лет. Он надеется, что поступит в университет и сможет найти своего возлюбленного. Однако сейчас его мысли заняты размышлениями о будущей жизни. Поступать на экономический, куда хочет он сам, или на инженерный, куда хотят родители? Конгфоб тяжело вздыхает, прокручивая в голове вопросы, которые ему могли бы задать на собеседовании. Он так волновался, что ударился головой о стол, за которым сидел и тяжело вздохнул, не сдерживая стон отчаяния. — Эй, парень, — рядом плюхнулся студент в белой рубашке и сережке в ухе. Он оглядел школьника с наглой усмешкой. — Ты на собеседование пришел? — Да… — Не волнуйся, — теплая ладонь на секунду дотронулась до чужого плеча. Конгфоб решил выпрямиться, чтобы лучше оглядеть нового знакомого. — Максимум, что у тебя могут спросить, так это о наличии питомца дома. Студент начал убеждать поступающего, что ничего страшного на собеседовании не будет. Голос его звучал уверено и Конгфоб проникся к парню доверием и внимал каждому слову. Особенно вслушивался в ту часть, в которой студент с гордостью говорил о своем факультете — инженерии. Школьник с радостной улыбкой, хоть и немного неловко, принял бутылку лимонада от старшего и, отпив немного, почувствовал себя гораздо лучше. — Как-то так, — криво улыбнулся ему незнакомец, смешно скорчив лицо. Конгфоб засмеялся и уже хотел спросить имя у Пи, но стоило парню повернуть голову в другую сторону, как Нонг увидел длинный белоснежный шрам на чужой шее. Слова застряли в горле. Почему-то странный шрам, напоминающий волну или почерк врача, осел в сердце Конгфоба, как сажа. Дыхание потяжелело, а сердце бешено забилось от нового приступа волнения. — Эй, Артит! — в уши ударило имя. Конгфоб, оглушенный криком какого-то парня, растерянно повернулся к источнику шума. К незнакомцу со шрамом подбежал высокий парень. — Я тебя везде ищу, а ты здесь прохлаждаешься. Не стыдно? — Что тебе нужно, Прэм? — недовольно протянул Пи’Артит, но улыбнулся, нежась на солнышке. Ему было очень тепло. — Тебя старший ищет! — со страхом в голосе сообщил Прэм. Лицо Артита вмиг изменилось. — Пи’Там уже тут! Артит резво вскочил со скамьи, напугав Конгфоба. Школьник только начал отходить от шока и успел только схватить своего соулмейта за руку. — Почему ты мне не позвонил?! — вспыхнул Артит, заставив Прэма и Конга отскочить от него. Парень глянул на школьника с сожалением. — Прости, Нонг, я должен идти. Удачи на собеседовании! Конгфоб растерянно махал ему рукой, совершенно забыв, что минуту назад крепко держал его за руку. Его ладонь хранила чужое тепло, сердце бешено билось, а дышать было практически невозможно. Артит. Его солнце перекрыло ему кислород. Конгфоб решил, что поступит в инженерный, который усиленно расхваливал его соулмейт. А потом, удивив Пи’Артита, признается о их связи. «Я сохраню этот секрет, чтобы наша встреча стала особенной для тебя» Конгфоб больше не боялся собеседования. Его солнце теперь никогда не погаснет.