Cherry bomb (Вишнёвая бомба)

***

"I have to pull myself together, I don't want to feel like this, Your voice continues to haunt me, I can't eat or sleep, I'm going crazy in this hazy fantasy, You have bewitched me, Oh, but I'm not going down at all So get your hands off me Tonight, I'll break free, This is the night." - This Is The Night, Strange Sisters.

***

Гермиона, Лаванда и Джинни пробираются сквозь тени, чтобы добраться до места встречи. Еще нет десяти часов, не совсем комендантский час, но они не одиноки в своих попытках прокрасться по коридорам. Джинни замечает, как по крайней мере трое слизеринцев шестого курса — Паркинсон, Гринграсс и Булстроуд — все в обтягивающих зеленых платьях летят в сторону Большого зала. Они будут немного более очевидными, но пока они пройдут через ворота до десяти, никто не будет спрашивать, куда они направляются. Интересно, как они вернутся, думает Джинни. - Сюда, - бормочет Гермиона, выводя их наружу и пересекая территорию, в противоположном направлении от главных ворот. - Но ведь нам в другую сторону! - Лаванда настаивает. - Шшш, - яростно шепчет Гермиона. Она указывает вперед, и Джинни видит три фигуры, стоящие на берегу озера, две выше одной, самая низкая с волосами, похожими на маяк. Они приближаются ко второй половине своей группы. - Вы опоздали, - скулит Рон, скрестив руки на груди. Джинни закатывает глаза. Прежде чем она успевает ответить, Гермиона делает это первой. - Просто потому, что мы заботимся о своей внешности немного больше, чем ты, - язвит Гермиона. Ее убедили пойти на смоки-айз, ее волосы были собраны в гладкий хвост, локоны спиралью спускались с макушки. - Ты хорошо выглядишь, хабиби. Гарри улыбается. - Спасибо! Джинни сглатывает, потому что он действительно хорошо выглядит. Его темные джинсы выглядят практически нарисованными. Его волосы искусно взъерошены, как будто он пытался придать им такой вид, но вообще, конечно, не пытался. Он выглядит чертовски хорошо. - Луна, надвинь капюшон. Люди увидят твои волосы за милю, - говорит Джинни, протягивая руку и натягивая капюшон плаща Луны. Луна улыбается ей, наклоняясь вперед, чтобы быстро чмокнуть в щеку. Джинни краснеет и поворачивается к группе в целом. - Итак, как нам добраться до Визжащей Хижины, чтобы Филч нас не поймал? Лаванда возбужденно хлопает в ладоши. Губы Гарри дергаются. - Итак... Многие ученики используют проход, который ведет их в Хогсмид, чтобы покинуть территорию, но это простой способ попасться. Сначала они врываются в подвал ”Сладкого королевства", а потом должны заплатить парню, который там работает. Глаза Джинни расширяются. - Как взятка? Кто он такой? - Какой-то тип, который окончил школу много лет назад, - говорит Гермиона, закатывая глаза. Она выглядит лично оскорбленной идеей этого парня. - Но Филч уже все понял. Это не будет хорошим способом надолго покинуть Хогвартс. Тогда замку придется придумать что-то другое. Не то чтобы мы должны были... - Перестань, Гермиона. Это Визжащая Хижина. Это практически все еще территория, - говорит Рон, и в его голосе звучит больше разочарования, чем чего-либо еще. Он смотрит на Джинни. - Знаешь, это первая вечеринка, на которую нам не пришлось ее тащить. Обычно она будет против этого и пойдет только для того, чтобы уберечь Гарри от неприятностей после того, как он неизбежно сбежит. Гарри кричит: - Эй! - Но как мы попадем на вечеринку? - спрашивает Лаванда. - С помощью этого, - говорит Гарри и выхватывает из-под плаща промокший кусок пергамента. Он представляет его группе и улыбается, видя отвращение на лице Лаванды. Затем он достает свою палочку и бормочет: - Я торжественно клянусь, что я не замышляю ничего хорошего. Джинни ахает, когда чернильное пятно растекается по передней части пергамента, и чернила превращаются в скорописные слова:

Господа Лунатик, Сохатый, Бродяга и Хвост, Поставщики вспомогательных средств для Магических Злодеев с гордостью представляют КАРТА МАРОДЕРОВ

- Злодеев, - выдыхает Джинни. Рон ухмыляется. - Так ли? Покажи им все изнутри, Гарри. Гарри делает, как ему говорят, и открывает пергамент. Внутри - сотни маленьких имен, снующих по коридорам. Большинство имен, которые Джинни узнает как имена всех, кто младше пятого курса, спрятаны в общих комнатах или даже в общежитиях, но она даже замечает имя Малфоя, когда он крадется вверх по ступенькам, чертовски близко соприкасаясь с именем Филча, прежде чем они проходят мимо друг друга. - Малфой использует Чары Невидимости, я уверена, - говорит Гермиона. - Что это такое? - выдыхает Лаванда. - Это Карта Мародера. Карта Хогвартса, которая говорит нам, где все находятся в любое время. Вот почему нас никогда не ловили, - смеется Гарри. Он хватает Джинни за запястье, притягивает ее ближе, и Джинни чувствует себя немного подавленной. Она громко дышит и смотрит на Гарри, и в нем есть что-то такое прекрасное, в самом строгом платоническом смысле, что она может оттолкнуть свою странную, вечно присутствующую детскую влюбленность в него. Джинни снова переводит взгляд на карту и видит, как Ромильда и их старые друзья спешат по коридору к одноглазой статуе. Она наблюдает, как они задерживаются там всего на секунду, прежде чем все трое исчезают, один за другим. - Это безнравственно, - повторяет Джинни, оглядываясь на Гарри и качая головой. - Где ты это нашел? - Я не могу сказать, - говорит Гарри, качая головой, застегивая молнию на губах и отбрасывая ее. Она в замешательстве смотрит на него, и Гермиона фыркает. - Это магловская штука, - говорит Гермиона, закатывая глаза. Она смотрит на Лаванду. - Как ты раньше удирала тайком? - Зачем мне говорить это старосте? - спрашивает Лаванда, приподняв бровь, но она улыбается. - Одноглазая ведьма, конечно. - Ну, теперь у вас есть альтернативы, - заявляет Гарри. - Так как тут есть проход в Визжащую Хижину. Мы пойдем через Гремучую Иву. Луна, наконец, кажется удивленной. - С чего бы это Гремучей Иве помогать нам? - Что ты имеешь в виду? - спрашивает Гермиона, пораженная недоверием Луны. - Ну, Гремучая Ива— это дриада, запертая на века Основателями... - начинает Луна. Гарри качает головой в сторону Гермионы с очень острым взглядом в глазах, прежде чем поворачивается к Луне и с немного неловкой улыбкой говорит: - Может быть, расскажешь нам эту историю позже, Луна. - Он не дожидается ее подтверждения, прежде чем продолжает: - Мы можем заставить её замереть, если прикоснемся к узлу у основания ствола. - Ладно. Но почему ты знаешь об этом секретном проходе? - с любопытством спрашивает Лаванда. - Эта карта. Семейная тайна, - запинается Гарри, как будто не знает, какой ответ выбрать. Джинни почему-то думает, что и то, и другое - правильный ответ. Он качает головой. - Не обращай внимания. Я не очень хорошо разбираюсь в заклинаниях. Это должно быть очень точно. Гермиона? Гермиона хрустит костяшками пальцев и кивает, вытаскивая палочку из заднего кармана. Джинни следует за ведущим трио к Гремучей Иве, приближаясь достаточно близко, чтобы она начала шевелиться, длинные сильные ветви зловеще потрескивают в воздухе. Глаза Гермионы сужаются, когда она взмахивает палочкой и накладывает бесшумное Левитирующее Заклинание на случайный камень. Медленно она подносит его к основанию дерева. Еще одна ветка вырывается, пытаясь сбить камень с пути, но Гермиона яростно хлещет камень, и он трескается о ручку, замораживая Гремучую Иву на месте. Глаза Джинни расширяются от привычной непринужденности. - Как часто вы убегали, используя Гремучую Иву? - спрашивает Джинни. Рон не может скрыть ухмылки. - Раз или два. Внезапно Джинни понимает, как много Рон от нее скрывает. Теперь она всегда будет желать узнать, сколько ещё остается у них тайн. - Сюда,-зовет Гермиона, скользя по скользкой от дождя траве, и они выстраиваются в линию к основанию ствола, Гарри и Луна замыкают группу. Лаванда берет Рона под руку, и Джинни с удовольствием видит, как ее брат краснеет. Гермиона не оглядывается, ведя их вперед с целеустремленной решимостью, которая заставляет Джинни думать, что она не столько хочет попасть на вечеринку, сколько не хочет видеть, как Рон пускает слюни на Лаванду Браун. - Вот оно, - говорит Гермиона и указывает вниз. Джинни прищуривается, и проход медленно обретает форму. Корни торчат из земли сильными зазубринами, но там есть дыра, достаточно большая, чтобы взрослый мужчина мог соскользнуть вниз. Джинни отшатывается. - Мы уверены, что это... безопасно? - спрашивает Лаванда. Джинни собралась с духом. - Конечно, это так, - заявляет она, и ее голос звучит смелее, чем она себя чувствует. Она спускается первой, даже минуя Гермиону, и спотыкается в темноте, щурясь, прежде чем вытащить палочку и прошептать: - Люмос. К белому свету присоединяются другие огоньки, когда остальные зажигают свои собственные палочки, и они продолжают двигаться вперед по темному проходу. - Это просто прямой путь. Это позволит нам выйти практически на порог, - говорит Гарри. Он не шепчет, поэтому его слова звучат громче в пустом коридоре, яростно рикошетя. - Поняла, - бросает Джинни и ведет дальше. Они идут довольно тихо, и Джинни нервничает. В коридоре холодно. Она рассеянно теребит короткий подол своей юбки. Когда они достигают конца, начинается устойчивый подъем вверх, и Гермиона протягивает руку мимо нее, чтобы отодвинуть деревянную дверь-люк, которая открывается на свежий воздух. - Пусти меня вперед, - зовет Гарри, подтягивая Луну к себе, пока они не вышли первыми. Он смеется и кивает, прежде чем посмотреть на них сверху вниз. - Выходите. Джинни появляется и ахает, когда понимает, что они действительно выбрались из замка так, что их никто не поймал. Она оглядывается назад и сквозь невысокую линию деревьев различает освещенные очертания замка Хогвартс, достаточно далеко, чтобы чувствовать себя свободнее, чем когда-либо за долгое время. Ее смех становится веселее, и даже Гарри поворачивается к ней и улыбается. - Пошли, - зовет Рон и тащит Лаванду за собой, они вдвоем смеются, подбегая к Визжащей Хижине. Даже с того места, где они находятся, прямо за оградой Визжащей Хижины, музыка звучит немного приглушенно, но по мере того, как они подкрадываются ближе, она становится все громче и громче, пока они не встают у дверей, и это практически оглушает. В дверях стоят две девочки — Чжоу Чанг и Мариетта Эджкомб, обе с седьмого курса. Они подходят друг другу, в черных вечерних мантиях, коротких до колен, но симпатичных. Чжоу Чанг выходит вперед первой, пристально глядя на их группу. - Лунатичка — я имею в виду, Луна, ты можешь войти, - говорит Чжоу, кивая. Она скользит в сторону, и Луна продвигается вперед и задерживается в дверном проеме, глядя на них широко раскрытыми глазами. - Но все остальные — пароль. - Пароль? - спрашивает Джинни. Губы Мариетты Эджкомб кривятся, как будто она только что заметила Джинни. Она наклоняется, чтобы прошептать что-то на ухо Чжоу Чангу. Чжоу Чанг фыркает, но пока ничего не говорит. - Да, пароль, - подтверждает Чжоу Чанг. - Отгадайте мне вот что: оторви от одного и почеши ему голову, то, что было красным, вместо этого стало черным. Что я такое? Джинни хмурит брови. Она никогда не была в гостиной Равенкло, но она знает, что нужно ответить на вопрос, чтобы войти. Если вы не сделаете это правильно, вы подождете, пока кто-нибудь это сделает. Это раздражает. Но Гермиона, кажется, ухватилась за этот шанс. - Спичка! Верно? - восклицает Гермиона. Чжоу Чанг и Мариетта Эджкомб обмениваются еще одним взглядом и смеются, прежде чем кивнуть. - Вы можете войти, - властно заявляет Чжоу Чанг. Она делает шаг в сторону и Лаванда бросается вперед, отстраняясь от Рона в тот момент, когда дверь распахивается. Как только дверь открывается, раздается громкая музыка и смех, и Джинни чувствует, как у нее кружится голова. Джинни делает шаг вперед, но Мариетта Эджкомб протягивает руку и хватает ее за плечо. Мариетта Эджкомб улыбается и говорит: - Мы не пускаем шлюх. Слова выплевываются ей в лицо, и Джинни напрягается, ее щеки ярко краснеют. Она смотрит себе под ноги и делает шаг назад, не решаясь посмотреть Чжоу Чанг и Мариетте Эджкомб в глаза. Ее плечо сталкивается с кем-то, и она поднимает глаза, когда Гермиона, Рон и Гарри скользят, вставая впереди слово стена перед ней. Чжоу выпрямляется, ресницы трепещут, как будто она почувствовала что-то пьянящее, когда посмотрела на Гарри. - Она с нами, - говорит Гарри. - И она не шлюха, - огрызается Рон жестким голосом. Чжоу издает тихий звук в глубине горла и медленно кивает: - Да, да. Конечно. Прости. Мариетта Эджкомб бросает взгляд на подругу, но они обе отступают в сторону. Джинни опустила голову, когда вошла внутрь, и Рон один раз сжал ее плечо, пытаясь успокоить. Хотя это помогает, музыка помогает больше, пульсируя в ее венах. Играет поп-музыка Зачарованных, и она звучит так, словно вся группа ведьм проносится по воздуху, и Джинни начинает раскачивать бедрами в такт музыке, подпрыгивая вверх и вниз от возбуждения. Краем глаза она видит Ромильду и остальных, но не может заставить себя волноваться. Чье-то тело врезается в нее, и Джинни едва успевает поймать Лаванду. - Разве это не просто невероятно? - спрашивает Лаванда. Джинни на мгновение задумывается. Глухие басы, скольжение тел друг о друга, даже легкий запах пота. Это... Джинни чувствует, как дрожит ее собственная кожа. - Да! - кричит она, перекрывая звуки музыки. Зубы Лаванды слепят в тусклом свете. - Давай, давай. Он где-то здесь, - говорит Лаванда и тащит Джинни вперед, давая Джинни достаточно времени, чтобы вцепиться в Луну, чтобы оттащить ее с ними. Джинни не уверена, за кем охотится Лаванда, пока не видит его. Джинни чувствует себя глупо из-за того, что не догадалась сразу же. Том Реддл — это все, о чем Лаванда могла говорить в течение последних нескольких недель - с тех пор, как Джинни по-настоящему начала узнавать ее. Он стоит в группе Пожирателей Смерти, у стены, уставившись в толпу поверх горлышка бутылки первоклассного Огненного Виски. Братья Лестрейндж хихикают друг с другом, закинув руки на плечи семикурсника Хаффлпаффа. Розье и Нотт передают взад и вперед пузырек с чем-то, похожим на напиток Алихотси, нюхают пары и смеются. Реддл не замечает, делая большой глоток из своей бутылки, как Беллатрикс прислоняется к нему, ее пышные груди красиво подпрыгивают в ее крошечном платье. Джинни даже не назвала бы это платьем. Больше похоже на ремень. Но она действительно выглядит потрясающе. Джинни с легкостью проглатывает кислую зависть. - Что мы делаем? Ты собираешься с ним поговорить? - спрашивает Луна, наклоняясь к ним. Лаванда в ужасе смотрит на нее. - Нет! Мы собираемся потанцевать, - говорит Лаванда. Она начинает раскачивать бедрами с привычной легкостью, закидывая руки за голову, и Джинни наблюдает за представлением. Луна танцует так, словно ей все равно, все извивающиеся конечности и ветряные мельницы. Джинни находит ее настроение абсолютно заразительным. Но Лаванда легко изображает себя расслабленной, беззаботной, будто никто не смотрит, но она хочет, чтобы Реддл смотрел. Джинни оглядывает изгибающееся тело Лаванды и видит, что он смотрит, но в его взгляде есть понимающий блеск. Реддл ловит взгляд Джинни, и его губы изгибаются в улыбке, от которой по спине Джинни пробегают мурашки. Реддл отталкивается от стены, прерывая Беллатрикс на полуслове. Он наклоняет голову, глядя на Лаванду, и очень осторожно высвобождает свою руку из руки Беллатрикс. Беллатрикс смотрит на него так, словно он только что дал ей пощечину, но Реддлу, похоже, все равно. Вместо этого он крадется вперед, как тень, пока не оказывается прямо за Лавандой. Лаванда напрягается, как будто чувствует его присутствие. Она смотрит на Джинни и Луну широко раскрытыми глазами, на ее лице сияет улыбка надежды. Джинни усмехается. Как будто это был ответ, Лаванда расслабляется, прижимаясь к телу Реддла, и двигает бедрами в такт ему, прежде чем повернуться к нему лицом, пристально глядя на него. Реддл ухмыляется ей, наклоняется, хватает ее за руку и целует костяшки пальцев, медленно уводя ее с танцпола. Он не возвращается к своим Пожирателям Смерти, отправляясь в более пустое пространство. Джинни и Луна следуют за ним. Реддл достает свою палочку и машет ею, немного приглушая мир вокруг них. - А ты кто такая? - спрашивает Том Реддл, его голос медленный и низкий. Он подходит к ней ближе, и щеки Лаванды вспыхивают розовым в слабом освещении. Она открывает рот и снова закрывает его, как будто не знает, что сказать. Джинни тянется вперед, сильно щипает ее за бок, и она подпрыгивает. - Лаванда Браун. Шестой курс. Гриффиндор, - говорит Лаванда так, словно проходит собеседование при приеме на работу. Реддла это, похоже, еще больше позабавило. Он просто приподнимает лицо Лаванды и улыбается ей сверху вниз. - Тебе весело, Лаванда Браун? - он растягивает слова. - Да... - задыхаясь, шепчет Лаванда. Беллатрикс появляется снова, словно из ниоткуда, снова прижимаясь к Реддлу. - Тебе что-то нужно, малышка? - грубо говорит она. Лаванда подскакивает, позабыв о присутствии Беллатрикс. Она свирепо смотрит на Беллатрикс, и внезапно Джинни вспоминает, что эта девушка - гриффиндорка. Она может быть тусовщицей и немного ребячливой, но она смелая, и она совсем не выглядит испуганной Беллатрикс. - Извини, но я не думаю, что разговаривала с тобой, - настаивает Лаванда. Реддл выглядит еще более довольным, переводя взгляд с Лаванды на Беллатрикс. Именно в этот момент Джинни решает, что Реддл ей не слишком нравится. Он получает удовольствие от хаоса, который он создает, и когда он смотрит на нее, Джинни знает, что он знает, что она знает, и ему все равно. Реддл поворачивается к Беллатрикс и наклоняется вперед, шепча что-то на ухо. Беллатрикс хмурится, но топает обратно к другим Пожирателям Смерти, и Лаванда выпрямляется, улыбаясь Реддлу. - Я не могу сказать, что когда-либо знакомился с гриффиндорцем, - говорит Реддл. Джинни прячет свое фырканье в ладони. Лаванда, кажется, все равно это слышит, бросая на нее самый ядовитый взгляд, прежде чем она поворачивается и улыбается так очаровательно, как только может, своей цели. - Я была бы рада познакомиться с тобой, Том, - говорит Лаванда. Она произносит его имя так, словно это имя бога. Реддл прихорашивается перед ней. Он самодовольный человек. - Может быть, без зрителей, - шепчет Реддл, слегка наклоняя голову, и Лаванда хнычет, покачиваясь вперед на цыпочках, пока их губы не оказываются на расстоянии вздоха. Джинни может уловить подсказку. Она отступает назад и смотрит на Луну. Она наклоняется и шепчет: - Следи за ней. Я принесу нам выпить. Луна кивает, глядя на Лаванду и Реддла, как на забавных волшебных существ. Джинни отшатывается, пробираясь сквозь толпу танцующих студентов, прищурив глаза, она ищет бар. Она легко находит его, им управляет Лиза Турпин. Бар - это импровизированный стол, который выглядит почти полностью прогнившим, но его, похоже, принудила держаться магия. Три котла стоят на передней половине стола, в то время как на двух боковых столах представлен ассортимент того, что выглядит как ингредиенты для зелий и алкоголь. - Что будешь? Правило "один напиток на человека”, - заявляет Лиза, даже не отрываясь от того, что она варит в одном из многочисленных котлов. - Я действительно не... - Джинни колеблется. Лиза, нахмурившись, поднимает глаза. Хмурый взгляд смягчается. - Ты...ты же на пятом курсе, не так ли? - Неужели это так очевидно? - Джинни вздыхает. Лиза усмехается. - Немного. Я... - Она будет кровь единорога, - говорит почти знакомый голос через ее плечо. Джинни оборачивается и натыкается на его эту странную улыбку. Она не может сдержаться, чтобы ее брови не нахмурились. Лиза кивает, поджав губы. - Хороший выбор для новичка. Ты тоже хочешь, Блейз? - спрашивает Лиза. - Конечно, - соглашается Забини. - Скоро появятся две крови единорога, - объявляет Лиза. Она бросается к пустому котлу и начинает наливать смеси, как будто заваривает. Джинни чувствует дыхание Забини на своем ухе. - Лиза Турпин - гений Зелий. Она получит свое Мастерство к седьмому году. Джинни перестает дрожать, перестает вообще реагировать, хотя ее кожа натянута и она чувствует, как мурашки бегут по спине, рядом с веснушками. - Что входит в состав крови единорога? Звучит запретно. - Ликер из бузины, горький корень, лимонный сок, волосы единорога, слегка намоченные, и немного серебряной пудры для внешнего вида. Очень популярен, - говорит Забини. Пока он говорит, котел перед Лизой выдыхает белый дым, и Лиза выглядит довольно довольной, когда наколдовывает две пластиковые чашки и наполняет их ковшом. Смешанный напиток густой и серебристый, и Джинни подносит его к носу, нюхает. Пахнет приятно, но там есть тьма, которая зовет ее. Первый вкус на ее языке сладкий и легкий, но когда она глотает, он становится чем-то более темным и насыщенным. Она мурлычет от восторга, смотрит на Забини, ее губы против воли складываются в улыбку. - Это действительно вкусно, - говорит она, прежде чем сделать еще один глоток. Забини фыркает. - Тебе, возможно, захочется поупражняться, Джинни Уизли. Ты когда-нибудь пила раньше? - А тебе-то какое дело? - Джинни огрызается в ответ. Забини смеется, как будто она пошутила. Джинни закатывает глаза и уходит. Она чувствует, что Забини следует за ней, поэтому она прижимается к стене и смотрит на танцующую толпу, рассеянно потягивая свой напиток, который действительно хорош, и она не понимает, почему она никогда не слышала об этом, не говоря уже о том, что она никогда по-настоящему не пила раньше, кроме незаконных глотков украденного Огневиски. - Итак, это ваша новая группа? - спрашивает Забини. Джинни фыркает. - Прости, о ком ты говоришь? - Поттер, Грейнджер, твой брат. Полуумная Лавгуд. Лаванда Браун. Твоя группа. Джинни хмурится. - Не называй ее так. Ее зовут Луна, - огрызается Джинни. Забини поднимает руку в знак капитуляции и делает глоток своего напитка. - Прости за это. Луна. Значит, это ваша группа. - Думаю, да, - говорит Джинни, пожимая плечами. - Мы друзья. Забини кивает, прислоняется спиной к стене и выстукивает ритм в такт новейшему синглу Странных сестер. - Ты действительно защищаешься, - говорит он. - Мне это вроде как нравится. Это горячо. Джинни ненавидит, что у нее останавливается сердце. Дин, думает она. Дин. - Моя явная неприязнь к тебе горяча? - спрашивает она, морща нос. (Дина здесь нет). - Это своего рода так, Джинни Уизли, - говорит Забини. Он наклоняется, толкает ее плечом и улыбается ей сверху вниз, такой яркий и харизматичный, и он знает, что делает, и Джинни знает, что он знает, и она все равно ведет себя глупо, потому что он такой чертовски красивый. - Я знаю, что раньше называла тебя преследователем, но если ты действительно преследуешь меня, знай, что у меня есть шесть старших братьев, готовых убить тебя, - говорит Джинни, делая изящный глоток своего напитка. - Я думал, Джинни Уизли сама справляется с делами, - поддразнивает он. Джинни фыркает. - Так и есть. Но только важные дела имеет значение. Я позволяю своим братьям заботиться о мусоре, - говорит она, и ей не нравится, что это звучит скорее дразняще, чем злобно. Забини делает глубокий вдох, а затем смеется. - Оооо, ты просто меня там разожгла, - говорит Забини. Он качает головой. - Джинни Уизли. - Почему ты все время повторяешь мое полное имя? - спрашивает Джинни. - Потому что ты человек с "полным именем". Однажды все узнают это имя, - говорит Забини, и в его голосе звучит уверенность в себе, хотя Джинни никогда такой не была. Она чувствует себя раздетой догола. Джинни проглатывает свой напиток быстрее. Чем быстрее она пьет, тем больше в ней напитка. Она пьет, хотя завтра у нее матч по квиддичу, первый в команде, первый в сезоне. Она пьет, хотя музыка в ее ушах становится громче, а лицо горит все сильнее. Она пьет, даже когда Забини выглядит для нее все более и более привлекательным, его губы кажутся полнее. - Осторожно, там, - снова предупреждает Забини. - Чаша зачарована. Там гораздо больше, чем ты думаешь. - Джинни игнорирует его предупреждения. Она делает еще один глоток, а затем убирает свой напиток. Она поворачивается, чтобы посмотреть на него жестким взглядом, призывая гриффиндорское мужество, которое она унаследовала. - У меня есть парень, ты же знаешь, - предупреждает Джинни. - Твой флирт бесполезен. Взгляд Забини смягчается. Он наклоняется, их губы на расстоянии вздоха, и Джинни всем телом дрожит. Улыбка Забини становится шире, и он шепчет: - Ты уверена в этом? - ТЫ ГРЯЗНЫЙ, ОТВРАТИТЕЛЬНЫЙ, ЗЛОБНЫЙ МАЛЕНЬКИЙ ТАРАКАН! Крик Гермионы перекрывает усиленные звуки радио. Волшебный рок почти сразу же отключается, и все поворачиваются, чтобы посмотреть на назревающую суматоху. Джинни отстраняется от Блейза, ее глаза широко раскрыты. Она прижимает руку ко рту, и внезапно все становится на вкус как желчь, даже ее собственный язык. Она ставит свою чашку на землю, рядом с их ногами. - Мне не следовало этого делать... Я не могу... Мне нужно идти, - наконец решается Джинни и отворачивается, оставляя Блейза стоять. Она оглядывается в поисках кого-нибудь из своих друзей и видит только Луну, стоящую у стены рядом с высокой фигурой. Если Джинни посмотрит мимо Тома Реддла, его шея наклонена вперед, рука поднята над головой, она увидит знакомые кудри. Итак, Лаванда все равно получила то, что хотела. Джинни ненавидит то, что она собирается покончить с этим из-за себя. Но она бросается вперед и оттаскивает Лаванду от Реддла, где та практически пытается съесть его лицо. - Ч-что? - Лаванда заикается, все еще наблюдая за Реддлом, ее губы припухли от поцелуя. - Давай, Лав, Луна. Нас вызывают, - бормочет Джинни, указывая подбородком туда, где Гарри пытается удержать Гермиону и Рона, когда они направляют свои палочки на ухмыляющегося Малфоя. - Это того не стоит, - настаивает Гарри, его голос становится выше, пока он борется, чтобы удержать их обоих. Джинни бросается вперед и хватает брата за другую руку, оттаскивая его назад. Он возмущенно смотрит на нее сверху вниз, и его лицо горит еще сильнее. - Рон, ты устраиваешь сцену... - начинает Джинни. - Но, он сказал... — начинает Рон. Гермиона высвобождается из хватки Гарри и роняет палочку только для того, чтобы замахнуться кулаком вперед. С треском из носа Малфоя брызжет кровь. Он вскрикивает, всхлипывает и падает на спину. Луна задыхается, дико моргая, глядя, как Малфой громко скулит. - Она сломала мне нос! Она сломала мне нос! - кричит он, и все смотрят на него. Глаза Гермионы расширяются, и она смотрит на Джинни и остальных. Она встряхивает рукой, отшатывается и шипит: - Это было приятно. Комната взрывается воем, все кричат, требуя еще больше насилия, еще больше крови. Гарри качает головой, переводя взгляд с одного на другого, и резко тянет Гермиону назад, обнимая ее за плечи. Джинни не уверена, держит ли он себя в руках или удерживает Гермиону от того, чтобы снова броситься в драку. - О, черт, - выдыхает Рон, с благоговением глядя на Гермиону. Лаванда просто выглядит испуганной. Гарри первым приходит в голову подходящая реакция. Он хватает Джинни за руку свободной рукой и шипит: - Бежим.