Давай сыграем в любовь… (Дженсен Эклз)

Глава 15. Они справились! У них получилось! Они отыграли свои роли в сериале. Съемки еще не окончены, но сейчас, у них перерыв. Актерам и всей съемочной группе можно разъехаться по домам. Сейчас работа будет идти на студии. Отснятый материал просмотрят. Прогонят все кадры, все сцены, будет наложен звук и музыка, нарезки и склейки видео. Монтаж… После этого, все снова вернуться на съемочную площадку, вернуться к работе, чтобы продолжить. Три месяца работы, отдых урывками… И бесконечная игра на публику, даже после выхода с площадки… Но и с этим Дженсен и Виктория справились. Никто не заподозрил, что их «любовь» за кадром не настоящая. Они возвращаются в свои квартиры, но только для того, чтобы чуть позже встретиться еще несколько раз на публике, после чего им предстоит жить вместе, по условиям договора. Но, и этого уже не казалось обоим таким уж испытанием, в сравнении с тем, что им уже пришлось пережить. Ведь здесь, дома, они могут укрыться от посторонних глаз. Здесь не нужно будет постоянно быть в образе, как это они делали на съемочной площадке, где работа заканчивалась для всех после криков «Стоп. Снято». Для всех, но не для них. *** После очередного «выхода на сцену» (как это называли между собой Виктория и Дженсен) мужчина зашел в ее квартиру. — Ну что? Когда мы съезжаемся? — спросил он девушку, развязывая галстук-бабочку и скидывая пиджак. После чего сел на диван. Виктория скинула туфли-лодочки и прошлась к бару, налив им выпить. Она подала ему стакан с напитком, и села в кресло напротив, с тихим стоном блаженства она закинула свои ножки на пуфик. Ноги гудели… И так приятно было, наконец, избавиться от этих каблуков. Девушка прикрыла глаза. Мужчина смотрел на нее и, видел их обоих, словно со стороны, сколько ругани и грызни было у них за эти месяцы, а сейчас они сидят и обсуждают всё так спокойно… А еще этот момент напомнил ему события минувших дней, когда они были еще по-настоящему счастливой парой и также обсуждали совместной проживание… Хотя нет. В тот раз, радость светилась в ее глазах, а он как и она, не мог дождаться, когда они начнут жить вместе… В тот раз всё было по-другому… В тот раз всё было по-настоящему… — Не знаю. Нам нужно еще найти квартиру, — ее голос вернул его в реальность, — В твоей я жить не буду. — Это почему? — нахмурился он, — У меня прекрасная квартира. Разве нет? — Прекрасная-прекрасная… Только вот она твоя. Не хочу я делить ее с тобой. Если хочешь, то можем пожить у меня. Ее предложение ему тоже не понравилось. — Ну, нет! — нахмурился он, — Договор подойдет к концу, и мне придется собирать свои манатки и сваливать? Девушка открыла глаза и в упор посмотрела на него. — А ты предлагаешь, мне жить у тебя, и МНЕ собирать, как ты выразился, свои манатки, когда этот фарс подойдет к концу? — Согласен. Второй раз паковать свои чемоданы и съезжать от меня это, наверное, уже перебор. Мужчина смотрел на девушку со стальным блеском в глазах, ее слово «фарс» лишило его душевного равновесия, поэтому он позволил себе своей последней фразой намекнуть ей и напомнить, что она уже съезжала от него, когда они расстались. — Знаешь, Дженсен… Вот как только мне начинает казаться, что ты человек, ты тут же своими словами возвращаешь меня в реальность, напоминая мне, какое ты чудовище и бессердечная скотина! Девушка вскочила со своего места, не в силах оставаться на месте. Он также поднялся, возвышаясь над ней, словно гора. Она уже пожалела, что сейчас не на каблуках, которые добавляли ей роста, тогда бы ей не пришлось, чувствовать себя рядом с ним настолько маленькой и хрупкой. Когда они были в отношениях, это было мило и даже, наоборот, приятно было знать, что рядом с тобой большой и сильный мужчина. Но вот, сейчас, в эту минуту, она не хотела быть слабой, не хотела быть хрупкой! — А ты, значит, у нас «СЕРДЕЧНАЯ»? — сощурив глаза произнёс он, — У тебя, значит, сердце есть, и один я такой весь из себя монстр?! А не ты ли бросила меня?! — эмоции дали о себе знать, и он начал повышать голос, — Не ты ли растоптала наши отношения?! Не ты ли сбежала от меня?! Ну что, занялась, карьерой?! Небось, от души повеселилась, когда ребенка не стало?! Завела любовников и «совершенствовала свои навыки»!.. После его слов, кровь отхлынула от лица девушки, она побледнела, и только большие и зеленые глаза стали ярче и в них отразилась вся боль, вся скорбь, которые она скрывала ото всех, ото всех кроме него… Звенящая тишина, воцарившаяся после таких его неосторожных слов, оглушала. Дженсен не успел закончить еще говорить, а уже пожалел о сказанном. Девушка перед ним не шевелилась, словно застыла. Ему бы стало легче, если бы она влепила ему пощечину, накинулась бы на него с кулаками… Но, нет, она стояла и смотрела на него. — Тори, прости… Я не хотел. — Я продолжу сниматься в твоем сериале, но ни о каком контракте с тобой, я больше слышать не желаю, — сказала она отрешенно холодным тоном, — «Влюбленных нас» не было, нет и не будет. Уходи, Дженсен. Он не пошевелился. Виктория сама развернулась и прошла в свою комнату, тихо закрыв за собой дверь. Даже не хлопнув ею. Ноги его не держали, ему пришлось снова сесть на диван. Дженсен запустил руки себе в волосы, а потом опустил их, пряча лицо в ладонях. Он сказал ужасную вещь, чудовищную по своей жестокости. Она не заслужила этого, они оба этого не заслужили… Такого никто не заслуживает.