Ну что мне сделать, если это любовь?

      Среди сентябрьской ночной прохлады, в уютной квартире Кэйи раздается звонок. Устало зевнув, парень ставит фильм на ноутбуке на паузу, тянется за телефоном и снимает трубку. — Слушаю, — хрипло звучит его голос на том конце телефона. — Спишь? — раздается тихий голос Дилюка. Он все еще не ложился. — Нет, у тебя ко мне дело? — отпивая вино, совершенно спокойно спрашивает Альберих. — Нет, ничего такого, я могу приехать? — Конечно, что за вопросы. Жду тебя со всеми подробностями. — Спасибо. Телефон отлетает куда-то в сторону, а Дилюк растягивается на кровати, с тяжелым вздохом прикрывая глаза. Провалявшись так около двух минут, Дилюк вызывает такси и быстренько одевается, кутаясь в длинный шарф — на улице конец сентября, как-никак. Кэйа привык к внезапным звонкам и визитам Дилюка в любое время суток. Он прекрасно понимал, как одиноко ему было в огромном особняке одному. Всунув ноги в домашние розовые тапочки с кроличьими ушками, Кэйа шлепает на кухню и ставит чайник, доставая из коллекции карамельный ликер. Дилюк обожает карамель, а судя по его голосу и догадкам Кэйи, сейчас его явно нужно будет отвлечь чем-нибудь. Дилюк появляется на пороге квартиры Кэйи чуть больше чем через полчаса. С красным носом и щеками от сильного и холодного ветра. А все потому что с пустыми руками он никогда не приходил и поэтому встал на два квартала раньше, чем нужно и накупил всякой всячины, среди которых можно было различить несколько пачек вредных чипсов, бутылка колы, пончики и вафли. Он знает, что его ждет кофе, остальное он купил для Кэйи, чтобы они посидели пожевали вместе. Но даже без любимых чипсов со сметаной и зеленью, Кэйа будет сидеть с Дилюком, пока тот не уснет или не захочет уйти. А вдруг что — на уши поднимет остальных, оплатит такси и они дружным квартетом будут возвращать Рагнвиндра в прежнее состояние. Оно, конечно, такое с каждым случалось. И всегда вокруг был кто-то из группы, либо же все вместе, оказывая моральную, иногда и материальную помощь. — Прости, что так внезапно, я... — Прекрати, — обрезает Кэйа, забирая пальто и вешая его в шкаф, — дуй в зал, я сейчас принесу все. Может переоденешься? А то я обогреватель включил, а ты в свитере. — Да, пожалуй. Только я с собой ничего не брал. — Футболки лежат на верхней полке в шкафу! — откуда-то из кухни крикнул Альберих, принимаясь за сервировку вкусностей, которые притащил Люк. Тот в свою очередь стягивает ботинки и в беленьких носочках топает в комнату. Он открывает дверцу шкафа и тяжело вздыхает. — Повырастают шпалами, а ты мучайся! — возмущается Дилюк, вставая на носочки и едва цепляя футболку из стопки. Он тянет ее на себя и вся стопка разом летит на парня. — Блять. — тихо ругается он и подавляет в себе раздражение, держа в руках злосчастную футболку с кричащей надписью «F CK. All I need is U». Свободной рукой он снимает еще одну футболку с головы и вдыхает. Пахло порошком и Кэйей. — Кэй! Я тут вещи на кровати сложу, я до полки не достану! — уведомляет он хозяина квартиры, а Альберих тихо хихикает, ставя на поднос кофе, сладости и тарелку с чипсами (потому что пакет шуршать будет). Кэйа заходит ровно в тот момент когда Дилюк готов был взорваться и едва сдерживает смех: футболка на нем выглядела огромной. Оно и понятно — пятнадцать сантиметров разницы в росте. — Дай шорты, пожалуйста, — стягивая джинсы и складывая их на спинку кресла, просит Рагнвиндр, хотя ему и без шорт вполне себе нормально, ведь футболка прикрывала его задницу. Кэйа ставит поднос на стол и достает домашние шорты, тут же протягивая их Дилюку. На мгновение, он успевает заглянуть в алые глаза и увидеть там огромную тоску и одиночество. Поняв, что ситуацию одними фильмами не исправить, он отправляет сообщение Чайльду. — Зря пытаешься, они сегодня в баре втроем сидят, — усаживаясь на кровать и подгибая колени, говорит Дилюк и глубоко вздыхает. Кэйа задумывается на мгновение, а после, пройдя вглубь комнаты, садится за старое пианино. Повисла пятиминутная тишина. Пальцы быстро и умело побежали по тяжелым клавишам, а Дилюк поднял голову и повернулся в сторону звука. Он ничего не говорил. Он знал, как Кэйа любит играть и поэтому не посмел перебить его. Кэйа прикрыл глаза, наслаждаясь каждой сыгранной нотой. И хотя чаще всего он и играл на сцене на гитаре, случалось и так, что он сидел за красивым черным роялем в элегантном костюме и под его музыку пел Дилюк. А сейчас он сидел,покачиваясь в такт, и тихонько подпевал. Кэйа от такого даже обернулся, а после на его лицо легла мимолетная тень улыбки. Руки мягко оторвались от клавиш и Альберих закрыл пианино. Телефон Кэйи звякнул, уведомляя хозяина о сообщении и он довольно хмыкнул. — Прекрасно, они будут через полчаса. Поэтому давай, приводим себя в порядок, отгоняем все сомнения и грусти и берем себя в руки, Люк. Ты меня слышишь? — он присаживается на корточки перед Дилюком и кладет руки на его колени, заглядывая прямиком в глаза. В ответ Рагнвиндр смущенно улыбнулся и отвел взгляд. — Включи что-то, нужно развеяться к их приходу. Они-то придут пьяненькие и нужно будет их чем-то отвлечь. Мы могли бы выпить у тебя и продолжить гулянку, но завтра нам выступать. А ты, кажется, сделал мне кофе с ликером, я прав? — Дилюк приподнимает бровь и улыбается. Кэйа разводит руками мол, назад пути нет, смирись. Сам же он намешал себе виски с колой и преспокойно сейчас попивал, усаживаясь на диван и включая неубиваемую классику — группу «Кино». Дилюк начал подпевать сразу же, и так песня за песней, через пятнадцать минут они уже пели вместе. Правда, Дилюк замер и смотрел на Кэйю первое время когда тот пел, а все потому что голос у него с легкой хрипотцой, и звучит это по особенному красиво. Также красиво звучит и голос Рагнвиндра, мелодично и спокойно. Еще через пятнадцать минут музыку прервал дверной звонок и Кэйа отправился открывать дверь гостям. — Кэйа! Ты не поверишь, меня вот этот вот мелкий взял на слабо, что я не выпью пять рюмок водки за раз! — вваливаясь в квартиру и опаляя Альбериха перегаром, треплется Тарталья и сразу же идет в зал. Он падает на диван рядом с Дилюком, от чего у последнего брови начали ползти к переносице. — Дилюк! Как ты? Снова словил грустнявку? Сейчас мистер Чайльд Тарталья исправит положение! — рыжий в опасной близости придвинулся к Дилюку и, выждав несколько секунд, принялся безостановочно щекотать Рагнвиндра. Парень задергался и тут же начал громко смеяться, чем вызвал любопытство у остальных. В этот раз зайдя в комнату, Кэйа согнулся пополам от хохота вместе с Томой, а Чжун лишь тяжело вздохнул и улыбнулся. Наверняка подумал, что они как дети малые. Кэйа не удержавшись так же идет в атаку, с другой стороны принимаясь щекотать Дилюка. У того уже слезы с глаз катятся от смеха, но он продолжает отбиваться от атак, начиная в отместку щекотать Тарталью. Тут уже звонкий смех послышался от Чайльда и вскоре, тот не удержался и свалился с дивана на мягкий пол. Смех снова захватил всех новой волной, в этот раз даже Чжун засмеялся. — Так все, давайте спокойно посидим, выпьем и расслабимся. Мы же за этим тут собрались? — спрашивает Тома и нависшую тишину прерывает урчание в его животе. Он неловко отводит взгляд и скрывает стыд, но Кэйа лишь отводит его в кухню, где отдает ему в распоряжение холодильник. Получив радостные объятия и чмок в щеку, Кэйа возвращается к остальным, не забыв захватить несколько бутылочек вина и бокалы. Дилюк перевязывает высокий хвост, потому что он растрепался, а Тарталья стягивает свитер, под которым была облегающая майка. — У тебя тут пекло. Словно собрание в аду, — говорит он и машет ладонью на лицо. — Ага и ты главный чертила, — бубнит Дилюк, усаживаясь поудобнее. Кэйа, разливавший вино, снова заржал. Песни сменяли друг друга, и за незначительными разговорами, Дилюк уловил себя на мысли, что смотрит только на Кэйю. Встряхнув головой, он встает и уходит на кухню, захватив с собой пачку сигарет. Открыв окно, он подкуривает и, сделав тягу, горько улыбается. — Я хотел бы остаться с тобой, просто остаться с тобой, — подпевает Дилюк, выдыхая дым из легких. Ребята что-то бурно обсуждают, музыка играет, а парень не может не радоваться тому факту, что у него есть кто-то, с кем он может скоротать свое одиночество. Сигарета медленно тлеет, зажатая между худых пальцев и Рагнвиндр пускает мысли в философию, сравнивая сигарету с жизнью. Из раздумий его выводит голос Чжуна. — Дилюк? Все в порядке? — по голосу было слышно, что старший волнуется за него, хоть он и был не трезв. — Не беспокойся, пустые мысли. Он докуривает и вместе с Чжуном возвращается в зал, где троица юмористов уже что-то устроила. На столе стояло множество рюмок, наполненных разным алкоголем, а ребята уже сели вокруг. — Нет времени объяснять, садитесь, мы играем в «Я никогда не» , — объяснил хозяин квартиры, хитро ухмыляясь и поглядывая на Дилюка. Его от такой улыбки аж передернуло, а по коже пробежались мурашки. — Я первый начну! — выкрикнул Тома и улыбнулся, — Я никогда не пел. У троих в голове пронеслось лихое «Засранец» и Чжун, Дилюк и Кэйа дружно выпили по стопке. — Это что, водка?! — скривился Рагнвиндр и тут же взял булочку, чтобы закусить. — Упс. — Не очень-то раскаиваясь произнес Кэйа. Видимо, у него свои планы на сегодняшнюю ночь. — Я никогда не курил, — произнес Чжун, от чего в него вперились сейчас две пары голубых и красных глаз. — Складывается впечатление, что вы меня споить решили, — снова бубнит Рагнвиндр и выпивает на пару с Тартальей. Последний тут же говорит: — Я никогда не носил длинные волосы. Кажется, Дилюк сейчас вспыхнет как спичка и, не заметь это Альберих, который положил ему руку на плечо, разгорелся бы скандал. — Давай на брудершафт, — тихо прошептал он Дилюку первое, что взбрело в пьяненькую голову. И он согласился. Аккуратно переплетя руки, они выпивают каждый свою стопку и не успел еще Дилюк отойти от терпкости только что выпитого им коньяка, как на его губы ложатся губы Кэйи. Дилюк зарделся, замирая в немом шоке. Альберих, получив нужную ему реакцию, отстраняется и по компании пробегает смех. Смущенный Дилюк — это нечто неописуемое. — Ты разве не знал, что после брудершафта целуются? — спрашивает виновник красных ушей у Рагнвиндра, отпивая свою колу с виски. — Судя по его реакции он не знал, — подхватывает волну Чайлд и с насмешкой смотрит на Дилюка. А тот и шевельнуться не может. Для него застыл весь мир, притихла музыка и все образы перестали существовать. Стеклянными и пьяными глазами он безотрывно смотрит на Кэйю. Но тут же приходит в себя от тормошения за плечо. — Все нормально? — Спрашивает рыжая проблема и в наглую улягается на колени к Дилюку. — Да, я... Я в норме. — натянув улыбку, отвечает Дилюк. Теперь он тоже затеял игру и сейчас его очередь. — Я никогда не был выше ста семидесяти пяти сантиметров. Теперь волна недовольства во взглядах обратилась на Дилюка всей четверкой. Но теперь была очередь Кэйи. — Я никогда не ронял на себя чужие вещи, — спокойно говорит он, и даже не догадывается что буквально через десять секунд ему прилетит подушка в лицо. И к гадалке не ходи, ясно от кого. Кэйа хватает еще одну с дивана и между ними начинается возня. Уже спустя две минуты туда подключается Тома с Тартальей, оставляя Чжуна в полном одиночестве наблюдать за детским садом. Время для них шло медленно, они полностью отдавались развлечениям, веселясь и не задумываясь о своих проблемах. Каждый ловил момент своей свободы от обязанностей хотя бы на эту ночь. И каждый был откровенен и открыт перед другими, потому что не было смысла в том, чтобы что-то скрывать друг от друга. Уставшие, радостные и счастливые они развалились на полу, снова заливаясь смехом от очередной тупой шутки от Чайльда. Дилюк и Тома уже явно выдохлись и сейчас опирались друг на друга сидя на диване и пытались не уснуть. Кэйа радушно сопроводил Дилюка в спальню, а Тома отказался и вместе с Чжуном и Тартальей решил расположится в зале — двое на диване один на полу. До утра оставалось не так много времени, но впереди был еще весь день. Кэйа тихо, чтобы никого не разбудить, убрал последствия их гулянки и сам завалился спать рядом с Дилюком, который видел десятый сон.