Лисья ловушка

      Следующий день Саске встретил с заклеенным пластырем носом, ибо знатно ободрал, и крайне недовольной физиономией. Более недовольной, чем обычно. В семье и стае поинтересовались, где это он так расквасил себе моську, на что получили краткое: «Упал». О том, что попался в одну из простейших ловушек, юноша умолчал. Репутация, так сказать! Позориться не очень-то хотелось. Брат бы точно обсмеял после нравоучительной лекции, да и стайники бы не оценили.       Темноволосый думал, что если умолчит о своем фиаско, то всё быстро забудется, и долго тема с его носом мусолиться не будет. Но как бы не так. Итачи, как заботливый, но строгий старший брат, с утра выпер младшего за шкирку в лес, дабы нагрузить его тренировками и улучшить манёвренность. Может, младший Учиха и непоколебим перед простыми людьми и упрямился в лицо незнакомым лисам, но брату перечил крайне редко — уж очень уважал, хотя и не шибко обрадовался раннему пробуждению, чего уж там говорить о внезапном тренинге. Однако к чему его с самого восхода солнца гоняют как белку в колесе, критикуя движения через раз, парень недопонимал. Выдохнувшись, он уставше развалился на траве.       — «Ты чего это разлёгся?» — рыкнул Итачи. Как лис, он был покрупнее младшего, но внешнее сходство у них на лицо. С первого взгляда отличить сложно, но, если присмотреться, то мех старшего Учихи был скорее темно-серым.       — «К чему это все?» — все-таки спросил Саске, недовольно бурча под нос. Вся эта утренняя беготня уже порядком надоела.       — «Тебе напомнить, кто умудрился свалиться набегу, разодрав себе морду?» — на что младший вновь буркнул.       — «Всего лишь нос, и что? Нюх у меня на месте. Пора уже забыть об этой ситуации и перестать маяться ерундой,» — лис поднялся на лапы, отряхнув угольно-черный мех. Но после такого ответа шерстяной воротничок брата рассерженно распушился, и Итачи сделал пару быстрых уверенных шагов в его сторону, возвысив морду над молодым оборотнем, выказывая недовольство.       — «Что, если бы в ту ночь ты не просто решил устроить себе пробежку? — рыча, спросил он. Взрослый лис злился, но контролировал эмоции, а потому даже не оскалился. — Если бы удирал от охотника и свалился на бегу? Словил бы пулю в лоб! Погиб бы, глупо и смешно, из-за того, что не устоял на лапах при маневре. Не думай, что охотник будет ждать, пока ты поднимешься, и что пуля по необычайному везению пролетит мимо. — Итачи протяжно вздохнул, выпустив воздух из лёгких. Сероватый мех ровно улегся, перестав быть похожим на распущенный одуванчик. Саске слушал его, отклонив уши чуть назад и направив взгляд куда-то в сторону. На лице так и было написано: «Опять он за свою шарманку, бла, бла, бла…» — Я же беспокоюсь о тебе, маленький глупый братец. — на что тот недовольно рыкнул, дернув уши вверх, мол: «Не называй меня так!». — Если не умеешь вспыхивать, то хотя бы на лапах стой ровно.» — как по живому проехался, упомянув главную слабость младшенького, и черную лисью морду искривило яростное возмущение.       — «Всё, надоело. Я пошел.!— громко рявкнул Саске, толкнув грудиной брата, чтоб пройти. Теперь дыбом стоял чёрный мех. Агрессивно виляя хвостом, раздражённый лис направился прочь с места тренировки и подальше от братца, ворча под нос. — А со вспышкой я сам разберусь и без твоих учений.» — рыкнул напоследок. Хвостатый и без того был зол на вчерашнюю ситуацию с ловушкой. И то, что какой-то бесстайный его спас и вспыхнул с места, тоже задевало хрупкое эго. А тут ещё с утра выслушивать от кого-то про свою слабость, о которой он и так прекрасно знал, — ну ни в какие ворота! Хватит с него лис на ближайшие пару часов.       Обратившись, темноволосый договорился о встрече с другом — Суйгецу, чтобы выпустить пар, высказав тому все, что заставляло закипать от злости и досады. Приятель пускай и являлся человеком, но не из робкого десятка: любил подраться, если уж кто напроситься, и повыпендриваться. Имел нездоровую одержимость коллекционирования мечей. Конечно, у него хватало ума не пользоваться ими, но всё же. Беловолосый хотя и вёл себя временами придурковато, популярностью у омег не пользовался, но другом был всё же отличным — всегда за любой кипишь, лишь бы весело. Хорошо знал Саске, что немаловажно, и по интонации, когда тот звонил договориться о встрече, сразу понял, что если откажется, то лис точно оторвет кому-нибудь голову.       Встреча состоялась в баре «Цукуеми». Суйгецу объявился на месте первым, но и Учиха долго не заставил ждать. Зашёл в бар весь нервный, колючий, и аура у него... жуть, какая отпугивающая. Человек ожидающе смотрел, как приятель тяжёлыми шагами идет к нему, а после громко и агрессивно устраивается рядом. Взгляд, как и всегда, холоден и суров, а сам он молчит, но видно, что на взводе. Уже готовясь слушать, Хозуки оперся головой на правую руку.       — Ну, вещай, — сказал он. Изначально собирался выслушать с серьёзным лицом, со спокойствием и рассудительностью, но услышав, как Саске, будучи сильным и пафосным альфой, что всегда любил показать, насколько хорош, запутался в верёвках и был спасен бесстайным, которых так презирает, не сдержался и рассмеялся от такого фиаско.       — Суйгецу, козлина… — процедил Саске, сжимая ладонь в кулак и стыдливо поджимая уши. — Если продолжишь, то задохнешься, и либо от собственного смеха, либо от моей руки!       — Ну, извиняй, но до чего же это нелепо! — чёрный лис злобно рыкнул, резко виляя кончиком хвоста. Еще чуть-чуть, и рванет, а если это случится, то брюнет и двинуть другу может, что как на зло дразнил его, подливая масло в огонь. Ходить с расквашенным носом, как у Учихи, Суйгецу точно не желал, а потому решил умерить пыл. — Но посмотри на это с другой стороны. Сам же говорил, что редко встретишь другого лиса, а тут ещё и омега. Смекаешь? — темноволосый посмотрел на друга, как на последнего дурака. — Чего это ты так уставился?! — да, конечно, многие лисы-альфы больше предпочитают себе в пару такого же оборотня-омегу, нежели человека, но младший Учиха в принципе на омег не заглядывался, а тут еще и бесстайный! Он никогда не понимал смысла второй половинки. Зачем? Он и так родился целым и самодостаточным. Хотя заглядываться парню было особо и не на кого. В жизни встречал только двух омег-сородичей, и то в стае «Акацуки». Но тут точно не вариант: во-первых, Конан и Дейдара для него староваты; во-вторых, они оба заняты, а у Учихи не девять жизней, чтобы посягать на девушку вожака стаи — Яхико, и есть крохи совести, чтобы не посягать на парня собственного брата.       — Я собираюсь найти этого омегу. — заявил он.       — А, все-таки тебя подцепили на лисий крючок, да? — и снова этот взгляд, так и спрашивающий: «Ты идиот или да?». — Ну, чего опять?!       — «Лисий крючок», серьёзно? — Саске раздраженно вздохнул. — Этот омега умеет вспыхивать без разбега. Среди лис это большая редкость.       — Полезное умение, особенно для беззащитного бесстайного. — подметил беловолосый. — Неужто хочешь заставить его научить себя? — лис промолчал, но парень знал, что это молчание означает твердое: «Да». — А никто из вашей стайки не может научить тебя? Взять того же Итачи?       — Ты думаешь, что я не пытался научиться у них? Еще как, но все бестолку. — с досадой прорычал хвостатый. — Если уж у какого-то там бесстайного омеги получилось обучиться этому, да еще и без разгона, то он наверняка и мне подсобит. — темноволосый ухмыльнулся. — У него просто не будет выбора.       — Так... он вроде скрытный, судя по твоему рассказу.       — Я хорошо запомнил его запах. Найду и заставлю. — лис встал из-за барной стойки. — Бывай. — подняв на прощанье руку, направился к выходу.       — О, да ладно! Мы же даже не выпили! — если так вспомнить, то они еще ни разу не развлекались в баре. - Зачем тогда в бар звал?!       — В бар ты бы точно согласился придти. А вот я не терплю алкоголь. Он воняет. — после лис скрылся за закрывающейся дверью, оставив друга.       — Тоже мне, алкогольный девственник. — сам же Суйгецу, долго не думая, подозвал бармена. ______       В том, что получится найти бесстайного омегу, Саске был уверен на все сто, но ровно до того момента, пока ободранный нос не дал о себе знать. Пока все не заживёт, не видать ему своего отличного обоняния: запахи, особенно оставленные несколько часов назад, почти не ощущаются. Паршиво, ведь прошло много часов с ночи, и взять след, куда вспыхнул омега, не вышло. Ни запаха, ни слуху, ни духу. Однако чего он ожидал? Может, тот бесстайный лис и дерзок, но совсем не дурак, а потому лишний раз мелькать перед глазами не станет. Если ты сам себе защитник, то будь скрытен и осторожен. Днём огромного лиса заметить в разы проще, чем ночью, значит, и показываться безопаснее было бы с приходом темноты. Это стайные могут бесстрашно гулять при свете дня, а вот бесстайные всегда выберут более безопасный вариант, особенно омеги, что по своей природе слабее альфы. Именно поэтому чёрный лис стал дожидаться темноты, дабы увеличить шансы на успех и вновь попробовать выйти на нужный след. А пока решил вернуться к брату. Как ни крути, а совесть грызла холку. Старший как лучше хотел, не стоило тогда срывать на нем злость. Прощения напрямую младший не попросит — гордость не позволяет, но будет всячески показывать, что прошлые ошибки усвоены. _____       Он провозился с Итачи до самого вечера, оттачивая приобретённые ранее навыки. Тот рассказывал много полезного, исходя из собственного опыта: какие бывают ловушки, как их обнаружить и обезвредить; что делать, чтобы избежать встречи с охотником, а так же, что делать, если встречи избежать не удалось. Брат вообще многому учил Саске еще до того, как детский лисий пушок сменился черной лоснящейся шерсткой. Как распознать лисьи вои, следы и запахи, каких мест и существ в лесу стоит опасаться, как отличить ядовитое растение, как охотиться, — старший научил его всему, что знал. Благодаря нему Саске вырос сильным лисом, достойным того, чтобы вступить в стаю.       К удивлению темноволосого, день прошёл быстро. И вот солнце скрылось за горизонтом. На лес опустилась тишина. Итачи и другие члены стаи что-то бурно обсуждали про охотников и ловушки, и Саске, может быть, послушал, если бы не уловил запах апельсина с корицей, разносимый ветром. Тут стоит добавить, что лис, запомнивший запах, сможет учуять его на большем расстоянии, чем тот, что с запахом не знаком. Запах слабый — омега упорно его подавлял. Но, запомнивший его, черный лис был уверен, что тот, кого он искал весь день, наконец объявился! Пока другие лисы оставались заняты, младший Учиха под шумок улизнул.       Положившись на чутьё, вышел на склон. Кусты и деревья дальше кончались. Если спуститься вниз по траве, то внизу будет мелкая речушка, и небольшая полянка на противоположном берегу, а дальше вновь лес со всех сторон. Тут лис ещё не разгуливал и, если бы не запах, то в жизни бы не нашёл это место, благодаря заслоняющим, как стены, высоким густым кустам. Зверь не спешил на открытую местность, поэтому остался в кустах и решил осмотреться по сторонам. Выступать к поляне собирался неторопливо. Но едва ли сделав первый шаг, замер. Там, посреди речки, ближе к берегу, замочив лапы по локти, стоял лис. Белая, как первый снег, шерсть, точно взбитые сливки: воздушная, пушистая и мягкая на вид, а в особенности на пышном хвосте. В лунном свете она по-особенному переливалась, и бесстайный выглядел, подобно трепетной нимфе. От такой картины темноглазый даже приоткрыл пасть, не в силах отвести взгляд. Тело омеги более стройное и хрупкое. Никакой грубости и массивности, лишь мягкость и плавность. Не спеша, грациозно переставляя лапы, так что на воде почти не появлялась рябь, голубоглазый брел к берегу, изящно держа над водной гладью хвост серпом, чтобы вдруг не намок мех. Выйдя на траву, поочередно отряхнул лапы, а Саске просто стоял, скрываясь за кустом, и смотрел. Даже его хвост на пару минут перестал вилять и послушно опустится. Уши расслабленно отклонились в стороны, сменяя грозный строгий вид лиса на спокойный и заворожённый. Казалось, что он может еще долго смотреть, как белый лис расположился на полянке и теперь выглядел ещё более невинным. Но Учиха смог взять себя в лапы и вспомнить, зачем пришёл. Дернув мордой, он фыркнул, словно отогнав от себя это состояние «зачарованного альфы»: хвост медленно завилял, взгляду вернулись прежние надменность и холод. Твёрдым, уверенным шагом чёрный лис покинул свое «укрытие», и сразу же был замечен. Как правило, органы чувств у омег заметно слабее, чем у альф, поэтому тот смог заметить Саске лишь сейчас. Сперва бесстайный резко поднялся на лапы и обернулся, распушив воротник и хвост. Уши встали востро, зрачки сузились, и сам он рыкнул, пускай и не громко, но с недовольством и опаской. Но через пару секунд немного поуспокоился, рычание затихло, — узнал альфу, что так глупо попался в ловушку, и на душе стало легче. Во взгляде так и читалось: «А, это ты, глупый Стайничек.» Саске быстро пересек реку. Он приближался стремительно, от этого белый лис насторожился.       — «Эй, бесстайный, — задиристо обратился темноглазый, — лучше думай, на кого рычать. — такое начало тому явно пришлось не по душе. Закатив глаза, он что-то проскулил под нос, ожидая, что сейчас очередной стайный начнет выпендриваться и распушаться, как петушок. — Не смей отводить взгляд, бесстайный, когда с тобой говорят, а в особенности Я! Знай своё место. — оскалился Учиха, сделав еще пару напористых шагов в его сторону. Сокращение дистанции заставило омегу показать клыки. Как только альфа подошел непозволительно близко, желая возвыситься, тот уселся, сердито прижав уши к голове, и по-кошачьи зашипел, оголяя оскал. После пару раз дал наглому чужаку лапой по морде быстрыми-быстрыми движениями. Лис-одиночка не выпускал когтей. Он хотел лишь отогнать Саске от себя на пару шагов. Опешивший альфа отступил назад, не понимая, как это так? Как это ему только что дал по морде омега? Тот же быстро провел по земле хвостом, отчертив линию между ними. После недовольно проурчал. Возмущённый Учиха вновь зарычал. — Жизнь тебе совсем не дорога?! — чёрный мех распушился, но на оскал ответили оскалом. Бесстайный стоял в позе «Не подходи, а то хуже будет!». Этот омега оказался не таким, какими были те другие, что раньше встречал Саске. Черный лис спрятал клыки и стоял в непонятках. Нет, все-таки этот сородич какой-то не такой: слишком наглый и смелый. После того, как стайный перестал рычать и выглядеть грозно, тот, заметив это, тоже затих и перестал скалиться. Лисы пялились друг на друга, ожидая чего-то. Учиха начал смекать, что прошлый подход — это дохлый номер и с этим омегой не прокатит. Однако с какого это перепуга простой бесстайный смеет ему перечить и противиться? И почему он сам должен это стерпеть?! В голове было много вопросов, но он знал точно, что необходимо научиться вспыхивать. Ради такого можно и повременить с гордостью. — Я — Саске Учиха. Мне кое-что нужно от тебя. — спокойно проурчал он. Бесстайный, опустив одно ухо, вопросительно скульнул. - Научи меня вспыхивать. — в ответ фырчание, мол: «Еще чего! Так заявился, а теперь просишь!». Саске попробовал пересечь черту, оставленную омегой на земле. Но, стоило ему просто перенести переднюю лапу, как белый лис неодобрительно рыкнул. Альфа вернулся за черту, омега вновь успокоился. — Дистанция, понял.»       Сменившаяся тактика общения положительно оценилась диковатым собратом. Клыки спрятаны, шерсть гладкая, зрачки расширены — нет настроя на враждебность. Саске всё ждал, когда же ему ответят, но тот молчком. И тут проснулось лисье любопытство. Белый лис пересёк черту, но Саске приблизиться к себе не разрешил, рыкнув.       — Тебе можно, а мне нет? — этот вопрос так же остался без ответа. Голубоглазый кружил возле чёрного лиса, а тот оборачивался, дабы за ним уследить. Лисы принюхивались друг к другу, как бы знакомясь и прощупывая почву. Омега что-то одобрительно урчал, а альфа, вновь как заворожённый, урчал в ответ. Они стояли друг напротив друга, глядя глаза в глаза. У черного лиса непроизвольно расширялись зрачки и появлялся блеск, когда он смотрел на этого странноватого бесстайного. Он откликался на каждое его протяжное мурчание. Когда белый лис, доверившись, был готов приблизить чуть дрожащий нос к черной моське, за спиной Саске, в лесу, хрустнула ветка. Омега сразу отстранился, навострив уши и оскалившись. Зрачки сузились, отчего лис выглядел диковато. Ему явно не понравилось, что Учиха пришел не один. За доли секунды бесстайный, вспыхнув, юркнул в сторону, пропав среди деревьев. Саске подскочил к лесу и остановился, взглядом ища омегу. Но тот уже скрылся.       — Саске, с кем это ты? — раздался голос Итачи, который, обнаружив пропажу младшего, нашёл того по запаху. Он неторопливо спустился с холма на противоположном берегу.       — Ни с кем… – прозвучало с досадой.       — Нам пора, идем, — с неохотой младший последовал за ним, еще раз оглянувшись напоследок.