Когда очень не везет, или сосуд для бога (и не только)

— Воу! — Чуя в последний момент ловко уворачивается из-под сильного удара. Подобный обычного человека должен был если не отправить мгновенно на тот свет, то серьезно и необратимо покалечить точно. С Накахарой в силу его способностей подобное бы не произошло, но, скорее всего, он имел бы все шансы получить один или даже два перелома. Мальчик раздраженно вздыхает, признаваясь самому себе, что слишком расслабился. Раньше он не встречался с такими сильными чудовищами (хотя Сукуна настойчиво называет их проклятиями), поэтому никогда не думал, что однажды совершенно случайно наткнется на того, с кем придется сражаться серьезно. В любом случае, благослови его гравитацию, потому что без нее розововолосый точно оказался бы в невыгодном положении. — А я тебе говорил, чтобы ты не расслаблялся… — раздраженно ворчит Рёмен, как старый дедушка, которым, в принципе, тот и является, если учитывать его настоящий возраст. — Почему ты вообще решил, что не встретишь серьезного противника?! — Не мог бы ты заткнуться и не говорить под руку ребенку?! — раздраженно шипит Арахабаки, словно кот, которого облили водой. — Сейчас ты ему только помешаешь! — А сам-то?! — возмущенно отвечает Двуликий, что свидетельствует о начале скорой ссоры. Эспер бы обязательно закатил бы глаза или насладился бы ей в полной мере, если бы не был занят прямо сейчас куда более важными вещами. В частности, как добраться до монстра и атаковать его, если тот умеет телепортироваться в доли секунды. — Это скорее ты ему мешаешь, а не я! — Нет, ты! — А может вы поругаетесь потом?! — возмущенно шипит владелец Смутной печали, которому прямо сейчас вот вообще не до этого. Ему надо подгадать момент и двинуться вперед достаточно быстро, чтобы нанести ровно тот удар, что точно уничтожит монстра сразу и наверняка. Нужно успеть это сделать до того, как он переместится, потому что в ином случае все начнется сначала. Чуя уже несколько раз ранил его, но был недостаточно шустрым, поэтому чудовище перемещалось и одновременно полностью исцелялось, из-за чего с ним было достаточно сложно справиться. Все-таки, он, в отличии от этого существа, навыками телепортации и самовосстановления не обладал. Подождите, самовосстановления? Накахара быстро отпрыгивает достаточно далеко, чтобы монстрик, по крайней мере, не смог добраться до него за пять минут. Он уже успел отметить, что тот способен перемещаться в пределах только трех метров от места, где находился до этого, а также между его перемещениями должно пройти не меньше минуты. К тому же, после того, как он перемещается, то его тело избавляется от любых ран, которые мальчик нанес ему раньше. Плюс, кажется, тот даже не устает, что является главной проблемой для розововолосого. Все-таки, в отличие от него, эспер способен почувствовать усталость. Однако, если владелец Смутной печали вспомнит все произошедшее и серьезно задумается над тем, что увидел… Точно ли у монстра способность к самовосстановлению? Да, все его раны исчезают, когда он перемещается, и не похоже, что он устает, потому что его движения все также быстры и стремительны, сколько бы времени не прошло. Это и правда может походить на самовосстановление в момент перемещения, но внутреннее чутье подсказывает Чуе, что дело в другом. Вот только если так, то в чем именно? — Может, скажете мне? — попросил Накахара у своих внутренних жителей, потому что в условиях малого количества информации совершенно не представляет, в какую сторону думать. Мальчик предполагает, что в этом мире у этих чудовищ могут быть совершенно разные способности. Возможно, они чем-то схожи с эсперами, у которых тоже совершенно отличные друг от друга силы. — Реально, скажите, если что-то знаете? — Я просто ощущаю странные колебания проклятой энергии, не больше. — фыркает Сукуна, то ли потому, что действительно не знает, то ли потому, что не хочет раскрывать информацию. Честно говоря, розововолосый не уверен, какой вариант предпочтительнее. Оба одинаково не так уж плохи, но и не хороши. В общем, над этим можно подумать и потом. — Могу еще сказать, что никогда раньше подобного не ощущал. Но это не опасно, просто странно. — Время. — говорит Божество Хаоса и Разрушений, которому, кажется, окончательно надоел творящийся вокруг цирк. Еще секунду молчит, словно ожидая чего-то, но когда никто ничего не говорит, милостиво поясняет. — В момент перемещения он отматывает время для себя вспять. — Отматывает время? — удивленно спрашивает эспер, потому что раньше ему никогда не доводилось видеть такую способность. Способность, которая напрямую связана со временем… Хотя он врет, был один эспер, который обладал способностью, связанной со временем. Как же там звали ту девочку из «Ищеек»? Ее имя вроде точно на «Т» начиналось… Или на «О»? Хм… Но владелец Смутной печали точно помнил, что она могла становиться как взрослой, так и ребенком. А еще при ее прикосновении другие могли стать либо детьми, либо стариками. Или он снова придумывает? В принципе, если так подумать, то способность Одасаку, которая может предвидеть будущее на пять-шесть секунд, тоже в каком-то смысле можно назвать связанной со временем. В самом прямом смысле. Гм… Ну, зато это проклятие (чтобы это ни значило) точно в этом мире пока единственное, у кого есть какая-то связь со временем. Возможно, однажды Чуя встретит еще кого-нибудь, у кого будет похожая принадлежность, но пока он единственный и почти неповторимый. Разумеется, это не значит, ради сохранения вымирающего вида монстров Накахара вдруг резко передумает его убивать. Серьезно, сейчас он мечтает уничтожить его еще больше. Дело как раз в его опасности и в том, какую угрозу он будет нести для остальных, если мальчик его упустит. Ведь если для розововолосого, учитывая всю его силу и владение гравитацией, с ним трудно справиться, то как насчет обычных людей, которые окажутся у него на пути? Так что его нужно обязательно прикончить до того, как он решит сбежать. Пока монстр нападает на эспера, потому что его манила проклятая энергия, которую владелец Смутной печали излучает. Однако, даже она не смогла бы надолго его удержать, если бы монстр не предполагал, что сможет одолеть свою будущую «жертву». Если бы была вероятность, что он окажется в проигравших, то он наверняка бы сбежал. Или хотя бы попытался сбежать. Разумеется, Чуя не был уверен в этом на все сто, но он предполагал, что любой здравомыслящий… ну не человек, но здравомыслящее существо сбежало бы, если бы осознавало, что расклад не в его пользу. С другой стороны, и среди людей есть дебилы, стоящие на своем до самого конца, вне зависимости от того правы они или нет, могут отстоять себя или же нет. А уж размышлять о том, что именно происходит в голове у монстра, Накахара не нанимался тем более. Он вам не адвокат дьявола, даже если это проклятие на дьявола как-то совсем не тянуло. — Да сдохни ты уже! — разъяренно выругался мальчик, когда ему наконец-то удалось ранить чудище достаточно сильно. То тут же попыталось отскочить, чтобы переместиться и отмотать для себя время назад, но розововолосый вцепился в него, активировав одновременно и гравитацию, и проклятую энергию, чтобы удержать его на месте. На этот раз эспер решил во чтобы то ни стало разобраться с этим монстром, пока он реально не сбежал и не отправился на охоту на простых людей, которые уж точно не смогут ничего ему противопоставить. Хотя этого все равно оказалось недостаточно, и проклятие явно постепенно начинало ускользать. Владелец Смутной печали еще сильнее вцепился в него, используя свои возможности на максимум, но этого не хватало. Этого все равно не хватало. Чуя даже почувствовал, как у него из носа пошла кровь, но он отказывался сдаваться и отпускать. Он уничтожит этого монстра прямо здесь и прямо сейчас. Он никуда не позволит ему уйти. Ни за что. — Ладно уж, помогу тебе чуть-чуть. — ворчливо бросил Рёмен. — А я присоединюсь. — согласился Арахабаки. Проклятие противно завизжало, когда светящиеся сине-красные цепи, переливающиеся, как драгоценные камни, внезапно появились и связали его, не давая пошевелиться. А потом Накахара почувствовал, как через него прокатывается огромная волна странной и незнакомо-знакомой энергии, а после чудовище с таким же противным воем исчезло, распавшись на десяток мыльных пузырей. — Чего? — озадаченно спросил мальчик, провожая разлетающиеся и лопающиеся пузырьки рассеянным взглядом. Как-то он совсем не ожидал, что подобная битва закончится вот таким образом — мыльными пузырями. — Обращайся! — гордо и в один голос сказали эти непереносимые чуды-юды. — Но, кажется, мне надо больше тренироваться. — тяжело вздохнул розововолосый, немного стесняясь того, что считал, что он и так самый сильный. — Определенно больше.