Потерянные и забывшие

Довольно скоро расстановка фигур на поле удивительным образом изменилась. С момента проникновения в лабораторию прошло не более десяти минут, а тот, на кого недавно было направлено дуло пистолета, уже без какой-либо угрозы для жизни сидел рядом с Сяо и придирчиво осматривал рану на его предплечье. При первом взгляде на блондина в белом халате многие признали бы за ним какую-то неуловимую странность, которую, впрочем, можно было бы описать как «роботизированное равнодушие». Что в момент внезапного вторжения и угроз, что во время осмотра незваного гостя – он выглядел одинаково спокойно и уверенно. Казалось, никакие обстоятельства не в силах повлиять на его состояние. Абсолютно бесстрастные светло-голубые глаза с полминуты неотрывно и практически неподвижно смотрели на кровавое месиво. Признаться, от их взгляда любому могло стать не по себе. Они как будто говорили: «Всё очевидно, ни капли не интересно, до абсурдности глупо, низко и ничтожно. Для меня это слишком скучно». И вдруг, как бы подтверждая это впечатление, мужчина без лишних слов встал, тихо прочистил горло и обратился к по-мальчишески остриженной девушке, которая на протяжении короткого осмотра скромно переминалась где-то позади: – Ничего серьёзного. Могу я попросить тебя зашить, Сахароза? Хочу поговорить с Венти, пока у нас ещё есть время. Не сомневаюсь, ты справишься здесь без меня. Несмотря на то, что взгляд у говорящего был не теплее куска льда и не эмоциональнее синих экранов с программными кодами, голос оказался мягким и немного печальным. Но грустные ноты звучали так естественно и цельно, будто мелодичный оттенок этого чувства был присущ голосу блондина от рождения. Или же его каждый раз попросту расстраивал сам факт того, что вообще приходится с кем-то говорить. Как бы там ни было, на тихую просьбу коллеги взъерошенная ассистентка отреагировала мгновенно. Она тут же кивнула и принялась суетиться вокруг Сяо, пока тот напряженно наблюдал за незнакомцем из-под нахмуренных бровей. Сколько бы Венти ни говорил о том, что знает этого человека и что он его друг, в груди парня чувство настороженности инстинктивно щерилось, как дикая недружелюбная кошка. Хоть Сяо и можно было назвать юным, он успел повидать за свою жизнь немало разных людей. И, хотя кто-то неприятный промелькнул перед ним далеко не впервые, отторжение, которое парень испытал к новому знакомому, заметно отличалось от прошлого опыта. Даже в неисправимых идиотах, грубых одиночках и неконтролируемо агрессивных бандитах было что-то человеческое и живое, но в этом человеке не чувствовалось абсолютно ничего. Он казался любезной куклой без чувств, аморальным психопатом, отчего чувство опасности лишь сильнее овладевало Сяо и заставляло его всё чаще незаметно коситься на свой пистолет, лежащий поодаль. Он редко уповал на интуицию, но в этот раз почему-то хотелось ей довериться. – Да, мистер Альбедо. И чай… – пока мысли Сяо настороженно метались от виска к виску, девушка начала говорить, но, поймав усталый и слегка укоряющий взгляд своего коллеги, тут же сбилась. – Просто «Альбедо»… Пожалуйста… – коснувшись пальцами лба, тихо прошептал блондин. Но чуткая девушка его услышала, отчего тут же поникла и с расстроенным видом начала обрабатывать плечо Сяо каким-то раствором. – Да, простите… – Нет, ты не должна извиняться. Просто… – Альбедо совсем по-человечески вдруг замялся и тут же нахмурился, видимо, подбирая нужные слова. В этот момент неловко стало даже Венти, который всё это время молчаливо наблюдал за всем издали. Конечно, он и раньше замечал, что у этих двоих как будто не ладится, хотя нельзя было сказать, что они не тянулись друг к другу. Однако в отношениях Альбедо и Сахарозы была сокрыта одна интересная особенность. Как-то раз какой-то пьяный мужик в баре сказал Венти, что идеальный союз – это когда женщина молчит, а мужик делает. Но при взгляде на работу этих двух криминалистов в участке парень понимал, что конкретно этот союз идеален только в том случае, если оба молчат и делают. Как только кто-то из них открывал рот, чтобы выразить что-то за рамками рабочих просьб, всё рушилось, как карточный домик. И в эти моменты Венти осознавал, насколько неправы и глупы люди, кричащие всюду, что для нормальных отношений нужно всего лишь разговаривать. Понятно, что нужно просто говорить, но что делать, если говорить – порой совсем не просто?.. Впрочем, Венти так далеко в своих размышлениях не заходил. Каждый раз он лишь смотрел на них и радовался тому, что уж он-то таких проблем лишён, уж он-то умеет нормально разговаривать с людьми и при этом не портить с ними отношения. Однако в этот раз было не до радости: почему-то грудь жевало родное чувство тревоги. Что здесь делали Сахароза и Альбедо?.. На языке горчило от неприятных догадок, но Венти, возможно, впервые за многие-многие годы решил не спешить с выводами. В то же время Альбедо, так и не отыскав для Сахарозы нужных слов, счёл момент неподходящим и в тысячу пятьсот тридцать пятый раз отложил этот разговор на потом. Вместо этого было решено взяться за Венти. Однако, сев рядом с ним, Альбедо первым делом молча отлепил пластырь, криво приклеенный на чужую разодранную щеку, и заменил его новым, лёгшим ровно поверх царапины. В ответ на этот жест перфекциониста Венти лишь коротко поблагодарил, а вот взгляд Сяо наоборот стал ещё острее и недружелюбнее. К счастью, Альбедо совсем не смотрел на него и неприязни со стороны второго гостя упрямо не замечал. – Полагаю, вы пробрались сюда не для того, чтобы показать мне дуло пистолета, с моделью которого я и так прекрасно знаком. Да и ранены вы не так сильно, чтобы искать медицинскую помощь у химиков, спрятанных в закрытой частной лаборатории. Так в чём дело? Какие-то проблемы в участке или дома? – Альбедо рассуждал спокойно и в то же время неотрывно смотрел на собеседника, отчего Венти всё больше становилось не по себе. – По правде говоря, я никак не мог подумать, что найду здесь вас, – проигнорировав все вопросы, хмуро сказал Венти и начал нервно царапать разодранную кутикулу на большом пальце. - Вы же… Слова терялись в водовороте смятения. – Полицейские криминалисты? – тут же подсказал Альбедо, чуть приподняв бровь. – Да, – нерешительно кивнул Венти. В глазах Альбедо мелькнул мимолётный электрический отблеск, но он в этот же миг прикрыл мониторы своих глаз пушистыми светлыми ресницами и слегка сжал колено кончиками пальцев. Однако голос его ни капли не изменился, оставшись всё таким же спокойным. – Всё выглядит так, будто я должен чего-то устыдиться или начать извиняться, но, признаться, не вижу здесь ничего такого. Я пошёл в полицию не по своей воле, так что не настолько предан работе, чтобы не позволять себе сторонних исследований, – бесстрастно констатировал он, будто в этом не было ничего необычного. – Исследований? – недоверчиво покосился на него Венти. – Люди говорят, что здесь делают наркотики для Дионы… – Лишь отчасти, – мягко отмахнулся Альбедо, подняв глаза к потолку. – Её интересуют лишь сроки и результат, а за остальным она мало следит. Это развязывает руки. А что может быть для учёного лучше, чем хорошее оборудование, отсутствие контроля и защита? Хотя с учётом вашего появления стоит обратить дополнительное внимание на последний пункт… – завершающую фразу Альбедо произнёс тише и задумчиво коснулся подбородка. Хотя в этот момент Венти охватили одновременно неверие, негодование и осуждение, из практических соображений он ничего так и не сказал и лишь рефлекторно стиснул зубы на внутренней стороне нижней губы. Однако сдерживать саднящую в груди досаду оказалось крайне непросто. Как он может?.. Альбедо был признан всеми как отличный полицейский криминалист, который был не только безгранично талантлив, но и крайне предан делу. Нередко доходило до того, что из лаборатории его приходилось выгонять. Порой он просиживал там так долго, что его соседи начинали думать, что у него наконец-то появилась девушка и он потихоньку идёт к тому, чтобы переехать к ней. Однако единственной возлюбленной Альбедо была наука. Так они и жили втроём: он, наука и Сахароза. Она ничуть не уступала Альбедо в таланте и знаниях, но из-за того, что девушка была куда менее приметной и общалась чаще с трупами, чем с живыми полицейскими, со стороны казалось, что одарена она куда меньше своего коллеги. Только замкнутыми их считали в равной степени. Однако общее мнение об этой странноватой парочке всё равно было очень положительным, поэтому сейчас Венти ощущал в себе некое крушение идеалов, пока Альбедо спокойно описывал плюсы незаконной деятельности. Однако постепенно внутри разгоралась обида, в которой обугливались первые бутоны презрения. Венти думал, что их тут специально держат, заставляют, а они, оказывается… – Да как ты… – начал было он, сжав кулак. – Спокойно, – тут же остудил его Альбедо своим снежно-чистым спокойным взглядом, а затем без заминки продолжил. – Я знаю, что у тебя с этим связана травма, так что уточню: мы с Сахарозой стараемся минимизировать негативное воздействие некоторых веществ. Среди разработок нет ничего чрезвычайно опасного… Почти. Но всё проверяется от начала и до конца перед началом продаж. Понимаешь ли, Диона мечтает сделать добавки в коктейли и притом не хочет, чтоб посетители умирали, потому что тогда проблем станет больше, а денег меньше. Такие цели называют недостижимыми, но я в силу профессии привык придерживаться убеждения, что нет ничего невозможного. Тем более местное оборудование может помочь проверить мои собственные теории… – И не боишься, что узнают?.. – Венти проглотил горький ком и мрачно уставился на Альбедо, но тот ни капли не изменился в лице и лишь слегка пожал плечами. – Не думаю. Мы очень осторожны. А если ты о том, что эти сведения просочатся из-за вас, то тут действительно стоит опасаться. Однако я понимаю, что вы не просто так искали кого-то вроде нас, поэтому просто жду, когда же ты объявишь цель своего появления. Но хочу предупредить, что через двадцать-тридцать минут сюда с проверкой и охраной явится Диона. Боюсь, она будет не очень рада незваным гостям. Венти был так мрачно задумчив, что не сразу заметил, как за спиной Альбедо вырос Сяо. В это мгновение он выглядел так, будто в любую секунду был готов задушить блондина, стоило Венти только кивнуть. А позади всеобщего накала неловко мялась Сахароза с таблеткой и стаканом воды: – Вот, это должно помочь от головы… – в который раз повторила она, протягивая Сяо лекарство и в то же время выжидающе поглядывая на Альбедо. Сяо, однако, абсолютно не обращал внимание на бедную девушку, по виду пытаясь оценить обстановку между Венти и Альбедо. И по первому впечатлению она ему не нравилась совершенно. – Всё нормально? – решил уточнить Сяо у Венти, но вместо него ответил Альбедо. – Да, просто пытаемся прийти к компромиссу, – учёный совершенно никак не отреагировал на внезапное появление парня за своей спиной, голос звучал расслабленно. – Мне, наверное, стоит оставить вас на минуточку одних, чтобы вы могли посоветоваться. Сяо снова ни с того ни с сего захотелось хорошенько приложить этого красивого блондина лбом о край стола, но он сдержался и вместо этого порывисто опрокинул стакан с лекарством, которое так долго пыталась ему вручить Сахароза. Когда же Альбедо неспешно ушёл, Сяо тут же опустился рядом с Венти и требовательно заглянул ему в лицо. – Венти? – полушепотом окликнул он. – Всё нормально, – тихо ответил парень, проводив взглядом Альбедо, но его опущенный тон и согнутая спина говорили об обратном. – Не ври мне, – голос Сяо оставался всё таким же низковатым и строгим, как и всегда, когда ему приходилось укорять Венти во лжи, но в этот раз он отчего-то звучал чуть тише и легче. – Хах, я и забыл об этой твоей способности. Венти ответил с улыбкой, но уже в следующий миг она скрылась под ладонями, пока парень принялся медленно массировать подрагивающими пальцами веки. Как только они сомкнулись, возникло впечатление, будто между ресницами пробежала горячая и острая молния. Веки беспощадно саднило. В это мгновение они казались такими тяжёлыми, будто Венти двигал заржавевшие ставни, а не тонкие куски кожи. Как же он не заметил, что так безнадежно загнал себя и в физическом, и в тактическом плане? Теперь же он сидит в самодельной ловушке, а голова совершенно отказывается работать. Однако тихое дыхание рядом напоминало ему, что он не один. – Мне кажется, я ошибся, – наконец блекло усмехнулся Венти и его взгляд, прокравшись между разведённых пальцев, зелёной змеёй вцепился в Сяо. – Если в коробке действительно что-то опасное, мы не можем открыть это так просто чужому человеку. – Мне показалось, вы знакомы, – Сяо нахмурился и наклонился поближе к Венти, чтобы ему не пришлось говорить громче. – Да, но… – парень неопределённо качнул головой, подбирая слова для описания своих отношений с Альбедо, но Сяо прервал его внезапной просьбой. – Расскажи мне о нём в общих чертах, – голос его был задумчив, но в нём чувствовалась решительность. Венти бросил осторожный мимолётный взгляд на дверь, за которой в этот момент беззвучно скрылся Альбедо. Оттуда веяло белизной и каким-то смутно знакомым химозным запахом. Видимо, там находилось основное пространство лаборатории, где Сахароза и Альбедо проводили эксперименты. До сих пор же они находились в какой-то прихожей, где кроме базовых бытовых вещей не было ничего интересного. С уходом нежелательных слушателей пространства для искренности стало больше. Венти тяжело вздохнул и, наклонившись к Сяо, тихо изложил всё, что знал об Альбедо. Но информации было не очень много. До сих пор он знал его как неплохого и милого человека, который исправно служил вместе с Кэйей и Джинн, занимался экспертизами и прочими криминалистическими исследованиями. Раньше Венти и подумать не мог, что за пределами участковой лаборатории у Альбедо есть что-то, кроме его сводной сестрёнки и безобидных хобби типа рисования и полевых любительских исследований. – Сводная сестра?.. – переспросил Сяо, проявив интерес почему-то именно к этому элементу рассказа. – Да, крошка Кли. Её все в участке обожают, – в подтверждение этого Венти даже сам невольно улыбнулся воспоминанию о маленькой катастрофе. – Фактически она ему не сестра, да и Альбедо родом не отсюда. Там какая-то сложная история… Я знаю только то, что он почти сирота: его мать, кажется, во что-то ввязалась в своё время, поэтому отправила его к своей подруге, матери Кли. Не знаю, возвращалась ли она хоть когда-нибудь... Когда меня усыновила Джинн, Алиса, Кли и Альбедо уже жили вместе. А, ну, и сейчас он присматривает за девочкой, потому что её мать постоянно в исследовательских командировках. Видел бы ты, как он с ней возится… – Зачем он тогда ввязался во всё это? – Сяо абсолютно не понимал, зачем человеку с более или менее идеальной жизнью лезть в то болото, откуда на таких счастливчиков, как он, смотрят с завистью и ненавистью. – Ты думаешь, он мне докладывал? Я только сейчас узнал, что он занимается наркотиками, – возмущение вновь вскипело в душе Венти, но его не хватило надолго и вскоре парень снова смиренно поник. – Он самый настоящий человек науки, поэтому не лишен пороков всех учёных. Кажется, в участке ему не хватало свободы. Впрочем, можешь сам у него спросить, – и при этих словах Венти кивком головы указал куда-то вперёд. Сяо повернулся и увидел, что к ним неспешно шагал сам Альбедо, ловкими движениями химика поправляя ворот своего черного свитера. В это время где-то позади Сахароза в спешке искала что-то в своей сумке, в процессе бормоча себе под нос нечто неразборчивое. – Я надеюсь, вы решились на что-то. Время поджимает, – вежливо подметил Альбедо, но в ответ его лишь грубо одёрнули. – Боишься за себя? Тогда не нужно было вообще вылезать из своей уютной жизни, – ядовито прошипел Сяо. От столь внезапной перемены в обращении и Венти, и Альбедо шокировано уставились на парня, глядящего зверем на человека перед собой. – Я хочу предложить тебе сделку, – между тем продолжал Сяо. – У нас есть дурь, которую нужно проанализировать, чтобы узнать её специфику и область применения, и мы хотим доверить это тебе. Ты должен сделать это тайно в ближайшие сроки и помочь нам после. Позже мы тебе заплатим. Но только попробуй использовать то, что ты найдёшь, в своих целях – и первым делом пострадает твоя сестра, – после этих слов Венти с опозданием осознал, почему Кли была так интересна Сяо. Всё повернуло явно не туда, куда нужно было. От мрачно полуприкрытых век глаза Альбедо стали на два тона темнее, и он сильнее стиснул руки, сложенные на груди. Венти также был в ужасе от подобной сделки, но ком, ставший в горле, не позволил ему сказать и слово. – Угрожать маленькой девочке решил?.. – мрачно пробормотал Альбедо. – Я угрожаю прежде всего тебе, не путай, – категорично ответил Сяо, а затем добавил. – Мне приходилось убивать детей, так что не сомневайся в том, что сейчас я говорю серьёзно. Тем более я не трону её, если ты выполнишь условия. Альбедо лишь помрачнел ещё сильнее и сдержанно поджал губы, слушая то, что продолжал говорить Сяо. В его помутневших янтарных глазах всё сильнее разгоралась какая-то странная ярость. – Да и должен был бы знать, что если лезешь в опасное дело, то это может коснуться твоих близких. Так что твоя сестра может оказаться в опасности далеко не по моей вине. Ты не думал о девочке, когда соглашался варить дурь, но вспомнил о ней сейчас? Лицемерие – и ничего кроме. – Венти? – не желая слушать дальше, Альбедо искоса взглянул на знакомого парня в надежде на то, что тот поубавит пыл своего друга, но он лишь бессильно качнул головой. – Прости, но нам правда нужна твоя помощь. За нами уже несколько месяцев гоняются фатуи, а мы даже не знаем, почему им так нужны эти наркотики и что в них такого особенного. Пару раз меня чуть не убили, Сяо тоже угрожают. Всё тянется с того пожара в доме Декарабиана… Да, нам очень нужна помощь, но нужны и гарантии, понимаешь? Помоги нам честно, и мы будем в долгу. Клянусь, мы не станем угрожать Кли. Ты прекрасно знаешь, что я бы и не смог. В этот момент Сяо встрепенулся, но Венти тут же ухватил его за запястье и, выразительно взглянув прямо в глаза, решительно качнул головой. Парень в ответ на это негодующе поджал губы и поспешил выдернуть руку из чужих пальцев, однако перечить не стал и лишь молча продолжил следить за реакцией на их предложение. Альбедо нахмурился и со вздохом провёл пальцами по светлым растрёпанным волосам. По глазам было видно, как много мыслей проносится в его голове. Венти даже стало его жаль. Пару минут назад он презирал его, но теперь сердце болезненно стискивалось от вида того, как Альбедо беспокоится, как пришла в движение его медлительная фигура, как нервно почёсывали тонкие пальцы волосы на макушке. Он был внутренне зол и имел на это полное право. Если нам давят на больное место, мы всегда злимся. Но злость нередко служит катализатором в принятии решений, а именно времени им сейчас не хватало больше всего, так что, возможно, Сяо был в чём-то прав, когда решил сходить с этой карты. Однако Венти всё равно немного тревожило какое-то странное ощущение отторжения к своему напарнику. Возможно, дело было в угрозах ребёнку… Хотя сейчас было совсем не до того и следовало поторапливаться, Венти никак не мог отделаться от неприятного чувства враждебности, ворном клевавшего голову. Порой ему даже казалось, что перед ним вовсе не Сяо. Вдруг Сахароза подошла к Альбедо со спины и тихо позвала, аккуратно коснувшись напряженного плеча. Казалось, она тоже была чем-то бесконечно обеспокоена, хотя до этого явно не вникала в суть их разговора. – Чуть позже, – так же тихо отмахнулся от неё Альбедо, а потом повернулся к Сяо и уверенно заявил. – Хорошо, договорились. – Сразу бы так, – самодовольно усмехнулся Сяо и протянул руку к Венти. – Давай коробку. Но в ответ не послышалось даже звуков какого-либо движения. Сяо тут же гневно перевёл взгляд на Венти, тем самым укоряя его в том, что он мешкает, но парень лишь продолжил пристально смотреть на друга. Перемена в его поведении была слишком разительной. Конечно, это можно было списать на нервы и усталость, но Сяо так себя не вёл даже в самых опасных ситуациях. Наоборот, обычно чем хуже было дело, тем спокойнее и разумнее он становился. А происходящее сейчас было совершенно не похоже на всё то, что Венти наблюдал в Сяо месяцами. Что-то не то, но что? Беспочвенное ощущение всё больше начинало походить на какое-то навязчивое и надоедливое заблуждение, но оно всё ещё не желало уходить. – Мы спешим, – мрачно поторопил Сяо спустя пару мгновений. Услышав это, Венти тут же встряхнул головой, чтобы освободиться от подозрений, облепивших его, как мухи. Наверное, это пагубное влияние усталости сводило его с ума. Оснований сомневаться в Сяо совершенно не было, поэтому следовало бы взяться за ум и начать хотя бы помогать тому, кто пытался вытащить их со дна. Через мгновение после этого вывода Венти с готовностью выудил из рюкзака коробку и вложил её в подрагивающую руку Сяо. В ответ тот лишь коротко кивнул и затем протянул коробку Альбедо, но вдруг его рука судорожно вздрогнула, пальцы разжались и коробка с грохотом упала на пол. Всё содержимое вывалилось наружу и раскинулось у самых ног онемевшего от количества наркотиков Альбедо, глаза которого алчно сверкнули. Сахароза позади него тихо вскрикнула от вида побледневшего Сяо и настойчиво схватила блондина за плечо, требуя наконец обратить на себя внимание. Сяо в это время сдавленно стонал сквозь стиснутые зубы, согнувшись и обхватив голову руками. – Господин Альбедо, послушайте же, – растерянно бормотала Сахароза, – я случайно дала ему URN-13(B). Они лежали в моей сумке, и я как-то перепутала с обезболивающим… Услышав это, Венти, пытающийся успокоить Сяо и уверить его в том, что никакого звона вокруг нет, тут же вскинул голову. – UR… Что? Что это такое? – испуганно спросил он. – Ничего серьёзного, – тут же спокойно ответил Альбедо, аккуратно подбирая с пола пакетики с наркотиками. – Это никак не повлияет на его организм в дальнейшем и продлится не дольше двенадцати часов. Это в идеале… Зачастую – поменьше. Зависит от привычки организма к наркотикам. Плюс образец ещё в разработке, так что время действия может быть ещё меньше. – То есть он проглотил какую-то экспериментальную херь?... – глаза Венти наполнились ужасом, и в следующий миг он грязно выругался, но ещё один стон со стороны Сяо заставил его взять себя в руки. – Что с ним будет? – он не заметил, как сам начал дрожать, обнимая мятущуюся фигуру друга. Ответить решилась Сахароза, всё это время виновато теребившая край своей юбки. – Ничего непоправимого и долгосрочного. Всего лишь лёгкая возбудимость, небольшие галлюцинации, острота восприятия и… Ну, знаете, это в основном разрабатывалось для… Для… – Сахароза замялась, начала заикаться и раскраснелась, как рябина. – Для секса, – закончил за неё Альбедо, поднимаясь с пола с коробкой в руках. – Небольшой стимулятор. Это правда абсолютно безопасно в рамках наркотиков, так что ему просто надо очистить желудок от остатков и... Хотя уже немного поздно, плюс его что-то сильно взяло… Надо пересмотреть соотношение… – Так что с ним делать?! – перебил Венти рассуждения Альбедо, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться на крик. – Лови. И с последними словами Альбедо бросил Венти связку ключей. – Это наша вина, так что можете пересидеть у нас. Тебе бы лучше запереть его где-то на время, чтобы не шумел и не натворил бед... Рядом, ниже по улице есть кирпичное здание. Мы снимаем там квартиру, чтобы отсыпаться и переодеваться. Третий этаж, квартира одиннадцать. А теперь уходите. В квартире есть телефон, и я позвоню, когда что-то станет ясно. Можете считать это частью обещанной помощи. Венти кивнул и, закинув рюкзак и руку Сяо на плечи, скрылся за дверью выхода. Как они добрались до двери названной квартиры, он помнил плохо, потому что дорога совершенно потерялась в постоянных попытках привести Сяо в сознание. Чем дольше они шли, тем хуже ему становилось. Даже после того, как Венти с помощью нехитрого фокуса пальцами вызвал у Сяо тошноту, лучше не стало. Парень практически не стоял на ногах, всё время то уходил в себя, превращаясь в безвольную куклу, то вдруг пугался и шарахался. В этот день Венти впервые понял, насколько Сяо тяжёлый даже для своего роста. Через каждую пару десятков метров приходилось останавливаться и прохаживаться парой пощёчин по его бледному лицу, чтобы он хоть немного перебирал ногами сам, а не висел трупом на обессилевшем Венти. После подобного отрезвления его глаза обычно приобретали хоть какой-то оттенок осмысленности. Этого хватало на узнавание Венти, восприятие смысла пары слов и несколько метров пешком. Однако затем его сознание снова куда-то улетало. Он раз за разом начинал что-то бормотать себе под нос, но Венти не мог разобрать и слова. Уже на лестничной клетке Сяо вдруг с криком оттолкнул Венти от себя и с ужасом уставился на него, будто увидел призрака. Его светлые глаза истерично метались из стороны в сторону, губы дрожали, дыхание становилось чаще и громче. Венти по горькому опыту знал, что не стоит лезть к наркоманам в период особо острой фазы галлюцинации, а именно это, видимо, сейчас с Сяо и происходило. Внезапно он громко вскрикнул, заставив Венти вздрогнуть от испуга, и схватил себя за голову, после чего принялся повторять одну и ту же фразу. «Оставьте меня. Оставьте меня. Оставьте меня». Постепенно Сяо сползал на пол, повторяя эти слова всё тише и тише. Когда их стало практически неслышно, Венти наконец аккуратно приблизился и, протянув руку, легко коснулся его плеча. – Сяо, идём. Всё уже закончилось. Я провожу тебя домой. Сяо тут же резко поднял голову, но Венти заставил себя не двигаться и ждать. – Ты уже это говорил, – тихо просипел Сяо, утирая щёку тыльной стороной кисти, но тем самым лишь размазывая по лицу слюну, смешанную с кровью из прокушенной губы. – Разве? – Венти снисходительно и ласково улыбнулся, будто перед ним был ребёнок. – Да. Я точно помню. – Хорошо, я верю тебе. Я ведь тогда тебя проводил? Хотя внутри Венти всё тошнотворно переворачивалось от внезапных ассоциаций с позабытым прошлым, его голос продолжал звучать мягко и успокаивающе. Всё-таки он был неплохим певцом, и давно научился подчинять собственные голосовые связки. И сейчас это вдруг оказалось полезнее, чем когда-либо. – Да, – Сяо медленно кивнул. – И в этот раз будет так же. Идём. Осталось немного. Сяо ещё раз молча кивнул и предпринял попытку встать самостоятельно. В какой-то миг его неожиданно повело куда-то в сторону, но Венти успел подхватить парня под руку и снова позволил себе стать ему опорой. – Вот так. Всё хорошо. Идём. И вот уже за ними медленно закрылась входная дверь, и они оказались в небольшой прихожей, совмещённой с гостиной. Венти тут же усадил Сяо на кресло неподалёку и шумно выдохнул. Дело оставалось за малым. Он собирался уж было пойти закрыть дверь, но вдруг холодные пальцы ухватили за запястье. – Ты уходишь? – голос Сяо дрожал так, будто он был готов разрыдаться. – Нет, я просто закрою дверь. – Не уходи. – Не уйду. После последней фразы взгляд Сяо снова поблек, но он всё-таки отпустил руку Венти и тот, мысленно попросив себя продержаться ещё немного, быстро шагнул к двери, чтоб закрыть её на ключ. Теперь они временно были в безопасности. Осталось только подождать, пока Сяо придёт в себя, и дальше решать проблемы вместе. Однако через пару оборотов ключа в скважине по затылку Венти пробежал табун мурашек – он тут же обернулся и столкнулся носом к носу с Сяо. – Ты же обещал, что не уйдёшь, – его голос снова изменился и теперь звучал очень низко и глухо, будто бы исходил из самой глубины груди. – Я не ухожу. – Не уходи. – Не ухожу. Видишь? – Венти положил руку себе на грудь и медленно пару раз похлопал ей по рёбрам. – Я здесь. Но Сяо его будто не слушал. Его взгляд совсем потерял фокус, и он смотрел уже не на Венти, а куда-то сквозь него. От этого мертвенного выражения на лице Сяо по спине бегали мурашки. – Не уходи, – внезапно его голос прорезало отчаяние. Сяо молниеносно схватил замершего в испуге Венти одной рукой за запястье, а другой – за плечо, чтобы затем оттолкнуть его к стене и следом прижаться к нему всем телом. Дышать стало больно и тяжело, будто весь воздух вмиг куда-то исчез, и вместо него остались только колючие пары. Горло кололо так, будто внутри разросся репейник. Венти не успел сказать ни слова перед тем, как в его губы жадно вцепились поцелуем. Сухая горячая кожа цеплялась друг за друга искусанными лохмотьями, стучали зубы, а Венти то и дело пытался отвернуться, но его голову тут же возвращали в прежнее положение. В этом поцелуе не было ничего приятного, ничего знакомого, ничего человеческого. Сяо обезумел, кровожадное желание застелило ему глаза, и он совершенно не слышал ни мольбы Венти, ни его болезненных сдавленных стонов. Зажатый между стеной и комодом, не в силах убежать или оттолкнуть поехавшего от наркотиков друга, Венти был готов рыдать от осознания, что это далеко не первый раз, когда он оказывается в подобной ситуации. Старые и болезненные воспоминания, дав круг, снова вернулись на своё место. Пазл, некоторые кусочки которого сложились ещё на лестничной клетке, теперь был полностью восстановлен, и знакомая картина до слёз резала глаза. Когда-то давно Канто под дозой не раз и не два доводил их до секса, а после лишь кричал и говорил, что уж он – точно не гомик. Были обвинения, что это Венти пользовался его состоянием, что наркотики сводят его с ума, что это всё ложь и выдумки… Было много, очень много, возможно, даже слишком много обидных слов. И сейчас они все снова проносились в голове рассекающими сознание сверкающими лезвиями. Венти уже не чувствовал, как чужая подрагивающая рука скользнула ему в джинсы, как болезненно собственная губа лопнула под чужими зубами, как гудела вывернутая рука, которой он пытался оттолкнуть Сяо в последний раз. На мгновение он как будто вышел из собственного тела, отстранившись от происходящего, как делал множество раз до этого, когда наступал момент платить по счетам. В этом ведь нет ничего такого? Он под наркотиками. Он не виноват. А Венти всё равно. Он ведь когда-то думал о том, что можно было бы попробовать переспать с Сяо. Вот и представился случай. Почему же тогда он чувствует соль на губах, почему хочется умереть? Почему это так напоминает прошлое? Почему?.. – Не уходи. Всего лишь короткое, сдавленное, хриплое бормотание в шею чуть ниже искусанного уха. Всего лишь два слова. Зелёные глаза Венти вмиг обрели свой прежний оттенок и широко распахнулись. Сяо – не Канто. Сяо – не незнакомец из бара. Сяо – тот, кому он дал обещание не бросать его. Так что же он делает?.. Почему он позволяет ему сделать то, о чём он потом будет жалеть? Почему допускает то, что впоследствии лишь отдалит их друг от друга? Венти до боли в венах не хотел этого. Да, он желал быть ближе к Сяо, желал чувствовать его тепло, но не так, не так… Собрав остатки сил, Венти предпринял новую попытку оттолкнуть обезумевшего парня, но тот абсолютно никак на это не отреагировал, находясь в каком-то животном состоянии. – Сяо! Хватит, слышишь?! Я не хочу так, и ты тоже не хочешь. Всё должно быть по-другому. Хватит, пожалуйста! Сяо! Услышь меня! Вдруг голос Венти как будто бы пробил купол изоляции в голове Сяо. Он ослабил хватку, прекратив на миг тереться пахом о приподнятую ногу вырывающегося парня, и на мгновение замер. Какой-то естественный рефлекс заставил Венти тут же ухватиться за смешную статуэтку лягушки, стоявшую на комоде, и занести её над головой Сяо… И тут он поднял глаза. То, что было в них, заставило Венти опомниться и разжать пальцы, роняя гипсовую статуэтку на пол. Страх, отчаяние, боль, злость и животный блеск… Сяо смотрел на Венти глазами загнанного в угол зверя, который был готов драться до последнего. И в то же время в них было что-то настолько обречённое и покорное, будто он был готов спокойно принять удар. Взгляд вокзальной собаки, сносившей любые издевательства за возможность кормиться в хорошем месте. Венти резко втянул носом воздух и из последних сил пихнул Сяо согнутым коленом в живот, но тот как будто больше не сопротивлялся. На миг он словно перестал находиться под влиянием наркотиков, но и этого мгновения хватило для того, чтобы Венти успел исчезнуть за дверью ванной, закрыв её за собой на замок. Растерянный, испуганный, запутавшийся, он не знал, что делать. Силы и рассудок, наконец, абсолютно его покинули. Прижавшись спиной к двери, он медленно сполз на пол, беспомощно ощущая лишь то, как к горлу подкатывает ком тошнотворных рыданий. И вдруг с другой стороны с силой ударили в дверь, отчего Венти тут же в ужасе отполз подальше, а ком так и застрял где-то под кадыком. – Открой, Венти! Ты обещал мне, обещал! А теперь сбегаешь, сукин сын! Лжец, лжец, чёртов ты лжец. Я ненавижу тебя, слышишь?! Сяо долбил в дверь, посыпая его ещё большим количеством оскорблений, пока Венти отползал всё дальше, пытаясь закрыть уши руками, чтоб не слышать этих криков. В какой-то миг он упёрся спиной в холодный край унитаза, и приступ тошноты накрыл его с новой силой. В ушах зазвенело, перед глазами поплыли белые пятна, и Венти хватило лишь на то, чтоб повернуться и наклониться над унитазом. Потом всё смешалось. Грохот. Рвота. Кровь на пальцах. Неужели он разодрал голову сломанными ногтями, пока пытался закрыть уши?.. Снова рвота. А за ней – лишь истерические попытки смыть кровь в воде унитаза: на то, чтобы подняться к раковине просто не хватало сил. Грохот. Ругань. Полотенце. Холодная ладья ванной и наконец – долгожданная темнота.