Under Madness

Приятное прохладное чувство. Будто трогаешь желе, упругое и мягкое. Веет чем-то сладким, назойливо щекотя нос. Она привстала, с трудом открыв глаза, с удивлением обнаружив себя посреди ледяной глади. Сверху бился яркий луч солнца, борясь с чернотой. Ничего не ощущалось, ни лёд, ни холод с теплом. Время застыло, лишь тьма потихоньку сгущалась злобно усмехаясь. Это было знакомо ей, рассказывали о таком на уроках, но в этот момент расстерялась. Много раз слышала наставление от всех, самое главное:"Не бойся смотреть возможной смерти в глаза"! Это... трудно. Не каждый так просто сможет воспринять слова легко и быстро, кто угодно, самые опытные, а она нет. Жизненный опыт такая трудонодоступная штука, что и желать его предел мечтаний... Надо... надо сосредоточиться! Не без дрожи и неуверенности, протянула навстречу руки, спокойно вдохнув и выдохнув: – Я, дочь моей матери - Future praeteritum*, и, моего отца - Nocte diei*, обращаюсь со всем уважением к тебе, Amicus! Я добровольно согласилась на пацифистический путь, вплоть до совершеннолетия, пока не смогу полностью определиться с путём бытия. Показалось, что всё сильнее сгустилось, уменьшая успех всё сильнее. – Я Amicus*, правда! Я ничего тебе не сделаю... Фальшивая улыбка еле засияла на губах. Показалось движение, но та упорно застыла на месте, дав каплям пота упасть на лёд. Показась серо-голубая пушистая голова, а затем и чёрные тонкие руки, в чёрном плаще. Юноша возвышался над девочкой, одаряя пустыми белками, цвета волос. – Я Майлос, дитя Maledictum*. Я дал клятву перед Семьёй, что никогда не пощажу человечество! Ответь же, ты человек? Властный юношеский тон диктовал заученные слова, точь-в-точь, как текст на бумаге. Джесси пугало отсутствие зрачков больше, чем теперь привыкшиеся глазницы мертвецов, по началу, прибавляя и голос сюда. Собрав усилия в кулачок, та на одном дыхании ответила: – Нет. Я Сирен. Чистая плоть Агомет и Бога. Мне в радость существовать- – Значит... – Ч-что? Из юноши рта потекла слюна с рыком, встав в защитную стойку. Сердце билось, как птица в клетке просясь наружу, страх описал страшную картинку смерти на глазах. Что же она сделала не так? Она старалась не подавать и виду испуга, хоть учуять это можно было. Была искренна и вежлива, не договорив хвалу существования своего вида. Может чрезмерно... гордая? Мысли прервала концентрация на подготовке нападения, как неожиданные слова резко вырвались, словно и не она говорит, а кто-то другой: – Селисы. Вы не меняетесь. Паренька это разозлило ещё сильнее, снеся инстинкт осторожности с пути, нападая и наваливаясь всем телом на лежачего. Ей было тяжело от ноши на себе, что била по груди и рукам, не щадя слабый пол. Подросток лишь жалко отбивался и пытался остановить насилие, как в плечо яростно впились острые зубы. – Майлос! Мне больно! Крики жестоко игнорировали, давя на голову рукой и коленом на грудь. Тело болезненным хрустом молило о пощаде, вперемешку с сбивчивыми криками жертвы прекратить и позвать на помощь. В горле першило, сильно ощущался укус и его усиление, с мелкими потерями крови. Всё не так должно было быть... Она хочет жить и вырасти среди своей семьи, где есть место им и больше никому. – Бабушка... Я надеюсь ты вылечишься и покажешь мне наконец ваш с дедушкой альбом... Сдавленно прозвучали тихие хрипы, а руки просто упали от бессилия, силы покидали тело. Глаза прикрывались от чувства усталости, но удалось разглядеть ещё одного. – В конце концов, слабость уступает отчаянию. Верно...? Мягко и тепло, просто лежишь, не думая ни о чем плохом. Рука крепко вцепилась в ткань, сжимая до побеления. В воздухе витало беспокойство, а вокруг тихо. Ни шороха, ни дыхания, гробовая тишина. Джесси раскрыла глаза, обнаружив себя на кровати, в сорочке, а напротив, у ног, стояла Олли. Злорадно усмехаясь. – Сестричка, не хорошо так долго спать. Мне поднадоело развлекать старшего~ – Что ты- Ай! Девочка приподнялась, тут же почувствовав боль в плече, которое... Резкая боль пронзила плечо, какую можно стерпеть и не закричать. Дрожащей рукой, та коснулась плеча ощутив небольшой шрам. Вспомнились недавние переживания, стало досадно. Оно неудивительно, она принцесса, что надеялась на самостоятельное решение проблемы.... – Рыбо-ёж! – А....! – Ты унылая рыба с колючками, что может расклеиться по-любому поводу, даже такому, где собственными силёнками не справится. Это так... разочаровывающе~ – Угу... Недовольно цокнув, громкая особа прижала голову девушки к груди, многозадачно вздохнув. Её ледяное дыхание обжигало и волновало, очень редкие объятия вызывающие горячие струйки соли. – Я люблю тебя, сестрица.. – Жи-Жи... Куда ни посмотри, нет слов - одни эмоции! Вся наша семья в этом горазда. Как ещё живы только остались! – Не знаю... – Не кисни, как молоко, а то заставлю тренироваться магии. Выдав последнее, та поглаживала по голове близнеца, уставившись в одну точку. Сердце Олли отстукивало успокаивающий ритм, Джесси это утешило. За дверью послышались шаги, тяжёлые с отдышкой. Тук-тук. – Могу войти? – Конечно! Конечно можно! – Благодарю. Приоткрывая дверь, он казалось на мгновение удивился, сменяя всё на обыденную безмятежность. Алекс прошёл, сев на краю кровати, не замечая присутствия ещё одного. – Что ты делаешь? – Обнимаюсь... А что-то не так?.. – Ничего-ничего, просто это... забавно. Впервые такое вижу, наверное. Почесав затылок, сказал он посмеявшись. Как-то странно всё, атмосфера будто сменилась, с весёлой на напряжную. Неуверенность так и лезла, стоило ей поднять глаза на взгляд старшего, "присматривающийся". Сглатывая комки важдения, она улыбнулась, с капелькой боли. – Ты два дня ходила грустной или даже задумчивой, тебе наскучило здесь быть? – Н-нет! Ни капельки..."Погоди-те..." – Но я вижу, как ты скучаешь уже сидя два дня в четырёх стенах, не считая первого дня прибытия здесь. Всё воскресенье ты пролежала у себя, из-за головной боли, а вчера из-за боли в руке. У меня довольно плохие подозрения, но тебе придётся пойти со мной в больницу на осмотр. – Всё в порядке! Я не хочу переутруждать вас- – Глупенький малёк. Ты же не знаешь подземелье и забота о тебе моя обязанность, раз ты наш гость. Словно родной брат, так свободно выдаёт это, взъерошив растрёпанные волосы, многозадачно вздохнув. Все ли монстры такие... альтруистичные по натуре? Почему-то думается, что малая часть так дружелюбно настроена на новичков. Однако, неизвестно кто они, молодые или старые, не считая того льва, братьев и Агнессу. Это трогало сердечко, отчаянно отбивая любовный ритм. – Я подожду тебя внизу, как соберёшься. Соглашаясь, она подождала, когда он выйдет и переоделась в простое лиловое платье с оборками и подвязкой, схожей на предыдущем наряде, слушая чужой непонятный бубнёж. – Ты пойдёшь с нами? – Иди ты... с ним. Я вас догоню. – Как скажешь... Поспешив на первый этаж, она чудом не навернулась на первой ступеньке, удержавшись руками за перило. Тапок около кровати не было, а полы довольно скользкие, чем лёд. Правила "выживания" на таких поверхностях очень просты:"Носи подходящую обувь и будешь меньше падать на задницу", да только хорошие тренера дают такие советы. Когда её учили кататься на коньках, тренет часто твердил про обувь, за отлично ухоженной, лишь иногда говоря об прямой осанке. Как же его звали... – Ты готова. Хах. Ты быстрая, как мой брат. Пугливо пискнув, она прижалась к противоположной стене от гардероба, когда её прервали от мыслей и надевания пальто. – Ты тихий... – Знаю, я КОСТЕняюсь. Джесси захихикала, оценив раздражающую шутку, как увеселительную и снижающую неловкость ситуации. Они вышли. Никого не было на улице "Восток", кроме быстро шагаюших редко спешащих монстров с людьми, куда-то. Она робко шла следом, держась за край куртки, идя в противоположную сторону, замечая плотно поставленные, друг к другу, постройки. С одной стороны склады, но уже с уменьшенными размерами, до редких гигантов. И зачем кому-то делать весь район таким? Учитывая, домишки монстров и неимения гаражей или сарая, вывод напросился сам. С другой стороны, те самые здания, осовремененные. Они завернули за угол, войдя во вход туда, что был напротив аналогичного. Всё из родного тёмного дерева, с большими окнами и украшениями, от простого "дождика" до саморучных узоров на окнах. Игрушки, ёлки, подарки и сильная атмосфера спешки. В один магазин, в другой, куда-то подальше. Монстры в виде: рыб, ящероподобных, амфибий и насекомых скапливались около магазинов одежды или внутри кафе, ресторанчиков. Вдали виднелась абсолютная заполненность улицы, что невозможно было посмотреть что дальше. На стенах домов приклеены плакаты с датой и временем выступления, уже знакомой Ведьмы Лилиан и новой незнакомки, что одетая в строгие, но модные фасоны мило улыбалась. На шее виднелся крестик. Повернув голову, она не заметила перед собой Алекса, кроме большой падающей на себя туши. Её мгновенно затянули внутрь, костлявой рукой. Толпа заглушённо ходила под окнами витрины, в которую она вцепилась зенками, выдохнув. – Как твоё ничего, Брейк? – Сносно. И уже не радостно, из-за тебя. Грубый холодный голос раздался за спиной, она обернулась. Помещение напоминало книжный магазинчик, со всеми возможными вкусами. Средняя комнатка, с потрёпанными обоями и потрескавшейся плиткой, с иногда мигающим светом. Витрина, где можно взять и почитать журналы или же комиксы, с мангой. Под ними расположились вскрытые и закрытые ящики, размером между маленьким и средним, заставив и пустыми середину, в качестве мусорного ведра, со скопившемся мусором. По бокам стояли шкафы, наглухо набитые бумажными друзьями, и, стеллаж, с коробками каких-то местных фирменных кукол. Две неприветные чёрные двери, напротив кассы и рядом с левой витриной. И самое сердце, массивные подгнившие местами два стола, соединяющиеся в один, установив кассу и простой компьютер. – Что забыл здесь, "Костолом"? – Просто переждать толпу. – Хмф. Ради малявки? Ты совсем размяк, костлявый. – Стараюсь не КИСНУТЬ, как ты. Девушка, а может женщина, сидевшая за кассой, развалившись на стуле, закинув ноги над столом рядом с компьютером, не оценила минуту юмора. Её волосы напоминали окрасом яркие языки огня, свисая с плеч, зачаровывая плавный переход корней к чёрному. Загадочные чёрные белки с "пламенем" притягивали внимание не меньше, пухлых губ, искревлённых в кривой ухмылке, и множественных веснушек. Они подошли поближе, и можно было разглядеть её бело-чёрные кроссовки с наклейками пламени и странных глаз, с незатейливыми рисунками вместо зрачка. Сплошная сетка заместо полноценной ткани, которые не назовёшь штанами, с пришитыми на коленках карманами, длинным поясом и подтяжками, а самое скандальное - шорты, напоминающие скорее бельё, и то наверное из-за позы сидя. Кофта, открывающая вид на поднакачанный пресс, чёрная с двумя красными полосками. Чёрные перчатки, без пальцев, и, ногти. Сущий шок для маленькой Джесси, одевающейся более скромно и закрыто. Возмутительно! Оставалось зардеться и отвернуться, нацелив внимание на книжки, с литературными названиями. – Тц. Всё равно твои старания ничего не исправят сейчас. – Как знать... На улице кто-то резко закричал и тут же затряслись стены, свет замигал и накрыла паника, но скелет с девушкой оставались беспристрастны. – Опять. – Хах. Какая уже по счёту драка? – За неделю вторая, за всю жизнь хрен знает. Ублюдки. – Ты такая милая~ – Умолкни. Иначе сожгу. – Хорошая попытка, Брейк. Девушка порычала, перестав, возвращаясь к игре "гляделки с потолком". Шум за окном стих, снова наполнив всё свистком и выкриками, вроде:"Стоять, уроды!", и унося всё подальше. Было видно как нарушители порядка убегали, а за ними несколько монстров в фиолетовой форме. Девочка выдохнула, немного понаблюдав за видимой стеной "живой" преграды, вернувшись к шкафу, заметив подошедшего к нему Алекса. Он взял в руки первую книгу и начал листать, до определённой страницы, что можно было увидеть подойдя вплотную к нему. – Что-то понравилось, малёк? – А? Нет, не присматривалась ещё, только названия прочитала... А что ты читаешь? – Это? "Последний закат". Старый малоизвестный в кругах роман. Сюжет прост и не замудрён, интересно? – Да! Хочу послушать. – Чтож... Начало повествует об одном монстре, что родился во времена мира и грамонии, на поверхности. Однако, война заставила юного героя бежать со всеми под землю, прятаться и молиться за свою жизнь. Судьба его сводит с одним дворянином, взявшим его к себе из-за схожести с сыном. Герой растёт и познаёт всю гнилостную сторону светской жизни, погружаясь в бездну грехопадения. Все мероприятия высшего света быстро загоняют в скуку и только влюблённость к одной даме, подтолкнёт его на неожиданные поступки... – А дальше? – А дальше я не успел прочитать, малёк. – Как жаль.. – Ты можешь просто взять и почитать сама, после меня. – Хорошо! – Хах. Он вернулся к чтению, а она из подлобья посмотрела на продавца, слушающего музыку и прикрыв глаза. На улице людно и потихоньку толпа расходится. Широкая, но как оказывается с таким количеством слишком мала. Заметила ту самую фигуру, чуть не упавшую на неё, и, проходящую мимо парочку гота и подростка ящера, который пытался согреть руки. Видимо, надо почитать и расслабиться. Осторожно встав у витрин, она незаметно прибрала в руки случайный том затаив дыхание. На обложке, с простоватой рисовкой, красовалось название "Wanted", оформленое морским стилем. Повествование шло от лица молодого паренька, который сидит в тюремной камере и вспоминает кто он. Его прозвали "Соломенным амиго", за любовь к соломенным шляпам и с юношества лелеял мечту о пиратстве. Но это было не серьёзно, однако не стеснялся постоянно об этом говорить, будучи почти совершеннолетним, его приговорили к смертной казни. А всё было просто, он давно сдружился с местной бандой пиратов и упросил присоединиться к ним, в свои восемнадцать. Местные органы правопорядка помешали поймав всех. Люди банально возненавидели и желали смерти, ранее любимому и доброму бедному сироте. Паренёк просто не понимал, что такого в пиратстве, ведь те парни просто жили бок обок с жителями и даже защищали их. Видимо жизнь несправедлива, не дав и шанса на собственную сказку. Тут же из размышлений его вытаскивают силой из камеры и выводят наружу, обрывая конец картинкой героем смотрящим на рассвет. – Открытая концовка, не честно! Топнув ножкой, подросток пискнул от возмущения. В голову закралась мысль, что возможно продолжение есть, только надо поискать, растегнула на пару пуговиц пальто. Послышались нервные вопли, движения и злой окрик сзади. – Отойди от окна, дура!! Ей почудилось, как выражение девушки сменилось на малопохожее беспокойство, а подняв взор, та выронила мангу из рук. В витрину летел кто-то, а её ноги подкосились. Всё происходило в замедленной съёмке, как и разбитие стекла, она спешно зажмурилась закрываясь руками. Осколки попадали, слышался пьяный смех и ругань. – Неплохая попытка, тормоз криворукий. – Ой, заткнись, засранец. Слуша-ать тебя тошно. Не открывать глаза, значит предпочесть проигнорировать или не вникать в подробности, а точнее струсить. Так и хотела сделать девочка, да вот скелет быстро заставил очнуться и сконцентрировать внимание, на его черепе. Большие фаланги аккуратно скользнули по лицу, а почти перепуганный голос выдохнул. – Слава Чернобогу... Но я осмотрю тебя там внимательней- Он зацикленно таращился на что-то, ниже лица. Всё помещение залилось крикливыми словами. – Хмыри недоразвитые!! Уебу, алкоголисты! А вы, оба, что встали, ноги в руки и убирайтесь! Джесси от ужаса закрыла уши и вырвалась из хватки, набирая оборот, убираясь подальше. Толпа зевак её не остановит. Каждый шаг сопровождался замораживанием снега и голой брусчатки, а потом и вовсе появилась целая дорожка, сопровождающаяся целыми сериями падений и негодований, она скользила по пути. Профессионал своего дела, всегда больше отдала сил на коньки, чем заучивать нечто нудное и незапоминающееся, как математика с ненужной теорией. Невозможно было уже заметить, как страх исчез, дав свободу грации и невнимательности. Её плавные движения прервались резко закончившейся трапой льда и потерей сознания. Всё потемнело в глазах. А тем временем, после побега девочки, ничего не изменилось. Ситуация с "дебоширами" была напряжна, сколько раздражительна. Брейк медленно подходила к одному из монстров, её выражение перекосило в безудержное молчаливое бешенство. В венах вскипала и бурлила кровь, словно извержение вулкана, неизбежно. Монстр, лежал на витрине потирая голову, смотря на приближающиеся ноги в сетке, неряшливо улыбаясь. – Ма‐алышка Джейл, ты слишком эмоциональна, раз идёшь лупить большого дядю. – Заткнись, сволочь. Первой сорвалась она, мощно зарядив по животу и навалилась на лежачего, одаривая хуками, со всех сторон. Мужчина или парень, не сразу отреагировал на происходящее, пассивно отбиваясь, пока его не спровоцировали на агрессию через простой удар в нос. Брейк попросту вжали со всей силы к полу, а затем побили кулаком по челюсти, выбив пару зубов. Девушка отчаянно брыкалась, загораясь, однако попытку пресекли, подняв с пола за волосы. – Ублюдок, мать твою, ты что творишь!? – А нехрен меня бить, милочка. Второй приятель пьяного, мирно стоял, икая, изредко оря на мимо проходящих граждан и тех, кто хотел войти и помочь. Послышались вздохи, крики и возмущение со стороны зевак и добровольцев, которых с лёгкостью рассталкивал гигант-монстр снаружи. – Не слыхано! – Ужасно! Где патруль!? – Зовите патруль и врача! – Врача! Врача! Врача! – Заткнитесь, кретины! Лучше маршируйте за помощью, заодно попробуем помочь! Но прорваться сквозь препятствие числом не помогло, оставалось лишь измотать его, набрасываясь. Некоторые впечатлительные заплакали и причитали, а особо ушлые спешили убраться. Народу поубавилось. Кто-то резко выкрикнул, указав наверх, и на монстра упала личность в синих одеждах, дав вкусить небольшой заряд молнии. – Ура! Королевская стража! – Это.... А пока действие возвращается назад внутрь, где девушке изрядно досталось. Её удивлял тот, факт что на скелета наплевали, да и не отзывался он на посторонний шум, застыв в том самом положении, стоило девчонке убежать. Ей Богу, что на него нашло? С губ сорвался хрип, когда повторно подняли с пола за волосы, а конечности еле шевелились после давки к полу. Как же не повезло попасть сюда. Она попробовала позвать Алекса: – Засранец! Ты ослеп, раз не видешь даму в беде! Тут-то мучитель заметил всеобщее восклицание снаружи, задрожав увидев человека в синем, надевающего наручники к собутыльнику. – Простите, я задумался. В нарушителя прилетел мощный удар по челюсти, от тяжелого мертвеца, что тот ненадолго потерял ориентацию упав на пол. Костыной мешок же следом, яростно бья по лицо, растирая почти до крови кожу. Джейл приходила в себя, увидев картину насилия, та ничего не предприняла, злорадно усмехаясь. – Остановить беспорядок! Строгий повышенный тон, приковал внимание к владельцу, как он легко тащит за шкирку с собой второго, холодно скалясь. – Что случилось? – Шабаш ведьм случился. – Мисс Брейк, мне надоедают ваши шуточки. – А это не шуточки, всё как обычно для этого квартала: дебош. Фигура сняла с себя капюшон, огаляя голову со светлыми волосами, бледной кожей и гетерохромией: зелёный и карий глаза. Все участники действа смотрели, только на женщину, что бросила на пол в отрубе подручного, жестом показав слезть Алексу с первого, надев на того наручники. – Статья КК его Величества. Гражданка Брейк, пройдёмте со мной, как и гражданин отделения КОСТОправов. – ... Я не могу, извините. – Что- Стоять! Скелет побежал к выходу, с трудом перебирая ногами, и увернувшись атаки молнией. Щёлкнув фалангами, тот переместился за несколько секунд на улицу, наугад выбрав нужную сторону. Он бежал, останавливаясь через минуту, казалось, что ещё немного и свалится на земь, трясущимися костями. Его душа билась, словно после марафона. Если бы был жив, то с него капал пот и ложная жажда просила воды, а в глазах помутнело. Но больше такого не испытаешь, кроме усталости и дрожи. В голове всё перепуталось, всё вылетало и влетало, повторяя цикл. Где она? Где!? Она не должна снова пропасть. Ни за что. И вот... – Эби... Эбигейл! Наконец-то показалось маленькое, почти бездыханное, тело. Похолодевшие руки, покрывшиеся инеем ресницы и губы. Только не это, она же не... – Мне холодно... Толстокостный взял на руки тельце, бормоча извинение с пустым лицом. Джесси не спала, прикрывая временами глаза, пока они не зашли куда-то, в нечто тесное и длинное, с тусклым светом. Это оказался, похоже, тот самый поезд. Из окон виднелась открытая станция с уходящими пассажирами, а внутри пусто, только они. Её прижали, закутав курткой, укладывая голову на грудь. – Я снова не оправдал ожидания... Хах. Из динамиков донеслось вежливое:"Осторожно, двери закрываются. Следующая станция Водопадье". Поезд тронулся.