Зов души

Яркие лучи солнца пробивались внутрь почти пустого кафе. Несмотря на то, что здесь и мебель была довольно потрепанная, и посуда не самая чистая, и за прилавком стоял ворчливый дедушка-бариста, все равно тут было как-то по-душевному уютно и спокойно. Это именно такое место, где хочется сидеть во время дождя у окна с книгой в руках и горячим ароматным какао с зефирками. В углу, вдали от немногочисленных посетителей, спиной к окну сидел мужчина. Было видно, что он напряжен и очень сильно нервничает — руки прижаты к бокам, голова опущена и лицо полностью закрывают растрепанные черные волнистые волосы, ноги нервно дергаются под столом. Перед ним стоит все еще полная кружка крепкого черного чая, почти остывшего. Видно, что чай — это последнее, о чем думает мужчина. А думает он явно много и о многом. Вдруг звенит колокольчик над дверью — кто-то пришел. Мужчина напрягается еще больше, но все же не оборачивается. Он не боится, что она пришла. Он боится, что она не пришла. И не придет вовсе.

***

Вайолет не спеша шла в назначенное место, рассматривая суетящихся на улице людей: вот девушка тянет на себя огромную собаку, вот мужчина чуть-ли не бежит, крепко держа стопку папок в руках, вот пожилая бабушка отчитывает подростка — видимо он нечаянно толкнул эту леди. И все так спешат куда-то, переживают. Вайолет не могла их понять. Неужели им не хочется просто остановиться? Перестать бежать? Остановиться и просто посмотреть вокруг себя? Но все же девушка не могла их осуждать. Ей нравиться наблюдать за людьми, за их поведением, за их взглядами. И если бы никто никуда не спешил, ей было бы не так интересно. Погруженная в свои мысли, Вайолет чуть было не прошла нужное ей кафе. До назначенной встречи оставалось еще минут десять, но она заметила уже ждущего ее собеседника. Девушка ухмыльнулась и зашла в кафе. Она сразу заметила как от звона колокольчика напрягся мужчина в углу. И, тихо подойдя к нему, аккуратно опустилась на стул напротив него. — Здравствуй, Томас, — улыбнулась Вайолет мужчине. — Ты опять очень рано… — Ты все же пришла, — грубо сказал мужчина, не поднимая головы. — Томас… Томас, посмотри на меня… Посмотри на меня, пожалуйста, — тихо попросила Вайолет. Мужчина все так же не поднимал головы, но было видно, что он немного расслабился. Девушка осторожно и очень мягко дотронулась до кисти мужчины, лежащей на столе. Как бы успокаивая, она нежно гладила его кожу. — Ты же знаешь, я не могла не прийти, Томас, — не переставая гладить руку мужчины, слабо улыбнулась Вайолет. — Томас, я прошу тебя, посмотри на меня. Мужчина глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и поднял свой взгляд на девушку. Черные злые глаза встретились со спокойными зелеными. «Как же все-таки она красива… — думал мужчина. — Солнце светит прямо на нее, а она даже не щурится, не пытается закрыться, спрятаться… Она всегда такая спокойная! Сколько раз я не пытался выбить из нее хоть какие эмоции, ей как будто бы все равно! Даже в тот раз, когда я чуть не задушил ее… Посмотрела на меня своими глазищами зелеными и засмеялась! Засмеялась на пороге смерти… Сумасшедшая! Сумасшедшая, но такая красивая…» Томас стоял в каком-то грязном переулке и курил самые дешевые сигареты, какие только смог найти в этой части Лондона. Луна освещала его руки в крови. Конечно же, это была не его кровь, а этого вонючего попрошайки. «Какого черта он вообще полез ко мне? Тупой ублюдок, неужели нельзя подумать своими пропитыми мозгами, к кому можно лезть, а к кому — нет!» Томас раздраженно отряхнул кожаную куртку от пепла. Он все еще был зол. Ох как он был зол! Избавляться от трупа задача не из легких, благо хоть он был весьма легким. Тяжело все-таки без магии жить… Томас до сих пор не мог поверить, что так глупо попался перед аврором! Ну хорошо, хоть получилось после суда сбежать. С магглами, как оказалось, не менее весело — почти все физически слабее Томаса, да и напридумывали они всякие порошочки веселящие. Размышляя, Томас не заметил, как к нему подбежала девушка. Господи, она такая красивая… Шея такая тонкая, так рука и тянется сломать ее. А как она подошла еще ближе, Томас буквально утонул в ее глазах… Такие зеленые, как летний лес после дождя, как чистейший нефрит, ограненный в руках профессионала, как убийственный цвет Авады. Мужчина настолько засмотрелся, что не обратил внимания на слова девушки. — Извините! Извините, пожалуйста! — девушка осторожно прикоснулась к руке мужчины. — Ч-что? — Томас вздрогнул, но руку не убрал. — Можете дать прикурить? — девушка мило улыбалась Томасу. — С чего бы мне это делать? Сигареты не бесплатные, да и спички тоже, — скривился мужчина. — Я могу сделать что-то для вас. Томас задумался на мгновение. Не придумав ничего лучше, он предложил: — Я хочу тебя подушить. Мне нравиться твоя шея и я хочу почувствовать твой пульс под пальцами. Это моя цена. — Хорошо. Я согласна, — абсолютно спокойно ответила девушка и даже немного улыбнулась. У Томаса создалось впечатление, что она это и предполагала. «Вот же чертовка», — мысленно фыркнул мужчина и без предупреждения, схватив девушку за шею, прижал ее спиной к каменной стене. У нее была такая нежная бархатная кожа, что Томас невольно залюбовался тем, как она краснеет по его грубыми пальцами. Он мог бесконечно наслаждаться пульсирующей веной девушки под ладонью, как вдруг заметил это отвратительное спокойствие в ее глазах. Она его не боялась. Она не боялась, что он может убить ее. Томаса это настолько разозлило, что он стал все сильнее сжимать шею девушки. Не столько ради своего удовольствия, сколько ради того, чтобы уничтожить безмятежность в ней. Он хотел, чтобы она начала вырываться, кричать, звать на помощь. Хоть что-то сделать. Но она просто стояла, прижатая к стене, и смотрела Томасу в глаза. И тут он все понял. Ей это нравится. Ей нравиться быть в шаге от смерти. Ей нравится, что вся ее жизнь зависит от незнакомого мужика в переулке. Она кайфует. — Сраная мазохистка! Пошла вон отсюда, — зарычал Томас. — Проваливай, пока я окончательно не сломал тебе шею! — Да успокойтесь, чего вы так завелись? — мило улыбнулась девушка, потирая шею с уже расцветающим синяком. — Я Вайолет кстати. — Да мне вообще все равно! Вали давай отсюда! — А у нас с вами был уговор вообще-то! Неужели вы не держите слово? — начала провоцировать его девушка. Томас хотел было еще что-то ей сказать, но поразмыслив, решил поскорее отвязаться от этой Вайолет. Он протянул полупустую пачку и спички. Девушка элегантно подцепила сигарету и закурила. И мужчина опять засмотрелся на нее. При холодном свете луны она выглядела немного жутко, но при этом все еще была притягательно красива. — Эй, а тебя-то как зовут? — выжидающе посмотрела на Томаса девушка. — Томас. — Томас… Томас, Томас, Томас… — мечтательно протянула Вайолет, — красивое имя, мне нравиться! И плащ у тебя крутой! Томас, сказать по правде, был в замешательстве. Еще никто и никогда не говорил ему комплиментов. Он все пытался понять, чем его эта Вайолет так зацепила. Своей непринужденностью, внутренним безумием, спокойствием? Томас очень захотел вывести ее на чистую воду и поэтому предложил: — Не хочешь выпить чего-нибудь? — Зовешь на свидание, красавчик? — улыбнулась девушка и потрепала Томаса по плечу. — Ну что, я только за! Выбирай место! В тот момент еще никто из них не мог предположить, что будет у них дальше и будет ли что-то вообще. Но им было все равно, каждый преследовал свои цели и не хотел сдаваться. — Эй, Томас! Томас! Ты меня слышишь? — гладила руку мужчины Вайолет. С момента их встречи прошел месяц, а Томас так и не научился ее понимать. Она была то безразличная и холодная, то как сейчас — в какой-то степени заботливая. Она то исчезала на неделю, то чуть ли не целый день проводила с Томасом. Странная девушка, очень странная. Никогда ничего не рассказывала о себе, но всегда спрашивала о жизни Томаса. Создавала впечатление, что реально интересуется его жизнью — Томас не верил, что она делала это искренне. Поэтому частенько наблюдал за ней, когда она гуляла в парке, когда выходила покурить после очередного клиента. Да, он знал, чем она занимается. Осуждал ли он ее за это? В некотором роде да. Но ему нравилось думать, что она только его и что эти мужики берут Вайолет против ее воли. Ему нравилось представлять, как они умаляют его их не трогать, а он отрезает их маленькие члены, перерезает им глотки и скидывает тела в Темзу. По правде сказать, пару раз он выслеживал их и поступал так, как просила его душа. — Я хотела сказать, что сегодня уже уезжаю в Хогвартс, — опустила глаза Вайолет. — Да, я помню, — резко ответил ей мужчина и добавил: — сложно забыть такое. — Мы увидимся не раньше моих зимних каникул, ты понимаешь? — Да, я понимаю! — почти перешел на крик мужчина, и несколько посетителей обернулись на них. — Послушай, — Вайолет снова нежно гладила его по руке, — мне самой не хочется на такой длинный период расставаться. Но ты же понимаешь, встретиться будет невозможно. Сказать, что Томас был рассержен, значит не сказать ничего. Он был в ярости! Почти полгода он ничего не будет знать о девушке. Не будет знать, является ли он все еще единственным ее владельцем. — Томас, пожалуйста, я не хочу ссориться с тобой перед отъездом, — Вайолет смотрела мужчине прямо глаза и ободряюще улыбалась. — Поверь, я буду скучать. И писать тебе буду. Ну же, Томас, не злись… Мне надо уже уходить. Пора прощаться. У Томаса, очевидно, были проблемы с контролем агрессии. Но ради нее он сейчас держался. Чуть позже он пойдет и выплеснет на кого-нибудь свою злость. Вайолет не надо расстраивать. Поэтому Томас встал и впервые за все их общение улыбнулся. Он очень хотел сделать девушке приятно. Вайолет тоже поднялась со стула и подошла вплотную к мужчине. — У тебя такая красивая улыбка, — прошептала Вайолет, положив ладонь на его щеку. — Вот увидишь, все будет хорошо. Нежно проведя большим пальцем по губам мужчины, она посмотрела в его глаза. И, аккуратно поцеловав его, вышла из кафе.