Down

В городе новый гонщик, и Джордж заинтригован.

      Ревущие двигатели и пылающие покрышки на фоне бездействующего города захватывают все внимание, пока власть в руках ночи. Это именно то место, к которому принадлежит Джордж, думает он, прислоняясь к собственной машине и даже не шевелясь, когда сзади него проезжают два гонщика.       Он наслаждается зрелищем, но особенная ухмылка на его лице расцветает тогда, когда он видит, что тяжелая работа полностью окупилась, а черная Toyota Supra выходит вперед.       Небольшая вибрация на запястье привлекает его внимание, отображая на своем дисплее входящий звонок. Ухмылка Дэвидсона становится лишь шире, когда он принимает его. — Ты сделал это, детка! — Что? Думал, я не смогу? — он игриво рычит, когда видит на экране сосредоточенное лицо Сапнапа, парящее над его запястьем. Сейчас он уже летит далеко вперед по трассе, и запах паленых покрышек — единственное напоминание о нем.       Тачки безумно красивы, особенно те, к которым Джордж может приложить свою руку. Он безумно кайфует от их форм и изгибов, от того, как их краска блестит на солнце, но его любимое — это двигатели, полностью откалиброванные под своих водителей.       Фаунд известен своим мастерством. Часто бывает, что только он — тот, кому доверяют свои прекрасные машины, только он — тот, к кому приходят за ремонтом и модификациями.       Один из таких — Техно, гордый владелец золотой Lamborghini Uracan. Упомянутая машина появляется в поле зрения, громкое урчание двигателя приближается к брюнету и замедляет свой ход, паркуясь рядом. — Неужели Техно? — спрашивает Сап.       Джордж поворачивается на голос, забыв, что все еще висит на звонке с ним. — Да. Думаю, тебе стоит вернуться, остальные уже здесь.       В ответ он получает шутливый салют, а голограмма собеседника исчезает с тихим звуком и еще одной вибрацией на часах Дэвидсона.       Техно выскальзывает из машины одним движением, нажимая на кнопку, дабы закрыть двери, и Джордж хмурится. — Я все еще думаю, что это пижонство — гонять на Ламбе, — Блэйд тихо усмехается, пожав плечами. — Зато я знаю, к кому могу приехать, чтобы починить ее, если с ней что-то случится. — Я убью тебя, если узнаю, что ты умудрился разбить ее, — он издает смешок.       Техно приподнимает бровь и бросает взгляд на машину Джорджа; ее синие бока ярко блестят, отражая ночное небо. — Поверить не могу, что ты ставишь свою тачку в один ряд с моей, — говорит он, все еще глядя на нее. — Я не гонщик, Техно, — смеется Фаунд. — Но ты знаешь, насколько бережно я отношусь к ней.       Парень знает, что его авто не стоит, как крыло самолета, но его Aston Martin Vantage — личная радость и гордость. Она превосходит многие тачки в гоночной тусовке Калифорнии, ее синий цвет тут же бросается в глаза, а модификации — то, на что не стыдно и залипнуть. Люди всегда ищут ее среди гонщиков, зная, что она составит неплохую конкуренцию тем тачкам, что Джордж собирал лично.       Рык двигателя Сапнапа постепенно становится громче, пока с другой стороны к ним приближается Карл. Новичок в гоночном деле, но яростно учится и повышает свои навыки.       Ник тут же вылетает из машины, подскакивая к Дэвидсону; очевидно, что он все еще захвачен адреналином. — Это было так охуенно! — кричит он, слишком громко для человека, что стоит рядом, и хватает Джорджа за талию, поднимая и прокручивая его на своих руках.       Парень успевает лишь вскрикнуть, и бьет Сапа по плечу, дабы тот опустил его на землю. Смех раздается по всей площадке, где размещаются гонщики, паркуя свои чертовски дорогие тачки рядом с ними. — А вообще, — говорит он, опуская Джорджа на землю, — я не видел тебя целую вечность! Как идут дела?       Ник приближается к машине британца в надежде облокотиться на нее, но его тут же отпихивают. — Только посмей хоть дотронуться до нее, и я разорву тебя по частям, — рычит ее владелец.       Они знают, что это всего лишь пустая угроза, но Сапнап тут же отходит, дабы опустить очки Джорджа обратно ему на глаза. Все тут же продолжают диалог, а шутки разлетаются сразу же, как все оказываются вовлечены в разговор.       Единственный, кто молчит чуть ли не больше всех — Блэйд. Вместо этого он постоянно смотрит на часы и на дорогу, словно выжидает кого-то. Джордж вопрошающе смотрит на него, но в ответ лишь получает молчаливый отказ, мол, все в порядке.       Все становится на свои места, как только к ним приближается очередная тачка. И не какая-то, а Ferrari 488. Фаунд чувствует, как его челюсть летит на пол, а глаза пригвождены к машине, пока та паркуется около них. — Да быть того не может, — тихо шепчет Сапнап, а Джордж едва понимает, что Техно уже ушел.       Все так и стоят какое-то время в шоке, никогда не видев такую машину своими глазами. Мысли британца немного в хаосе, а руки уже тянутся к водителю, дабы расспросить его обо всем, отчаянно нуждаясь в том, чтобы запустить их внутрь этой прекрасной тачки и покопаться в ней.       Водительская дверь медленно открывается, и из нее выходит высокий незнакомый парень, которого здесь еще не видели. Его одежда выглядит чертовски дорого, более того, она великолепно подходит ему: узкие черные джинсы с массивными ботинками и черная кожанка, надетая поверх серого свитера. Поверх всего этого нацеплена огромная куча различных цепей, колец и ремней, обвивающих его торс. А вот лицо полностью скрыто.       Вместо него всем видна белая маска-голограмма со зловещей улыбкой, которая скрывает все черты лица, и неважно, с какого угла ты смотришь. Джордж оглядывает его фигуру, заинтересованно глядя на руку с ключами и на короткие блондинистые волосы, ниспадающие с головы.       Фаунд безумно заинтересован, и жаждет узнать больше. — Это Дрим, — брюнет повторяет его имя в своей голове несколько раз, пропуская его через себя, пока Техно продолжает рассказывать. — Мы встретились во Флориде некоторое время назад, но недавно он переехал сюда. Думал, вы захотели бы встретиться.       Остальные начинают представляться, каждый отвешивая комплимент машине Дрима, которые он принимает с тихой благодарностью для каждого. Кроме Джорджа: тот наворачивает круги вокруг тачки, пока ее владелец не видит этого, будучи отвлеченным оживленными Сапнапом и Карлом. — Я уже вижу этот взгляд в твоих глазах, — Фаунд поднимает голову на Техно, стоящего рядом с ним, — ты чертовски сильно хочешь заглянуть внутрь.       Британец ухмыляется. — Разумеется, — он отводит руку от машины, зная, насколько зол был бы он сам, если незнакомец тронул бы его собственную. Глаза Джорджа упали к номерному знаку, сделанному во Флориде, на котором сделана гравировка Дрим. На заказ, очевидно. — Кстати говоря, он за ней почти не следит, — добавляет Блэйд, перенося вес на правую ногу. — Гонки, дрифт, разгон. Сомневаюсь, что ее вообще когда-либо модифицировали.       По спине Джорджа бегут мурашки; мысль о том, что тачку такого калибра никогда не улучшали, растекается по венам, а нужда разобрать ее и понять все функции до малейшей становится необходимостью. — Чей Vantage стоит здесь? — Джордж поворачивается к блондину, стоящему около его машины, глядя только на нее. — Мой, — отвечает он, привлекая внимание Дрима.       Даже не видя этого, Фаунд понимает, что на лице флоридца расплывается улыбка по мере того, как он подходит к нему. — Ты, должно быть, Джордж, — говорит он, протягивая руку для приветствия. — Так и есть, — брюнет пожимает ее, игнорируя силу, с которой Тэйкен сжимает его кисть. Крепкая хватка, должно быть, привык сцеплять руки на руле.       Дрим же ловит момент и медленно, не торопясь, рассматривает внешность парня. — Так это ты царь и бог, работающий с лучшими тачками этого города? — Значит, ты слышал обо мне, — отвечает Джордж, чуть перенимая его манеру общения с улыбкой на губах.       Блондин издает смешок, поворачиваясь к собственной машине, и кладет руку на боковое зеркало. Фаунд прослеживает его движения, глядя на его руку, пока тот не открывает рот. — Разумеется. Тебя знают везде. Именно ты ведь работал с Ламбой Техно, верно?       Джордж согласно мычит в ответ, кивая головой. Тот факт, что все его друзья почему-то замолчали, прислушиваясь к их разговору, он предпочитает проигнорировать. — Отличная работа, — продолжает Дрим, по всей видимости, не понимая необычности ситуации. — Я знаю, — он ухмыляется. — Любая работа, за которую я берусь, выходит отлично. — Что ж, мне нужно убедиться в этом, прежде чем поверить, не так ли?       Джордж поднимает бровь, принимая небольшой вызов Дрима. — Возможно, так и есть…

***

      Первый раз, когда Джорджу доводится увидеть Дрима на заезде, случается где-то неделей позже их знакомства.       Настоящие гонки происходят, что удивительно, на легальной основе, в отличие от ставок, что делаются на этих же гонках. Как и большинство из них, Фаунд носит на правой руке платежный чип, предназначенный для законных операций. В левой — второй, уже не такой «чистый».       Джордж никогда не был ярым фанатом ставок на своих друзей, и пользуется вторым чипом достаточно редко, хотя в более ранние времена частенько баловался подобным.       Парень оглядывает собравшиеся машины; его взгляд перескакивает с одной на другую, и он с легкостью может назвать большинство их владельцев.       Например, в черной Tesla Model S сидит Вилбур; красивая машина для красивого парня. Британец помнит, как был против того, чтобы использовать подобную тачку в гонках, но после некоторых модификаций и тест-драйвов уже полностью уверен, что она может обеспечить Суту хорошее место.       Подъезжает Скеппи на своей Audi R8, покрас которой Джордж выполнял самолично; сейчас же росчерки краски ярко переливаются в свете уличных фонарей.       Также показываются несколько новичков, чьи машины он не узнает. Они заставляют его вспомнить о своих первых гонках, когда был таким же безрассудным и наивным. — Уже понял, чью тачку будешь высматривать сегодня вечером? — спрашивает Карл, подходя ближе.       Фаунд улыбается, замечая искорки предвкушения в его глазах. Это одна из первых официальных гонок Джейкобса, и противник не из легких; он соревнуется с парнем, который пару раз заезжал к нему за некоторыми модификациями. — Разумеется, твою, — усмехается, слегка пихая Карла плечом в плечо с шуточной ухмылкой. Он тут же успокаивается, заходясь смехом.       Присутствие кого-то позади них буквально ощущается кожей, но нельзя сказать, что этот кто-то — их недруг. — Едете сегодня? — этим кем-то оказывается Дрим, чуть хриплым голосом обозначая свое присутствие, пока оглядывает их; Джорджа в большей степени. — Карл — да, — отвечает британец, поддерживая то, что, по его мнению, является зрительным контактом. — Для него это серьезный заезд, думаю, у него все получится.       Тэйкен кивает в ответ, поворачиваясь к Джейкобсу и чуть склоняя голову. — Никогда не видел тебя на гоночном треке, но желаю удачи. Уверен, ты справишься.       Карл снова улыбается им, тихо благодаря, а после уходит искать Сапнапа, дабы подготовиться к гонке.       Некоторое время они оба стоят в тишине, глядя на удаляющегося гонщика. Фаунд машет ему, чуть улыбаясь, пока тот идет к их другу. Парень точно выиграет заезд, он уверен в этом. — А ты, Джордж? — снова поворачивается к нему блондин, а его присутствие странно заполняет пустоту вокруг. — Едешь?       Тот издает тихий смешок, мягко мотая головой. — Я уже не гонщик. Это в прошлом.       Дрим бросает взгляд на его тачку, чуть склонив голову. — Серьезно? Думал, ты один из участников.       Атмосфера между ними заставляет Фаунда чувствовать в животе что-то непонятное; ему должно быть некомфортно, даже, может, боязно. Однако что конкретно он чувствует, сказать невозможно. — Я больше полезен в своей мастерской, чем на гоночной трассе, — незаметно для себя приближается к собеседнику, — но это не из-за того, что моя тачка недостаточно хороша.       Если бы Джордж мог бы видеть лицо блондина, он бы предположил, что тот приподнял бровь чуть вверх. На губах играет вызывающая усмешка, пока в ответ на него смотрит белая голография улыбки. — Как-нибудь проверим, — Дрим в очередной раз смотрит на машину брюнета. — Кстати говоря, я сегодня участвую.       В животе Фаунда появляются бабочки. — Останься до моего заезда.       Флоридец чуть приподнимает подбородок Джорджа указательным пальцем, и когда убирает, его кожа чуть ли не горит огнем. Замерев так на какое-то время, он уходит, растворяясь в толпе. Британец так и стоит на месте, не сдвинувшись ни на миллиметр от места, пытаясь переварить произошедшее.       Этот парень чертовски горяч.

***

      Как и ожидалось, Карл выигрывает свою гонку. Едва выпрыгнув из машины, он тут же бежит к остальным с ярчайшей улыбкой на лице. Зрелище ужасно трогательное: на его лице все еще блестит румянец от адреналина, и Фаунд тут же заключает его в крепкие объятия.       Вообще, он собирался уехать тут же, как закончится заезд Джейкобса, но не хочет рушить свое обещание, данное Тэйкену.       Попрощавшись со своими друзьями и сказав, что перебросится парой слов с кое-кем и тут же уедет, он подходит к Техно, который все еще стоит в водительской зоне, явно ожидая чего-то. — Ждешь, когда поедет Дрим? — спрашивает Джордж, поднимая очки на макушку, и смотрит прямо на него. Тот кивает, тут же обращая свое внимание на трассу. — Да, он поедет через несколько заездов, — подтверждает Блэйд. — Ждешь его? — Он попросил меня.       Тот понимающе мычит в ответ. По мнению самого Фаунда, это несколько нервирует: даже если Техно чего-то не знает, он ведет и говорит так, словно в курсе происходящего, и это оседает горечью где-то внутри горла.       Не говоря ни слова, они стоят так несколько минут, и чем больше времени проходит, тем менее комфортно становится британцу. — Выглядишь так, будто волнуешься за него. Он настолько плох или что? — Нет, навыки Дрима достаточно хороши. Я, скорее, переживаю из-за того парня, с кем он едет; говорят, когда он проигрывает — приходит в бешенство.       Джордж хмурит брови, запахивает куртку и прячет нос в воротнике. Парни продолжают стоять молча, пока по площадке не разносится объявление о гонке Дрима.       Две машины, стоящие ровно на линии старта, уже дают понять, за кем стоит преимущество; однако за годы, проведенные на трассе, Фаунд знает, что успех зависит только от собственных умений. Неважно, насколько хороша твоя тачка, если ты хреново водишь — никогда не одержишь победу.       Автомобиль второго парня практически окружен, скорее всего, его друзьями: они бесперебойно кричат что-то поддерживающее, а тот постоянно сигналит в ответ, высовываясь из окна, чтобы ответить.       Разницу между двумя водителями даже можно назвать забавной: Дрим сохраняет абсолютное молчание, за тонированными стеклами даже не видно ни его лица, ни хоть какой-то заинтересованности, и его уверенность буквально заводит Джорджа.       Голограмма на линии старта начинает свой отсчет.       Пять… четыре… три… два… один…       Старт.       Дрим сразу же берет верх, его машина уже дает ему преимущество, но это не значит, что его противник настолько прост. Они сцепляются в жесткой схватке; тот хорош, но не настолько, чтобы быть угрозой для Тэйкена.       Тот легко входит в первый поворот; идеальный угол, настолько, что противник теряет контроль на доли секунды, и его маневр выходит уже не столь точным.       Фаунд тихонько выдыхает, позволяя уголкам губ чуть подняться вверх, и продолжает следить за авто Дрима; чем больше он видит его, тем выше растет его напряжение.       Он уже далеко впереди, завершает серию поворотов, отправляя машину в безумный дрифт. Сердце Джорджа пропускает пару ударов, пока тот ищет, за что бы уцепиться пальцами; слишком сильно знает, на что способна эта трасса.       На последних метрах флоридец ускоряется еще сильнее, рывком преодолевая финишную черту. — Да, — выдыхает брюнет, наблюдая за тем, как Дрим останавливает машину.       Едва поняв, что Техно снова испарился, вероятно, чтобы поздравить победителя, внимание Фаунда привлекает завершивший гонку второй ее участник. Он тут же выходит из тачки, и даже издалека видно, что он уже на взводе: бешенство читается по языку его тела.       Блондин же выходит из машины чертовски спокойным, возвышаясь над своим соперником; от него исходит аура чистой самоуверенности, смешанной с небольшим чувством превосходства. Из их разговора можно лишь выцепить пару слов, слишком уж далеко стоит Джордж. — Ты кусок дерьма! — … выиграл только из-за тачки! — Гребаный ублюдок!       Дрим выслушивает это совершенно спокойно, запуская руку в волосы, а другой прокручивает ключи на пальце, не показывая ни единой эмоции. — Ты охуел? Слушай, что я тебе говорю! — он пытается вырвать ключи у блондина, но тот оказывается быстрее; тут же сжимает их в руке, а другой — отводит кисть оппонента от себя. — Все зависит от навыков, мой дорогой. Просто ты оказался хуже меня.       Рык вырывается из груди парня, и тот становится еще более похож на злую собаку, из-за чего Джорджу приходится сдерживать смех. И все же Дрим замечает его, заставляя почувствовать мурашки, пробежавшие по спине британца, и что-то еще; что-то, что не поддается его описанию.       На пару секунд он затаивает дыхание, а затем разворачивается, направляясь к собственной машине.

***

Сапнап: Ты ведь так и не поехал домой, верно?       Джордж сидит в машине, перечитывая раз за разом восемь слов, что написал ему Ник. Он не понимает, почему солгал, просто знает, что что-то в их маленьком договоре было… слишком личным. Что-то… что должно было остаться между ними, даже если и не было секретным. Джордж: Нет.       Секундой позже встревоженное лицо Сапнапа высвечивается над приборной панелью, но парень просто не в силах ответить ему. Через несколько секунд тот сбрасывает, понимая, что Фаунд не ответит ему, по крайней мере, сейчас.       Парень так и смотрит туда, где секундами назад была голограмма Сапа; облизнув губы, тихо выдыхает, давя в себе желание уронить голову на руль.       Тихий стук в окно прерывает его одинокую вечеринку, и Джордж нажимает на кнопку, опуская стекло вниз. Снаружи показывается Дрим и его тачка, припаркованная рядом с его. Он чуть высовывается из окна, кладя голову на руки и тут же забывая об эмоциях, что чувствовал секунды назад.       Тэйкен издает смешок, облокачиваясь на свою Ferrari; рукава его худи закатаны до локтей. До этого момента брюнет даже не думал, что это может быть настолько привлекательным. — И как я проехал? — что-то в его тоне подсказывало, что парень уже знает ответ.       Джордж улыбается, глядя на него сквозь ресницы. — Великолепно, — устраивается чуть поудобнее. — Ты хороший водитель.       Парень наслаждается похвалой, делая шаг ближе к нему. — Тебе бы понравилось еще больше, если бы ты сидел рядом со мной. — Я не езжу с незнакомцами, — отвечает он томным, низким голосом, наслаждаясь тем фактом, что Дрим ловит чуть ли не каждое его слово.       Блондин чуть приближается, кладя руку около украшений на шее Фаунда. — Что делает нас незнакомцами, Джордж? — собственное имя, перекатывающееся на его языке, заставляет Дэвидсона ощутить еще больше бабочек внутри, но он старается делать вид, что это почти никак не влияет на него. — Наверное, то, что я почти ничего не знаю о тебе, Дрим.       Его рука перемещается на подбородок брюнета, придерживая его надежно и в то же время аккуратно. Джордж чувствует, как пылают его щеки, а глаза чуть округляются, когда блондин прислоняет нос к его шее. — Думаю, я знаю, как преодолеть первый барьер, — он отодвигается назад для того, чтобы британец мог хорошо видеть его, и нажимает кнопку на одной из своих цепей; белая голограмма, скрывающая его лицо, исчезает.       Фаунд невольно выдыхает; губы чуть приоткрываются, пока он старается запомнить каждую черту лица Дрима.       Он поражен.       Восхитительный момент завершается так же быстро, как и начинается; белая голограмма снова на его лице, когда Тэйкен отстраняется от него, издавая смешок. — Хорошее начало, — подмечает тот, отступая обратно к машине, — не считаешь?       Джордж молчит, будучи все еще в шоке.       Дрим не отводит взгляд даже тогда, когда открывает дверь авто, как и Фаунд, будучи не в силах отвернуться.       Склонив голову в последний раз за вечер, он все так же говорит: — Увидимся, милый, — и садится на водительское кресло, тут же исчезая в мраке ночи.       Джордж все так же сидит в машине, ошеломленный и краснеющий.