Сокровище из подворотни

      Вечером субботы после целого дня похмелья, Хосок вытягивает Юнги в клуб, чтобы немного развеяться и может подцепить кого-нибудь.       В свободное от работы время Юнги любит наряжаться. В офисе он не мог себе позволить что-то экстра модное и яркое, поэтому в выходные дни он король свэга и гордится этим. Он любит шопиться и баловать себя красивыми украшениями.       Так что Хосок не сильно удивляется, когда заехав за другом он обнаружил его в дранных джинсах, балахоне и куртке цвета хаки поверх него, исписанной кричащими надписями на английском языке. Образ дополняли мощные кроссовки и толстые серебряные цепи на шее. От него пахло дорогим парфюмом и роскошью. — Вау. — Тянет Хосок, оценивая внешний вид Юнги. Сам он в противовес своему брутальному другу был одет в ярко желтое худи почти до колен, голубые узкие джинсы и панамку кислотной расцветки. Инь и янь, ночь и день, небо и земля.       На пороге в прихожую появляется Чонгук одетый ни во что, только небольшое полотенце завязанное на мощных бедрах, худо-бедно прикрывает срам парня. — Ебать. — Только и может вымолвить Хосок уставившись в упор на Чонгука и пожирая его тело глазами.       Струйки воды стекают с черных как смоль волос парня прямо по накачанной груди, завершая свой путь в кромке полотенца, которое повязано так низко, что видно как блядская дорожка переходит в черный кустик волос, который выбивается из-под ткани. Маленькая татуировка в виде россыпи звезд аккуратно подчеркивает охуенно прокачанный пояс Аполлона. — Куда собрались? — Словно не замечая бурной реакции на свой образ говорит Чонгук. — В клуб. Оденься, яйца застудишь. — У Юнги же вид мелкого вызывает только такой отклик. — Можно с вами, хён? — Это гей-клуб. — Блять, а в нормальные места вам ходить совсем не кайф? — Это нормальный гей-клуб, че ты докопался? — Ну мне все равно заняться нечем, могу и туда с вами пойти. — А кто сказал, что мы тебя с собой берем? — Ища адрес в приложении такси, спрашивает Юнги. — Да ладно тебе, хён, — вдруг подает голос Хосок, — пусть малец развеется, че ты как дед ворчишь? — И смотрит на Гука искоса, мол гляди как я за тебя вписался. — Я уже такси вызываю, успеешь за пять минут собраться, окей. — Бурчит Юнги, а Чонгук не мешкая ни секунды скрывается за дверями своей комнаты, попутно снимая с себя полотенце, но успел таки светануть голой задницей, прежде чем дверь за ним закрылась. — Блять, — с придыханием шепчет Хосок, а Юнги скептически оценивает состояние друга. — Ты как спермотоксикозный подросток, ей богу. — А ты как великий слепец, ты вообще видишь кто с тобой в квартире живет? — Да, наглый кабан-переросток. — Я тебя реально не понимаю. Ты же гей, а рядом с тобой каждый день находится такой парень. Неужели ничего не дергается от таких видов. — Не дёргается. Потому что для меня он навсегда останется тем, кто насрал жидким поносом в мой новенький надувной бассейн, человеком. — Хёён. Мне было три года, сколько можно вспоминать этот пиздец. — Канючит почти одетый Чонгук из-за полуоткрытой двери. — Я это всю жизнь помнить буду, я же в этом бассейне плавал тогда.       Под заливистый ржач Хосока они наконец двинули в сторону такси. Чонгук не долго думал над своим образом, просто нацепил черные джинсы, черное худи и массивные черные ботинки, а сверху накинул косуху, необычного черного цвета.       Чонгук первый раз в подобном заведении, поэтому смотрит во все глаза по сторонам. Оценивает фигуры танцоров в прозрачных топах на сцене, с интересом наблюдает за целующимися парами мужчин на танцполе. Он конечно живет с геем, но Юнги никогда при нем не целовал других парней, да он и видел то их всего пару раз. Обычно они приходят незаметно и также уходят. Иногда он только по внешнему виду Юнги догадывался, что у них были гости ночью.       А тут никого не стесняясь парни зажимают друг друга под предлогом танца прямо при всех. Чонгук чувствует, что его это будоражит и распаляет. Иногда его посещают мысли, каково это быть с парнем. Особенно, когда проходя мимо спальни хена улавливает однозначные звуки. У него нет предрассудков на этот счет, он конечно всегда считал себя гетеросексуалом, но ради интереса ему хотелось бы попробовать.       Однажды, на первом курсе университета, он услышал слух про одного парня, что якобы тот гей. Он присмотрелся к нему, оценил милую внешность и недолго думая подкатил с вопросом. Получив пизды от на вид хилого парня, он не отступился и уже через неделю зажал таки его в туалете университета и поцеловал. Эксперимент не дал ни каких ответов. Вроде поцелуй был неплохой, но с девчонками не хуже. Может дело в сексе думал он, но на такое ему трудно решиться.       Не учел он тогда одну проблему, что поцелованный им парень привяжется к нему как банный лист и будет ждать продолжения. А Гук что, он попробовал и по съебам. Но парень оказался настырный и теперь он вроде как его лучший друг. Отношения они выяснили и Тэхен, так зовут этого парня, все понял и ни на что не претендовал. Но иногда на тусовках, когда они оба бывают в дымину пьяные, их прорывает на поцелуи. Сейчас у Тэ вроде как есть парень и целоваться с Гуком он стал гораздо реже, почти никогда, а тот не может понять почему его это гложет.       Видя мужчин на танцполе у него всплывает перед глазами образ зацелованного Тэхена и решает, что ему очень хочется туда, в гущу событий, ворваться в танец и может даже зажечь с кем-нибудь. Но чтобы расслабиться надо сначала немного выпить, что он и делает в компании хёнов. Они усаживаются за забронированный столик, выпивают по шоту текилы, а Чонгук еще запивает его коктейлем с диким названием «Сосок Джастина Бибера». Сосок оказывается очень крепким и уже через двадцать минут он вовсю извивается под ритмичную музыку на танцполе. Его худи и куртка покоятся на диванчике, а сам он остался в свободной белой майке, которая от пота прилипает к его телу и очерчивает рельефы мышц.       Естественно, он не остается незамеченным и на него слетается, словно мухи на мед, толпа поддатых мужиков разных возрастов и степени одетости. А он и рад стараться, пуще прежнего двигается в такт музыке с закрытыми глазами, сексуально покачивая бедрами. — Его сегодня трахнут. — Говорит Юнги наблюдая за всем этим безобразием. — Какого хуя! — Сердится Хосок. — Он что, только для меня натурал?       В этот момент Чонгук развернулся и угодил губами на губы мужчины средних лет. Недолго думая он начал с ним целоваться, но понял, что ему не нравится вкус пива на чужих губах и запах пота. Он чувствует, что ему сейчас станет плохо, поэтому пытается оттолкнуть от себя этого субъекта, но тот вцепился в него мертвой хваткой и уже во всю лапает за жопу. — Чувак, свалил. — Резко развернув на себя этого мужика, Хосок оттолкнул его подальше от Чонгука. — Не понял. — Начал было бычится “герой любовник”, но наткнулся на острый взгляд подвыпившего Хосока. При всем своем легком и веселом характере, иногда на лице Хосока мелькают такие черты, от чего в офисе, например, все вдруг начинают работать усердно или в магазине возврат ношенных вещей осуществляют без проблем. «Будь ты в деревне, коровы бы тройной удой давали, глядя на тебя». — Смеется иногда Юнги со своего друга.       Мужик как в воздухе растворился, а Хосок поворачивается к Чонгуку и смотрит уже совсем другим взглядом на него. А тот как будто первый раз его видит. Нет этого придурочного хёна с которым они вечно препираются, а на его месте сейчас охуенно красивый мужчина, который только что спас его от какого-то уебка. — Оу, господин Чон, потанцуем. — Недолго думая Гук тянет Хосока на себя за талию и заставляет двигать бедрами в такт себе.       Юнги еще давно рассказывал племяннику, что в университете Хосок ходил в танцевальный класс и что он в принципе отличный танцор. У него даже был сценический псевдоним «J-Hope» под которым тот участвовал в различных дэнс-баттлах. И вот сейчас этот самый «J-Hope» творит что-то невообразимое со своим телом под сменившийся медленный ритм песни. Его движения плавные и сексуальные, а выражение лица как будто тот не танцует, а трахается в данный момент. Чонгук зависает на этом зрелище пару минут, а потом думает «к черту все» и затягивает Хосока в мокрый долгий поцелуй. А тот и не возражает, просто притягивает к себе поближе свою добычу за затылок. Он не распускает руки а только придерживает голову Гука управляя поцелуем. Целуется он так, что у младшего крышу сносит вмиг и ведет по-страшному от происходящего. Он стонет в рот Хоби, а потом с ошалевшим видом отлепляется от него. Его дыхание загнанное и он смотрит в глаза старшего немигающим взглядом. — Что сладкий, не ожидал от меня. — С ухмылкой говорит Хосок, а тот заторможенно качает головой. — Я полон талантов. — И снова его целует, только теперь уже полноправно обнимая податливое тело младшего.       «Блядь» думает Юнги наблюдая за происходящим. С одной стороны он рад за друга, потому что прекрасно знает, что за всеми его приколами и шутками, на самом деле хранятся настоящие чувства. Но с другой, он нихрена не понимает, что творит его мелкий племянник и что он собирается делать. Он любит этих двух придурков одинаково сильно и очень не хочет, чтобы они потом страдали из-за всей этой херни.       Юнги становится душно от всех мыслей. Он хочет развеяться и покурить или подышать воздухом, он еще не решил. Поэтому прихватив бутылку пива, выходит на улицу и затягивается сигаретой. Охранник возле клуба молча кивает ему на табличку с перечеркнутой сигаретой и он отходит подальше в тихое место. Ночной воздух действует отрезвляюще и он слышит какую-то возню в глубине темного переулка.       Сначала он подумал, что кого-то страсть настигла врасплох, но потом различил жалобный скулеж, что-то наподобие: — «Пожалуйста, не надо». Не придумав ничего умнее он пошел на звук и увидел как два здоровых мужика, зажали в углу какого-то пацаненка и настоятельно что-то от него требуют. По обрывкам фраз он понимает, что те хотят от него чего-то конкретного. Не добившись видимо своего, один из них ударяет в живот мальчика и тот валится на асфальт. — Эй. Девочки, на косметику денег не хватает? — Иди куда шел, чувак. — А я уже видимо пришел, — в голосе Юнги мелькает угроза, — не хорошо вдвоем на одного нападать.       Двое бугаев наконец полностью переключают на него свое внимание. При всей своей резкости, Юнги довольно субтильный мужчина и в случае чего, пизды получит первый. Но видимо его грозный вид и уверенность во взгляде, заставляет тех поверить, что перед ними, по меньшей мере, мастер спорта по карате.       Юнги кивает по типу — "Че?" и вертит в руках начатую бутылку пива. Один из верзил настороженно смотрит пару секунд, а потом толкает своего напарника, мол пойдем. Тот еще раз смотрит на скорчившегося пацаненка: — Надеюсь, ты уяснил. Они проходят мимо Юнги и скрываются за углом, а тот подходит к парню и помогает ему встать. — Ты как, малец? Что-нибудь сломано? — Юнги видит ссадины и ушибы на лице парня, расквашенную губу и фингал который на глазах наливается цветом. — Все в порядке, спасибо. — У мальчика очень нежный голос, думает Юнги. — Спасибо еще раз. — Говорит парень и подобрав некоторые вещи разбросанные по земле, закинул их в рюкзак и грустно потелепал в другую сторону от громил.       Юнги провожает его взглядом. Он заметил, что в рюкзаке похоже вся жизнь пацана, судя по выпавшей зубной щетке, футляру для линз и баночки с шампунем. Также он понял, что у него явно какие-то неприятности, раз его прессовали такого грозного вида ребятки. Ему жалко пацана, но он ничего не может сделать. Ну не готов он лезть сейчас в чужую жизнь и решать чьи-то проблемы. Если его просят о помощи, он в большинстве случаев помогает, но навязывать свое добро он не привык. Поэтому смотря в след уходящему парню, он закуривает еще одну сигарету и выдыхает дым.       Он замечает в углу, возле мусорного жбана разноцветный предмет и при ближайшем рассмотрении понимает, что это какой-то блокнот или дневник. Видимо выпал из рюкзака парнишки. Он его поднял и быстрым шагом попытался нагнать, но того и след простыл. Не придумав ничего лучше он забрал этот дневник с собой в клуб. Он рассмотрит его попозже, может там есть адрес или номер телефона и тогда он вернет его владельцу, но сейчас ему хочется выпить.       За столом он находит вусмерть пьяного друга и такого же племяша. Они о чем-то мило воркуют заплетающимся языком, а потом видя Юнги отстраняются друг от друга. — Ну что, любовнички, решили кто пас кто актив сегодня? — Шутит Юнги. — Хён, это что-то на твоем пидорском? Да? — Буровит Чонгук. — На нашем пидорском, судя по всему. — Поправляет его старший и ржёт с них. Остаток ночи он пьет и танцует, но снять себе кого-то у него не получается, потому что когда очередной парень подходит к нему познакомится, мысли уносят его к тому несчастному мальчику из переулка. Перед глазами стоит лопнутая губа с подтеками крови и он думает, что эти губы наверное очень красивые в мирное время.