Разные

В тот поздний вечер парень вернулся в родную квартиру воодушевленным. Только переступив порог, он вдохнул полной грудью и легко выдохнул, больше не ощущая присутствия Иры в помещении. Гнетущая, давящая атмосфера растворилась в пространстве, выветрившись за приоткрытое окно. Антон ходил из комнаты в комнату и видел хорошо знакомое жилище, словно с другой стороны. Стало светлее, просторнее и это явно не из-за того, что Кузнецова освободила огромную часть гардеробной, забрала кучу разных статуэток, рамок и свой туалетный столик с зеркалом для макияжа. Нет, просто Шастун выздоравливал и пространство вокруг тоже становилось лучше. Несчастливые отношение они ведь, как болезнь, которая поражает организм постепенно, потихоньку, не позволяя на начальном этапе заметить тлетворного влияния. А потом в один день просыпаешься и ахуеваешь от того, насколько все плохо, как тело разваливается на кусочки и ты в панике запихиваешь в него, будто таблетки романтические ужины, сюрпризы, подарки, попытки убедить себя, что это временный этап, его просто нужно пережить, но ничего не помогает. Пациент скорее мертв, чем жив. Нужно резать, рубить омертвевшую часть, чтобы не сгнил весь организм и решиться на это невозможно трудно. Многие вот так гниют до конца жизни. Антон не смог и очень рад, что теперь идет на поправку. Насколько быстро ему станет окончательно хорошо неизвестно. Но слава Богу, это не был разрыв, когда тебя предают, изменяют, а любовь еще жива и приходится выдирать человека из души прямо с мясом. Это было необходимое, хирургическое вмешательство, чтобы отсечь лишнее и жить дальше. Шастун сидел в студии радиостанции, рассматривая неприметное помещение со специальным оборудованиям, крутясь на стуле. Наконец, получилось договориться об его отложенном интервью. Парень ждал начала эфира, ловя флэшбеки. Сюда он собирался именно в тот день, когда случилось злосчастное дтп. После аварии комик каждый день в течении недели постоянно мониторил разные новостные порталы и паблики в социальных сетях, боясь увидеть свою фигуру на видео или фото, где он посередине пешеходного перехода сидит, склоненный над девушкой. Но в сеть так ничего и не просочилось. Возможно, потому что те люди, которые стояли в непосредственной близости постеснялись в такой ситуации совать телефон с камерой прямо в лицо, снимать со стороны не имело смысла, слишком сильно сомкнулось кольцо из тел вокруг них, плюс на голове Антона был капюшон, пусть и на половину спущенный. В любом случае, хоть в чем-то повезло и одной головной болью оказалось меньше. Пустота в душе Шастуна потихоньку затягивалась, как и раны его новой знакомой. Синяки постепенно тускнели, проходя все этапы цветокоррекции, расползаясь на коже бледно желтыми с легкой зеленцой пятнами. Ссадины на правой части лица благодаря хорошей мази превратились в гладкие, светло розового оттенка шрамики, которые отлично рассасывались. Шастуну хотелось дотронуться до них подушечками пальцев, провести по шелковой поверхности коже рубцов. Тупое, иррациональное желание. Антон замечал, что рядом с девушкой его одолевают странные позывы. Она казалась слишком хрупкой, напоминая ребенка, если в шатенке было килограмм сорок пять, уже хорошо. Шаст оглядывал, длинную, лебединую шею, тонкие, детские пальчики, которыми она цеплялась за его огромную ладонь, когда с трудом вставала с койки. Миниатюрная фигурка в спортивном костюмчике напоминала аккуратную статуэтку, лишний раз боишься дотронуться, чтоб не навредить. Парня очень умиляла крохотность новой знакомой, он старался быть максимально осторожным и внимательным, не желая причинить лишний дискомфорт, ибо она жила в нем уже вторую неделю на постоянной основе. Но от этой какой-то сказочной эфемерности и хрупкости девушки в душе у Антона одновременно просыпался варвар. Может, таким образом проявлялось дикое, мужское начало, а может, именно данный человек рождал в нем подобные эмоции, потому что в прошлом ничего подобного актер припомнить не мог. Но Шастун ловил себя на мысли, что ему хотелось бы сжать покрепче тонкое, девичье запястье, обвить пальцами нежную шею, оставив на полупрозрачной коже темные отметины, услышав тихий, сдавленный выдох в ответ. Комик бесился от этих мимолетных картинок в своей голове, потому что не контролировал их происхождение, не знал, в какой неудачный момент мозг вдруг взбунтуется и пусть всего на секунду, но выбьет его из колеи. Подобные казусы случались не часто, поэтому Шаст не заострял на них свое внимание, списывая такую реакцию на всякие особенности психики, которая у него явно пострадала, если учитывать обстоятельства знакомства молодых людей. Может, это тоже сыграло свою роль.