Ты вытащил меня из грязи

– « Куда меня приведет эта боль? А имеет ли она конец? Я задаюсь множеством вопросов, но ни на один не нахожу ответ. Но я и не нуждаюсь в них. Сухие факты долбят в глаза своей очевидностью, и это больно. Наверное. Я давно перестал отличать боль от других чувств и эмоций. Хорошо ли это? Мне все равно. Для меня мало что имеет значение. Даже собственная жизнь не так ценна. А имеет ли она цену вообще? Имеет ли вес все те дни что я проживаю в этой грязи? Имеют ли смысл быть потраченный мною воздух? А не зря ли я трачу кислород? Может мне не дышать? Другим людям он нужнее. Другие люди должны дышать, нет, они заслужили это. Но я – нет. Я не заслужил ничего. Моё ничтожное существование висит на волоске от пропасти. И я не задумываясь бы порвал его, лишая всех возможности лицезреть моё лицо. А кому в наше время интересна мораль? Я не считаю себя отвратительно гордым, но эгоисты убили во мне доброту. Доверие давно не является для меня чем-то знакомым, но мне оно и не нужно. Хочу ли я умереть? Нет. Я лишь хочу, чтобы это закончилось. Просыпаться с бодрым желанием жить, имея планы, цели на день. Моя жизнь сплошная импровизация. Хотя, такой расклад дел меня вполне устраивает. Я лишь плыву по течению, подстраиваясь и соглашаясь с другими. Я давно не имею своего мнения. А нужно ли оно мне? Ровно настолько же, насколько разбитое в кровь лицо. Врать в моем случае – лицемерно, хотя, какая разница? Возможно, завтра меня не станет, а возможно, я снова очнусь. » – Арсений устало потёр переносицу, откладывая ручку в сторону. Он одарил циферблат равнодушным взглядом, сразу подмечая время и близость урока. Исписанную тетрадь он отложил под стопку других бумаг, ибо прятать куда-то было очень лень. Лень было даже дышать, но отрезвляющая трель звонка перебила поток нежелательных мыслей. – Ну что, Арс, за работу – пробормотал Арсений, приветствуя поток учеников натянутой улыбкой.