Глава 5. Смешанные чувства
6 ноября 2021 г., 14:59
Люди, нападавшие на команду после того, как Ланали обезвредила мятежника, освободились от его влияния и так же без сознания попадали на землю. Лали не раздумывая побежала к Максимусу. Упав рядом с ним на колени, сразу начала нащупывать пульс. Руки тряслись, ей было очень страшно, крови было так много, а сам пострадавший не подавал признаков жизни.
С третьего раза нащупав пульс, Ланали наконец-то немного выдохнула, но он был таким слабым. Она поняла — действовать нужно быстро. Под действием адреналина Лали порвала футболку Максимуса и увидела внушительную кровоточащую рану от энергетического шара. Руки её уже были в крови, но она, не обращая на это внимание, накрыла рану своими ладонями и прикрыла глаза.
Стараясь глубоко дышать, несмотря на бешено колотящееся сердце, Лали заглянула внутрь себя, высвобождая свою магическую энергию. Тепло от сердца пошло к рукам, и они засияли голубым светом. Сначала слабо, но с каждой секундой свечение увеличивалось и сияло всё ярче. Рана на груди начала медленно затягиваться. Но Ланали не открывала глаза и не могла это увидеть. Она просто продолжала направлять свою энергию на рану Максимуса, и единственное, что крутилось у неё в голове: «Пожалуйста, не умирай!» Через пару минут к ней подошли, но она не видела, кто это. Мягкое прикосновение к плечу и знакомый голос:
— Ланали, рана исцелена, пора остановиться. Ты справилась!
Только сейчас Лали осмелилась открыть глаза и убедиться в сказанном. Свечение начало угасать, и на месте кровоточащей дыры на плече Максимуса и вправду ничего не осталось, но он по-прежнему был без сознания. Ланали вся дрожала, в глазах стояли слёзы, но она не давала им вырваться наружу, держась из последних сил. Повернувшись в сторону говорившего, увидела Лиама, встревоженно смотрящего на неё.
— Лали, ты в порядке?
— Да, всё хорошо, — соврала Адамант.
На самом деле она была не в порядке. Ланали потратила слишком много сил на излечение Максимуса, а ещё нужно затереть воспоминания у всех людей, и скорее всего она будет полностью истощена после этого. Но и это волновало её меньше, Лали не понимала, почему Максимус до сих пор не приходил в себя. Он прикрыл её, несмотря на всё, что она про него говорила. Был серьёзно ранен, хотя этот удар предназначался ей, и на его месте должна быть Ланали. Если бы шар энергии попал немного левее, он бы уже умер. От последней мысли Ланали вздрогнула. Если бы это произошло, она бы точно не простила себя, ей и сейчас очень плохо из-за всех обвинений, высказанных в его сторону, а это стало бы последней каплей. Глаза снова наполнились слезами, но Лали до боли впилась в ладони ногтями и подавила нахлынувшее чувство вины. «Сейчас не время для самобичевания! Соберись, тряпка!» — отругала она себя в мыслях и произнесла вслух:
— Лиам, возьми себе помощника и доставь мятежника Совету. Он очень сильный и может очнуться от моего заклинания раньше.
— Хорошо, ты точно справишься? Ты выглядишь бледной.
— Это от адреналина, всё будет хорошо, — выдавив из себя подобие улыбки, ответила Адамант.
По взгляду Лиама она поняла, он не поверил ей. Слишком хорошо он её знал. Но и спорить не стал именно по этой причине. Нежно коснувшись её плеча, Лиам сказал:
— Пожалуйста, будь осторожна.
— Всё будет хорошо, — ответила Лали, посмотрев на него.
Лиам убрал руку и пошёл в сторону мятежника, крикнув по дороге:
— Акс, мне нужна твоя помощь!
Аксель кивнул и тут же направился в сторону друга.
А Фрея и Ингрид подошли к Ланали. Обе девушки видели состояние Лали, но говорить ничего не стали. Силтри склонилась над Максимусом и спустя несколько секунд сказала:
— Дыхание ровное и сердце бьётся нормально, он крепкий, будет в порядке. Ты спасла его.
Ланали лишь кивнула на её слова и, повернувшись к Фрее, попросила:
— Скрой нас, я буду исправлять реальность, а потом нужно дождаться Акса и Лиама, чтобы вернуться домой.
— Да, конечно, — кивнув ответила та и начала создавать скрывающую иллюзию.
Когда подруга закончила, Адамант принялась исправлять беспорядок, устроенный мятежным магом. Зная, что истощена, повернулась к Фрее и Ингрид и сказала:
— Что бы не случилось, пока я не закончу, не отвлекайте меня.
И сразу принялась за дело, не дождавшись ответа. Прикрыв глаза, Ланали начала высвобождать свою энергию, направляя на каждого человека здесь. Знакомый туман начал плотнеть и заполнять собой всё вокруг. Спустя примерно десять минут Ланали стала думать:
«Произошла утечка газа, и от этого всем стало так плохо, но уже всё хорошо, вы забудете этот день, как страшный сон, и всё вернётся на круги своя!»
Адамант продолжала повторять эти слова про себя снова и снова, чтобы достучаться до каждого человека, пострадавшего от влияния мятежника. Её начало шатать, и она упала на колени, но не остановилась, продолжая направлять туман и послания даже в самые отдалённые части захваченной мятежником территории. Фрея, увидев, как подруга упала на колени вся бледная, как лист бумаги, хотела броситься к ней, но Ингрид удержала её, прошептав:
— Осталось немного, она справится.
Профуз осталась стоять на месте, но по лицу было видно, что она безумно переживает за Лали. Такой истощенной она ещё ни разу её не видела. Ланали понадобилось ещё пара минут, чтобы справиться, и только она открыла глаза, как начал накрапывать дождь. Перед глазами всё плыло, сил подняться на ноги не было. Лани почувствовала, как Фрея оказалась рядом и обняла её и что-то говорила, но слов было не разобрать, они превратились в гул и слабели, в глазах всё потемнело, и Ланали отключилась.
Пустота, тишина и тьма, но Ланали было совсем не страшно в этой безмолвной бездне. В ней было какое-то умиротворение. Потом тьма сменилась серостью, и Ланали почувствовала чьё-то присутствие, но прийти в себя и открыть глаза, чтобы увидеть, кто это, не было сил. Кто-то нежно коснулся её лица, а затем склонился и коснулся губами лба в еле ощутимом поцелуе, прошептав:
— Храбрая малышка, спасибо, что спасла меня.
Это было приятно, и прикосновение, и поцелуй, и голос, но Лали никак не могла понять, кто это и есть ли этот кто-то на самом деле, может это просто приятный сон, наваждение. Тьма снова начала сгущаться, забирая её в свой плен, и она вновь отключилась.
***
Когда Ланали окончательно вернулась в реальность, за окном ярко светило солнце, хоть шторы в её комнате были зашторены. Она лежала в своей кровати и от чего-то была дикая слабость. Лали села, и голова немного закружилась, но это быстро прошло, и, немного посидев на краю кровати, она всё же встала. После не спеша вышла из комнаты, чтобы спуститься вниз и найти что-нибудь перекусить, так как есть хотелось жутко. В доме было тихо, и Лали подумала, что она, по всей видимости, одна. Добравшись до холодильника, сделала себе огромный бутерброд и с аппетитом съела его. Когда чувство голода немного унялось, Ланали подумала: «Почему отец не разбудил меня? Нужно же ехать в Штаб», и тут её окатило словно ледяной водой воспоминаниями о битве с мятежником. Её затрясло, картинки замелькали в памяти: обезумевшие люди, нападающие на них со всех сторон, атака, предназначенная убить, и её спаситель, и у неё вслух вырвалось: — Максимус! — Привет, Ланали, — послышался голос из-за спины. Адамант вздрогнула из-за неожиданности и резко обернулась, от чего сильно закружилась голова и перед глазами снова всё поплыло. Лали думала, что сейчас рухнет на пол, но её поймал Хармфул. — Эй, тише-тише, только не отключайся, дыши. Ланали сделала несколько глубоких вдохов и, когда кухня перестала кружиться, посмотрела на Максимуса. — Ты… ты в порядке? — Да, и всё благодаря тебе. Спасибо, — улыбнувшись, ответил Максимус, продолжая держать её в своих объятиях. Ланали почувствовала, как бешено бьётся его сердце и запах геля для душа с ароматом апельсина от его тела, а ещё как крепко он прижимает её к себе и как зелёные глаза с лёгкой тревогой смотрят на неё. Ей стало неловко, и щёки залил румянец, слишком часто она стала оказываться у него в объятиях, и смущённо сказала: — Голова уже больше не кружится, можешь отпустить меня. Максимус аккуратно поставил её на ноги и отстранился, отступая на шаг. — Я рад, что ты очнулась. — А долго я была без сознания? — Три дня. — Что? Так долго! — Корвин сказал, что ты почти полностью исчерпала себя на моё лечение и изменения реальности. Он думал, что восстановление займёт не меньше пяти дней. Так что ты ещё быстро пришла в себя. — А где папа? — Он в штабе. — А ты почему здесь? — Я сам ещё восстанавливаюсь и поэтому остался. В памяти Лали снова всплыла картина сражения: Максимус весь в крови и лежит без сознания. Она вздрогнула и, посмотрев на собеседника, сказала: — Спасибо, что перехватил атаку и спас меня, но за… — Куколка, стой! Никаких «но», не порть момент. Ланали замолчала и удивлённо посмотрела на него. — Уверен, ты хотела сказать что-то вроде, но зачем ты это сделал, ведь я так плохо отзывалась о тебе и бла-бла-бла. Я не хочу об этом слышать. Мы всё решили ещё перед заданием. — Но… — Никаких «но». Может, ты до сих пор меня опасаешься, но я понял, в этом есть какая-то причина, которой ты не можешь пока поделиться, а выпытывать я её не буду. — Ты спас меня. — А ты меня, так что мы квиты. Договорились? Ланали, поддавшись эмоциям после его слов, сократила расстояние, что их разделяло и, встав на носочки, поцеловала Максимуса в щёку. И, быстро отстранившись, ответила: — Договорились. Хармфул замер, а потом дотронулся до места поцелуя, удивлённо посмотрев на Лали, но быстро пришёл в себя и озорно улыбнулся: — Всего-то надо было чуть не умереть, чтобы расположить тебя к себе. Ланали несильно стукнула его по плечу, смущённо улыбнувшись. — Дурак! Макс заразительно засмеялся, и Лали тоже не сдержала смех. Отсмеявшись, он спросил: — Есть хочешь? — Если честно очень. — Тогда поможешь мне немного, я приготовлю ужин. — Хорошо, — улыбнулась Лали. Молодые люди так увлеклись приготовлением ужина, что время пролетело незаметно. Они много говорили на разные темы во время процесса. Оказалось, что Макс весьма эрудирован, и за его напускной дерзостью он намного глубже. Так же Ланали про себя отметила, что хоть до сих пор не знает всей правды про него, но ей уже не доставляет дискомфорт его присутствие рядом. Отчасти этому послужил его поступок при сражении, потому что, в понятии Лали, рисковать своей жизнью ради другого способен только хороший человек, а ещё, кажется, она уже просто начала привыкать к его обществу и манере общения. Когда ужин был уже готов, вернулся отец. Увидев дочь в сознании, Корвин сразу заключил её в крепкие объятия. — Родная, я так рад, что ты очнулась и уже в порядке! — Задушишь, всё хорошо, пап! — прокряхтела Лали от такой хватки отца. Корвин ослабил хватку, но не выпустил её из объятий, тихо сказав: — Прости, просто я очень переживал за тебя. — Я знаю, пап, знаю, — так же тихо ответила Ланали. Она прекрасно понимала чувства отца. Всё, что у него осталось, это она. Мама погибла, когда она была ещё совсем маленькая, и всю свою заботу и любовь Корвин дарил ей. Иногда даже слишком опекая и переживая за неё, а иногда бывая с ней слишком строгим, но Лали понимала, что всё это только из-за большой любви к ней и желания защитить от всех бед, даже понимая, что это невозможно. Ещё немного пообнимав дочь, Корвин всё же выпустил её из объятий и обратился к Максимусу, стоявшему до этого очень тихо, чтобы не мешать семейной идиллии: — Макс, а ты как себя чувствуешь? — Уже отлично, так что готов вернуться в строй. — Рад это слышать! — улыбнулся Корвин. — Ужинать будете? — поинтересовался Хармфул. — Ещё спрашиваешь, конечно да, я ещё с порога учуял этот прекрасный аромат. Что ты сегодня приготовил? — Не я, а мы, Ланали очень помогла мне с паназиатским рагу. — Так, что ты сделал с моей дочерью, и где настоящая Лали? Я ни разу не мог заставить её помогать мне с готовкой. — Вы серьёзно? Ланали согласилась даже без уговоров. — Удивительно, ты явно хорошо на неё влияешь. Может она и готовить начнёт скоро? — Пап, прекрати! — краснея от смущения, попросила Ланали. Но отец лишь басисто рассмеялся, и его смех был таким заразительным, что и Лали и Макс тоже не сдержали улыбки. Все вместе они спокойно поужинали. Корвин рассказал Ланали последние новости, которые она пропустила, восстанавливая силы, и, закончив с трапезой и уборкой остатков ужина, все разошлись по своим комнатам. Ланали приняла ванну, приготовила вещи на завтра и улеглась в кровать с книгой, чтобы немного почитать перед сном. После прочтения двух глав она сладко зевнула и, отложив книгу на прикроватную тумбу, позволила Морфею забрать себя в свое царство.***
Утром Ланали чувствовала себя бодрой и отдохнувшей, так как впервые, кажется, выспалась, вовремя остановившись от чтения книги. Быстро приняв душ, она надела приготовленную с вечера одежду и спустилась вниз выпить кофе перед поездкой в Штаб. К её удивлению, на кухне ещё никого не было, и чтобы утро началось у всех так же хорошо, как и у неё, Ланали сварила кофе на всех. К моменту, когда ароматный напиток был готов, на кухню спустился Максимус. — Доброе утро, Ланали, — поздоровался он. — И тебе, — ответила Лали и спросила: — Кофе будешь? — С удовольствием, — улыбнувшись, ответил Хармфул. Не успели ребята наполнить чашки, как на кухню вошёл отец. — Доброе утро, готовы вернуться в строй? — Доброе, да, — почти в унисон ответили Ланали и Максимус. — Отлично, тогда допиваем кофе и выезжаем. Ребята кивнули в знак согласия и через пятнадцать минут все трое вышли из дома. Дорога прошла без приключений, и вскоре они уже были на месте. Убедившись, что нежелательных свидетелей нет, Корвин применил заклинание, и они вошли внутрь. Стоило Ланали переступить порог Штаба, как она тут же оказалась в объятиях Лиама. — Я так рад, что с тобой всё в порядке! — не скрывая радости в голосе, сказал он. — Я тоже рада тебя видеть, Лиам, — обескураженная такой бурной реакции друга, ответила Ланали и начала отстраняться от него, случайно заметив недовольный взгляд Максимуса на их объятия. «Чего это он такой недовольный?» — пронеслось у неё в голове. А Макс, поймав на себе её взгляд, быстро отвёл от них глаза и прошёл в глубь главного зала. Следующей Лали в объятия заключила Фрея, и тут уже та охотно ответила на них. — Ты меня здорово напугала, подруга. — Прости, постараюсь так больше не делать. — Уж постарайся, — улыбнулась Фрея, и девушки, закончив обниматься, пошли к остальным членам команды. Ингрид и Акс тоже поприветствовали Ланали, после чего на себя привлёк внимание Корвин, обратившись ко всем: — Ребята, у меня есть важная новость для вас. Все члены команды устремили на него внимательные взгляды, после чего он продолжил: — Грядёт что-то очень серьёзное и тёмное. Последний пойманный вами последователь Синтистера на допросе сказал, что это только начало, но больше информации из него вытянуть не смогли. — Почему? — спросил Лиам. — Он применил к себе заклинание Oblivisci omnia. — Что?! — прошёлся взволнованный гул по команде. — Да, я понимаю ваш шок, но всё именно так, как вы поняли: мятежник добровольно стёр себе память. — Это какая-то дикость! — сказал Акс. — Кто в здравом уме решится на это? — поддержал его Лиам. — Тот, кому нечего терять, и в случае с мятежником всё было именно так. Его прижали к стенке, и ради высшей цели, важной для него, он пошёл на это, — ответил Корвин. — И что всё это значит? — спросила Ланали. — То, что нужно готовиться к чему-то очень серьёзному, и думаю новый последователь появится очень скоро, а значит вы должны быть готовы. — Но мы же хорошо подготовлены, Корвин, — сказала Силтри. — Как показал последний бой, не так хорошо, как хотелось бы, поэтому с сегодняшнего дня будут усиленные тренировки, и каждый из вас получит амулет усиления силы. — Серьёзно? Но разве их не выдают только после достижения магом ста лет? — удивлённо спросила Фрея. — Это было так, но Совет решил, что в сложившихся обстоятельствах можно отступить от правил, — ответил на вопрос Корвин. Повисла пауза. Все молчали, переваривая полученную информацию. Тишину нарушила Ланали: — Тогда не будем терять времени и начнём тренировку. Никто не знает, как скоро объявится новый враг, а нам нужно привыкнуть к силе амулетов. Никто возражать не стал, и тогда Корвин обратился к дочери: — Ланали, пойдём со мной, я вручу тебе амулеты. Лали кивнула и направилась вслед за отцом в его кабинет. Когда дверь за ними закрылась, отец обернулся к ней: — Свой используй только при крайней необходимости, милая, так как он усилит обе твои стороны и тёмную, и светлую. — Поняла, пап, я буду осторожна. — Я и не сомневался в тебе, просто предупредил, — ответил отец и, подойдя к сейфу, открыл его, извлекая амулеты. Он вручил дочери шесть амулетов, напоминающих собой пентаграммы из железа с прозрачным кристаллом внутри на кожаном шнурке. Забрав их, Ланали попрощалась с отцом и отправилась прямиком в тренировочный зал. Когда она вошла, Ингрид вовсю сражалась с Максимусом, и бой шёл на равных. Силтри отразила его атаку, тут же запустив в него шар энергии в ответ, но Максимус умело от него увернулся. Увидев Лали, ребята прервали тренировку и подошли к остальным. Адамант вручила каждому из членов команды по амулету, последним был Максимус. Получив его, он спросил: — И как эта штука работает? — Она усиливает твою собственную энергию, стоит на ней сконцентрироваться и направить на амулет, и любое заклинание или атака станут в разы мощнее. — Удобная штука. А почему её дают только когда магу исполняется сто лет? — Как объяснял мне отец, до ста лет мы можем не рассчитывать выброс своей энергии и полностью опустошить себя, что чревато. — Такое было с тобой, да, когда ты вылечила меня и потом меняла реальность? — став предельно серьёзным, спросил Максимус. — Да, именно так. — Понял, нужно быть аккуратнее и спасибо, что объяснила. — Пожалуйста, — ответила Лали, и они подошли к остальным членам команды. На тренировке никто не жалел себя, и ребята прошли по два круга, сражаясь между собой. Как ни странно, с силой амулетов все смогли совладать, что было хорошей новостью. Уставшие, но довольные проделанной работой ребята разъехались по домам. Ланали устала так сильно, что сразу после ужина, благо вчера они с Максимусом наготовили очень много и ждать его долго не пришлось, поднялась к себе и, освежившись в душе, быстро уснула крепким сном.***
Две недели ребята интенсивно отрабатывали новые заклинания и тренировались, спаррингуясь между собой. Ланали окончательно успокоилась на счёт Макса и перестала его опасаться. По вечерам за ужином он рассказывал понемногу о себе, иногда они обсуждали книги и выяснилось, что у них схожие вкусы. Но появился другой раздражающий Ланали фактор: она стала замечать интерес Силтри в отношении Максимуса, что, почему-то, её очень злило. После очередного выматывающего тренировками дня Ланали стояла и наблюдала, как Ингрид откровенно флиртует с Максимусом. Она была так поглощена наблюдением, что не заметила, как к ней подошла Фрея. — Подруга, ты сейчас дырку в Ингрид прожжёшь, — сказала она. Ланали вздрогнула от неожиданности и озадаченно посмотрела на Фрею. — Что? О чём ты? — Лали, тебе что, нравится Макс? — хитро на неё посмотрев, спросила подруга. Щёки Адамант вспыхнули, и она выпалила немного эмоциональнее, чем следовало: — Нет, с чего ты взяла? Фрея тут же заулыбалась: — Ясно всё с тобой. — Фрея, о чём ты? — продолжила оправдываться Ланали. — Лали, стоило мне упомянуть его имя, как ты сразу покраснела. И вы сблизились за это время. — Да, я больше не опасаюсь его, и мы нормально общаемся. — Ну-ну, и при этом ты постоянно нервно теребишь волосы, когда вы разговариваете тет-а-тет и он тебе улыбается. — Ничего я не тереблю! — возмутилась Ланали. — Конечно-конечно, но, милая, я хочу тебе только добра, ты же знаешь, и хочу дать совет: если он тебе нравится, не упускай его. Я ещё ни разу не видела тебя такой смущённой и воодушевленной рядом с парнем, — подмигнув Лали, сказала Фрея и упорхнула к Акселю, который так вовремя позвал её. Ланали ничего не успела ей ответить, так быстро подруга покинула её, но после сказанного задумалась. Она и вправду ловила — и не раз — себя на мысли, что после того, как перестала подозревать Макса в чём-то тёмном, ей стало комфортно находиться в его обществе. И видеть их с Ингрид было действительно неприятно. Неужели Фрея права, и он ей нравится? Да, он красив, это отрицать было бы глупо, а ещё он интересный собеседник, что стало для Лали открытием, ведь первое впечатление было, что он просто выскочка. Плюс его поступок, когда Максимус спас её от атаки. Все эти мысли вихрем крутилось у неё в голове, не давая спокойно на чём-то сосредоточиться. Два дня она старалась избегать Максимуса, чтобы разобраться в своих ощущениях, но это не помогло. Ей стало только сложнее во всём разобраться, ведь она поймала себя на мысли, что ей не хватает вечерних разговоров с ним. И Ланали сделала то, что всегда делала, когда нужно было разобраться в себе. Сразу по приезду домой, отказавшись от ужина, ссылаясь на усталость, она ушла к себе, переоделась и сбежала через окно в клуб. Музыка и время один на один с собой, чтобы разобраться во всём — вот, что ей было необходимо как глоток свежего воздуха. Попасть внутрь не составило труда, и Ланали сразу пошла в центр танцпола, потому что алкоголь ей был не нужен, а красивая мелодия с чёткими битами уже манила к себе. Прикрыв глаза, Лали полностью отдалась танцу. Она двигалась невероятно красиво, идеально попадая в ритм музыки. Мерцающий свет в клубе лишь усиливал эффект от её грациозных движений. Лали не замечала, с каким восхищением и желанием на неё смотрят мужчины, и с какой завистью женщины. Ей было всё это чуждо, сейчас есть только она, музыка и её танец. Полностью отпустив себя и отдавшись эмоциям, она выплескивала их через свой танец, отпуская весь негатив, переживания и тревогу, что накопились за всё это время. Полностью поглощённая танцем Ланали не заметила, как сзади к ней подошли. Незнакомец наклонился к её уху, обжигая своим дыханием, и прошептал: — Я никогда не видел, что бы кто-то двигался так изящно. Разреши потанцевать с тобой? Ланали резко вернулась в реальность и развернулась, отстраняясь от неизвестного партнёра по танцполу, но стоило ей его разглядеть, как вместо раздражения от того, что её прервали, она испытала шок. Это был Максимус Хармфул, обворожительно улыбающийся. Но, узнав её, и он поменялся в лице, улыбка сменилась удивлением. — Что ты тут делаешь? Ты следил за мной? — выпалила она. — Делать мне больше нечего, я просто пришёл отдохнуть в клуб. — Почему из всех клубов в городе ты выбрал именно этот? — Может потому, что он ближе всего к вашему дому, а в городе я ещё достаточно плохо ориентируюсь? Ответ Макса был логичным, но от этого не стало легче, Ланали сбежала от всей суеты, и в первую очередь от него, а точнее чтобы разобраться в своих чувствах, потому что соседство, кураторство и совместная работа с ним не давали ей остаться одной и во всём разобраться. Но, видимо, судьба решила добить её и свести с Максимусом в единственном месте, где она хотела побыть одна. А значит никакого отдыха не получится, и вечер испорчен. Лали решила ничего не отвечать на его слова и просто развернулась, намереваясь уйти. Максимус схватил её за руку. — Эй, ты куда? — Отпусти, я пойду домой. — Но ведь ещё рано, зачем уходить? «Потому что я хотела побыть одна!» — подумала Ланали, а вслух ответила: — Настроение уже не то. — Это из-за меня, да? — всё еще держа её за руку, спросил Макс, а выражение его лица вдруг стало очень серьёзным. — Отпусти, пожалуйста, я хочу уйти, — стараясь уйти от ответа, сказала Ланали. — Значит из-за меня. Не знаю, что я опять такого сделал тебе, Ланали, что ты снова стала избегать меня, но я не плохой и по-прежнему готов поговорить, если что-то не так, но вижу, тебе это не нужно, — сказал Максимус, мягко отпустив её руку, и развернулся, направившись в сторону бара. Ланали успела заметить его поникшее выражение лица. Угрызение совести стало мучить её, уже второй раз она так поступает, первый, когда сама же забралась к нему в комнату, и теперь сейчас. И уже у самого выхода из клуба она решила вернуться и извиниться перед Максом и объяснить, что не считает его плохим человеком, а просто хотела побыть одна. Пробравшись не без труда через толпу танцующих к бару, Лали начала искать Максимуса и спустя примерно минуту нашла в самом углу барной стойки. Молодой человек сидел один и пил, судя по виду, виски. Лали подошла к нему и села рядом на стул. Он даже не поднял на неё взгляда, покручивая в руке бокал с виски и лишь проговорил: — Девушка, найдите себе другого компаньона на вечер, я не в настроении знакомиться и общаться, прошу меня извинить. В его тоне она уловила грусть и, поддавшись импульсу, дотронулась до плеча. — Девушка, я же сказал, я не настроен на знакомство, — уже более раздражённо бросил Хармфул и посмотрел в её сторону. Лали резко отдернула руку от его сурового взгляда, а Макс, узнав её, резко поменялся в лице. Теперь он выглядел удивлённым, а не раздражённым. — Максимус, я бы хотела извиниться за резкость. Дело не в тебе, просто я… — начала было Ланали с виноватым видом. — Не извиняйся, куколка, всё в порядке, — перебил её Хармфул, улыбнувшись. Она выглядела такой растерянной и виноватой и от этого такой милой, что Максимус не смог остаться равнодушным и заставлять её перед ним и дальше извиняться. — Я просто хотела побыть одна, столько всего навалилось, — всё же закончила Адамант. — Примерно по этой же причине и я пришёл сюда, но это не мешает нам отдохнуть от всего вместе, разве нет? «Это не так просто, как кажется, потому что отчасти я сбежала и от тебя», — подумала Ланали, но вслух ответила: — Да, ты прав. — Тогда давай закажем что-нибудь выпить и просто поговорим? — предложил Максимус, а потом добавил: — Только не уходи. — Хорошо, — согласилась Ланали. Макс подозвал официанта и заказал им выпить. Беседа неспешно лилась сама собой, и Ланали опять поймала себя на мысли, что ей легко и комфортно в компании Макса. Он рассказывал ей смешные истории из своей жизни в мире людей, заставляя Лали прыскать от смеха, она тоже поделилась историей из времен школы, когда только познакомилась с Фреей и Лиамом и как всячески проверяла их, и они её не убили после этого. Так они проболтали около двух часов, и когда Лали допила третий бокал вина, Макс предложил: — Давай потанцуем? — Ну-у-у не-е-ет, — протянула Лали, мотая головой. — Ну пожалуйста, обещаю руки не распускать, — умоляюще на неё посмотрел Максимус. В зелёных глазах было столько надежды, что Ланали не устояла и согласилась, что было не совсем на неё не похоже. Максимус широко улыбнулся, услышав согласие, и, схватив её за руку, утащил за собой на самый центр танцпола. Музыка была прекрасной, и Ланали, как и Макс, сразу поймала ритм и начала двигаться. Лали отметила, что Макс танцует очень хорошо, чётко попадает в бит, движения красивые и плавные. Он протянул ей руку, приглашая составить с ним пару, и Лали второй раз за вечер нарушила свои правила, протянув руку в ответ. Хармфул притянул её к себе, деликатно приобнимая за талию, и они оба задвигались в такт музыке. Макс не позволял себе лишнего, как и обещал, лишь прикасался к её талии руками, но Лали поймала себя на мысли, что и этого достаточно, чтобы её щёки залил румянец, и хорошо, что в клубе темно и этого никто не увидел. Их танец привлёк много внимания. Макс вёл Ланали в танце, а она позволяла, с лёгкостью угадывала последовательность движений. Словно они не один год танцевали дуэтом профессионально, и когда трек закончился, кто-то из толпы крикнул: — Это было супер, — его поддержали и другие, и им даже похлопали. Теперь уже Ланали схватила Максимуса за руку и потащила обратно к бару, засмущавшись такому вниманию. Он не стал сопротивляться и проследовал за ней. — Где ты так научился танцевать? — сев обратно за стойку, спросила Адамант. Макс немного грустно улыбнулся и ответил: — В детском доме, где я рос, нам преподавали танцы, и мне очень нравились эти занятия. Это был счастливый час в неделю, в отличии от остального времени. — Я не хотела напоминать о не лучшем времени, извини, — виновато опустив глаза, ответила Лали. — Эй, ничего страшного. Это было давно, но страсть к танцам у меня осталась, я даже танцевал на улицах Нью-Йорка какое-то время с группой уличных танцоров. — Ого, ничего себе! — А ты где научилась так двигаться? — Я не училась, оно само, просто чувствую музыку и всё. Она словно сама ведёт меня. Наверное, звучит глупо, но я не знаю, как ещё объяснить. — Я понял тебя, примерно то же самое чувствую и я, — улыбнулся Максимус. Выпив ещё бокал вина в компании Макса, Лали поняла, что уже немного пьяна и пора собираться домой. — Макс, уже поздно, если хочешь оставайся, но мне уже точно пора домой. — Тогда и я пойду, нужно хотя бы немного поспать перед завтрашним днём, а ещё я не могу себе позволить, чтобы ты шла поздней ночью одна. — Поверь, я могу о себе позаботиться в случае чего. — Верю, но давай не будем это проверять? — Хорошо, — смущённо улыбнулась Лали. Расплатившись с барменом, Максимус и Ланали вышли из клуба и направились в сторону дома. Поднялся довольно холодный ветер, и Лали обхватила себя руками, вздрогнув. Хармфул это заметил и предложил: — Давай дам свою рубашку? — Тогда ты замерзнёшь. — Я не замерзну, а вот ты вся дрожишь, так что бери, — сказал Хармфул и, не дав Лали успеть возразить, снял рубашку и накинул ей на плечи. — Спасибо, так значительнее теплее, но тебе точно не холодно? Ты в одной футболке. — Точно, куколка, — посмотрев на неё и улыбнувшись, ответил Максимус. — Макс, я же просила меня так не называть, — слабо запротестовала Лали. — Прости, я постараюсь исправиться, честно-пречестно, — стукнув себя по носу, ответил он. Лали мило хихикнула на его действия, и, непринуждённо болтая, они дошли до дома. Поднявшись на второй этаж, Макс и Лали остановились около комнаты последней. — Спокойной ночи, Макс, — улыбнувшись, сказала Ланали. Хармфул же, положив руку на дверной косяк, наклонился к ней. Их разделяли считанные сантиметры. Адамант замерла, сердце бешено застучало, дыхание участилось. «Неужели он хочет меня поцеловать?!» — пронеслось у неё в голове. Лали вжалась в дверь, закрыла глаза, а губы сами собой чуть приоткрылись. Макс, увидев, как она напряжена, не стал делать того, чего на самом деле хотел, и лишь нежно коснулся её щеки губами и прошептал на ухо: — Сладких снов, Ланали. Спасибо за вечер, — и быстро направился дальше по коридору в выделенную ему спальню. Лали пулей залетела внутрь комнаты и закрыла дверь на замок. Её щеки пылали, сердце было готово выпрыгнуть из груди. Теперь она точно поняла для себя, что Макс ей нравится, и Ланали хотела, чтобы он поцеловал её у двери, но естественно испугалась этого чувства. Ведь ей не следует заводить отношений, она не должна подвергать кого-то участи хранить её тайну и рисковать всем. Но в то же время раньше она не испытывала ничего подобного ни к одному человеку, даже с Генри все было по-другому. При воспоминания о Генри стало очень грустно. Смешанные чувства начали терзать её, Лали совсем не знала, что ей со всем этим делать. К этому ещё добавилось близкое общение Макса с Ингрид. Лали видела, как она смеётся над его шутками, как касается его руки, и он не отталкивает её, а следовательно ему это нравится, а тут она со своей тайной и неопределённостью. Нужно было как-то успокоиться, и Ланали зашла в ванну и умылась ледяной водой. Это немного взбодрило её и позволило хотя бы немного успокоиться. Переодевшись в пижаму, Лали легла в кровать в надежде уснуть, но мысли о чувствах к Максимусу ещё долго не отпускали её, и она с трудом уснула лишь под утро.
