Меняющая реальность

      Ланали дёрнулась на кровати от неожиданности. Сон как рукой сняло. Сердце в груди гулко застучало как ненормальное. Макс отозвался? Ей не показалось? После такого долгого игнорирования её именно сейчас он решил ей ответить? Гнев и обида растеклись по венам. Всё это время, пока она умоляла его ответить ей, он молчал, а когда узнал, что она придёт за ним, решился отозваться в надежде отговорить? Это настолько коробило её, что Ланали, вкладывая всё своё раздражение в мысли, ответила ему:       «Даже не думай, что после твоей просьбы я отступлю!»       В сознание незамедлительно прозвучал ответ от любимого:       «Ланали, это будет ошибкой! Я не готов рисковать тобой!»       От его слов негодование лишь усилилось. Ланали вскочила с кровати и начала мерить комнату шагами, гневно сжимая и разжимая кулаки. Макс не готов рисковать? А заставлять её всё это время переживать, значит, был готов? Если бы сейчас он оказался рядом, она бы точно влепила ему пощёчину за такие речи. Но на его счастье Макс был далеко, и Лали лишь бросила в сердцах ответ:       «А так и не скажешь. Ведь ты так умело игнорировал мои сообщения!»       Макс словно был готов к такому её ответу и без промедления отозвался в сознании Лали с новым аргументом:       «Я думал, если не буду отвечать тебе, ты не вернёшься в штаб и будешь в безопасности».       «А о моих чувствах ты не думал? О том, как мне больно и страшно за тебя? О том, что меня пожирает чувство вины?» — Лали кричала это в своей голове, хоть и знала, что интонацию этим словам не придать.       Нервное напряжение от разговора было уже на максимуме, и в приступе гнева она схватила книгу, что попалась под руку на очередном круге по комнате, и со всей силы шаырнула в стену. Гулкий удар нарушил тишину в помещении. А меж тем в голове Ланали бушевала настоящая буря.       «Я заслужил твой гнев, маленькая. Каждое слово. Но прошу тебя, когда вы найдёте логово Синтестера, не приходи за мной».       От его ласкового обращения сердце болезненно сжалось в груди. Как она мечтала услышать его всё это время, но сейчас прозвище не принесло радости, а лишь усилило её раздражение. Ланали хотелось кричать, что-то сломать, но как назло даже этого она не могла сделать. Единственная плохо лежащая книга уже валялась на полу, а больше в комнате ничего не было, что могло бы полететь в стену и хоть немного помочь выплеснуть рокочущий гнев в груди Ланали. И единственное, что могла Лали, это плеваться ядом в в их разговоре.       «Не называй меня больше «маленькая». Так меня называл мой любимый молодой человек, которому было не всё равно на мои чувства!» — уколола Макса Лали на пике эмоций, и он замолчал на время.       Её всю трясло от злости. Глаза щипало от подступивших слёз, но она не позволяла себе разреветься, с силой впившись ногтями в ладони. Ей хотелось поколотить Макса, задать настоящую трёпку. Как он мог всё это ей говорить и ещё преподносить как благие намерения? Зачем вообще отозвался? Лучше бы продолжал молчать. Она только поверила в свои силы и вернулась в строй. Лучше бы она думала, что ему было недозволенно с ней поговорить, что за ним всё время следят, чем осознание, что он делал это намеренно, с желанием якобы оградить её от опасности. Вся кипя от обиды и раздражения, она послала ему последнее сообщение:       «Я приду и лично уничтожу Синтестера! Я его не боюсь и твои уговоры не смогут меня остановить!»       «Ланали, прошу, не делай этого! Это слишком опасно!» — продолжил отговаривать её Макс, но теперь уже она игнорировала его сообщения.       Ещё около часа он пытался достучаться до неё, но она не отвечала, стараясь отвлекаться на что угодно и заглушать его слова в сознании. Когда Макс наконец-то замолчал, Ланали выдохнула с облегчением. Хоть она и чертовски злилась на него, не отвечать было трудно. Но она не хотела ещё сильнее разругаться с ним, хотя осознав брошенные слова в сердцах, решила, что дальше уже и некуда. Разве что до окончательного разрыва их отношений. И если бы они продолжили общение, так бы оно и случилось. Слишком много яда в ней было сейчас и молчание в данном случае это благо.       О возможности заснуть и хоть на несколько часов забыться она и не думала. В её состоянии поспать точно не выйдет. До рассвета она пыталась занять себя разными делами: помыла посуду, занялась уборкой, приготовила поесть, все эти домашние дела немного утомили её, и Лали всё же удалось подремать пару часов, когда уже рассвело за окном.       Гудящий без умолку будильник заставил её распахнуть глаза. Яркое солнце пробивалось через ткань плотных штор, знаменуя о наступившем дне. Состояние Лали было ужасным, но её ждали в штабе, и не поехать она не могла. И так уже было упущено слишком много времени, когда она предавалась унынию несколько недель кряду. С трудом поднявшись с дивана в гостиной, где она задремала, Ланали побрела на кухню и без зазрения совести достала папину заначку с волшебным бальзамом. Несколько глотков тягучего мерцающего напитка, напоминающего по консистенции густой сироп, и ясность сознания и бодрость вытеснили усталость после бессонной и очень нервной ночи.       В полной боевой готовности, хоть и с неприятным осадком на душе после разговора с Максом, Лали собралась и отправилась в штаб. По дороге с ней связался отец. Пришлось остановиться на обочине, чтобы не попасть в аварию, хотя в такой ранний час дороги и были пустыми, но совмещать негласную речь с вождением или чем-либо ещё не самая безопасная затея. Это Лали знала как никто другой, однажды порезав себе глубоко палец, когда попыталась совместить готовку и разговор с отцом.       «Привет, милая. Ты уже проснулась?»       «Привет, пап. Да, и уже еду в штаб».       «Дочка, что-то случилось? На тебя не похоже, ехать куда-то в такую рань».       Ланали стукнула себя рукой по лбу. Отец слишком хорошо её знал и словно чувствовал, что что-то произошло. Он всегда посылал ей зов именно тогда, когда был особенно нужен. Хоть его и не было рядом неделями, но Ланали всегда чувствовала, что она не одна, и он приедет, если в этом будет необходимость. Но сейчас ей не хотелось возвращаться к состоявшейся ночью беседе. Скажи она отцу о опасениях Макса, и он тоже может встать на его сторону. Слишком хорошо они спелись на теме защиты её от всего, что может быть опасным. А этого Лали допустить не могла. Она будет участвовать в операции по поимке Синтестера. И в этот раз будет готова к схватке и обязательно победит. Не зря она освоила стихию огня, не зря тренируется не жалея сил и задерживаясь дольше остальных. Поэтому она решила не говорить о том, что Макс вышел на контакт и соврала отцу. Было неприятно это делать, но другого выхода Ланали пока не видела.       «Всё в порядке, пап. Я просто так вчера устала, что рано легла. Знаю, на меня не похоже, но мы сейчас тренируемся на пределе своих возможностей, вот организм и взял своё».       Корвин ответил после недолгой паузы. Ланали подумала, что отец попытается ещё как-то вывести её на чистую воду, но он то ли поверил ей, то ли сделал вид, что поверил:       «Понимаю. Сам устаю, как никогда в жизни. Как обстановка в штабе? Как чувствуют себя новички?»       Ланали выдохнула с облегчением и без промедления рассказала отцу все последние новости. Так же поделилась опасениями после ухода двоих из вновь прибывших. Корвин посоветовал не откладывая поговорить с ребятами и если есть какие-то опасения и вопросы решить всё как можно скорее. В нынешних обстоятельствах не хотелось бы терять ещё кого-то, но и держать насильно они права не имеют. Отец в свою очередь поделился с ней с атмосферой в Совете, которая, мягко говоря, была крайне напряжённая. Но были и хорошие новости, Корвин с Аспером укрепили свои позиции, и со дня на день будет голосование, где решат, кто станет новой главой Совета. Ланали пожелала отцу удачи в их деле, и на этой ноте они распрощались.       Лали продолжила свой путь. Несмотря на остановку и разговор с отцом, приехала она всё равно самой первой, но долго быть в одиночестве не пришлось. Арон и Алма появились в главном холле уже через десять минут.       — Доброе утро, Ланали, — хором поздоровались новички.       — Доброе утро. Как раз хотела с вами поговорить, — бодро поприветствовала их Лали.       — О чём? — поинтересовалась Алма, когда они подошли к ней.       Ланали после разговора с отцом не стала ждать более подходящего времени. И пусть сейчас не все были в сборе, возможно оно и к лучшему, поговорить с новичками по частям. Потому что с новой должностью добавилось и хлопот в виде отчётов об успехах Совету. И хоть там сейчас было неспокойно и все заняты поиском нового логова Синтестера, этих обязанностей с Лали не сняли. А обсудить волнующий её вопрос необходимо как можно скорее. Поэтому она решила, что сейчас поговорит с Алмой и Ароном, а позже найдёт время вызвать к себе и остальных ребят.       — После ухода Луи и Норта я переживаю, что и те, кто остался, могут попросить об отставке, и хотела узнать, каково сейчас остальным, вновь прибывшим в команду?       — По этому поводу не стоит переживать, Урма, Мира, Курт и Райан настроены решительно, как и мы. Каждый из нас мечтал в будущем попасть в команду, ведь это престижные должности и гордость для семей, — ответил ей Арон, опередив Алму.       — Я понимаю, что каждый из вас стремился к этой должности. Но ключевой момент здесь «в будущем». Я не отнимаю того факта, что вы невероятно талантливы и схватываете всё на лету, но вас выдернули из привычного русла и бросили сразу в гущу опасных событий.       — И мы понимаем все риски и готовы выкладываться на максимум, чтобы каждая операция завершалась победой штаба, — подключилась к диалогу Алма.       Арон кивнул в подтверждении слов напарницы. Ребята выглядели очень убедительно. В глазах читалась решимость и осознанность и эти факторы позволили Ланали выдохнуть с облегчением.       — Раз так, тогда вы меня успокоили, но если у любого из вас будут какие-либо вопросы или опасения, не бойтесь обратиться ко мне лично или любому старшему товарищу по команде.       — Обязательно обратимся, если будет такая потребность, но пока нам комфортно, насколько это возможно в сложившейся ситуации, — успокоила Ланали Алма.       И только она закончила говорить, как в штаб вошли Фрея и Аксель. По лицам друзей было видно, что они удивились такому раннему появлению Ланали в штабе, но они быстро сменили удивление на дружелюбные улыбки и поздоровались со всеми.       В течении сорока минут прибыли и остальные члены команды. Лиам был последним из всех, но его пятиминутное опоздание никто в расчёт брать не стал, ведь он принёс всем кофе и булочки. Уверенной походкой он подошёл ко всем и, вручив каждому угощение, поинтересовался у Ланали:       — Есть какие-то новости от Совета?       Простой вопрос и очень логичный, ведь Ланали как раз связывалась с отцом этим утром и доложила обстановку в штабе, параллельно рассказав об успехах новичков. Но он вернул Ланали и к ночному диалогу с Максом. Обида и злость новой волной захлестнули душу Лали. Она попыталась не показать этого, впившись ногтями в ладонь, чтобы отвлечься от эмоций переполняющих её, и сухо ответила:       — Нет, новых новостей пока нет. Так что допивайте кофе и пора начинать тренировки.       Новых вопросов не последовало, и уже через десять минут команда вернулась к привычному распорядку дня. Первые несколько часов они посвятили заклинаниям и отработке их на практике, а затем направились в тренировочный зал. Команда разделилась на пары, и начались спарринги с отработкой новых приёмов.       Ланали решила всю свою злость, что никак не хотела отпускать, выплеснуть в бою, её соперником сегодня стал Аксель. Это было ей на руку, он сильный противник и можно сразиться в полную силу. Приняв боевые стойки и надев защитные амулеты, они начали своё сражение. Друг отличался поразительной ловкостью и, словно танцуя, уходил от атак Лали, позволяя ей нападать на себя, тем самым выматывая её, но Лали это было и нужно. Она хотела выплеснуть всё накопившееся раздражение.       Прямая атака мерцающей голубой сферой, нацеленная в грудь Акса, легко была прочитана и отражена изящным уклоном вправо. Новая атака в ноги и ловкий прыжок с перекатом, чтобы уйти и от неё. Ланали всё нападала и нападала, пот выступил на лбу от напряжения, сердце гулко стучало в груди, дыхание сбилось, а злость всё не отступала, лишь начала усиливаться с каждой новой провальной атакой, от которой Акс с грацией кошки без труда уходил. И Ланали начала допускать ошибки с трудом уворачиваясь от контр-атак друга. Нервное напряжение росло. Ланали всё больше теряла контроль. В голове, некстати, всплыли слова Макса:       «Ты слишком беспечна и расслабилась. Этого делать нельзя».        От это стало особенно паршиво. Её практически затрясло от ярости. Она не справляется. Гнев ядом растёкся по венам, одурманив разум. В очередной раз уйдя от атаки Акселя, Ланали, не сумев совладать с собой, создала не тренировочную сферу, а боевую, что мерцала немного иначе, с красными вкраплениями, так как Ланали успешно овладела и стихией огня. Совершив обманный манёвр, она перекатилась в левую сторону, хотя всеми действиями показывала Аксу, что уйдёт вправо, и атаковала его. Защитный амулет сработал, и боевая сфера не нанесла Аксу серьёзных увечий, но от силы удара он отлетел в стену и ударился головой. Ланали осознала, что натворила, всего за пару секунд и сорвалась с места, подбежав к другу. Сев рядом с ним на колени, Лали хотела уже применить силу исцеления, начав искренне извиняться:       — Акс, прости! Я сейчас тебя вылечу!       — Лали, всё хорошо. Ты просто подловила меня, — ответил Аксель, попытавшись улыбнуться, а сам потёр ушибленный затылок, поморщившись.       Друг видел искренний испуг и раскаяние в глазах Лали и не хотел акцентировать на этом внимание. Ланали тоже поняла это. Акс покрывал её ошибку, потому что подошли все члены команды. Она так же видела, что Лиам, Ингрид и Фрея поняли, что произошло на самом деле, но и они не собирались подрывать её репутацию перед новичками. Ланали стало невыносимо стыдно. Она лидер, а позволила себе слабость и поддалась эмоциям. Если бы не защитный медальон — Акс бы пострадал, и это непростительно. Ланали поднялась на ноги и, стараясь казаться ничуть не расстроенной собственным провалом, сказала:       — На сегодня достаточно. Соберите весь инвентарь и расходитесь по домам.       И не дожидаясь ответа быстро покинула тренировочный зал. По коридору она почти бежала. Ей хотелось поскорее оказаться в бывшем кабинете отца, своим она это назвать до сих пор не могла. Практически влетев в него, Ланали закрыла дверь на замок и облокотилась о стену, закрыв лицо руками. Чувство вины пожирало её. Личные переживания не должны влиять на работу в штабе. Никто из ребят не виноват, что её так расстроил разговор с Максом. Ланали похлопала себя по лицу, сделала несколько глубоких вдохов, начиная потихоньку приходить в себя. В дверь деликатно постучали, и послышался знакомый голос:       — Ланали, я знаю, что ты там. Открой.       — Заходи, Фрея, — повернув ключ в замке и пуская подругу внутрь, отозвалась Лали.       Профуз вошла в кабинет и села на диван напротив стола, похлопав рядом с собой.       — Давай поговорим.       Ланали села с ней рядом, подняла виноватый взгляд на подругу и сказала:       — Как Акс? Мне так стыдно. Я не совладала с эмоциями. Это непростительно.       — Он в порядке, защитный амулет сработал без осечки. И мы не роботы, милая. Злиться это нормально, но в чём причина твоей злости сегодня? Я вижу, что что-то произошло, потому что вчера ты была собранной и спокойной.       — Макс вышел со мной на контакт, — ответила на её вопрос Ланали, тяжело вздыхая.       Фрея уже хотела обрадоваться, но по лицу подруги поняла, что ничего хорошего в этом нет. Она взяла Лали за руки и, заглянув в глаза, ласково попросила:       — Поделись со мной.       И Ланали поделилась. Пересказала весь диалог. Объяснила свои чувства и эмоции, что так терзали её.       — Да уж, разговора не вышло. Только поругались.       — А разве я могла по-другому на это отреагировать?       — Теоретически да, но ты это ты и вышло как вышло. Я считаю, вам нужно ещё раз поговорить.       — Я не буду посылать ему зов, — скрестив руки на груди и поджав губы, ответила Лали.       — Какая же ты упрямица. Ты же любишь его. Зачем так себя вести?       — Фрея, он игнорировал меня несколько месяцев! Я чуть с ума не сошла!       — Я понимаю. И не оправдываю его, но посмотри на это с другой стороны. Раз он вышел на контакт, значит за ним нет пристальной слежке и это шанс подобраться к Синтестеру, вызволить его и покончить со всем этим.       — Сомневаюсь, что он согласится помочь, если хотел, чтобы я держалась как можно дальше от всего этого.       — Теперь он знает — ты не отступишь. И логично предположить, что это поменяет его мышление.       — Логичность явно не конёк Макса. Иначе как объяснить его молчание, — ядовито бросила Лали.       — Ты ещё очень сильно обижена, но дай себе время остыть и подумай над моими словами. Хорошо?       — Я подумаю, — уже без такой прыти ответила Лали.       Фрея, как и всегда была права. Если разговорить Макса и узнать всё, что ему известно, шансов найти Синтестера в кратчайшие сроки будет больше. Но в то же время Ланали должна быть подготовлена к новому разговору. Выдавать такие эмоции больше недопустимо. Её разум должен быть с холодным расчётом.       — Вот и молодец, а теперь поехали по домам. Всем нужно отдохнуть.       — Да, поехали. Вас с Аксом подвезти?       — Не откажемся, — улыбнувшись, ответила Фрея.       Ланали вместе с подругой поднялись с дивана и, закрыв кабинет, направились в общий зал. Кроме Акселя там уже никого не было. Друг опередил Ланали с извинениями.       — Лали, я в порядке. Вижу, вы уже поговорили с Фреей и тебе лучше, а это главное. Даже не думай винить себя за случившееся.       — Вы слишком добры ко мне с Фреей. Я не справилась с внутренними переживаниями, и это отразилось на бое.       — Мы не роботы. И порой эмоции берут верх. Так что перестань себя накручивать.       — Вы точно с Фреей идеальная пара. Она сказала мне то же самое, — усмехнулась Лали.       — А то, — озорно улыбнулась Фрея, взяв Акса под руку.       Друзья рассмеялись, и вместе с их смехом ушло и нервное напряжение. И уже в более приподнятом настроении все трое покинули штаб. После того, как Ланали отвезла ребят домой, на обратной дороге она всё время думала о возможном разговоре с Максом. Что она ему скажет, какие доводы озвучит, чтобы перестал отговаривать и помог. И стоило ей переступить порог дома, как он словно почувствовал всё это и отозвался в её сознании:       «Ланали, я понимаю, что был не прав и ты злишься. Но мы можем поговорить?»       Лали прошла в гостиную, не включая свет. Села на диван, тяжело вздохнув. После разговора по душам с Фреей ей стало легче. Она смогла посмотреть на ситуацию под другим углом, но сможет ли не сорваться на Макса в этот раз, ведь обида ещё до конца не отпустила. Хотя он сам послал зов, ещё и говорит, что признал свою неправоту. Ещё несколько минут просидев в темноте и тишине наедине со своими мыслями, Ланали поняла, что сможет, по крайней мере очень постарается себя контролировать и быть рассудительной и отозвалась:       «Хорошо, что ты понимаешь, что был не прав, но и я была чересчур резка. Я готова поговорить».       Макс ответил без промедления, и Ланали ярко представила, что сейчас он выдохнул с облегчением и возможно даже улыбнулся своей очаровательной улыбкой, по которой она так скучала.       «Спасибо, маленькая!»       Сейчас его ласковое обращение уже не вызвало былую злость, но отдалась в душе тоской. Ланали подтянула колени к груди и обхватила их руками.       «Что ты хотел мне сказать?»       «Я понял, что ты не отступишь, как бы я тебя не отговаривал и какие доводы не приводил».       «Это ты правильно понял. Но почему решил снова связаться?» — ответила Лали.       «Я скучаю, безмерно».       Эти слова заставили слёзы навернуться на глазах Ланали. Она тоже тосковала по нему. Всем сердцем желала скорее найти и вернуть домой. Но Лали не успела ответить Максу об этом, потому что он снова отозвался в её сознании, и эти слова заставили похолодеть от ужаса:       «И раз ты пойдёшь до конца, я должен предупредить: Синтестер собирает смешанных, и для них есть только одна правда — Совет и все, кто с ними, это истинное зло, которое нужно искоренить любой ценой».