Forever Mine

      POV Артит       Я нахожусь в каком-то странном месте. Я больше не уверен, что такое реальность. И вот почему.       Во-первых, кольцо. Клянусь, я ничего такого не ожидал от Пи’Конга. Когда я покупал подарок отцу Пи’Конга, я случайно увидел это кольцо, которое показалось мне идеальным для того, чтобы сказать Пи’Конгу, что независимо от того, что принесёт нам будущее, я всегда буду рядом с ним. Думаю, из-за неопределённости, связанной со знакомством с семьями друг друга, я хотел уверить скорее себя, чем Пи’Конга, что моя любовь настоящая. Извращённая логика. Я знаю. Но могу гарантировать, что я совершенно точно не думал о браке.       Господи! Кто из 23-летних в здравом уме будет думать о браке, ради всего святого? У меня почти нет карьеры. Я едва ли стабилен и независим. Как, чёрт возьми, я собираюсь завести собственную семью или содержать супруга? Я не настолько сумасшедший.       Но вернёмся к изменённой реальности. Сначала Пи’Конг купил мне безумно дорогое кольцо, которое, по его словам, было недостаточно дорогим для парня Конгфоба Суттилака. И это после того, как он заплатил сумму, вдвое превышающую мою месячную зарплату. Но ни одно из других колец не подошло, потому что в них не было того самого камня, который, кстати, выглядел так красиво. Что не так с моим парнем?       Никто из нас не разговаривал по дороге к нему домой. Пи’Конг всё время разглядывал своё кольцо, улыбаясь и хихикая, что было так на него не похоже. Я же был слишком ошеломлён, чтобы думать. Затем мы оказались у него дома, и его дом снова поверг меня в изумление. Он выглядел как дворец, большой, красивый и внушительный. На самом деле это было поместье. Кованые железные ворота вели на длинную подъездную дорожку, заканчивающуюся лестницей, которая вела к массивным двойным дверям. Сам дом представлял собой двухэтажное строение с двумя крыльями, расположенными слева и справа.       Я чувствовал себя гномом перед дворцом Белоснежки.       Чтобы сделать всё ещё более нереальным, когда мы подошли к двери, она распахнулась, явив самодовольного Пи’Дравида. Что? Как? Когда? Слава богу, Пи’Конг оказался более собранным, так как после первоначального удивления он с энтузиазмом поприветствовал брата и его жену. Очевидно, они специально прилетели на выходные с младшим ребёнком. Должно быть, я успел пробормотать соответствующую реплику, поскольку следующее, что я помню, – это как меня представили отцу Пи’Конга. Кхун Креккрай Суттилак.       Все трое, отец и сыновья, были очень похожи. Но если Пи’Конг и его отец были похожи по манерам, то Пи’Дравид – наоборот. Мне сказали, что Дравид и мать Пи’Конга были похожи по характеру. Поприветствовав Кхуна Креккрая, возможно, немного ошарашенно, я вручил ему подарок, который очень тщательно выбирал после долгих консультаций с Пи’Суручи и моими родителями. Пи’Дравид попросил его открыть коробку, одновременно подшучивая надо мной за то, что я пытаюсь добиться благосклонности. Когда Кхун Крекрай не стал открывать коробку, сочтя это плохим тоном, Пи’Дравид сделал это сам. Я до сих пор гадаю, кто из них старший брат.       К тому времени мы все уже сидели за обеденным столом и завтракали – роскошным американским блюдом с разнообразными свежими фруктовыми соками. И как только он открыл маленькую шкатулку, он замер. Мне показалось, что весь мир замер, и я так испугался, что с меня пот лил ручьём.       – Папа, помнишь, на твой сороковой день рождения мама подарила тебе пару запонок? А я плакал, потому что хотел их себе? – спросил он, не отрывая взгляда от коробки.       – Да, помню. Тебе было лет шесть или семь. Тебе нравился цвет, потому что он напоминал тебе луну, – сказал Кхун Креккрай. Пи’Дравид молча повернул коробку к отцу, и тот тоже на мгновение замер. Однако на этот раз на губах Кхуна Креккрая появилась лёгкая улыбка, смягчившая старые черты. Он взял коробку из рук Пи’Дравида и посмотрел на меня.       – Спасибо, Артит. Мне очень нравится, – сказал он с нежностью в глазах, которые так напоминали Пи’Конга. Пи’Конг тоже взглянул на подарок и притянул меня к себе, чтобы обнять.       – Запонки, которые мама подарила отцу, были такого же дизайна, как и эта булавка для галстука. Тот же драгоценный камень и даже цвет. Как ты это сделал? – спросил он, отпуская меня. О, так вот в чем дело!       – Ну... Пи'Суручи сказала мне, что ваш день рождения в июне, и, порывшись в сети, я обнаружил, что камень июня – это лунный камень. И когда я увидел эту заколку для галстука, то подумал, что она вам подойдёт. Надеюсь, это не слишком, – сказал я, глядя на Кхуна Креккрая. Но прежде чем Кхун Креккрай успел ответить, вмешался Пи’Конг.       – Это слишком много. Я хоть достаточно плачу тебе, чтобы ты мог позволить себе такую сумму? – Он выглядел суровым, когда говорил это. Пи’Дравид чуть не выплюнул апельсиновый сок, который он пил в этот момент. Пи’Сриш рассмеялся, а Кхун Креккрай просто покачал головой, улыбаясь.       – Что? – спросил Пи’Конг. Казалось, что и старший брат, и отец навели справки о моей семье.       – Ты хочешь сказать, что ничего не знаешь о том, кто дедушка Артита? – недоверчиво спросил Пи’Дравид. Я вздохнул когда Пи’Конг посмотрел на меня.       – На самом деле, Пи', ничего особенного, – сказал я, пытаясь успокоить смущённого Пи’Конга.       – Ничего особенного? Ву Ли Вэй – наш главный партнёр в материковом Китае. Его младшая дочь, Ву Лифен, – мать Артита. Ты хочешь сказать, что не знал, кто работает в твоём офисе? – Пи’Дравид выглядел рассерженным. Теперь настала моя очередь удивляться. Вот чёрт!       – Пи’Конг, клянусь, я понятия не имел, что наша компания сотрудничает с yéye. От моей мамы буквально отреклись, когда она вышла замуж за моего отца, который не был богат или аристократичен. Только после моего рождения они были приняты yéye. Я и моя семья не имеем никакого отношения к бизнесу yéye. Последний раз yéye звонил мне, когда увидел рекламу, которую мы сделали для компании. Клянусь! – Я повернулся к Пи’Конгу, отчаянно пытаясь заставить его поверить.       Это правда. Я не имею никакого отношения к семейному бизнесу в Китае. Я знаю только, что yéye выделил мне небольшой трастовый фонд, потому что я был внуком семьи. Он всё ещё злился, что мама отказалась от приданого даже после того, как их приняли обратно в семью. Мне предложили те же акции компании, когда мне исполнилось 18 лет. Но я тоже отказался, поскольку не мечтал заниматься бизнесом. Так что единственное, что я от него получил – это трастовый фонд, который он учредил на мой 10-й день рождения. Конечно, это была немаленькая сумма. Но и богатым он меня не сделал. Достаточно, чтобы не беспокоиться об оплате колледжа, покупке кольца Пи’Конгу или заколки для галстука Кхуну Креккраю.       – Не беспокойся, дитя. Мы уже знаем об этом, – сказал Кхун Креккрай. Он улыбался, но мои глаза были устремлены на лицо Пи’Конга, который до сих пор не произнёс ни слова. Казалось, он глубоко задумался, и я был поражён, когда он взял свой телефон и начал просматривать что-то в интернете. Затем он буквально сдулся. Я посмотрел на Пи’Дравида, который выглядел совершенно счастливым. Ну, тут уж ничего не поделаешь.       – Пи’Конг? – позвал я, осторожно положив руку ему на плечо. И тут он взорвался.       – Ты знаешь, каков чистый капитал твоего дедушки? Это 534,6 миллиона долларов. А знаешь ли ты, что мой чистый капитал составляет 273,3 миллиона долларов? Это разница в 261,3 миллиона долларов. Он никогда не позволит мне быть твоим парнем. И забудь о браке. Он разрежет меня на несколько частей палочками для еды. Боже мой! Что мне делать? Как, чёрт возьми, я смогу стать его зятем? Почему я не знал об этом раньше? О нет! Он ведь будет против нашего брака. Тогда нам придётся сбежать. Но куда нам бежать? Что, папа? – Все трое смеялись так сильно, что у Пи’Сриш по щекам потекли слезы. Мне очень хотелось рассмеяться, но я был больше сосредоточен на том, что говорил Пи’Конг.       – Прежде всего, Пи', я Артит Ройнапат. Сын Лифен и Чета Ройнапат. Во-вторых, чистая стоимость вашей компании составляет 554,2 миллиона долларов. Вы достаточно богаты для yéye, если он решит заинтересоваться. В-третьих, с каких это пор брак входит в уравнение? – спросил я, заставив всех прекратить смеяться и посмотреть на Пи’Конга. Мне показалось, что я услышал, как Пи’Сриш пробормотала себе под нос "Он облажался". Но я мог и ошибаться, так как сосредоточился на Пи’Конге, который выглядел смущённым.       – Тогда для чего, чёрт возьми, всё это? – спросил он, показывая левую руку с кольцом. Что? Он что, серьёзно? Это чёртово кольцо-обещание!       Пи’Конг продолжил, прежде чем я успел что-то сказать.       – Нет. Ты его не заберёшь. Когда ты подарил мне это кольцо, ты пообещал мне вечность, и на твоей левой руке мой ответ. Это "да". Да, я выйду за тебя замуж. Мы поженимся, и точка! – горячо сказал он.       – Но...       – Нет.       – Я не...       – Нет.       – Ты не можешь...       – Могу и буду.       – ХВАТИТ! – прошипел я, вставая из-за стола. Пи’Конг тоже встал. Мы стояли лицом друг к другу.       – Ты не можешь принимать такие решения самостоятельно. Это кольцо – моё обещание навсегда остаться с тобой. Но брак – это совсем другое дело, Пи’Конг. Ты не можешь вот так просто прыгнуть с обрыва. Ради Бога, Пи’, мне всего 23. Я только начал свою карьеру, не говоря уже о репутации. Забудь о наших семьях. Как я смогу стоять рядом с таким человеком, как ты, и держать голову высоко поднятой? – спросил я. Я хотел, чтобы он понял, почему это плохая идея. Ведь у него, в отличие от меня, было столько всего на кону.       – Ответь мне вот что, Артит. Тебе стыдно быть моим парнем? – спросил Пи’Конг.       – Что? Нет, Пи’Конг. Конечно, нет. С чего бы это?       – Ты любишь меня? – спросил он.       – Тебе обязательно спрашивать? Конечно, я люблю тебя. Больше, чем свою жизнь, – ответил я.       – Тогда Артит Ройнапат, выходи за меня замуж. Выходи за человека, который стоит перед тобой, за Конгфоба Суттилака. Отдай мне свою жизнь, а я отдам тебе свою, пообещав защищать и лелеять. Я обещаю тебе стоять рядом с тобой, быть твоей силой и твоей слабостью. Позволь мне сделать из тебя честного человека. – Он закончил и обхватил мои щёки обеими руками. Взглянув в его глаза, я обомлел: столько любви и заботы таилось в этих ониксовых глубинах. Как я могу отказать ему? Почему я должен отказываться от этого?       И я притянул его голову к себе, чтобы поцеловать, чтобы скрепить обещание. Но Пи’Конг удержался.       – Если ты поцелуешь меня сейчас, то останешься со мной навсегда, Артит. Назад дороги не будет, – сказал он, глядя мне в глаза. Я лишь улыбнулся.       – Боже, как же я слаб, если меня поколебали только твои сладкие слова, – сказал я, прежде чем притянуть его голову к себе и поцеловать. Мы оба ухмылялись, как дураки, когда разорвали поцелуй. Затем начались аплодисменты. Все трое зрителей, которые бесстыдно наблюдали за нашим маленьким проявлением любви, были на ногах, поздравляя и поддразнивая нас за театральное представление.       Мы достаточно успокоились, чтобы закончить завтрак с большим весельем. Позже, к моему удивлению, к нам присоединились Пи’Суручи и её семья, включая мужа и младшую дочь. Что меня действительно поразило, так это то, что младшая дочь Пи’Суручи оказалась Нонг'Нин из 69-го выпуска инженерного факультета SSU. Пи’Конг это нисколько не впечатлило и он держал нас двоих на расстоянии не менее шести футов друг от друга. Мой ревнивый парень.       Именно такую картину увидели мои родители в гостиной дома семьи Суттилак. Как только мы сообщили новость, моя мама начала плакать и обнимать нас, заставив плакать всех женщин в комнате. После того как женщины успокоились, всё стало ещё более хаотичным. Они сразу же бросились планировать вечеринку по случаю помолвки, а затем призывать нас назначить дату свадьбы. Хаос продолжался весь обед и даже после него. Нам с Пи’Конгом удалось побыть наедине, когда взрослые были заняты тем, что обсуждают в таких случаях.       Мы оба лежали на кровати Пи’Конга, слегка прижавшись друг к другу, и смотрели друг на друга. Думаю, мы оба были немного ошеломлены всем, что происходило вокруг нас. Но по мере того как мы говорили о новом путешествии, в которое собирались отправиться, все наши сомнения понемногу рассеивались. Мы сошлись на том, что, хотя объявление о помолвке – это нормально, со свадьбой стоит повременить, пока мы не найдём хотя бы подходящую квартиру для проживания.       Нас разбудил от сна очень назойливый Пи’Дравид, который велел нам немедленно спуститься вниз. Когда мы освежились и спустились вниз, нас встретил неожиданный гость.