Пепел и птицы

      За целый месяц Томрис видела сына всего четыре раза. Ребенку Челеби говорит, что у нее много работы и встречаться они могут только в выходные. Они проводили время втроем, ведь его отец не собирался оставлять их наедине. Руки были связаны, она боялась пойти против Челеби, ведь он бы отнял сына окончательно.       Она знала, что Челеби что-то задумал, но вот что?..       Поговорив по фейстайму с Атласом, она поняла, что Челеби уехал, а сына оставил у госпожи Хульи. Атлас попросил, чтобы она скорее вернулась из командировки…       Челеби хоть бы предупреждал о том, что говорит сыну, чтобы она была в курсе, где сейчас находится…       Она ответила, что только в субботу приедет к нему, ведь Челеби ясно дал понять, что ей не стоит упрямиться и соглашаться со всем, что он скажет…       Но сегодня только вторник… Время тянется мучительно медленно…       Томрис сидела в кабинете, добавляя виски в чай. Только это ее успокаивает. Так она скоро сопьётся… В клинике она как призрак. Найти теперь ее можно только в кабинете. Весь этот месяц она не берётся за операции, потому что толком не спит. Не хочет рисковать пациентами из-за своего состояния. Чичек очень беспокоится и пытается влиять на Челеби через Искандера, но не получается. Девушка видится с Атласом почти каждый день. — Госпожа Томрис, к Вам пришёл гость… — позвонила секретарь. — Я занята, в следующий раз, — ответила она уже по привычке. Вторую неделю никого не принимает. Нет настроения. Да и выглядит она, мягко говоря, не очень.        Даже в отражении на поверхности чая можно увидеть мешки под ее глазами…       Несмотря на то, что Томрис отказалась кого-либо принимать, дверь в кабинет распахнулась. Она слышит знакомый голос и закатывает глаза. Челеби. — Томри-и-и-с… — увидев ее, он резко останавливается. Женщина неторопливо отложила кружку в сторону и встала со своего места. — Госпожа Томрис, простите. — забежала следом девушка. — Ничего, оставь нас, — отпустила секретаря. — Тебя не узнать… — окинул ее оценивающим взглядом.       На ней были серая водолазка и бесформенная юбка, поверх всего был надет белый халат. Все это придавало лишних объемов. — Твоими стараниями, — огрызнулась, обогнув стол. — Так не пойдёт. Мне нужно, чтобы ты собралась и выглядела как раньше. — Он подходит ближе, смотря на отросшие седые корни. — Чтобы я выглядела как раньше, в моей жизни все должно стать как раньше… — Возможно, не как раньше, но будет лучше, чем сейчас… — хитрый взгляд не давал ей покоя. — Что ты задумал? — поинтересовалась она. — У нас вечером предвыборная пресс-конференция. Ты будешь на ней со мной. — Зачем? — она искренне не понимала, что ей там делать, — После скандального развода, ты еще надеешься стать мэром? — В течении последнего месяца многое произошло, неожиданный развод Челеби в их числе. — Да, — лукаво ответил мужчина, — И ты мне в этом поможешь.       Он потянулся к ее бокалу и сделал глоток, очень хотелось пить. Обычно, он брезгливо вытирает руки салфетками, после того, как с кем-то здоровается, но Томрис одна из тех, с кем он может есть из одной ложки. — Что за? — Томрис терпеливо выжидала, — Это, пожалуй, я конфискую, — довольно улыбнулся мужчина, распробовав виски в бокале чая. Она закатила глаза.       У него слишком хорошее настроение. Это настораживало и раздражало. — Интересно как? — женщина сложила руки на груди. — Ты станешь моей женой. — Самоуверенно ответил он. — Ещё чего? — она не верила в то, что услышала, — Ты последние мозги потерял? — Я не спрашиваю, Томрис. — он неспешно потягивал содержимое ее бокала, — Сейчас приедет брачный регистратор и ты как миленькая поставишь свою роспись. — Она поняла, что он это задумал давно, ведь такие решения за день не принимаются. — Нет. — он поднял брови. — Не стану я твоей женой, даже на бумаге. — Неужели ты не соскучилась по сыну? — вкрадчиво начал он. — Ну нет. — обреченно вздохнула, не веря, что он использует ребёнка, — Не нужно впутывать Атласа в свои игры! — Так не заставляй меня это делать. — он убирает пустую кружку на стол, — К тому же, есть небольшие преимущества в том, чтобы быть моей женой… — он выдержал паузу, позволяя ей самой догадаться. — Ты дашь мне его увидеть? — Умница, Томрис. Конечно, ведь ребёнок только о тебе и говорит… — Скажу так, видеть ты его будешь гораздо чаще, — Томрис не могла скрыть радость предстоящей встречи. Снаружи ничего не изменилось, даже улыбка не тронула ее губы, а вот глаза… Заблестели, оживились, взгляд подобрел… Томрис особенная: у неё улыбались глаза… Глаза.. Он смотрит в них, не в силах оторваться. Она сама нарушает зрительный контакт, взглянув на наручные часы.       Он вначале сказал, что конференция вечером. Но вечером, это во сколько?.. — И как тебе будет полезен этот брак? — Моя репутация, ни для кого не секрет, испорчена. Политика Джемре уничтожает не только мое имя, но и капиталы моей семьи. — она прекрасно знала, что происходит, — Акции компании падают и… — И, ты хочешь, — перебила его, — чтобы упали и мои? Прекрасно… — Ц. — цокнул языком, — Я переиграю всех, сделав только один ход: женюсь на сильной и успешной женщине. Ведь такие как ты за негодяев не выходят. Поселим в людях сомнения, пусть думают, что я не такой плохой… — неплохо придумано. Будь она на его месте, сделала бы так же: это быстро и должно быть эффективно, — Сделаем так, что не она решила развестись, а я, и у нас с тобой долгие отношения, которые мы скрывали ради здоровья Джемре, а все обвинения — клевета… — он самодовольно улыбался.       Он снова хочет выйти белым и пушистым, и видимо, у него получится. Томрис в самой настоящей жопе из которой не выбраться: не хотелось подставлять Джемре и подставляться самой. — В это поверят, потому что ты не из тех, кто способен играть на публику. Если одна из самых влиятельных и уважаемых женщин Турции верит мне, более того, несмотря на эти новости, становится моей женой…       План хороший, для него, а вот для Томрис нет… Очистив его репутацию, она бросит в огонь свою. Он хочет, чтобы она подтвердила статус любовницы, а это уничтожит ее в глазах общества. Потеряет уважение. Все, что заработала… Наследство Атласа превратится в копейки, если что-то пойдет не так. Да и Джемре… Жаль ее. Вся ее борьба окажется бессмысленной.       Она приложила ладонь к пылающему лбу. — Посмотри туда, — указала она в куда-то в сторону. Челеби послушался и увидел зеркало. Точнее своё отражение, и его глаза нездорово блестели. — Ты самый ужасный человек, которого я встречала в своей жизни…       Он улыбнулся.       Она права, он и сам не знает, когда перешел ту черту, за которой он стал монстром. — Хочешь видеть сына, — казалось его голос доносился отовсюду, отбиваясь от стен, эхом звучал в ушах, — сделаешь все, что я сказал: и подпишешь, и приведёшь себя в порядок, и сыграешь вечером в любовь так, чтобы никто не усомнился, ты поняла меня?       Разумеется поняла… — Госпожа Томрис, тут пришли… — сказала девушка, оставаясь за дверью. — Раньше на восемь минут… — констатировал он и женщина догадалась, что это регистратор. — Я поняла тебя, Челеби… — едва слышно ответила она.       Вот и отлично… — подумал он. — Пропусти, Фифи, — сказала секретарю. — Как звёзды сошлись: ты даже уже в белом. — Указал взглядом на халат. — Не толкай меня на преступление, в этом кабинете слишком много острых предметов, которыми я могу полоснуть тебя по шее. — Пригрозила женщина, заставив его расплыться в самодовольной улыбке.       В кабинет вошли брачный регистратор и свидетели: Искандер и Чичек. Пока она говорила с ними, Челеби разговаривал с приятным мужчиной лет семидесяти… — Чичек?.. — Когда она увидела их, то глаз задергался, хотя, если бы они знали, то предупредили бы. — Я не знала, — прошептала девушка, — Мы с Искандером были неподалёку, когда ему позвонил господин Челеби. — А что вы делали вместе?.. — Спросила Томрис, девушка испуганно взглянула на парня. — Выбирали подарок Атласу. — Ответил младший Каябейли. Через пару дней у него день рождение. — Вы в порядке? — поинтересовалась Чичек, взяв за руку Томрис. — Почему ей быть не в порядке? — Томрис сильная женщина, и то, что каждый печётся о ней-раздражало. Челеби считал, что она не нуждается в чьей либо заботе, кроме его. Ведь в действительности, единственный, кто может ее защитить — это он, и уничтожить ее может только он… — Она ведь не душу Дьяволу продаёт, это всего лишь брак… — У тебя лоб не чешется? — спросила она указывая взглядом на линию роста волос. Челеби покачал головой, не понимая, почему она спросила. — Рога не начали расти?! Может нам просто не видно… — Брак с ним для Томрис все равно, что душу продать… Он ее персональный Дьявол… — Ха-ха, как смешно, — саркастически улыбнулся он. — Когда-то ты мечтала об этом дне… — Все расселись по местам. — Не льсти себе, Челеби, — села на стул, который он ей учтиво отодвинул, — Если кто-то о чём-то и мечтал, то это ты… — Господин Сулейман, — обратился к регистратору, не став отвечать Томрис, — давайте начнём. Пока моя благоверная не передумала.       Мужчина кивнул и приступил к делу. — Уважаемые Господин Искандер и Госпожа Чичек, сегодня мы собрались с вами, чтобы сочетать законным браком Челеби Каябейли и Томрис Устуноглу. — Мужчина делал все как положено, Каябейли не стал его торопить. Вместо этого, Челеби смотрел на Томрис и любовался упивался ее состоянием. Даже в таком виде она выглядела чудесно. — Сейчас я спрашиваю: есть ли здесь тот, кто считает, что этот брак не должен быть заключён. Пусть скажет сейчас или замолчит навеки.       Невеста против. Я против. Но вместо того, чтобы сказать, она смотрит на свои руки и поднимает взгляд на Челеби, который наблюдает за ней с нескрываемым интересом. — Госпожа Томрис, вы согласны взять в мужья господина Челеби? И быть с ним и в горе и в радости, и болезни и в здравии, пока смерть не разлучит Вас? Спустя пару мучительно длительных секунд она отвечает уверенно и не многосложно: — Да. — Вы, господин Челеби, согласны взять в жены госпожу Томрис? Быть с ней и в горе и в радости, и болезни и в здравии, пока смерть не разлучит Вас? — Согласен. — Свидетели, вы принимаете этот брак? — Принимаем. — ребята ответили вместе и переглянулись. Они поставили свои подписи. — Тогда, объявляю Вас мужем и женой. — Он берет Томрис за руку и оставляет на пальцах невесомый поцелуй. Она поднимает бровь. — Не переигрывай, Челеби, — прошептала близко к нему, чтобы услышал только он. Он довольно улыбнулся. Не знай его, она бы поверила в его чувства, что он пытается транслировать. — И пусть Ваша любовь будет вечной, а брак крепнет с каждым днём.       Он знает, если бы поцеловал ее хоть в щеку, то это было бы последней ее каплей и она убила бы его.       После она молча поднимается с места, показывая, что цирк окончен.       Челеби пожал руку регистратору. — Поздравляю, господин Челеби. — Спасибо, господин Сулейман. — Признаться честно, вы очень интересная пара. — Вот как?.. Это почему?       Мужчина, полностью седой и сутулый, хмыкнул и, прежде чем ответить, пару секунд смотрел в сторону его, теперь уже, жены. — Вы, словно любите ее, ненавидя, а она ненавидит, любя… — Челеби пару секунд молчал, пытаясь переварить сказанное, а после произнёс, в надежде, что ему объяснят что к чему: — По-моему, господин Сулейман, это одно и тоже. — Это и не важно. — ответил старичок, — Суть вы поняли… — Значит, любит… — седовласый мужчина загадочно улыбнулся, попрощался с остальными, поздравил Томрис и ушёл.       От этих слов внутри него словно зародился какой-то огонёчек… — Искандер, — обратился он к брату, — сфотографируй нас.       Хотелось запечатлеть в памяти день, когда Томрис Устуноглу стала его женой. Да и вдруг понадобятся эти фото.       Томрис закатила глаза. — Хорошо. — он достаёт телефон и пока включает камеру, Челеби подходит к Томрис. Смотрит пару секунд, а потом поправляет ей волосы. Рука Томрис в кармане сжалась в кулак. Не от того, что она зла, а наоборот, от того, что ей не противно от его прикосновений. — Улыбайся, жёнушка. — Челеби по хозяйски положил руку на ее талию. Томрис хотела убрать его руку, но он притянул ее ближе. — Это нужно нам обоим. — она посмотрела в камеру и улыбнулась. — Челеби, продемонстрируй свидетельство о браке, — раздавал указания фотограф, — Томрис, положи одну руку ему на плечо. Рука на талии отлично смотрится. — Томрис сделала как попросили, лишь бы скорее все закончилось. — Отлично, очень красиво… — Смотрит на результат и Томрис отходит от мужа, — Хотите посмотреть? — Нет. — ответила женщина. — Отправь нам на ватсап, — братишка кивнул и уже через секунду на телефоны пришли уведомления. — Чичек, тебе тоже скинул, — Девушка благодарно улыбнулась. — Искандер, вы можете ехать. — Хорошо, брат, нас как раз уже заждались в магазине. — Нас тоже… — Чичек и Иско непонимающе переглянулись и вышли, а Челеби вернул внимание к Томрис, — Женушка, настало время заняться твоим внешним видом…

***

      Спустя пару часов работы стилистов и парикмахера женщина вновь выглядела прекрасно. Челеби позаботился и нанял прекрасную команду специалистов, которые сделали из неё чуть ли не первую леди.       Они уже были в мэрии и многие не ожидали ее здесь видеть, изредка поглядывая, чтобы удостовериться, что это она. — От того, как ты сыграешь, — они проходят мимо людей, работающих тут. Те с интересом наблюдали за ними, — зависит то, когда и как часто ты будешь видеть сына. — Хорошо, я поняла. — И улыбайся, Томрис. — Как скажешь, любовь моя, — Томрис улыбнулась насквозь фальшиво и поправила ему волосы. Уборщица, что была за сценой вместе с ними, смотрела так, будто перед ней развернулся увлекательный сериал. — Умница. Поменьше фальши. — Он сплёл их пальцы и они вышли в зал навстречу вспышкам…       Томрис старалась вести себя непринужденно пока он говорил и стояла по правую руку чуть поодаль от него.        Ради Сына. Именно Так. Она не хотела скандала с отцовством, теперь будет скандал с замужеством. Во что она вляпалась. Стала женой человека, что убил ее дочь.        Будучи в своих мыслях, она пропустила всю его речь. — Почему с ним вышла Томрис? — люди из зала ничего не понимали. — Не знаю, они ведь после пожара на ножах, ничего не пойму… — Несмотря на всю ту грязь, — продолжил свою речь мужчина, — что стала неотъемлемой частью моей жизни, я рад, что остались те, кто верен мне, верит мне и выбирает меня. Спасибо моей жене… — Ничего не понимаю. Он благодарит Джемре? — девушка из зала знала Джемре и была на ее стороне, и то, что он благодарит ее, сбивало с толку. — Если бы не она, меня бы здесь не было. После всех скандалов я хотел выйти из гонки, но твоя поддержка, — он оборачивается, — твое присутствие придает мне сил, — смотрит на нее с такой любовью, что она бы поверила, — Пока за моей спиной ты, — он берет ее за руку, — я непобедим, Томрис. — прикладывает запястье к губам. — Спасибо…

Вспышки, вспышки, вспышки.

— Что? — Они женаты?! — Как это возможно? — Томрис бы рассказала мне! — Невозможно... — Челеби виновен или нет?!

Вспышки, вспышки, вспышки.

      Она накрыла его руку своей и улыбнулась ему. В зале поднялся гул несмолкаемых голосов.       Такой ли реакции хотел Челеби.?