Стая

      Стайлз закусил губу, глядя на куриную грудку. Он всё никак не мог выбрать между курицей и говяжьими стейками. Сам он предпочитал курицу, но остальные могли любить более сочное мясо. Он не знал, что любят члены стаи Дерека.       Возможно, у меня будет время, чтобы исправить это, с улыбкой подумал Стайлз.       Простояв перед морозильной камерой ещё минут десять и нелепо пялясь на мясо, которое разве что не вспыхнуло от подобного внимания, Стайлз просто сгрёб оба варианта в уже порядком заполненную тележку. Немного погодя, туда же отправились сосиски, бекон, замороженные креветки, готовый свиной и говяжий фарш. Напоследок прихватив немного ветчины и тунца для сэндвичей, он покинул мясной отдел.       Провозившись с молоком, творогом, сыром и другими молочным продуктами ещё полчаса, Стайлз, наконец, отправился к кассе. Его тележка выглядела просто монстроподобно. Он закупился на славу: от соли до трюфелей. Здесь можно было найти даже замороженную пиццу с треклятыми ананасами. И треклятые ананасы в консервированном виде.       Не обращая внимания на удрученный взгляд работника кассы, которому предстояло всё это пробить и посчитать, Стайлз принялся выкладывать всё из тележки.       Закончив, он перекатил тележку и начал складывать продукты в многочисленные пакеты, которые потом сгружал всё в ту же тележку. Перенести всё это в джип самому возможным не представлялось.       — Ты решил сделать послабление в диете Джона? — их соседка, миссис Принстон, с интересом оглядывала пачку с шоколадным шариками, что он выбрал в качестве хлопьев. Выбирая между ними и цветными звёздочками, Стайлз едва не лишился рассудка. Выбор был слишком сложным.       — Решил накормить свору несамостоятельных волков, — отбарабанил Стайлз, нисколечки не волнуясь. Миссис Принстон привыкла к его странностям и всегда согласно качала головой, когда не понимала его.       Вот и сейчас она многозначительно кивнула и пожелала удачи.       Стайлз махнул ей рукой и выкатил тележку на улицу. Перетащив пакеты в машину, он отдал тележку работнику и с облегчением сел за руль. Стайлз не был фанатом долгих покупок и шопингов, но эта вылазка должна была стоить того.       Стайлз неуверенно посмотрел на покупки, только сейчас подумав о том, что такая инициатива могла и не приветствоваться. Может, стая Дерека вообще не любит домашнюю еду. Или они не захотят терпеть чужаков на своей территории слишком часто (вся эта штука с запахами. Скотт с тех пор, как стал оборотнем, не особо любил, когда Стайлз касался его кровати или одежды).       Стайлз поумерил пыл, когда начальный энтузиазм пропал. Это было плохой идеей. Чего он вообще хотел этим добиться? Поблагодарить за уроки? Они могут и не оценить такой благодарности.       Решив не мучать себя догадками, Стайлз взял телефон, нашёл контакт Эрики и позвонил. Трубку взяли на третьем гудке.       — Бэтмен? — её голос был немного удивлённым, и Стайлз вдруг понял, что ни разу с тех пор, как она вбила ему в телефон свой номер, он не удосужился ей позвонить.       — Эрика. — Стайлз тщательно скрыл волнение в голосе. — Я тут… м-м-м… ходил за покупками. Закупался полезными продуктами для своего отца. И так уж получилось, что я купил слишком много. — Стайлз замолк на мгновение, пытаясь придумать, как предложить совместный ужин более деликатно. — Я мог бы заехать к вам и приготовить из них что-нибудь.       — Ладно. — Её лукавый и чрезвычайно довольный голос совершенно точно не стал причиной разлившейся по лицу Стайлза краски. — Мы с Айзеком сейчас в лофте. Дерек придёт как раз к ужину. Я позвоню Бойду, и он подтянется. Когда приедешь? Нужна помощь?       Стайлз закивал, чувствуя тепло в груди.       — Я приеду через полчаса. Было бы неплохо, если бы вы помогли поднять мне все эти пакеты. Дерек живёт высоко, что настоящее издевательство. — Стайлз завёл машину, что, к его вящему удивлению, удалось с первого раза, и неторопливо выехал с парковки, взяв маршрут на лофт. — Он не думает о том, как маленький и хрупкий я буду подниматься на самый последний этаж. Там даже лифта нет! Уверен, он сделал это специально, чтобы я пореже к нему заглядывал. Ему комфортнее оттачивать свою хмурость в одиночестве.       — Кто-кто, а Дерек не захотел бы, чтобы ты заглядывал пореже, — хитрый голос Эрики был буквально пронизан каким-то тайным знанием.       Стайлз недоумённо вскинул брови.       — Что ты имеешь в виду? Хмуроволк терпеть меня не может, Женщина-Кошка. Я вообще удивлён, что он согласился помочь. — Стайлз похвалил себя за то, что любую грусть, которая появлялась даже при мысли об этом, удалось скрыть. А ещё возблагодарил Луну за то, что при этом разговоре рядом не было ни одного оборотня, который мог бы учуять его эмоции.       — Ты правда так думаешь? — недоверчивый и даже возмущённый голос Эрики заставил Стайлза смущённо нахмуриться в непонимании.       — Он сам говорил, что не доверяет мне. А ещё много-много раз обещал перегрызть мне горло. На что это, по-твоему, похоже?       — Я… — Эрика замолчала, тяжело вздохнув. — Это не моё дело. Но Дерек не ненавидит тебя, Стайлз. И определённо может тебя терпеть. Может, даже хочет тебя терпеть.       Стайлз покраснел из-за её тона. В сердце закралось счастливое сомнение, что Дереку не совсем плевать… А потом Стайлз одёрнул себя, нахмурившись и не понимая, почему это вообще должно иметь значение.       — В любом случае, я уже еду. Скоро увидимся.       Недовольный вздох, который последовал за сменой разговора, был успешно проигнорирован.       — Увидимся, Бэтмен.

***

      — Почему так много? Ты же не думаешь, что мы съедим всё это, да? — Эрика смотрела на многочисленные пакеты, удивлённо вскинув брови. — Это что, оливки? Зачем нам оливки?       — Ты не представляешь, как много можно сделать из оливок, — усмехнулся Стайлз, поспешно разбирая покупки и расставляя продукты по полкам. — И нам не обязательно съедать это всё сегодня. В вашем доме нет даже чая. Можете считать это подарком.       — Ты что, купил нам продуктов, чтобы мы могли готовить? — Айзек рассматривал покупки широко раскрытыми глазами. — Но почему?       — Я… — Стайлз остановился на мгновение, держа в руках томатный соус и стараясь придумать отговорку. — Просто так? Знаете как трудно смотреть на ваши несчастные, голодные лица?       — Могу себе представить, — фыркнула Эрика, подбрасывая яблоко вверх и ловко ловя его одной рукой. — Что ты собираешься готовить?       — Почему это я буду готовить? Ты ведь хотела сказать «мы»? — Стайлз засмеялся, посмотрев на их растерянные лица, и принялся искать посуду. Довольно быстро отыскались противень, сковорода и кастрюля, и он с наслаждением провёл рукой по гладкой, гранитной столешнице. Эта кухня была огромной, с большим количеством техники и так и манила что-нибудь приготовить. Давно Стайлз не ощущал такого воодушевления. — Вы приготовите основное блюдо, а я десерт. Я дам вам инструкции, если не знаете, что делать.       — Я могу всё испортить, Стайлз. Никогда раньше не готовила, — предупредила Эрика и, решительно закатав рукава, подошла к кухонной стойке. Айзек неторопливо последовал за ней и встал рядом, вопросительно смотря на Стайлза.       — Всё бывает в первый раз, киатто умань, — Стайлз не заметил, как Эрика вопросительно на него уставилась, услышав незнакомые слова. — Просто сделаем запечённую картошку с курицей. Но сначала маринад. Вкусный маринад. — Стайлз посмотрел на них многозначительно, и оба оборотня закивали, как болванчики. — Эрика, ты будешь чистить картошку и порежешь куриную грудку. Я не люблю мясо слишком большими кусками. Айзек, ты будешь готовить маринад. Там ничего сложного… — и он пустился в подробные объяснения, попутно доставая нужные ингредиенты и поторапливая замешкавшихся бет. Дерек мог прийти в любую секунду, а он хотел успеть всё сделать до его прихода. — Когда Бойд придёт, поручим ему сделать лимонад.       — Зачем делать лимонад? Его ведь можно купить, — недовольно проворчала Эрика, неуклюже чистя картошку. Она срезала слишком много картошки вместе со шкуркой, и Стайлз со вздохом показал ей как правильно, попутно перечислив все прелести домашнего лимонада. Эрика в ответ показала язык и хлопнула его по плечу, в тайне довольная всей ситуацией. — А что будешь готовить ты?       — Касипан! Такие булочки, — довольно поделился Стайлз, вспоминая аппетитного вида булочку. — Ногицу… — он замолчал на полуслове, не зная, как Эрика и Айзек отреагируют на упоминание лиса в такой обстановке и в таком контексте. Ему вдруг стало ужасно неловко за то, что он так спокойно примирился со всем, что сделал Ногицунэ, принял каждый его поступок и даже начал сочувствовать.       Никто из стаи не разделил бы его чувств.       — Ты хотел сказать «Ногицунэ»? — после долгого молчания и переглядок с Айзеком решилась спросить Эрика, неловко улыбаясь и всеми силами стараясь показать, что тема разговора её не особо волнует или даже пугает. — Как он связан с этими твоими булочками?       — Он любит касипан. Любил, — немного подумав, ответил подросток. Он видел, что Эрика старалась его понять и принять, что было приятно.       — Поверить не могу, что он ел булочки, — неожиданно прыснула от смеха Эрика, прикрыв широкую улыбку рукой. — Я думала, он из тех типов, которые не спят, не питаются ничем, кроме страданий своих врагов, и даже не принимают душ.       — Он принимал душ. Постоянно, — вспомнил Стайлз, ухмыляясь и посмеиваясь. — Ему нравилось ощущение стекающей по телу воды. Он мог провести в душе часы. Не говоря уже о том, что он обчистил весь наш холодильник, как только овладел моим телом. Ему нравилась обычная еда, хотя он в ней и не нуждался.       — Странно слышать такое о нём, — тихо сказал Айзек, сосредоточенно выполняя инструкции по приготовлению маринада. — Легче представлять его бездушным и бесчеловечным монстром.       — Сложно думать о нём только как о монстре, — не дав себе времени, чтобы подумать, выпалил Стайлз. Эрика и Айзек посмотрели на него удивлённо, но не зло или с отвращением, и это придавало уверенности. — Вся эта история… Ношико вызвала Ногицунэ, чтобы заключить с ним сделку, согласно которой он должен был убить всех солдат в том лагере. У него даже не было возможности отказаться, понимаете? — Стайлз не заметил, как ложка, что была у него в руках, согнулась под давлением его новоприобретённой физической силы. Ему было больно вспоминать об этом — казалось, что всё это происходило с ним самим. — Они заключили сделку, которую Ногицунэ нарушить не мог — в обратном случае он потерял бы один из своих хвостов. А хвосты — единственное, что у него осталось после изгнания. Он берёг их, как ничто другое.       — А потом Ношико передумала, — понимающе кивнула Эрика, помня историю, которую миссис Юкимура им рассказывала. Тогда это не казалось таким уж несправедливым по отношению к Ногицунэ.       — Передумала, нарушила сделку, потеряла хвост и заключила Ногицунэ под Неметоном на семьдесят лет, где он почти лишился рассудка из-за голода.       — А после освобождения он выместил всю свою злобу на обычных людях, — процедил Айзек, явно думая об одном конкретном человеке. — Возможно, я многого не понимаю, Стайлз, но он убил Эллисон. Этого достаточно.       — Я понимаю. Я сам долго не мог… И я не прошу вас перестать считать его монстром. Он им и был. Но я видел более человечную его сторону. Порой мне казалось, что всё могло бы закончиться хорошо. Он был таким… подходящим. Он видел и понимал меня. И он хотел остаться. Но месть и голод оказались для него важнее.       — Ты был с ним очень близок, — понимающе кивнула Эрика, отложив очередную почищенную картошку. Её слова звучали горько. — Мы не можем винить тебя в том, что ты чувствуешь к нему что-то кроме ненависти, Стайлз. Возможно, он был кем-то большим. Не только убийцей. Но только для тебя. Я видела это в нём… Ты был для него чем-то новым. Он не знал, что делать с теми чувствами, что ты в нём вызывал. Я часто задавалась вопросом, было ли это взаимным.       — Мне жаль, — Стайлз отвернулся, чувствуя как к глазам подступают слёзы. Он поверить не мог, что они не осуждают его. Не злятся, не испытывают отвращения или ненависти. Только понимающе смотрят на него своими проницательными глазами и всем своим видом обещают поддержку. — Это не то, как я должен думать о нём. Он убил Эллисон.       — Чувства — сложная штука. Оборотень может влюбиться в охотника, а жертва одержимости — принять своего демона, — голос Айзека звучал хрипло, когда он говорил. Он не смотрел на Стайлза, задумчиво глядя на собственные руки, что продолжали готовить маринад, казалось, даже без его ведома. — И Эрика права, Стайлз. Ты был близок с ним. Вас связывало что-то большее.       — Я… — у Стайлза сжалось горло, и он не смог выдавить ни слова. Слёзы покатились по щекам, и он не сдержал всхлипа.       Тонкие, но сильные руки обхватили его со спины, прижимая к чужому телу и успокаивая. Стайлз развернулся, чтобы заключить Эрику в ответные объятия, в которых было столько благодарности и поддержки, что их можно было ощутить в воздухе.       Стайлз приподнял веки, что не желали подниматься из-за мокрых от слёз ресниц, и посмотрел на Айзека, который неловко стоял в стороне с измазанными в соусе руками.       — Иди сюда, Айзек.       Айзек усмехнулся, но медленно подошёл ближе, и его тут же утянули в групповые объятия, которые не хотелось разрывать из-за тех теплоты, спокойствия и поддержки, что они дарили.       Стайлз не знал, сколько они так простояли, но прервали их громкие шаги Бойда. Они оторвались друг от друга, измазанные в картофельном крахмале, соусе и запахах друг друга, неловко улыбнувшись и приступив каждый к своим делам.       Когда Бойд оказался на кухне, Стайлз тут же вручил ему пакет лимонов, сахар и подробную инструкцию по приготовлению лучшего лимонада в Калифорнии, после чего приступил к готовке касипан. Он сделает со сладкой пастой. Те, что Ногицунэ любил больше других.       За готовкой время летело незаметно. За окном темнело, время подходило к ужину. Картошка с маринованным мясом уже готовая ждала своего часа, прикрытая фольгой и восхитительно пахнущая. Лимонад охлаждался в холодильнике, булочки румянились в духовке. Эрика увлечённо накрывала на стол, где-то достав прилично выглядящую скатерть и неплохого вида тарелки. Айзек с Бойдом готовили салат под чётким руководством Стайлза, который свято верил в полезность овощей. Между ними царила дружеская, мирная атмосфера. Беты даже спрашивали Стайлза о его силе, о Ногицунэ и передавшихся знаниях, не избегая этой темы, как делали это все те месяцы после смерти лиса. Они слушали его ответы с интересом и даже восхищением, а главное — совсем не боялись. Стайлз не думал, что когда-нибудь был более счастлив, чем в эти часы, проведённые в лофте Дерека рядом с этими тремя подростками, с которыми раньше не мог даже разговаривать без взаимных оскорблений. Они были как… стая.       — Я что, чувствую запах готовящейся еды? Вы здоровы, детишки? — неожиданно послышался голос Питера, заставив Стайлза, который, несмотря на свой улучшенный слух, не сумел уловить приближение мужчины, вздрогнуть. — О, — Хейл остановился, увидев Стайлза, и начал с любопытством его оглядывать, — неужели, это наш лисёнок?       В груди что-то яростно вспыхнуло, когда Питер назвал его этим прозвищем. Так его называл только он, Ногицунэ, и никто больше.       — Не называй меня так, зомби-волк, если тебе дорог твой хвост.       — Только если ты прекратишь называть меня этим нелепым прозвищем, — усмехнулся Питер. — Вы решили использовать кухню по назначению? Впервые после приобретения этого замечательного места?       — Так бы и сказал, что хочешь присоединиться, зонби о джи сан, — Стайлз пакостливо улыбнулся, видя недовольство на лице мужчины. Он ощущал запахи эмоций острее, чем оборотни, и мог учуять лёгкую печаль, что источал Питер, смотря на их приготовления. Он словно ностальгировал, вспоминал что-то, что хотел вернуть, но понимал, что этому никогда не быть. А насмешливое выражение лица было просто умелой маской. — Если ты поможешь мне сделать рулетики с сыром и ветчиной, можешь присоединиться к нам.       — Ты же понимаешь, что слово «зомби» можно понять, даже когда ты говоришь его на японском? — Питер закатил глаза, когда Стайлз показал ему язык. Постояв немного в отдалении, он медленно подошёл ближе, всем своим видом показывая, что делает это исключительно, чтобы позабавиться. Никто в комнате на это не повёлся. — Тебе лучше добавить в эти рулетики чеснок. Они слоёные?       — Не думал, что ты разбираешься в кулинарии, — подозрительно прищурился Стайлз, но пододвинул поднос с нарезанной начинкой ближе к оборотню. — Сделай их сам. Кажется, я видел, как Айзек добавил в салат красную рыбу. За этими двоими нужен глаз да глаз, иначе все мы получим несварение желудка.       — Кажется, ты говорил, что я должен только помочь.       — Ты и помогаешь! И твоя помощь неоценима, так что можешь гордиться своим великим вкладом в сегодняшний ужин.       Питер не стал отвечать на эту нелепость, только отвернулся, едва сдерживая фырканье. Он нашёл чеснок и принялся делать то, чем не занимался уже много лет, с того злополучного дня, как сгорела его семья, — готовить.       Питер чувствовал себя на удивление спокойно в компании бет своего племянника. Он уже давно привык к частому присутствию Айзека, Бойда и Эрики рядом, но никогда не пытался сблизиться с ними по-настоящему. Стайлз же всегда казался ему особенным, другим, тем, кому не место рядом с таким идиотом, как Скотт МакКолл. И сейчас, видя как он взаимодействует с бетами, Питер понимал, что Стайлз должен стать полноценной частью стаи Дерека, чтобы залатать многочисленные бреши и заполнить пустоты, которых у стаи было в изобилии. Возможно, этот невероятный юноша даже смог бы сделать самого Питера равноправным членом будущей стаи. Между ними ведь была какая-то связь, что образовалась в тот день, на парковке, когда Стайлз решительно отказался от великодушно предложенного укуса, выглядя оскорблённым и даже злым. Именно тогда Питер посмотрел на Стайлза иначе. Внимательно и оценивающе, потому что мало кто отказался бы от силы так просто.       Сейчас Питер был рад, что Стайлз отказался в тот день. Если бы он принял укус, никогда бы не смог получить способности лиса, которые подходили ему куда больше.       — У тебя хорошо получается, — послышалось совсем рядом, и Питер замер.       Эрика подобралась совсем тихо, наблюдая за работой мужчины. Она откинула волосы за спину и улыбнулась, обнажая зубы.       Питер вежливо улыбнулся в ответ, не отрываясь от своего занятия.       — Полагаю, тебе что-то нужно?       — Я подошла просто так, дядюшка, — игриво бросила Эрика и засмеялась. Питер посмотрел на неё, не особо впечатлённый её выходками. — А если серьёзно, я просто хотела кое-что спросить.       — Можешь считать, что я заинтригован, — Питер действительно заинтересовался, оглядывая девушку внимательнее. Та выглядела невозмутимой, но запах передавал её неуверенность. — Что могло привести тебя ко мне? Я не пользуюсь особым доверием или популярностью среди вас, детишек.       — Не жалуйся. Если верить рассказам Дерека, это вполне заслуженно. Да и выглядишь ты… Если бы точно не знала кто ты, приняла бы тебя за маньяка.       Питер оторвался от готовки и возмущённо посмотрел на ухмыляющуюся девушку.       — Прошу прощения?       — Не бери в голову, — отмахнулась Эрика. — Лучше вернёмся к моему делу. Мы тут с Бойдом и Айзеком придумали кое-какой план. Многообещающий и перспективный. — Она многозначительно указала на Стайлза, который в настоящий момент отгонял Бойда от остывающей картошки, и обвела лофт широким жестом руки. — Понимаешь?       — Вы хотите сделать лисёнка частью стаи, — ухмыльнулся Питер. Эрика возмущённо шикнула и посмотрела в сторону Стайлза, но он ничего не услышал, слишком занятый выковыриванием рыбы из салата. — Это вполне разумно и понятно. Я подумал о том же, когда увидел его здесь.       — Ну вот! Значит вся стая «за». — Эрика скрестила руки на груди, не замечая, как у Питера вытянулось лицо в удивлении, когда она косвенно назвала его частью стаи. — А теперь придумай, как провернуть это побыстрее. Ты же у нас гений тактики и стратегии.       — Он ведь уже здесь. Значит, вы неплохо справляетесь.       — Стайлз сам решил прийти. Купил все эти продукты и заставил нас готовить. Мы даже ничего и не делали. — Эрика отвернулась от Стайлза, за которым всё это время наблюдала, и посмотрела на Питера почти умоляюще.       Питер улыбнулся, глядя на это, и опёрся руками о стол, напряжённо размышляя.       — Стайлз не из тех, кто дарит свою верность просто так. Вы должны были сделать хоть что-то, чтобы он захотел провести с вами время. — Питер начал аккуратно выкладывать ветчину на тесто, чтобы хоть как-то себя занять. — Может быть, он благодарен вам за то, что вы помогли ему, когда Ногицунэ захватил его тело. Вы общались после этого?       — Не особо много. Он постоянно был занят — тренировался. Вся эта внезапно свалившаяся сила и всё прочее. — Эрика задумалась на несколько секунд, а потом неуверенно оглянулась, проверяя слушает ли их Стайлз. Тот не слушал. — Мне кажется, дело именно в Ногицунэ. Айзек рассказывал, как Скотт бросил его, когда узнал, что Стайлз ест боль в больнице. Вероятно, это сильно на него повлияло.       — А вы, значит, не против? Его новая сила, потребности. Вас это не пугает? — Питер понял, что приблизился к источнику их проблемы. Точнее, к решению.       — Конечно, нет! — фыркнула Эрика, выглядя возмущённо. — Он всё тот же Стайлз. Хотя и более сильный.       — Именно поэтому он и захотел провести с вами время, детишки. Вы не осуждаете его за то, что он не в силах контролировать. Принимаете таким, какой он есть. — Питер мысленно поаплодировал идиотизму МакКолла, который оттолкнул Стайлза и сам того не ведая способствовал его сближению с бетами Дерека.       — Но…       — Питер! — Стайлз подбежал к ним, выглядя испуганным. Питер приподнял бровь, видя его панику. — Дерек подъехал к дому! Я его слышу!       — Ну и что? — Питер закончил сворачивать рулетики, и принялся переставлять их на противень, который Стайлз пихнул ему в руки. — Мой племянник в состоянии подождать несколько минут. Откуда столько паники, лисёнок?       — Я не паникую! — возмутился Стайлз, тут же расслабляясь и выглядя при этом крайне комично. Питер не сдержал смешка, как и беты, что и вовсе начали хохотать. — Это не смешно! — Стайлз тоже улыбнулся, невольно подхватывая общее настроение, но тут же стал серьёзным. — Эй, а он вообще любит сладкое? Я сделал касипан со сладкой пастой, потому что их любит Ногицунэ, но ведь Дерек может их и не любить! Надо было обдумать это заранее.       Питер удивлённо хмыкнул, когда услышал с какой лёгкостью и даже теплотой говорит о Ногицунэ Стайлз, но не стал вдаваться в подробности.       — Когда он был маленьким, Талия постоянно прятала от него всё сладкое в доме, потому что он мог съесть несколько килограмм конфет в один присест. Не волнуйся, Стайлз, он съест твою сладкую пасту и даже попросит добавки. — Питер нашёл чистое полотенце, что висело на спинке стула, и вытер руки, после того, как положил противень в духовку и настроил нужную температуру.       Питер смотрел на то, как Стайлз облегчённо вздыхает и отмахивается от беззлобных насмешек Эрики, и с трудом сдерживал улыбку. Впервые за многие годы он мог ощутить, как звенят узы стаи, укрепляясь с каждой секундой, делая его, как и остальных оборотней, сильнее. Он успел позабыть как прекрасно чувство единения со стаей, где все дополняют и поддерживают друг друга.       Питер чувствовал себя вовлечённым, чувствовал, что становится частью чего-то большего, и знал, что благодарить нужно Стайлза, который непринуждённо и с врождённой лёгкостью сплотил разрозненную стаю оборотней всего за несколько часов.       «Он, — думал Питер, с ухмылкой наблюдая за взаимодействием Стайлза и удивлённого, но довольного Дерека, — станет частью нашей стаи. Или я не Питер Хейл».