Глава 2: Угнетение
30 августа 2021 г., 10:40
Изуку возится с замком, быстро крикнув «Пока, мам!», когда он выходит из дома.
Он приветствует сторожа у ворот дома, который отвечает ему улыбкой. За последние 6 месяцев в жизни Изуку произошло много изменений. Одна из них — это, казалось бы, доброжелательный прием ранее враждебных ему людей. Его больше не считают помехой или нарушителем спокойствия, и он более чем благодарен за это.
Жизнь, в которой у всех были предвзятые представления о нём только потому, что он беспричудный — не то, к чему он хотел бы вернуться когда-либо снова. «Это хорошо, — думает он. — Наконец, люди относятся к нему... Как к нормальному».
До трансляции с ним обращались ужасно, но сразу после этого он стал своего рода знаменитостью, и хотя он предпочёл это вместо людей, смотрящих на него свысока, через некоторое время это стало немного раздражать.
Итак, теперь, когда новизна того, что он появился на телевидении, осела, и люди не приукрашивали свои слова в его адрес, ему нравилась нормальность.
Он подходит к спортзалу, машет молодой секретарше и своему приятелю, с которым часто болтает после изнурительной тренировки. Она улыбается ему в ответ и указывает большим пальцем на мускулистую женщину, стоящую у раздевалки. Тренер Изуку. Изуку благодарит её и подходит к женщине.
— Добрый день, Руми-сан, — дружелюбно приветствует Изуку. — Вы уже вышли?
Красные глаза женщины проанализировали Изуку, а её губы под черной маской изогнулись вверх: «Конечно, сопляк, моя смена закончилась. Ты сегодня опоздал».
Изуку потёр шею: «Моя мама, она хотела, чтобы я сегодня пообедал с ней. У неё долгий перерыв в работе».
Руми усмехается: «Бедная женщина, у неё есть такой ребенок, как ты. Травмы, которые ты получал в результате падения оборудования в первый месяц... — она фыркнула от смеха, — Ей пришлось бы каждый день таскать твою задницу в больницу, чтобы её залатали».
Изуку восхищается сценой, разворачивающейся перед ним. Руми может думать, что она обманула Изуку, но никакая маска, бандана или повседневная одежда не могут помешать Изуку выяснить её истинную личность. Ему трудно поверить, что такой известный про-герой, Мируко, является его тренером в спортзале. Что она консультирует его. Он не говорит ей об этом, если она узнает, что её личность раскрыта, то она может уволиться с работы. Изуку этого не хочет. Её тренировки за последние 6 месяцев принесли ему огромную пользу.
Он сильно вырос как мышцами, так и умом. Его тело выглядит готовым к тяжелой работе. Обычно он не продвигался так быстро, но Руми знала цель Изуку, поэтому она сделала своей личной миссией подготовить его к бою. Она также давала ему советы и рекомендации по борьбе. Иногда Изуку задавался вопросом, знает ли она, что он выяснил её личность.
— Я ненавижу, что ты говоришь правду, Руми-сан, — робко улыбнулся Изуку. — Я стал довольно частым посетителем в местной больнице.
Руми погладила его по волосам: «Хватит болтать, займись своим обычным распорядком, а потом попроси Аобу помочь тебе начать с более тяжелого веса. Увидимся завтра».
Изуку кивнул: «Да, мэм!». С этими словами Изуку вошёл в раздевалку, оставляя позади Руми, которая с нежностью покачала головой. Она очень привязалась к упорному зеленоголовому. Он хочет стать героем, несмотря на то, что у него нет причуды, и его про-героиня уважает его решимость. И хотя это не так уж и много, она более чем рада помочь ему достичь этого мастерства.
Она закидывает спортивную сумку на плечо и выходит из здания. В конце концов, у неё есть работа для героя.
***
Когда горячая вода успокоила усиливающуюся боль в теле Изуку, он радостно вздохнул. Завершив принимать быстрый душ, он переоделся в запасную одежду. Выйдя, он направился к стойке регистрации. — Привет, Сузуки, как дела? — спросил он, прислонившись к стойке, чтобы заглянуть в компьютер, на котором работала его подруга. Сузуки отвернула лицо: «Вам нельзя видеть это, мистер. Я добавляю новые записи». Изуку отмахнулся от неё: «Кто-нибудь присоединится ко мне?» Сузуки что-то набрала и покачала головой: «Неа, Руми-сан возьмёт себе больше стажеров, но, видимо, ни одного в твою группу». Изуку не скрывает своей улыбки. Ему нравится проводить время наедине с Руми, и он открыто признает это. — Отлично, мне все равно нравится тренироваться в покое. Постоянное ворчание старика Хаттори было немного травмирующим, я не буду лгать». Сузуки приглушенно хихикнула: «Мораль истории: не опаздывай. В любом случае, у меня есть для тебя сообщение». — Да, и какое же? Сузуки посмотрела на него: «Это был этот мальчик твоего возраста, который появился, когда ты был в спортзале. Он устроил переполох, пытаясь найти тебя. Оказался в женской раздевалке, — она нахмурилась, — Он казался странно рассерженным. Сказал, что хочет с тобой встретиться. Думаю, я слышала, как он назвал тебя Деку». Изуку сжал пенал, которым лениво вертел. — О, — проговорил он, — что он тебе сказал, сообщение? — Он сказал, что будет ждать тебя в парке. Это казалось срочным, неважно о чём он хотел с тобой поговорить. Но Изуку... Я знаю, ты не любишь говорить обо всем этом шоу, но я видела этого парня по телевизору, — она сделала паузу, чтобы увидеть его реакцию, но Изуку ничего не сделал. Он кивнул ей, и она продолжила: «Он был хулиганом, не так ли? Я не думаю, что тебе стоит рассматривать его просьбу, даже если это можно так назвать». Изуку слегка сглотнул: «Я не знаю, если честно. У меня не было нормального разговора с ним с тех пор, как нам было 5 лет, но в последние месяцы я даже не видел его. Я не знаю, в какую школу он перевёлся после того, как наша предыдущая закрылась». Он поправил ремешок своей спортивной сумки и закусил губу: «Я не хочу с ним встречаться, но в то же время мне любопытно. Что мне делать?» — он посмотрел на неё, приподняв бровь. — Хэй! — она скрестила руки на груди: «Не дави на меня! Я не собираюсь ничего решать за тебя. Ты должен делать то, что хочешь, но просто будь осторожен, хорошо, Изуку? И надери ему задницу, если ты пойдешь, и он попробует что-нибудь, ладно?» Изуку закатил глаза: «Ты так здорово помогаешь. Но хорошо, я решу сам». — Хорошо, — она снова повернулась к своему компьютеру. — А теперь потеряйся и позволь мне делать мою грёбаную работу. Изуку попрощался с ней и выбежал за дверь. Идя к своему дому, он размышлял, стоит ли ему пойти в парк, который находился по пути. Насколько известно Изуку, у Кацуки нет причин связываться с ним. Если то, что сказала ему Инко, правда, блондин выполнял общественные работы. Гнев Кацуки тоже немного поутих после нескольких визитов к терапевту. Собственные сеансы терапии помогли Изуку разобраться в своих чувствах. Его борьба с самооценкой и неуверенностью в себе уменьшилась, не сильно, но это было началом. Изуку подробно рассказал о Кацуки и их сложных отношениях своему терапевту, и он никогда больше не позволит блондину садиться ему на шею. Он вздыхает, когда входит в парк, и идёт к фонтану. Там, рядом, лениво пиная камешки, засунув руки в карманы и хмурясь, стоит Кацуки Бакуго во всей своей сварливой красе. Изуку почти смеется над угрюмым настроением своего бывшего тирана. Медленно приближаясь к нему, Изуку говорит: «Привет, Бакуго». Голова Кацуки вздымается вверх, и его глаза расширяются при появлении Изуку и использовании им фамилии Кацуки. — Ээм, привет, Де... Эм Изуку, — говорит он в ответ. Изуку останавливается в нескольких шагах от него и поворачивается к фонтану: «Итак, я здесь. О чём ты хотел поговорить?» Кацуки смотрит на красивые брызги воды и тянет рукав своей грязной футболки. Его брюки свободные, но в этом нет ничего нового. Однако Изуку замечает, что Кацуки выглядит очень растрепанным, совсем не похожим на перфекциониста, которого он помнит. — Так что теперь никаких гребаных светских разговоров? — ворчит Кацуки. — Хорошо. Я перейду к делу. Он глубоко вздыхает и смотрит в сторону: «Мне нужна твоя помощь. Услуга, которую я верну. Я не буду тебе ничего должен, это будет гребаное одолжение». Изуку испытывает странное желание ухмыльнуться, ведь не каждый день гордый Кацуки Бакуго приходит к нему с просьбой об одолжении. Он не хочет раздражать блондина, поэтому спрашивает: «Ага? И что это за одолжение?» — Мне нужно, чтобы ты надел моё снаряжение, — ясно сказал Кацуки и краем глаза посмотрел на Изуку, чтобы оценить реакцию зеленоголового. Изуку, в свою очередь, не моргнул и глазом, но его рот слегка приоткрылся. — Снаряжение? Что ты имеешь в виду? Ты сделал его? Купил? И зачем мне его носить? Почему ты не можешь? Это потому, что ты не можешь стать ге- — Ты, чёрт возьми, заткнешься, ботаник?! — зарычал Кацуки, но после паузы тишины всхлипнул. — Я имею в виду, позволь мне закончить. Изуку кивает, чуть-чуть улыбаясь. Тот факт, что Кацуки теперь может поправлять свой тон, удивителен, но приветствуется. — Моя ошибка, — сказал Изуку, — продолжай. Кацуки фыркнул: «Да, я сделал это дерьмо. И я хочу, чтобы ты надел их на вступительные экзамены UA». — Хм? — Изуку недоуменно выпалил: «Почему?» Кацуки заскрипел зубами. — Потому что я хочу пройти на курс поддержки, тупица. Изуку медленно покачал головой: «Я не понимаю. Зачем мне надевать твоё снаряжение?» Он подавил недоумение в самом глубоком уголке своего разума, которое испытал по поводу того, что Кацуки попросил поддержки и сделал оборудование неожиданно для себя. Кацуки снова засунул руки в карманы: «Мне нужно сейчас объяснить тебе весь процесс?» Он пожаловался сквозь зубы: «Изуку, видишь ли, это чертовски тупо, но чтобы попасть на курс поддержки, мне нужно либо показать им свои изобретения, либо использовать их на себе, либо попросить кого-то сделать это за меня, либо мне нужно сдать проклятый тест». Изуку кивает, переваривая эту информацию. — Так почему бы тебе не пройти тест? — Потому что Изуку знает, что Кацуки умён, даже в учебе. — Потому что я, конечно, сильно отстаю от других абитуриентов. Они годами изучали эту глупую программу экзаменов, студенты поддержки сумасшедшие, и я решил подать заявку два месяца назад. Я узнал о гигантской программе только в прошлом месяце, — он сжал кулаки, — Значит, единственный способ попасть внутрь — это показать им, на что способны мои вещи. Изуку поворачивается к блондину, глядя на него на предмет обмана или злого умысла. Удивительно и неудивительно, но он ничего не находит. — Почему бы тебе не сделать это самому? — спрашивает Изуку. Кацуки отказывается смотреть в его зелёные глаза, вместо этого глядя на деревья позади Изуку: «Потому что я не хочу. Так ты сделаешь это или нет?» Изуку некоторое время думает об этом. Нет ничего плохого в том, чтобы увидеть, на что способны изобретения Кацуки, и получить дополнительную помощь на вступительных экзаменах. Кроме того, ему очень любопытно, на что способен Кацуки. Однако он устал, согласиться на это означало бы ещё несколько раз пообщаться с Кацуки. Изуку не думает, что готов к этому, если Кацуки по-прежнему слишком агрессивен. Итак, он ткнул пальцем в грудь другого мальчика. — Это зависит от одного, — начинает Изуку. — Ты уважаешь меня, Бакуго? Кацуки удивленно смотрит на Изуку. Он не ожидал такой реакции. Может быть, отказ или Изуку вообще не придёт. Может быть, один-два удара, но это не актуально. Поэтому Кацуки застывает и смотрит в сторону. Когда он начинает говорить, его тон звучит серьезно: «Если бы я не уважал тебя, Изуку, я бы никогда не попросил тебя о помощи». Кацуки надеется, что Изуку увидит его искренность и поймет, что блондин сейчас не лжёт. Он уважает Изуку. Понятно и просто, хотя принять это все равно, что бросить молот в его гордость и разрушить все его тонкие, как стекло, представления. Изуку резко кивает и убирает руку: «Хорошо. Но тебе лучше начать относиться ко мне с уважением, так как мы будем временными партнерами до вступительных экзаменов». Кацуки не позволяет шоку отразиться на его лице, он скорее ухмыляется: «Я постараюсь изо всех сил, но мне нравится, как это звучит». Изуку улыбается ему, и Кацуки это немного тревожит: «И я знаю, что ты обеспокоен возвращением помощи. Ты позволишь мне бесплатно забрать всё оборудование, которое я продемонстрирую, себе. Я думаю, что это честно.» Кацуки чертыхнулся, но, тем не менее, твёрдо кивнул. — Хорошо, — сказал Изуку, — увидимся позже, Бакуго, — он вышел из парка с высоко поднятой головой, пока Кацуки задавался вопросом, играл ли Изуку только что с ним или нет.***
— Всемогущий! — прокричал Ястреб, во время того, как крутил руки человеку перед ним, вызывая крик боли у бунтаря. — Ты закончил с ними? Герой номер 1 выглядел нехарактерно подавленным, затягивая путы на другом участнике восстания, и кивнул крылатому про-герою. — Все сделано. Ястреб призвал свои летающие перья обратно к себе, после того как они выполнили свой долг по эвакуации граждан и сдерживали беспричудных бойцов до тех пор, пока полиция не смогла добраться до них. Он призвал мужчину встать на ноги и передал его властям. Вытирая руки, он подошёл к Всемогущему. — Мне это тоже не нравится, — тихо проговорил он. Высокий мужчина бросил взгляд на Ястреба, и его губы превратились в прямую линию: «Эти люди не заслуживают этого. Они никогда этого не заслуживали. Они никогда не заслуживали, чтобы с ними обращались как с грязью. Но именно это и происходило. И теперь, когда кто-то говорил за них, о них, они просто возмущаются, потому что их сдерживаемое разочарование требует выхода. И каждый из нас, кто принимал участие в активной дискриминации или закрывали на это глаза, заслуживает этого, они бросаются на нас сейчас. Но опять же, закон выборочно соблюдается, и эти люди будут заключены за решетку за желание отомстить в разумных пределах. Беспричудные сталкиваются с последствиями, а те, кто причинял им вред, — нет». Ястреб молчит, пытаясь подавить поток собственных мыслей. Его разум гудел от нежелательных чувств на протяжении последних 4 месяцев, когда они работали над подавлением восстания. Каждый раз, когда он сажал в тюрьму беспричудного человека, вооруженного в лучшем случае только ножом, в его животе крутилось что-то грубое и жалкое. Он ясно как день помнит, как за месяц выполнения своей задачи они успешно вывели из строя правую руку лидера этого мятежного движения. Но за это пришлось заплатить. Ценой было их блаженное неведение. До тех пор они знали лишь поверхность зверств, совершенных против беспричудных, но после гневных бормотаний этого человека они знали, насколько глубока эта проблема. Мужчина был худощавым и довольно мускулистым, но лицо его было ужасно морщинистым для человека лет тридцати. Он сказал двум героям, что это его единственный шанс отомстить всей системе общества, которая не заботится о таких людях, как он. Он был объектом шуток всю свою жизнь, потому что, помимо того, что он был без причуды, большую часть своего детства он был болезненным. Его назвали слабым и беззащитным, и он сказал, что верит в это. Он изо всех сил пытался найти стабильную работу, потому что в тот момент, когда он обвел вариант «Нет» рядом с вопросом «Есть ли у вас причуда?», его заявление было закрыто. Но он не сдавался. Он нашёл любовь в своей жизни и внештатную работу цифровым художником. Он женился и зарабатывал всё, что мог. Его жизнь не была безрадостной и унылой, и он думал, что будет счастлив. У его жены была причуда, но она позволяла ей изменить только цвет волос. Она была дочерью его соседей, оба росли вместе и вели посредственный образ жизни. После беременности и последующих родов мужчина остался единственным кормильцем в семье из трех человек. Он работал втрое усерднее, чтобы сводить концы с концами, но затем случилась беда. Их домовладелец умер, и его сын, человек с серьезными предрассудками, вступил во владение. Ему очень не нравились беспричудные, и он не боялся это показать. Поэтому после пропущенного платежа за аренду он выгнал семью этого человека, несмотря на то, что их платежные данные до этого были безупречными. В тот неудачный месяц был удивительно низкий спрос на цифровой маркетинг и слишком много потребностей для растущего ребенка. Беспричудному мужчине пришлось изо всех сил найти себе и своей семье новый дом. Впрочем, их не принимали ни в одно место. Не после того, как увидели их общую среднюю зарплату и то, почему их выгнали с прежнего места жительства. Мужчина отказался признавать, что его статус беспричудного был дополнительным стимулом для других не отдавать его семье квартиру. Всё начало разваливаться и никогда не прекращалось. У их ребенка, которому было всего несколько месяцев, из-за неправильного питания развились расстройства, и он так и не поправился. Жена и муж похоронили ребенка на общественном кладбище, имея достаточно денег на букет цветов, помимо надгробия. Пара начала выполнять тяжелую работу, чтобы заработать деньги, и получила небольшую комнату в тенистом здании на окраине города. Не прошло и дня, чтобы они не думали о том, что на следующий день у них не будет еды или крыши, под которой они будут жить. Мужчина стал жертвой алкоголизма. И его плохие обстоятельства ухудшались. При минимальном заработке и максимальных расходах на алкоголь у его жены не было другого выбора, кроме как взять ссуду у ростовщика, чтобы получить еду. Процент накапливался, и раньше, чем можно было представить, два бандита постучали в их изношенную дверь, требуя должного. Им нечего было им дать. Бандиты ушли с последним предупреждением. В следующем месяце мужчина нашёл свою жену в их доме, лежащей на земле с кровью, капающей из ножевой раны. Когда он нашел её, её тело было холодным. Их небольшой дом был перевернут, и мужчина предположил, что головорезы пытались найти деньги, но им не удалось этого сделать. Таким образом, их разочарование изменило направление, и теперь его жена ушла. Навсегда. Вот так его и нашли его товарищи, угнетенные, беспричудные люди, которые предложили ему руку и шанс дать отпор. И он с благодарностью принял это. Так что да, Ястреб был по понятным причинам потрясен рассказом этого человека и знал, что такая история не была редкостью среди беспричудных. — Я разговаривал с главой комиссии, — сказал Ястреб, — я убедил его потянуть за ниточки и сократить срок заключения каждого из этих людей. Вскоре их выпустят. — Как будто это поможет кому-нибудь, — проговорил номер 1, его челюсти напряглись, — они выйдут вдвое и втрое сильнее, чем предполагается. Ястреб вздохнул: «Мы ничего не можем с этим поделать. Это базовая процедура, мы не можем позволить им сорваться с крючка. Преступление — это преступление, намерения или мотивы не имеют значения». Всемогущий задается вопросом, сколько раз в жизни этот молодой герой говорил одно и то же утверждение, чтобы повторять это так, как будто это неизменный факт. — Боюсь, Ястреб, что это вызовет раскол в человечестве и что ни одна из двух сторон не выйдет победителем, — признает блондин. — Что касается преступлений, я считаю, что, когда правосудие так долго задерживается, совершение преступлений — единственный способ быть услышанным. Ястреб надевал очки на глаза и медленно покачал головой, избавляясь от дурного предчувствия в животе. Теперь всё сделано, беспричудным помешали. По крайней мере, пока. И он может немного отдохнуть. Он слегка улыбается своему бывшему партнеру и расправляет крылья. Паря по воздуху, он задается вопросом, так ли появились все злодеи. Угнетение со стороны общества, сбивающее их с пути. Он летит.
