Золотое воспоминание

Начало последнего учебного месяца. «Ничего особенного» — скажете вы. Однако, для выпускных классов одной из ничем не примечательных школ Токио оно означало конец беззаботной юности. Сколько открывается возможностей, столько и усилий надо приложить, дабы не упустить их – это прекрасно понимал каждый ученик. Поэтому ребята, уже успевшие сесть за парты, ожидали начала урока, а с ним и подготовки к выпускным экзаменам. Кроме одного. Скарамучча летел как ошпаренный. Жил он неблизко, поэтому малейшая задержка была готова вылиться в крупное опоздание. Так и на этот раз – парень всего-навсего чуть не устроил пожар во время приготовления завтрака. Поэтому сейчас, то и дело проверяя время на телефоне, темноволосый несся от станции к зданию учебного заведения. Но вселенная дала ему понять с самого утра – день обещал быть крайне неудачным. Скарамучча переступил порог школьных дверей лишь спустя десять минут после звонка. Казалось бы, терять уже нечего. Однако, парень не желал увеличивать свое пребывание на дополнительных занятиях и в том же темпе продолжил бежать по первому этажу здания. Спустя несколько секунд, Скарамучча замечает чью-то стремительно движущуюся навстречу фигуру в конце коридора. Иронично, видимо он не один такой. Когда двое проносятся мимо друг друга, темноволосый чуть ли не падает, заглядевшись на парня напротив. А точнее, утонув в глубине алого океана его глаз. Впервые в жизни Скарамучча видит настолько невероятные глаза. Как же он не замечал их раньше? Упреки учителя, тесты, экзамены, одноклассники словно перестали существовать, ведь все сознание темноволосого оставшуюся неделю было окрашено в красный. ——— Выпускной. Долгожданный, однако, разочаровывающий праздник. «Если хочешь наслаждаться времяпрепровождением, делай это с друзьями» — подумал Скарамучча. Куча учителей и родителей, следящих за своими еще несовершеннолетними отпрысками, средняя еда, жара и дерьмовая музыка…как же душно. Темноволосый решил подышать свежим воздухом. Данное празднование проводилось в школьном актовом зале, пару дверей которого выходило на небольшую террасу во дворе. Именно там парень надеялся насладиться хоть и частичной, но все еще тишиной. Переступив порог дверного проема, Скарамучча замер. Терраса действительно была пуста и свежа, но одинокая светлая фигура призраком рассекала вечерний сумрак. Взяв себя в руки, темноволосый приблизился к тому месту, где сидел парень, свесив ножки и небрежно болтая ими в воздухе. Звук шагов, столь неудачно скрываемый Скарамуччей, был услышан – парень увидел бледное лицо, обрамляемое белоснежными прядями, собранными в низкий хвостик. Никто не произносил ни слова, поэтому темноволосый воспринял это как сигнал к действию – ему не терпелось снова погрузиться в алый океан чужих глаз. Скарамучча присел рядом и оба продолжили пялиться друг друга, не смея нарушить идиллию. Это красное свечение напротив воздействовало на темноволосого словно гипноз. Он мысленно вернулся к тому моменту, когда впервые засмотрелся в эти глаза. Да, всю неделю та секунда, когда обоим удалось разглядеть друг друга, не смела выходить из головы. Но этого загадочного парня Скарамучча до сего момента больше не встречал, тот будто сквозь землю провалился. А за оставшиеся три недели темноволосый и вовсе позабыл – все же…экзамены. Однако сейчас шанса упускать он не хотел. Скарамучча понимал, что становится зависим от алого, а возможность добраться до новой дозы более может не представиться. — К-как тебя зовут? — пытаясь найти связь с реальностью, шепчет Скарамучча. — Казуха. — так же тихо. — А тебя? — Скарамучча. — светловолосый слегка кивает, так же не в силах отвести взгляд. — И да, у меня есть предложение… — Какое? — не дав оппоненту закончить, перебил Казуха. Парень подвинулся поближе, с любопытством вглядываясь в лицо напротив. — Мы знаем только имена друг друга, но…надеюсь, что тебя это не смутит…можно ведь наверстать. — все еще не отводя взгляда, произнес Скарамучча. — О чем же ты говоришь? — сгорал от любопытства светловолосый. — Давай станем друзьями…с привилегиями. Я имею в виду…секс без обязательств. Мне… — парень не знал, как это правильно называется. Но, кажется, его поняли… — Я согласен. — уверенно ответил Казуха. Скарамучча был удивлен, приятно. Не произнося ни слова, оба пришли к выводу, что пора покидать этот унылый крысятник, ведь впереди их ждет непривычно бурная ночь. ——— Парни оказались в небольшом отеле. Банальный сценарий, но будто для двух еще не съехавших от родителей подростков есть иной выбор. Стойка регистрации, лифт, нужный номер…все пролетело незаметно, будучи окутанным пеленой нетерпеливого желания. Залетели в комнату, нет сил больше ждать. Скарамучча прижал хрупкое тело к стене – с такого расстояния алые глаза еще больше сводили с ума, заставляли целовать и кусать, пытаясь поглотить все то, что так манило. Ноги Казухи дрожали, под таким напором страсти парень сдавался, слабел с каждой секундой. Темноволосый же сладким шепотом запретил закрывать глаза, поместив между ног партнера свое колено. Бледная кожа такая же нежная, каковой и казалась, чему Скарамучча был несказанно рад. Шея Казухи расцвета багровыми пятнами, будто капельки алого океана, сталкивающегося с твердостью береговой земли. Слишком долго он ждал. Слишком долго они ждали – пора заканчивать прелюдии. Не разрывая поцелуй, парни добрались до кровати. Раскрасневшийся Казуха в белоснежном праздничном кимоно, что являлось довольно интересным выбором выпускного наряда, был опрокинут на большие, пышные подушки. Любуясь этой прекрасной картиной, Скарамучча решил, что теперь это чудо принадлежит лишь ему. Лишь он способен будет снять белоснежное кимоно, продолжая любоваться еще более смущенным выражением лица партнера и, разумеется, его невероятно красивым телом. Темноволосый высвободил свое желание, хищника, ждущего подходящего момента в глубинах его души. И вот он настал. Наскоро срывая с себя праздничный костюм, Скарамучча принялся за нежную кожу снова. Кажется завтра на ней живого места не останется. Пока партнер был отвлечен на подобные ласки, темноволосый решил его растянуть. Используя все необходимое, что парни приготовили заранее, Скарамучча успешно справился с задачей, наслаждаясь слабыми постанываниями снизу. — Я вхожу. — Мгх… Темноволосый вошел сразу и до конца, затем, не давая Казухе привыкнуть, начал вбиваться в податливое тело – кажется, он сошел с ума…но как же хорошо. Спустя несколько минут весь номер был наполнен полустонами-полукриками обоих, и плевать, что в подобных отелях стены картонные. Вдоволь насладившись процессом, парни одновременно кончили. Быстренько ополоснувшись, они наконец решили сесть и поговорить, узнать друг друга получше. Скарамучча мотнул головой, пытаясь избавиться от нахлынувших воспоминаний, и посмотрел в окно. Верно, прошло уже много лет, поэтому некоторые детали из прошлого оставались размытыми, однако, ему явно не следовало освежать память об их с Казухой первом сексе на работе, хоть и осталось всего несколько минут до того, как он будет свободен. ——— Тот факт, что столь своеобразные отношения продержались так долго, определенно, удивителен. Теперь оба молодых человека имели стабильные работы – Скарамучча являлся одним из руководителей довольно престижной компании, в то время как Казуха был журналистом. Каждый раз, когда очевидный стресс настигал Скарамуччу, он звонил светловолосому, спрашивая о встрече, будь то секс или же просто расслабляющее времяпрепровождение. И, разумеется, ему не отказывали. Так и на этот раз. Переборов внезапно нахлынувшее, легкое возбуждение, Скарамучча покидал здание офиса. Сев в полагающийся по его статусу дорогой автомобиль, темноволосый направился в квартиру Казухи. Звонок в дверь, ему сразу же открывают. Ступив за порог небольшой, уютной квартирки, Скарамучча сразу же почувствовал этот запах – что-то сладкое…выпечка? Возможно. За все года их отношений, темноволосый так и не открыл для себя, чем именно пах Казуха. А вот и он сам. Как обычно, встречает Скарамуччу в своем шелковом халате, расписанном кленовыми листьями. — Я уже подготовился и…наполнил ванну. — Хороший мальчик. Темноволосого, порой, поражало то, что Казуха способен знать его желания наперед. Видимо, приятный бонус долгосрочных отношений. Во время их поцелуя, опьяняющего водопадом страсти, все перестает существовать. Уже оказались в ванной комнате? Не удивительно. Со времен их первого секса снимать с Казухи кимоно или халат – не важно, стало особым наслаждением для Скарамуччи. Снимать и любоваться прекрасным телом, еще не успевшими исчезнуть собственными метками. А затем набрасываться, брать свое целиком и полностью. Казуха сполз по стенке и встал на колени – он знал тот первый и обязательный пункт списка, помогающий партнеру не только избавиться от стресса, но и забыть про работу, про все на свете. Взял в рот, слыша вздох облегчения сверху. Немного полизал и снова взял, сделав пару посасывающих движений. Светловолосый знал, что эта скорая смена действий моментально заводит партнера, сводит его с ума. И, как всегда, Казуха не прогадал – уже спустя несколько заходов его резко взяли за распущенные волосы, намотав их на кулак, и начали грубо входить, перекрывая дыхание. В уголках глаз скопилась влага. Скарамучче нравился этот его вид. Именно он стал последней каплей и парень кончил. Казуха проглотил, ведь знал, что Скарамучче нравилось и это тоже. Ответной реакции долго ждать не пришлось – светловолосого подняли и безмолвно заставили опереться на бортик ванны, выпятив задницу. Будет проблематично, если они расплескают всю воду. Прижавшись к партнеру со спины, Скарамучча сладко прошептал… — Помоги мне выпустить весь пар, Казу. …и слегка прикусил плечо, начиная входить. Более не церемонясь, темноволосый продолжил отыгрываться на стонущем в голос от крышесносной грубости Казухе. Придерживая за талию утопающее в наслаждении тело, свободной рукой Скарамучча стал дразняще царапать грудь партнера, то и дело «случайно» задевая соски. — Мфх? — Громче. Покрывая нежную кожу спины поцелуями, слегка посасывая и закусывая, парень немного не рассчитал силы. Снизу послышалось короткое шипение. «Смог бы я расслабиться, будь подо мной кто-то другой?» — этот вопрос на мгновение обескуражил темноволосого. Но, прогнав все бесполезные мысли, Скарамучча встал и притянул Казуху, в очередной раз намотав белый шелк чужих волос на свой кулак. В таком положении свободной рукой парень взял член партнера и начал надрачивать, пытаясь добиться идентичного ритма. Громкие, сливающиеся стоны, последние толчки – и оба наконец достигли пика. — Ты как всегда прекрасен, Казу, спасибо. — все еще не выходя, поцеловал за ушком. Ответом ему последовал утомленный вздох. Завтра выходные. Почему бы им, двум холостякам, не выпить? Казуха достал заранее приготовленный на такой случай шоколадный ликер. Мягкий и вкусный – то что надо для завершения замечательного, расслабляющего вечера. Два кусочка чизкейка, приятный аромат только что прошедшего дождя, разносящийся свежим ветерочком ночного лета, и двое сидящих на миниатюрном балкончике где-то в окраине города. Ни это ли зовется благодатью? ——— Дни и ночи, зимы и лета, работа и отдых…жизнь проносится со скоростью света, превращаясь в тягуче-давящий, тяжелый осадок на сердце, не оставляя за собой каких-либо особо выделяющихся, ценных моментов. Все эти практически тридцать прожитых лет Скарамучча не смел назвать тем, чего искренне желал, будучи ребенком. Парень знал, что в его возрасте люди заводят семьи, рождают детей и именно это становится их новым смыслом жизни, дает силы двигаться дальше, исцеляет раненную годами душу. По крайней мере, так говорят. А ведь правда – на работу, сколь стресса, порой, она ни приносила, Скарамучча не жаловался. Зарплаты на комфортное, нет, даже роскошное существование ему хватает с лихвой. Так почему же жизнь кажется столь серой? Почему все вокруг так давит, душит его своей однообразностью? Может быть люди правы и ему стоит разорвать порочный круг, завести…семью? А как же Казуха? Даже спустя столько лет их отношений Скарамучча не знал, что Казуха значит для него – не как партнер, а как человек… Подобное осознание, анализ собственной жизни умножал давление в сердце темноволосого, делал это на протяжении последних двух лет. И вот, скоро ему тридцатник. Скарамучча решил, что оставлять все как есть – упустить свой последний шанс. Поэтому парень пришел к выводу о необходимости прекращения их с Казухой отношений. Тянуть Скарамучча не стал. Позвонил светловолосому и, как обычно, попросил о встрече. Однако, предупредил, что хочет поговорить. Снова этот сладкий запах, снова этот кленовый халат и Казуха, стоящий напротив входной двери с выражением лица, полным беспокойства. Скарамучча не знал, чего ожидал от реакции Казухи. Однако, его удивило сколь спокойно партнер принял информацию о расставании. Или же он ошибался? В любом случае, оба согласились насладиться обществом друг друга в последний раз. Не давая партнеру и секунды опомниться, Скарамучча толкает его к стене, срывает одеяние, закрывая глаза на традицию восхищения телом, начинает искусывать дрожащую спину. Берет руки Казухи и прижимает их к поверхности где-то над головой. Решая избавиться от прелюдий, не раздеваясь, достает свободной рукой член и берет. Животно берет у стены, ведь делает это в последний раз. Темноволосый не стал оставаться на ночь, ведь теперь это неуместно. По пути домой парень отметил, что был грубее обычного, в то время как Казуха – тише. Может быть, он тоже чувствовал эту мимолетную боль? Нет, уже слишком поздно думать об этом. Скарамучча начинает новую жизнь. ——— — Ты ел? — Томо следует за Казухой вглубь квартиры. — Не ел. Одного вида похудевшего лица и опухших от слез глаз друга хватило, чтобы сделать вывод – лучше ему не стало. Томо понятия не имел, почему Казуха вдруг резко потускнел и, проводя уже целую неделю не вылезая из постели, утонул в депрессии – парень отказывался от разговора по душам. Однако, Томо всеми силами пытался помочь Казухе, поддержать его. Как лучший друг. — Давай, Казу, ты должен поесть. Что бы ни случилось, ты должен продолжать жить. А еда – один из главных залогов здоровой жизни. Ты и сам это прекрасно понимаешь. Ложись, я приготовлю хотя бы бульончику. — Потом… — хрипло ответил Казуха. Парень сел на край кровати и развел руки, прося объятий. — Эх, ладно, ладно. Оказавшись в кольце теплых, больших рук друга, Казуха закрыл глаза. Это лицо всплывает каждый раз, это лицо – главная причина слез, бессонницы. А ведь при первой встрече и по сей день Казуха считает его самым красивым во всем мире. Тогда на выпускном, услышав предложение Скарамуччи, он изначально осознавал, чем такие отношения обычно кончаются, но наивно согласился. Да даже в тот момент, когда Скарамучча предложил расстаться – Казуха думал, что это абсолютно не повлечет никаких изменений в его жизни. Однако, он ошибался. С каждым днем парень стал все больше и больше скучать по совместным вечерам, разговорам по телефону…точно, эти отношения несли собой не только секс. Неужели для него одного? Казуха понял. Понял, что полюбил Скарамуччу. Жаль, что уже слишком поздно. Но пойми он это ранее – что бы изменилось? Судя по всему, его чувства оказались не взаимны. Однако, Томо тоже прав. Скарамучча поставил точку в их отношениях, а жизнь продолжается. Не может же он просто взять и сдаться? Верно, Томо…заботился о нем все это время, как бы Казуха этого не игнорировал. Вот, кто любит его на самом деле… Парень медленно открыл глаза и приблизился к лицу обнимающего его друга. — Казу, ты чт… Поцеловал. Немного помедлив, Томо начал отвечать. Стало приятно и тепло…давно он этого не чувствовал. Может это и есть то, что ему было нужно все это время? Томо отстранился… — Ты чего это вдруг, Казуха? — Н-не знаю, но…мне понравилось. — смущенно отвел взгляд. — Если честно, мне тоже. — Томо неловко почесал затылок. — Давай…начнем встречаться? — вдруг выдал Казуха. — Если тебе это поможет…нет-нет, не подумай, что я к тебе равнодушен, просто… — Я понял. — Казуха снова потянулся за поцелуем, но Томо неожиданно отвернулся. — Мое согласие войдет в силу только после того, как ты поешь, окей? — усмехнулся парень. — Окей. — вздохнул Казуха. ——— Скарамучча больше не мог этого терпеть. Какой живой человек вообще может справиться с таким завалом бумаг? К черту все, сегодня он уйдет пораньше. Темноволосый взял в руки телефон, зашел в контакты и на автомате начал искать его. Однако, парень очнулся, когда всмотрелся в имя найденного…Казуха. Точно, они же расстались. Скарамучча сам предложил. «Ну и похер» — подумал он, собрался и отправился домой. Чтобы развеяться, темноволосый решил пойти пешком, все равно недалеко жил. Машина ему, в основном, нужна была для поездок к Казухе после работы. Иронично однако, спустя несколько минут ходьбы парень замечает светлую макушку, которую никогда бы не смог с кем-либо спутать. «Видимо, это судьба…» — подумал Скарамучча. Надо пойти поздороваться, все равно терять уже нечего. Но его намерения резко оборвались, когда стоящий к нему спиной Казуха легонько ударил в грудь выходящего из кафе парня и направился с ним же в противоположную от Скарамуччи сторону, то и дело пихаясь. «Так вот в чем дело. Тебе было все равно на расставание, потому что у тебя уже есть тот, кого ты любишь, Казуха?» — прошептал Скарамучча и почувствовал резкий укол в сердце. Несколько лет назад светловолосый говорил, что не стал бы портить волосы краской, однако сейчас парень заметил, что одна из прядок Казухи была окрашена в красный. «Кажется, все это время я делал твою жизнь однообразной, а не ты мою… Черт, неужто я полюбил тебя, Казуха?» — Скарамучча был мягко говоря шокирован открывшейся истиной, но решил, что уже слишком поздно. — Тогда на выпускном мы допустили огромную ошибку, Казу. ——— — А они…че-ерт, я не помню…кто-то там уже выплатил долг, но ведь это не могли быть они? — Скарамучча приложил два пальца к виску, — Заколебал уже пульсировать…да когда же это все закончится уже, а? — снова дрожь, снова стало холодно, — Кто опять окно распахнул, аж здесь чувствую! — чуть ли не на весь кабинет проорал темноволосый. — Да успокойся ты, никто ничего не открывал. Скарамучча заметил Тарталью лишь тогда, когда рыжий подошел вплотную и приложил руку к сердцу парня. — Учащенное…опять принимал? — нахмурился. — Да отвали ты от меня и руки убери! Какая разница? — снова вспылил старший, — И вообще… — угрожающе продолжил. — …ты единственный, кто знает об этом, поэтому… — Не скажу я никому, больно надо, хах. Но тебе я советую завязывать – добром не кончится. Посмотри, че с тобой стало. — покачал головой Тарталья. — Ты мне… — Не-а, дружок, иди лучше в бар развейся, девчонку подцепи симпатичную. А то из карлика превратишься в гоблина-карлика, ха-ха-ха… Будешь жить где-нибудь на отшибе и выращивать свой… — Пошел вон отсюда! — не выдержал Скарамучча. Тарталья рассмеялся пуще прежнего, но, подняв руки в жесте капитуляции, вышел из кабинета. «Вот ведь чертила, любит свой нос в чужие дела совать.» — подумал темноволосый. Ура, конец рабочего дня. По уже выработанной за месяц привычке Скарамучча поехал в бар, на поиски новой дозы опиума. Обычно парень не жаловался на свой довольно низкий рост, однако, когда приходилось расталкивать пьяные или накаченные наркотой тела здоровых мужиков, темноволосый его искренне проклинал. Спустя некоторое время борьбы, парень заметил свою цель – небольшую дверь за барной стойкой. Еще немного… — Говорю же, нет у меня с собой! Занести через минут десять совсем никак!? …Скарамучча замечает девушку, яро спорящую с барменом. — Простите, дамочка, но вам следовало бы заметить, в каком заведении находитесь. Здесь слишком много криминальных личностей – нет гарантий того, что и вы не из их числа. — спокойно отчеканил молодой человек. — Могу номер телефона оставить… — отчаялась она. — Нет. — Сколько? — девушка удивленно посмотрела на Скарамуччу. Если честно, парень и сам не знал, зачем решил помочь незнакомому человеку – это было совершенно нетипично для него. Может быть девушка показалась симпатичной? Слова Тартальи вспомнились? Кто знает… Однако, через минут десять Скарамучча обнаружил себя уже мило болтающим с Моной, так ему представилась эта дама. Заказанное вино кажется на удивление сладким, а головная боль и вовсе исчезла. Так легко на душе уже давно не было…может это и есть то, о чем говорят люди? ——— — Казу? Ты чего остановился? Гуляя по городу с Томо, Казуха и забыл, что здесь неподалеку расположен тот самый отель, в котором была их первая с Скарамуччей ночь. И сейчас, подойдя к зданию, Казуха больше не мог закрывать глаза на свои чувства – он скучал, продолжал скучать все так же сильно. Да, отношения с Томо дали ему возможность отвлечься, вернуться к своей обыденной жизни, однако, полюбить Томо как Скарамуччу он не сумел. И, видимо, больше никого не сумеет. — Нет, ничего. Зайдем за мороженым? По возвращении домой, Казуха хотел, как уже было принято, полежать в постели, наслаждаясь объятиями и поцелуями своего парня. Однако, Томо лишь присел на край кровати. — Казу, нам нужно поговорить. — О чем? — удивленное выражение лица. — Как бы это сказать…ты же не любишь меня, я прав? — типичная его прямолинейность. — С чего ты… — в яблочко. — Да ладно тебе, это видно. А если быть точнее, ты любишь не меня, а кого-то другого. — улыбнулся Томо. — Д-да…похоже, что да… — Кажется, я все понял… Ну что ж, в любом случае, я рад, что смог помочь тебе справиться с депрессией. Но ложь самому себе может не только вернуть ее, но и усугубить твое душевное состояние. — Я знаю… — Значит прими свои чувства, ведь с сердцем не поспоришь. Пытаться избавиться от них – ранить свою душу еще больше, помещая ее в жесткую клетку. — Томо с грустью посмотрел на мечущегося друга. — Что такое свобода, Казу? — Ну…это когда ты можешь делать что хочешь в рамках законов? — Что такое свобода человеческой души и сердца. Подумай об этом. — Хорошо…спасибо, Томо, за все… — Не стоит. Друзья? — протянул мизинчик. — Друзья. Подержав свои пальцы скрещенными еще несколько секунд, парни разорвали жест примирения и Томо поцеловал друга, но уже в макушку. Казуха понял, что Томо любит его, но любовь бывает разная. Они любят друг друга как семья. ——— Наконец этот день настал. Немалая площадь центрального городского парка была арендована специально для праздника. Куда ни глянь – всюду сверкали разнообразные украшения: белые искусственные розочки с золотыми стебельками, желтые и фиолетовые гирлянды, разных размеров свечи и фонарики, пытающиеся скрыться в свежем газоне. Также, небольшие круглые столики, окутанные в белоснежные шелковые скатерти, будто пары на средневековом балу окружали центральную постройку – небольшую открытую беседочку. С ее крыши спадала нарядная лоза, украшенная искусственными бело-золотыми гроздьями винограда. Проходя вдоль длинных фуршетных столиков с разнообразными закусками, Скарамучча посмотрел на время – скоро начнут собираться гости. Парень не был особо рад всей этой нарядности, которая абсолютно не имела ничего общего с его вкусом, однако, если Мона счастлива – счастлив и он сам. — Слышь, Скар, я тут журналиста позвал одного. Говорят, он очень популярен. Это куда лучше, чем стадо непонятно кого, набивающих желудки за твой счет. — вытянул из раздумий Тарталья. — Окей. Спасибо, рыжий. — Пожалуйста, карлик. — Щас вылетишь с моей свадьбы. — Все-все, молчу. Верно, событие такого масштаба точно вызовет огромный интерес со стороны прессы. Как-никак, Скарамучча стал главой компании, в которой работал ранее, а Тарталья – его правой рукой. Как все успело докатиться до свадьбы? Очень просто. Прошло довольно много лет после первой встречи жениха и невесты, за которые ребята успели подружиться, затем влюбиться и сходить на тысячу свиданий в дорогих ресторанах, ведь лишь на тысяча первое Мона согласилась начать встречаться. Спустя еще год, не выдержав чар девушки одной прекрасной ночью, Скарамучча сделал предложение. И, на удивление, Мона согласилась без прочей тысячи походов в дорогие заведения. — Так, все, товарищ. — похлопал в ладоши Тарталья, снова потревожив задумавшегося темноволосого. — Гости начали приезжать. — Иду. Еще полчаса Скарамучча простоял, приветствуя прибывших ради приличия ближайших деловых партнеров и остального небольшого количества появившихся знакомых. Отметив, что все уже на месте, парень хотел было направиться к месту проведения основной церемонии, которая должна была начаться с минуты на минуту, когда Тарталья напомнил о запаздывающем журналисте. «Он даже не гость здесь, какого черта…» — не успел закончить мысль, ведь увидел еще одного молодого человека. — «…К-казуха?». Точно. Из-за бурных отношений со своей невестой Скарамучча уже успел и позабыть о нем. Судьба? Нет, в бездну ее, теперь у темноволосого есть Мона. Спустя столько лет бесполезно ворошить прошлое, тем более пытаться его вернуть. Утопив резко пробудившееся волнение глубоко в своем сердце, Скарамучча приветственно улыбнулся так же шокированному светловолосому: — Давно не виделись, Казуха. — Привет. Скарамучча хотел было завести небольшой диалог – стало ведь очень интересно, как поживает его бывший партнер и возлюбленный. Однако, его снова прервали. — Карлик, время пришло! — оповестил Тарталья. Парню ничего не оставалось, кроме как цыкнуть на рыжего и напомнить, чтобы тот хотя бы при людях не звал его по этой отвратительной кличке, а затем направиться в беседочку, оставляя все еще шокированного Казуху у входа в одиночестве. На протяжении их былых отношений парни всегда имели некую схожесть и еще большие различия. Оба любили наслаждаться прохладным ветерком на балконе, попивая мягкий алкоголь, но разные кухни, жанры фильмов и музыки. Видимо, это единственное, что осталось неизменным сквозь года – теперь, оба неплохо продвинулись по карьерной лестнице, однако, лишь Скарамучча имел счастливую, взаимную любовь. ——— Когда празднество подходило к концу, а жених уже успел услышать поздравления и принять подарки всех своих гостей, Скарамучча наконец обратил внимание на Казуху, сидящего за крайним свободным столиком. Не желая упускать возможности поговорить, темноволосый твердым шагом направился к парню. — Скучаешь? — подсел Скарамучча. — Я здесь по работе. — последовал равнодушный ответ. — Да ладно тебе… — пару секунд молчания. — Был хоть в Китае? — Ты запомнил? Да, с Томо…с моим другом. — Это хорошо. А мы…я хотел съездить в Мексику. Ты видел какие у них там шляпы носят? — Твой вкус на стремные шляпы так и не изменился… — Да че ты гонишь, — воодушевился темноволосый. — нормальные шляпы, большие… Кстати, как ты умудрился стать таким популярным? — Популярным? Я бы не сказал. Умудрился так же, как и ты стать главой компании. — пожал плечами, стараясь избегать взглядом лица собеседника. — Понятно. — Скарамучча вспомнил, о чем уже давно хотел спросить. — Что ты готовил? — М? — Казуха слегка удивился странному вопросу, случайно взглянув прямиком на парня – зря. — Ну, раньше, когда я приходил к тебе, всегда пахло чем-то сладким. Что это было? — И это запомнил? А, это…блинчики с кленовым сиропом. — Наверняка вкусные, надо попробовать… — «почему не сделал этого вовремя?». — Я…мне пора. — Казуха быстро поднялся из-за стола. — Почему? Праздник еще не закончился… — с удивленным выражением лица поднялся следом. — А моя работа закончилась. — светловолосый в последний раз сделал над собой усилие и натянуто улыбнулся. — Поздравляю со свадьбой, Скарамучча. — Спасибо… Уже удаляясь, Казуха не услышал ответа. Парень тихо покинул праздник, и лишь минув небольшой прудик, вода которого отражала призрачный лунный свет, позволил одинокой слезе пробежать по худенькой щечке. — Неужели ты смог познать свободу человеческой души и сердца, Скара?