А кто она такая?

      Морриган поняла все сразу. Не нужно было намекать дважды даже при том, что признать сокрушительное поражение хотя бы из чувства собственного достоинства и уважения к остаткам гордости она не смогла бы. По лагерю очень скоро пошел шепоток, однако какая ведьма имеет право зваться ведьмой, если не наделена исключительным чутьем, дабы что-то ведать? Вот и Морри знала наверняка, предчувствия никогда ее не обманывали. Это — только начало некоего нового, которое сулит одновременно и разрешение старой дилеммы, и новые неразрешимые. Готовиться было бсполезно, в Лагере харизмой Аниты, конечно, прониклись, но точно не настолько, чтобы слепо верить каждому слову и действовать, не задавая неудобных вопросов. Дожидаясь наступления темноты, чтобы выступить незамеченной, серая кошка притаилась за пределами территории общины и слушала ветер. Когда-когда начнутся летние дожди, тогда необходимость хранить все в тайне отпадет, но как скоро сменятся ветры? Чего можно ждать и не ждать? Велика ли вероятность, что им придется сменить образ жизни на выживание? Какими ощутимыми потерями и утратами обернется этот дивный новый мир? Единожды пришлось прибегнуть к заклятию забвения. После все стало еще хуже, и «хуже» в данном случае ни на миг не является гарантией предела падения…       По земле медленно-медленно передвигались полосы оранжевого вечернего света, а на небе уже зажигались первые звезды, и только начинали распеваться соловьи. Морриган терпеливо сидела в кустах и пристально глядела на место силы. Там, на этой круглой лужайке, со всех сторон окруженной каменными столбами и плитами, должна появиться одна кошка. Там, в окружении камней, на которых первыми поколениями магов и прорицателей были вырезаны письма, заклинания и руны, состоится колдовство одной кошки. Одной из немногих, способных еще сопротивляться куполу и провалу. По крайней мере, она спала всегда ровно под брешью, а не под тентом, как все, и не жаловалась на дождь и холод лишний раз. Уж теперь-то ее нельзя упустить. Морриган нахмурилась. Прошлый раз она пропустила из-за тренировок с порывистой чужачкой, и до нового полнолуния пришлось ждать целый месяц. Ныне наступил такой момент, когда до апокалипсиса, по всем ощущениям, осталась всего неделя, и любое промедление может стать роковым. Упустить момент — значило тут же добровольно причислить себя к жертвам последнего шторма. если откажется помогать, Морри придется настоять, уподобляясь жалкому большинству, не способному договориться, и заставлять. Когда не осталось ничего за спиной, привыкать терять не приходится. Становятся хороши все методы, даже самые грязные. Вспомнив, какими неправдами убедила Сабрину на пару часов вернуться в этот лес и что для этого потребовалось пообещать, серая ведьма поежилась. Если тот блеск в сероглазом смелом и открытом взгляде ей не привидился, во время следующего разговора Анита с нее три шкуры спустит, и упрекать ее будет не за что.       Шуршание с другой стороны поляны заставило ведьму насторожиться. Кустарник расступился, и в сумраке блеснули маленькие огоньки, а на поляну опасливо ступила Кошек с извечно туманным и отвлеченным выражением. Морриган, готовая к броску, напряглась и стиснула зубы. Главное не торопиться. Главное не наломать дров и не спугнуть… Кошка-предсказательница неторопливо обошла лужайку, слегка замедляя шаг у каменных плит, и одно за другим зажгла письмена. Излучая разноцветный свет пастельных оттенков, руны осветили прочерченный на земле круг и взметнулись в небо капельками спектра, а цвета вокруг померкли и стали совсем темными и блеклыми. Монотонно повторяя заклинание, Кошек вышла на середину поляны исела на землю, подобрав под себя лапы и обернув их хвостом.       «Ну же, Сабрина, где тебя носит, нечисть ты поганая,» — нервно покосившись назад, Морри увидела только ночной лес.       Тем временем Кошек призвала и левитировала к себе книгу и карты звездного неба, принявшись торопливо выстраивать обереги. Времени осталось критически мало. Если она начнет предсказывать до вмешательства, все пропало. В состоянии транса она недосягаема. Процедив сквозь зубы самое страшное проклятие, которое только пришло в голову, и щедро приправив его отборной руганью, Морриган крупно вздрогнула и скосила резко вытаращенные глаза, когда чья-то лапа легла на плечо.       — Теперь-то узнаю, — фыркнула Сабрина, обворожительно — по собственному представлению — сверкнув пронзительными зелеными глазами и показав белые клыки.       — Креста на тебя нет, — огрызнулась Морриган, стремительно отведя взгляд. — Ступай.       — Мертвечина тебя изменила… Или тебе, — съязвила черная кошка, толкнув ее боком и вынырнув из густых кустов на лужайку.       Резко повернув голову в сторону новоприбывших с вздохом, Кошек потеряла свяь с бестелесными голосами свыше, которые уже вызвала в ходе ритуала, и недовольно уставилась на обеих вновь приобретшими осознанность глазами.       — Сгинь, нечистая! — зашипела Кошек, выставив вперед заклинание-щит в виде магической гексаграммы и приготовившись обороняться изо всех сил. — Зачем пожаловала?       — Сама-то, — зарычала Сабрина, вздыбив загривок и хищно ухмыляясь. — Шарлатанка проклятая.       — И чьи слова будут значить больше, когда дело о вашем вторжении дойдет до лидера? — парировала Кошек и глазом не моргнув.       — Мои. — Ровно заметила Морриган, и прорицательница обратила на нее свой всевидящий взор, как-то резко поубавивший уверенности. — Я точно в той же Гильдии, что и ты. Только значительнее. Твое зачарованное место мне давно известно, я сумею разгадать шифр, победить морок и указать его.       — Что вы обе здесь забыли? — раздраженно изогнув хвост, предсказательница уставилась на Сабрину, которая, казалось, только и мечтала, что превратить ее в горстку пепла. — Гильдии давно не существует.       — Именно это. Отнюдь не многие сохранили свой магический дар на проклятом месте, верно? — вкрадчиво проговоила Морри, обратившись к природному дару обольщения.       — Откуда тебе известно? — спросила Кошек, и в ее голосе проступила нежелательная резкость. Ведьмы обменялись удовлетворенными взглядами.       — Ты что-то, кажется, обронила в лесув позапрошлое полнолуние. Оно по счастливой случайности, к слову, совпало с путешествием моей милой Морриган к Синей Горе, — Сабрина изрекла заранее продуманный ответ натянуто, буквально сплевывая слова через улыбку-оскал, а затем достала из сумки на боку магическую сферу и швырнула в сторону прорицательницы, тут же меняясь в морде. — Ведьминскому сестринству нет никакого дела до этой вашей Гильдии. Но о проказе от меня лично можешь не беспокоиться.       Поймав лапой шар в жесткой прозрачной оболочке, Кошек покосилась на ведьм недоверчиво, а когда рассмотрела транный предмет, швырнула его на землю и отпрянула в сторону, словно бы обожглась.       — Я вижу только символы! Знаки! — заголосила она на повышенных тонах, но оправдание было слишком жалким по сравнению с взором грозной Сабрины.       — Тебе не нужен был маг, чтобы преобразовать. Если хотя бы половина слухов о тебе — правда, ты обучена. — Черная кошка вмиг стала очень напористой и открыто пошла в атаку, став еще более зловещей. — И ты держала при себе, хотя ни о чем подобном не ведаешь! На что ты рассчитывала?       — Гильдии нет, магии, официально, тоже! — почти умоляюще промяукала предсказательница, с ужасом отступая назад к самой черте. — Это место проклято! Я не имею ни малейшего понятия, кому могу сказать, кому можно доверять!       — Мой отряд искал разгадку все это время. — Ледяным тоном отрезала Морриган, и ее глаза полыхнули убийственным желтым огнем. — Мы занимались этим несколько лун. Ты планировала оставить ведение при себе навсегда? Как мы смогли бы доверять тебе после подобного? Ну? Последние слова?       Помолчав, Кошек панически зашипела и прижала к себе книгу предсказаний, и только спустя минуту нашлась с ответом.       — У твоего отряда сменилось уже два руководителя. Откуда мне знать, что вы в самом деле делаете? Может быть, из-за вас это пропадают другие члены Гильдии!       — Еще слово, и ты пожалеешь не от том даже, что сама не пропала, а о том, что вообще появилась на свет! — рявкнула Сабрина, подавшись вперед, и Морри пришлось преградить ей путь лапой и бегло глянуть прямо в глаза.       — Мы уже знаем обо всем. — Мрачно подытожила серая кошка, вернув взор на распушившую загривок прорицательницу, со страхом ожидающую своей погибели. — Сестринство и шабаш не заинтересованы в том, чтобы об этом знал кто-то еще. И мы без лишней жалости и церемоний пустим твою шкуру на дорогие подношения сразу после того, как лидер…       — Ты не посмеешь! И я не шарлатанка! Может быть, я даже не принадлежу Гильдии! Я не верю ни одному слову! — собрав остатки смелости, закричала Кошек, перебив ее. — И никто не станет верить вам! Тем более, ей, мерзкой злобной ведьме!       — Нет, милая, уж изволь меня простить! — взорвалась Сабрина, взметнувшись было в воздух темной исполинской волной, однако…       — Тогда забудь о нашем уговоре, — заискивающе промурлыкала Морри, и черная кошка озлобленно зарычала сквозь зубы, но вернулась в нормальный земной облик и уставилась на Кошек исподлобья, бормоча проклятия. -… Это твой выбор, предказательница. Можешь следовать восвояси. И никто из нас тебе не маг и не защитник, когда правда будет озвучена.       — … Лидер не станет… — жалобно, с большим сомнением вновь начала Кошек, но…       — Заткнись, мертвечина! Гореть тебе на костре ВЕЧНОСТЬ! — заорала Сабрина, с легкостью ее заткнув.       — Лидер поверит хотя б мне. — Авторитетно изрекла Морриган, и эффект удался на славу. — Я ведьма, да. Но теперь я возглавляю исследовательский отряд. За неимением лучшего. Хорошей дороги домой.       Покосившись на скалящующся черную кошку с холодными зелеными глазами, Кошек сглотнула и отодвинулаась в сторону.       — И чего вы хотите от меня… обе в обмен на мою жизнь?       Довольно заулыбавшись, Морри посмотрела на нее свысока.       — Хорошая девочка. Быстро усваиваешь уроки. Слушай сюда. Мы в большой опасности все, ты это уже предсказывала. Не лги мне, что понятия не имеешь, о чем я. Нам нужна любая нормальная магическая помощь. Твое дело — сидеть на месте и гадать по звездам. Вот и занимайся этим, мать твою! Не путайся постоянно под лапами! Тебя видел весь Лагерь, еще немного, и благодаря тебе мы бы все погибли. Ты остаешься здесь, понятно изъясняюсь? Станешь сидеть безвылазно здесь и гадать. Все, что узнала, будешь говорить, но только исследовательскому отряду и никому более. У нас больше нет такой роскоши, как право соблюдать все заветы. У тебя есть только два варианта.       — Второй мне нравится гораздо больше, — захихикала Сабрина, запугивая съежившуюся Кошек и упиваясь ее искренним ужасом.       — Уймись. — Предупреждающе щелкнув ее хвостом по носу, Морри за секунду переключилась и вернула себе маску холодного безразличия к чужой судьбе. — Что скажешь? На что ты готова ради общины, которая тебя приютила?       Раскрыв беспомощно пасть, Кошек в полном смятении проводила ведьм взглядом, пока они не исчезли в подлеске и не растаяли совсем.       — Ну, и зачем тебе эта кошка? — поинтересовалась Сабрина, когда Кошек уже не могла их расслышать. Идущая рядом, Морри все еще не глядела в ее глаза, создавая и постоянно поддерживая некоторую интригу.       И Морриган много, на самом-то деле, отдала бы, чтобы это хоть на миг стало так. Некогда любимая ведьма повелась на ее идеальный обман, и однажды ей придется признаться, что все это — просто манипуляции ради какой-то далекой чужой идеи, не ее совсем цели. Морри обошлась бы и с тем, что Гильдия дает ей кров, доступ к редкому алхимическому сырью и неограниченной энергии и право постоянно совершенствовать свои навыки. Ей не нужны были бы все бесконечные формальности, это притворство, да защита даже, в конце концов. Она была достаточно могущественной ведьмой, чтобы ни к кому не принадлежать и никого не бояться. Что она бы только ни сделала, чтобы стать хоть на миг такой же неуязввимой и самодостаточной, какой ее знали и видели, потребляя только повседневный хитрый и загадочный образ отчаянной, сообразительной и бесстрашной сильной кошки. Все это было бы большой радостью для Морри, когда было бы чуждо. Но она бесповоротно застряла. Зависла. На ней. Аните. Безнадежно предпочла и имела неосторожность довериться чуть больше, чем следовало. Теперь спокойно в глаза той, которая все еще верити рассчитывает, она не взглянет. Сабрина — противник куда более опытный и опасный, чем ее собственная совесть. Месть будет страшна. Молва — еще хуже. Ибо какой у нее, Морриган, будет авторитет после того, как ее быстрый огненный роман с инстинной мертвечиной — во всех смыслах слова — станет общенародным достоянием? И гроша не будут стоить все эти дешевые уловки, попытки раскаяться или эта никчемная Гильдия…       Остановившись чуть впереди, Морриган устало вздохнула.       — Я должна тебе одну ночь. Но буду должна больше, если ты вернешься завтра.       — В ночь безлуния? — Сабрина прищурилась недоверчиво и ближе не подошла. — …Не хочешь говорить, да?       — …Мне нужно обдумать. Я дам ответ перед финальной битвой. А пока прошу немногого. Следи за Хильдой, это важно.       Поглядев, как черная кошка молча устраивается на метле и с гулом вторгается в полуночное небо, серая ведьма побрела в чащу леса, ощущая себя самым одиноким существом на свете. Кого она обманывает, она уже поторопилась, уже наломала дров на целую жизнь вперед. Уже спугнула. И как она вообще будет все это разгребать?..

***

      Едрид-Мадрид, Кристина. На кой, мать твою, черт ты убила его? Покинув портал и мягко ступив на пружжинистую лесную почву, Черная Жуть сосредоточилась на колдовстве и тщательно скрыла следы гнилостного черного тления. На то, чтобы быть тобой, схожей по образу и подобию, нужно так много сил…       — Надо придумать, как выкрасть у нее посох… — пробормотала Жуть, опустив голову к самой тропе и прислушавшись. Звенело на востоке. Значит ей туда дорога. — Никто в своем уме не поверит, что во всем виновата она, если у меня к концу не появится пресловутый магический артефакт… И если я, кхм-кхм, сука-блять-мать-вашу, не научусь разговаривать правдоподобно…       И ведь знает же, что делает, сучка такая. Вырвала из лап совершеннейшую из марионеток, лишила еще одного рычага воздействия. Она играет действительно неплохо в том режиме, где между инь и ян отсутствует всякое дао. Розмарин нашел себе хорошую пешку для исцеления от легкой оплошности, когда его просто случайно и нестрашно посекло в ходе одной важной миссии. И старик, разумеется, не представлял, что система координат намного сложнее. Жуть обскакала его защиту даже во время дополнительных испытаний. Еще бы. Если бы не врожденное Кристинино упрямство, если бы не этот крупный конфликт, который ее сломил, когда она решила замалчивать, в ней бы и не сделалось такого могущества. В ней его и не было еще даже когда тогда, когда Жуть на пробу перебила прототип Гильдии в другом измерении, чтобы посмотреть реакцию. Тогда они обе были действительно не готовы. И вот теперь она дождалась. И какое же она ебанное совершенство. Невозможно поверить и не получится описать, эта кошка невъебительски хороша во всем, когда скопила злобу. Да если бы не ее безалаберность, тупость и показуха, у нее было бы величайшее будущее в любом мире или измерении. Она просто невероятна. Непредсказуемый стратег. Потрясающий лидер. Тонкий психолог. Прирожденный аналитик. Преданный союзник. Хитрая и роскошная обольстительница… Из нее можно было бы слепить кого угодно. Она даже не представляет, насколько на самом деле талантлива. Ебанная икона…       Черная Жуть шла по лесу почти до самого рассвета, пока чаща не расступилась внезапно, превращаясь в степь. Высокий сочный ковыль колыхался на ветру волнами, и травы расходились сплошным морем, пока теневой клон прокладывал себе дорогу к отдаленному островку деревьев. Розмарин знает об этом месте… Да и какая хрен разница? Убогий колдун-марионетка, такой же, как и все остальные, он не играет более никакой существенной роли в сей постановке. Главную преграду Черная Жуть убрала сама. А крошечные очаги сопротивления в лесу… Ведь какой толк в узурпаторе, если нет никакой борьбы? В ней есть своя прелесть и свой глубоко философский смысл. Пусть устраивают свои собрания в роще и продолжают опрометчиво предсказывать судный день. Они могут подсказать вполне неплохие идеи. В конце концов, в этом заслуга даже Риччи. Старик первым обратил ее внимание на бесцветие леса, который становится ярким только вокруг нее. Конечно, в своей первоначальной догадке он ошибся, но Черной Жути уже дважды очень пригодилось его наблюдение… Дойдя до древа Матери Магии, теневой клон отвел лапу в сторону, и живая визуально Бланчефлер вмиг обратилась в шарнирную ростовую куклу и безжизненно рухнула на землю с сухим стуком. Приблизившись к самой коре, Жуть прислонилась к древесине лбом и легко прошла насквозь, оказываясь в темноте. Держаться за опору необходимости не было, она помнила лестницу и лабиринт наизусть, чтобы никогда не путать повороты и не попадать случайно в комнаты с марионетками, которые предотвращали уже не единожды и побеги прототипа, и несанкционированные вторжения. Фелисити знала свое дело хорошо, эта сделка окупилась многократно с лихвой. И хорошо, в конечном счете, даже то, что Звериная Банда вновь начала собираться для повторного восстания, а самые видные деятели науки и прогресса постепенно поддаются занесенному ветром. Все это очень даже хорошо, никаких запретов… И никто не обратит никакого вниммания на истинно титанические процессы глубоко внутри. Само время будет ей покровителем, пока оно менется так активно, ибо кто и почему должен бы копать вглубь, когда хватает проблем и на поверхности?.. Она станет воистину ужасной и великой, великой и ужасной. По-настоящему выразительный антагонист, вконце концов, никогда не является по натуре своей злодеем до мозга костей или антагонистом из сплошных клише на сто процентов. Эмпатия и привлекательность — вот, что держит всю постановку, а она завладела к этому моменту и тем, и тем. Пусть сопротивляются. Тем лучше, намного лучше. У ее дивного нового мира будет богатейшая история и интереснейшая хронология. В общем-то, это еще раз эмпатия, которая опять же привлечет к ней исследователей и наблюдателей, среди которых всенепременно найдутся последователи великого… Ох, точно. Последователи великого… хм… МАТЬ-ВАШУ-СУКА-БЛЯТЬ-учения. Очень достойная раскадровка. Осталось только не прогадать с марионетками… новыми. Опять. И найти правильную цель, с которой не гнусно продолжить подъем Гильдии для дальнейшего распада измерения для сохранения исключительно достойного. Цель, которой она точно достигнет, нужен максимально простой и понятный план, который невозможно не выполнить.       Спустившись на самое дно провала, Черная Жуть неторопливо подошла к большой клетке, в которой ранее сидела Мэй, ныне висящей над поляной проклятых гнилых цветов. Миловидная трехцветная кошка, которая никогда не сдается. Юный темно-серый кот в очках с пылающим сердцем. Какая-то случайная незнакомка, похожая почему-то одновременно и на проклятое дитя, и на цветок, на который опустился темный мотылек. Да неважно. Она разберется с этим потом. Маниакальная фаза началась уже у всех троих, зеленоватая пушистая плесень покрыла места тлеющих язв. Пора поддать жару этому Лагерю добровольцев-неудачников…