Договор

Церемония открытия начиналась в одиннадцать, а настенные часы показывали девять пятьдесят утра. Хината смотрел в потолок их гостиничного номера и по привычке теребил пальцы, когда ощутил, как кровать прогнулась. — Эй, Хината. — Кагеяма лег рядом на свою половину кровати. Хината замер, гадая, что произойдет дальше. — О чем ты мечтаешь? — А? — Шоё удивленно уставился на Тобио. Тот сложил руки за головой и прикрыл глаза. — Расскажи, какие у тебя мечты? Хината недоуменно моргнул. — Почему ты спрашиваешь? Кагеяма ответил не сразу. Он немного повернул голову, встречаясь с ним взглядом. — Я хочу узнать тебя поближе. Хината судорожно вздохнул. Почему-то эти слова смутили сильнее, чем привычные уху пошлые комментарии. — Ну… Я о многом мечтаю. — Например? Задумавшись, Хината уткнулся взглядом в белоснежный потолок. — Например… Хочу руководить интересным мне исследованием. Хочу совершить прорыв, — начал перечислять он. — Еще хочу основать свою фармакологическую компанию. — Хината взглянул на Кагеяму и смутился, когда увидел на его лице теплую улыбку. — Это здорово, — тихо произнес Тобио. Хината смущенно улыбнулся, радуясь похвале. — А еще… Иногда у меня странные мечты, но мне нравится о них думать. — Расскажи. Хината вдохнул больше воздуха и заговорил: — Я представляю собственный большой кабинет, и у меня в подчинении много людей. Они все меня уважают и слушаются. Иногда представляю себя главой Токийской префектуры, — Хината смущенно почесал нос. — Знаешь, если бы не наука, я бы подался в политику. Кагеяма усмехнулся. — Тебе бы это пошло. — Думаешь? Кагеяма промычал «угу» и вновь прикрыл глаза. Хината устроился на боку, чтобы лучше рассмотреть его профиль. Волосы были еще слегка влажные после душа, а на красивых губах играла улыбка. Под тонкой белой футболкой просвечивала кожа и проступали мышцы. А ниже… Рука Шоё медленно и неуверенно поползла по покрывалу. Что, если это и был тот самый шанс, о котором говорил ему Кенма? Хината мог бы сделать это прямо сейчас… — Я голодный. Хината отдернул руку и прижал к себе. Он сглотнул вязкую слюну. — Я тоже. Кагеяма встал с кровати и взял со столика меню. Обсудив с Хинатой выбор еды, он заказал по телефону завтрак в номер, и вскоре его принесли. После трапезы Кагеяма открыл свою дорожную сумку и вытянул оттуда рубашку и брюки — Хината предупреждал, что на конкурсе нужно выглядеть прилично. Одежда была немного мятой, но, похоже, Тобио это ничуть не смущало. Хината сидел на кровати, когда Кагеяма принялся без стеснения раздеваться перед ним. И как бы Шоё не хотелось отвести взгляд, чтобы не пялиться — он не мог. Кагеяма был очень красивым. Тобио переоделся и вопросительно взглянул на него. — А, — Хината вскочил. — Мне тоже нужно переодеться. Шоё аккуратно вытянул из чемодана чехол, в котором был сложен костюм. Он направился в ванную, когда Кагеяма остановил его: — Ты идешь в ванную, чтобы переодеться? Хината замер на месте. — Д-да? — ответил он, не поворачивая головы. — Почему ты не переоденешься здесь? Хината зажмурился. Конечно, он уже переодевался перед Кагеямой. Но это всегда было после секса… Или наутро после секса… — Ну… Хорошо. Переоденусь здесь. Кагеяма сел в кресло и подпер голову рукой. Бесстыдный спокойный взгляд упирался в Хинату. — Ты вот так будешь смотреть на меня?! Кагеяма пожал плечами. — Я просто жду. Хината подавил возмущение — в конце концов он и сам таращился на Кагеяму. Он отвернулся, надеясь, что его нагретые красные уши были не заметны. Он хотел переодеться быстро, но пальцы предательски подрагивали и путались в пуговицах. Хината расстегнул уже все пуговицы на рубашке, когда неожиданно на живот легла теплая ладонь. Тобио прижался сзади и поцеловал в шею. — Ч-что ты делаешь? — А на что это похоже? — Рука заскользила ниже, к поясу брюк. — Это похоже на то, что мы опоздаем. Кагеяма хмыкнул, а затем выпрямился и развернул Хинату к себе. Пальцами он приподнял подбородок, заставляя посмотреть на себя. В голубых глазах плескались сложные эмоции. — Поцелуй меня. Хината удивленно распахнул веки. Как правило, Кагеяма целовал его первым — даже когда Шоё проявлял инициативу и подставлял губы. Несколько секунд Шоё поочередно переводил взгляд с синих серьезных глаз на мягкие губы, а затем обхватил руками чужую шею и осторожно потянул вниз. Тобио не поддался, продолжая стоять прямо. — Н-Наклонись, — попросил Хината робким голосом. — Нет. Ты дотянись до меня. Хината сжал губы, чувствуя напряжение в сильных пальцах на своем подбородке. Он встал ближе, почти прижавшись к твердому торсу, и потянулся на носках. Их губы встретились, и Кагеяма незамедлительно ответил на поцелуй, углубляя его. Движения языка были жадными, полными желания. Рука скользнула вниз и крепко обняла за талию. Хината расслабился в объятиях, позволяя удерживать себя. Пальцы цеплялись за шею, ощущая жар кожи. Кагеяма отстранился первым. На лице была довольная улыбка, а напряжение в глазах исчезло, словно его и не было. — Мы вспотеем, если продолжим, — объяснил он. — Тогда нужно раздеться… — пробормотал Хината. — Что? Хината взглянул на часы и с сожалением отметил, что они не могут больше задерживаться. Церемония открытия вот-вот начнется. Нервозность подступала к горлу. Глубоко внутри Хината признавал, что желал бы остаться здесь — в теплых объятиях Кагеямы.

***

Они дошли до местного университета, организовавшего конкурс, и остановились у входа. Кагеяма опирался плечом о стену, пока Хината, сидя на корточках, уже несколько минут протирал влажными салфетками свои коричневые лоферы. Наконец, Хината выпрямился и подошел к Кагеяме. Он смотрел в сторону и выглядел так, словно хотел сказать что-то очень важное. — Кагеяма, я должен кое в чем признаться, — он коротко вздохнул, прежде чем продолжить. — Знаю, я кажусь очень уверенным в себе, но это не так. Кагеяма моргнул. Казался ли Хината уверенным в себе? Возможно, для тех, кто его очень плохо знает. Хината был скорее самоуверенным: превозносящим свои достоинства и старательно утаивающим свои слабости. Но тот кто стыдится своих слабостей — не может быть в полной мере уверенным в себе. — Я боюсь облажаться, — признался он. — Удай-сану было семнадцать, когда он получил первое место на конкурсе. А ведь он участвовал впервые — как и я! — Хочешь сказать, что ты должен получить первое место? — прямо спросил Кагеяма. — Да. — А если не получится? Хината опустил голову ниже. — Тогда я проиграю ему. Кагеяма покачал головой. — Ты соревнуешься с ученым, который на десять лет старше тебя? — Нет. Точнее… Я соревнуюсь с его прошлым. Я должен пройти его путь, чтобы соответствовать. Я должен победить в этом конкурсе. — Хината сжал кулаки. — Я должен закончить университет первым в списке лучших. Я должен сделать так, чтобы Удай-сан меня заметил и взял на работу к себе в компанию. А потом я должен основать свою компанию… — И для всего этого нужно победить в этом конкурсе? — перебил Кагеяма. — Да, если я хочу стать особенным, как Удай-сан. Кагеяма понимал желание Хинаты быть самым лучшим. Возможно, больше, чем кто-либо другой. Это приятно, и это давало возможность быть и расти рядом с лучшими. Но Хината будто отрекался от собственного пути, в котором он мог оказаться еще более особенным, чем Маленький Гигант. Это чертовски раздражало Кагеяму, потому что следование по пути Удая Тенмы также означало отказ от серьезных отношений с альфой. То есть, с ним — Кагеямой. — И еще… — Хината поднял голову и посмотрел на него. — О тебе я тоже думаю. Кагеяма удивленно поднял бровь. — Я боюсь тебя огорчить. Боюсь, что ты поймешь, что я вовсе не крутой и тогда… ты разочаруешься во мне. Кагеяма моргнул. Если бы не серьезное выражение лица, Кагеяма бы подумал, что тот шутит. — Хината… — Кагеяма отступил на шаг и обвел его взглядом. — Но я никогда не считал тебя крутым. — Что? — Крутой — это я. И все те, кто играет в волейбол. А ты не крутой. Ты просто заучка. Ботаник. — Эй! Это звучит грубо! — Извини, но как есть, — Кагеяма пожал плечами. — Ты — противоположность крутости, и… Тобио запнулся, подумав, что уже перегибает палку, но с удивлением заметил на губах Хинаты слабую улыбку. — Хината, ты не разочаруешь меня, — сказал он, тепло улыбнувшись. — Что бы ты не сделал. И какое бы место не занял. Хината судорожно вздохнул. Он ничего не говорил, но в глазах читалась благодарность и толика облегчения. — Ну что, готов? — спросил Кагеяма. — Да.

***

В холле они обнаружили стойку, за которой приветливая девушка по имени Саэко зарегистрировала их и выдала пропуска. — Удай-сан уже здесь? — Хината нетерпеливо вертел головой, выглядывая среди участников знаменитого ученого. — Еще нет, — Саэко улыбалась так, словно умилялась детскому восторгу Хинаты. — Интересно, что он приготовил на конкурс в этом году? — Ох, милый, ты еще не знаешь? — Саэко посмотрела на него с сочувствием. — В этом году он не участвует. Кагеяма заметил, что лицо Хинаты заметно побледнело. — Что? Он ведь участвовал каждый год. Десять лет подряд! Кагеяма вспомнил слова Хинаты о том, что Удай Тенма не появлялся на публике уже долгое время. — Он чем-то болен? — предположил он. Хината испуганно обернулся на него, и Кагеяма пожалел, что вообще влез в разговор. — Нет-нет, ничего такого! — поспешила успокоить его Саэко. Затем она наклонилась к ним и заговорила тихим голосом: — Но причины были. Не буду портить вам сюрприз, сами всё увидите. — Она подмигнула, а затем переключилась на другого участника. Кагеяма с Хинатой переглянулись и отошли в сторону. — Ты расстроен? — обеспокоенно спросил Тобио. — Немного. Ведь я хотел победить его… — Хината вдруг резко вскинул голову — карие глаза словно засияли изнутри. — Но я был прав! Маленький Гигант наверняка совершил грандиозное открытие! Только вот, оно не подходило под формат конкурса и пришлось отказаться от участия. Но я уверен — это открытие перевернет наши жизни! Кагеяма сомневался, что какое-то исследование или открытие в области биологии как-то особенно повлияет на его жизнь, но не стал ничего говорить. Впрочем, Тобио будет доволен, если Удай Тенма с большой сцены поведает о том, как благотворно вязка с альфой влияет на интеллект омеги. Или что-нибудь вроде этого. — Чему ты улыбаешься? Выглядит жутко. — Ничему. Заткнись.

***

Главный зал оказался большим и светлым, с высокими потолками и панорамными окнами. Пока Хината заворожено разглядывал сцену, окружённую мягкими стульями, Кагеяма поглядывал в сторону накрытых столов с закусками и напитками. Зал понемногу наполнялся людьми, и среди участников Хината повстречал немало знакомых. Он дружелюбно их приветствовал и болтал с ними до самого начала мероприятия. Кагеяма не встретил ни единого знакомого. Наконец, началось торжественное открытие, и Кагеяма с Хинатой заняли свои места — Шоё убедил сесть в первом ряду. — Маленький Гигант всё ещё не пришел, — тихо проговорил Хината грустным голосом, оглядываясь на задние ряды. После вступительной речи нескольких именитых ученых (Кагеяма забыл их имена почти сразу) началась презентация участников. У каждого была возможность выйти на сцену и рассказать о себе — впечатлить судей достижениями и широтой своей личности. Кагеяма быстро заскучал, и его единственным развлечением были колкие комментарии Хинаты об участниках. — А это Лев Хайба, — Хината стиснул зубы, и Кагеяма пригляделся к участнику — высокий блондин, явно иностранного происхождения. — Он мой одногодка, — недовольно проворчал Шоё. — А я так надеялся быть единственным второкурсником на конкурсе. К тому же он омега, — Хината вжался в спинку сидения. — И меня бесит, что он намного выше меня. Кагеяма не сдержал тихий смешок. Хината услышал и взглянул на него с упреком. Наконец, подошла очередь Хинаты. Кагеяма не посчитал нужным пожелать ему удачи или оказать какую-то еще поддержку — в этом не было необходимости. Хината Шоё был великолепен во всем, что касалось выпендрёжа и самолюбования. А на сцене он казался влитым — яркий, красивый, приковывающий внимание и вынуждающий… потерять голову от любви к нему. Кагеяма оглядел рядом сидящих людей, впервые задумавшись: чувствуют ли остальные то же самое или чары Хинаты Шоё всегда воздействовали по-особенному только на него одного? После того, как Хината коротко представился, экран проектора позади него залился таинственным черным цветом — началась презентация. Кагеяма смотрел ее с приоткрытым ртом, не зная куда себя деть — то ли смеяться, то ли безмерно восхищаться этим маленьким омегой. Пока остальные участники использовали слайды с презентацией, Хината подготовил… целый фильм о себе. Над операторской работой потрудился его клуб «Анти-спортсмены и анти-спорт» — и он же был центральной темой фильма и главным социальным достижением Хинаты. В видеоролик были вставлены фрагменты с митингов, которые организовывал Хината на территории университета. Под конец мини-фильма Шоё встал перед камерой и торжественно озвучил цифры, в которых урезали бюджет всем спортивным секциям в университете. Зрительный зал рассыпался в аплодисментах, а многие даже встали со своих мест. Кагеяма же в это время сидел и прикрывал лицо рукой. Хината поблагодарил всех со сцены и со счастливой улыбкой вернулся на место. — Ну как тебе? — Ты был лучше всех, — убирая руку от лица, ответил Кагеяма — и был честен. Хината улыбнулся ему шире и выглядел так, словно похвала и одобрение Кагеямы были важнее, чем восхищение всего зала. У Тобио внутри что-то сладостно сжалось. Как же ему хотелось выпалить «я люблю тебя» прямо в этот самый миг.

***

После церемонии открытия объявили перерыв, и участников отвели в столовую. Внутри они обнаружили богатый шведский стол. Кагеяма подумал, что нашлась уже вторая положительная сторона этой поездки. Первая — это минет от Хинаты этим вечером (Тобио на это надеялся). Он набрал себе привычную порцию еды — на тарелке образовалась небольшая горка, — и вместе с Хинатой они отыскали свободный столик. Кагеяма успел только вонзить зубы в жареное мясо, когда к ним кто-то подсел. — Привет, Хината! Не думал, что встречу тебя здесь. Это был тот самый Лев Хайба. Он сел на стул рядом с Хинатой, и разница в их росте стала еще более выразительной. — Привет, — Хината даже не пытался сдерживать свое кислое выражение лица. — Какое совпадение — я тоже не думал, что встречу тебя здесь. Как удалось пройти на конкурс? — То же самое хотел спросить у тебя. Глядя на них, Кагеяма продолжал жевать мясо. Если Хината не скрывал язвительные нотки в голосе, то высокий парень казался искренне дружелюбным. Возможно, по этой причине он раздражал Хинату еще сильнее. — О, ты привел на конкурс своего альфу? — (Кагеяма чуть не подавился и поспешно проглотил еду, запивая водой). — Не пустил одного, да? — Лев многозначительно улыбнулся Кагеяме. — О чем ты говоришь?! — ответил Хината, с раздражением взирая на него снизу вверх. — Нет, это Кагеяма. — Шоё перевел взгляд на Тобио. — Мой однокурсник и… друг. Кагеяма молча смотрел на Хинату в упор, и тот отвел взгляд, поджимая губы. Многие ошибочно принимали их за пару, когда видели вместе — и это было нормально, учитывая, что на Хинате долгое время оставался запах Кагеямы после секса. Вот только обычно Хината не придавал особого значения домыслам других людей. Однако перед этим парнем… Хината будто впервые стыдился связи с Кагеямой. «Нет», — поправил себя Тобио, — «связи с альфой». — О, — Лев переводил свои большие глаза с Хинаты на Кагеяму. — Я по запаху чувствую, какие вы отличные друзья. — Ага. Эм, — Хината почесал ухо. — Ты уже видел Удай-сана? — Шоё хотел перевести тему, очевидно. — Нет, но я слышал, что он скоро появится. Ты ведь пойдешь на его вечеринку? — Конечно, ни за что не пропущу ее! — Лицо Хинаты вмиг преобразилось, и на губах появилась улыбка. — Что за вечеринка? — вмешался Кагеяма. — Ужин, который организовывает Удай-сан каждый год для участников конкурса, — ответил ему Хината. — Только для омег. — Понятно. Кагеяма вмиг потерял интерес к вечеринке, на которую он не сможет пойти вместе с Хинатой, и посвятил себя поглощению еды. Хината и Лев продолжили общаться, и Тобио узнал из разговора, что Лев учился в той же школе, что и Хината. Кагеяма отметил про себя, что было бы неплохо пообщаться с этим парнем наедине и разузнать что-нибудь о Хинате.

***

После обеда участники вновь стали стекаться в главный зал. Как только Кагеяма с Хинатой переступили его порог, они услышали знакомый голос. — Хината-кун, вот ты где! — Это была Саэко, она махала им рукой с другого конца зала. — Иди скорее сюда, Маленький Гигант здесь! Она указала рукой в толпу людей — участники окружили Удая Тенму. Хината только сделал короткий вдох и решительно рванул туда. Кагеяма не раздумывая последовал за ним — было любопытно взглянуть на кумира Хинаты вживую. Тоненький Шоё быстро проник сквозь толпу. А вот Кагеяме пришлось извиняться, пока он осторожно расталкивал людей. Наконец, Тобио выбрался вперед, и в первую же секунду завис в ошеломлении. Перед ним стоял тот самый Удай Тенма с фотографий из интернета. Тот же низкий рост, те же отросшие черные волосы, а вот ниже… Огромный живот. Кагеяма не разбирался в беременных омегах, но предположил, что это был восьмой или девятый месяц. И хотя выпирающий живот ученого приковывал к себе всё внимание, Кагеяма сумел заметить заживающий шрам метки на шее, что проглядывался сквозь пряди волос. Удай дружелюбно беседовал с участниками, отвечая на их вопросы. Кагеяма нашел глазами Хинату. Тот не выглядел шокированным или даже просто удивленным. Его лицо ничего не выражало, а карие глаза были словно из стекла. Кто-то этого мог не заметить, но Кагеяма явственно лицезрел, как прямо сейчас внутри у Хинаты рушился весь его мир. На краю сознания возникла мысль, что скорее всего минета сегодня не будет.