Я всего лишь хотел быть звездой

[Уведомление: Ваш пост был автоматически опубликован.] С тихим звуком появилось уведомление на темном экране разбитого телефона. Модель не была новой, но отрабатывала свою стоимость достойно. К сожалению, у молодого студента не было лишних средств на более современную модель. Да и студентом официально его было не назвать, так как юноша по документам не учился ни в каком-либо высшем учебном заведении. Так и выходило, что он, хоть и молодой, красивый и умный, все же достаточно беден, но потихоньку вышел на уровень возможности есть нормальную еду несколько раз в день. Но лишнего времени на обед у юноши не было. Даже сейчас он параллельно ел и работал над одним заказом. — Пожалуйста, только не запачкай мою технику, — сказал молодому Хуа Чену такой же бедный товарищ — Хэ Сюань. В ответ юноша не получил и малейшего звука, но знал, что его услышали. Взаимоотношения молодых людей нельзя назвать дружескими, скорее братья по несчастью. Эти двое постоянно работали. Им нужны были деньги, много денег, чтобы добиться своих целей. Во время одной из множества подработок они и познакомились, а после стали брать совместные заказы и делить одну студию. С огромным нежеланием, но волею судьбы их пути оказались связаны. На данный момент они занимались общим заданием для одной исторической дорамы. — Кстати, ты не мог бы отключить звук на телефоне, — продолжил свою речь Хэ Сюань, недовольно добавив, — мешает. — Хм, нет, это важные уведомления, никак нельзя, — не поворачиваясь на собеседника ответил Хуа Чен. — Во-первых, если я буду отвлекаться на такие пустяковые звуки, то мелодию допишу только к вечеру, а из-за кое-кого у нас и так много заданий. Во-вторых, там все равно ничего важного, зачем тебе вообще эти уведомления? — Скажи мне, Хэ Сюань, неужели то, что я добыл нам работы это плохо? Тут дел то на пару часов. Успеем еще другие заказы сделать, так что советую тебе стать глухим и немым, как рыбка, и продолжить работать. Но чуть позже, закончив со своей частью, Хуа Чен наконец-то нашел достойную тему для обсуждения и торжественно повернулся к своему собеседнику с довольным лицом, специально действуя тому на нервы. Уже свободный от своей части задания он продолжил свою речь, хотя смотрел не на человека рядом, а на собранный мини-алтарь для одного особенного человека: — А вот без уведомлений никак нельзя. Как же я, не отвлекаясь на проверку, узнаю, что моя группа идет в нужном направлении. — О нет, — Хэ Сюань понял, что заплыл не в те воды, — пожалуйста, не продолжай… — Ладно бы если это было бы про меня или что-то другое, — проигнорировал своего собеседника Хуа Чен, — но это же мой Наследный принц. Как я могу быть непочтительным и убрать уведомления из группы о нем? — Угх, — мог только проворчать Хэ Сюань в этой ситуации, так как знал, что этого придурка не остановить, если начнется разговор про «его принца». Как и ожидал Хэ Сюань, весьма болтливый в такие моменты Хуа Чен не остановился даже после получаса рассуждений о своей одержимости. Это было мучение, в которое он не хотел попадать и старался тщательно избегать хоть какого-нибудь красного флага. Но все же иногда случались проколы и в наказание ему приходилось выслушивать невероятно долгие оды Наследному принцу Сяньлэ. Так и проходили их дни. До официального открытия Призрачного города было еще много времени, но молодой Хуа Чен уже давно начал копить на место, куда может обратиться его Высочество, если вернется в индустрию. Также ему требовался стабильный заработок и бренд, а точнее имя в индустрии развлечений. Хоть сейчас Хуа Чен и известен как трудолюбивый и весьма талантливый работник закулисья, но ему все еще многого не хватало для выхода на расширенный рынок труда. Если подытожить, юноше было еще расти и расти, он был лишь только в начале своего пути. — Как кстати там твой брат? — закончив со свою эпопею, спросил Хуа Чен, скорее ради вежливости, нежели из-за интереса, — насколько я помню, он же дебютировал недавно, его компания не собирается нанимать нас как рабов? — Справляется неплохо, — не вливаясь полностью в разговор, ответил Хэ Сюань, — есть парочку раздражающих личностей, но их группа вроде неплохая. У них достаточно своих работников, так что скорее всего заказов от них не будет. — Мда, — с презрением протянул Хуа Чен, — видел я их работы, сплошной приторный фарс, никакой оригинальной идеи. — Они пока свежая группа, концепта четкого нет, вот и не собираются пока на них сильно тратится. Ждут предложений от партнеров. — Могу связаться с одним брендом, они как раз искали свежих моделей. — Буду благодарен, — не задумываясь о своем ответе, поблагодарил Хэ Сюань. В блокноте, в разделе с заголовком «Рыбные долги» появилась новая запись в очень длинном списке. Хуа Чен учитывает все свои услуги, поэтому даже простой звонок обходится Хэ Сюаню недешево, хотя в этом случае наценка и список — это все из-за вредности будущего главы Призрачного города. Рыба, ловко пойманная Хуа Ченом, давно сидит в должниках и уже даже не обращает внимание на растущие суммы. Но стоит признать, что выполняет все услуги Хуа Чен на отлично и в будущем предстоящий звонок создаст для бренда новые лица известные как Повелители воздуха и земли. На самом деле, как и сейчас, Хуа Чен специально завел этот разговор, и привел его к нужному итогу: обсуждение Его Высочества и добавление новой записи. Довольный юноша хотел продолжить незаметно увеличивать долг рыбы в его сетях, но тут на телефон этой самой рыбе позвонили. Хуа Чену было все равно на личные и семейные разборки, но в этот раз интуиция подсказывала, что будет интересно. Все, потому что после долгого разговора Хэ Сюань вернулся с хмурым лицом. Он хотел было продолжить работать, но вот пристальный взгляд от соседа не дал просто проигнорировать телефонный разговор: — У брата внезапно появился друг — Ши Цинсюань. Все бы ничего, но оказывается, что он из семьи Ши, той самой из-за которой наша семья разорилась и я оказался в таком положении. — Интересно, и что же вы будете делать? Явно же что не проигнорируете и не уйдете вместе в счастливое будущее. С раздраженным взглядом Хэ Сюань посмотрел на своего собеседника с мыслью: «Какого чёрта тебе это интересно?» — Посмотрим. Я пока не хочу действовать радикально, но брат настаивает на другом. — Старший знает? — Пока нет, мы не собираемся ему рассказывать. Он еще не отошел от похорон. — немного задумался Хэ Сюань, а потом продолжил, — думаю, что ему лучше вообще не знать об этом, не хочу его впутывать в месть. Он заслуживает лучшего. В их семье осталось всего три человека, три брата: близнецы Хэ Сюань и Мин И, которые воспитывались раздельно из-за суеверий родственников и старший брат Мин И с другим иероглифом своего имени. Непохожий на близнецов старший Мин И жил вместе с близнецом Мин И в семье Мин с отцом. Братья не знали о существовании третьего, еще и близнеца, так как родители рано и с большим скандалом развелись и запрещали любые контакты с другой семьей. Но вскоре старший брат обрел счастье в любви и женился. Семьи Хэ и Мин решили не враждовать больше и объединиться для общего бизнеса. Возможно, это было странное решение, но раз старшие решили, значит надо. Далее вдаваться в подробности нет надобности, если подытожить, то вскоре произошла сделка с компанией, владельцем которой был некий Ши. Вскоре семьи столкнулись со странным кризисом из-за условий в контракте с Ши, ушли в непосильные долги и в итоге в течении года все члены семей Мин и Хэ скоропостижно скончались от бедности. Судьба забрала у старшего брата жену и сына, отчего он впал в депрессию и до сих пор не мог нормально работать. Близнецы, рано оставшись без родителей на опекунстве у старшего брата, волей случая подались в индустрию развлечений, где яркого Мин И заметила одна компания и предложила быть айдолом. Немного интровертный Хэ Сюань, хоть также как и брат обладал талантами айдола, но ненавидел слащавые попсовые песни. Его страстью был рок. Спустя некоторое время он выкупит дешевое помещение старого андеграундного театра и организует там место под названием «Море черных вод», где он мог свободно исполнять свои хиты. Но пока Хэ Сюань просто бедный юноша, который пытается выплатить старые кредиты семьи. Хуа Чен больше не стал спрашивать, лимит вежливости на сегодня он выполнил и теперь надо приниматься за следующее задание. Так прошел еще один день в их рутине. Хуа Чен думал, что Хэ Сюань с братом отомстят разрушением репутации, не более. Но вот в один вечер на телефон с рыбьими костями поступил звонок. Хэ Сюань настороженно взял трубку и со вздохом спросил: — Что случилось? Пока он слушал собеседника его лицо постепенно менялось от немного счастливого до рассерженного. Последнюю фразу он произносил в крайнем гневе, практически шипя, едва сдерживая себя: — Тебе алиби нужно? Прямо сейчас? Услышав ответ, Хэ Сюань без размышлений кинулся на выход, не говоря ничего Хуа Чену. Затем он быстро вернулся, сфотографировался с ним и опять убежал. Хуа Чен же просто улыбнулся, записал новую строчку в блокнот долгов и сел доделывать их заказ. На другом конце города раздался оглушительный визг. Рядом с юным Ши Цинсюанем нельзя было находиться. Он начинал оглушительно кричать. Мин И не планировал брать кого-то в заложники, да и закончить все быстро и тихо, но вышло, наоборот. Он планировал всего лишь отравить председателя и по совместительству главу Ши. Пробравшись в его кабинет под видом работника, юноша в несколько раз увеличил дозировку растворимого лекарства и у старого председателя не выдержало сердце. Улыбка появилась на прикрытом маской лице Мин И. Далее он дошел до пустой комнаты охраны и просмотрел камеры, чтобы убедиться в смерти, а также удалить некоторые записи, зная, что копии нет. Мин И убрал видеонаблюдение на некоторое время, поставив все камеры на перезагрузку. И вот, он, убедившись, что на него ничего нет, уходит с ликованием, но внезапно видит двух братьев, которые с ужасом выбежали из кабинета отца. На лицах юношей был ужас. Они только что увидели бездыханное тело и выбежали искать помощи. Но был поздний вечер, и все работники разошлись. Они не знали, что единственный человек, которого они встретили и был преступником. Он же не хотел оставаться и, развернувшись, быстро ушел. Но его все-таки догнали братья. Ши Уду понимал, что этот человек подозрителен и пошел за ним. Притворившись, что они ищут помощи, братья, особенно Ши Цинсюань, прилипли к Мин И. Тот уже отошел от первых эмоций после случившейся мести. И тут наступила паника. Он сразу понял, что старший брат подозревает его, но старался отвечать не выдавая себя. — Это ты, кроме тебя там никого не было, а отец знает точную дозировку. Ши Уду не хотел отпускать подозреваемого, а здравый смысл постепенно уходил от Мин И. Он был в маске и темной одежде, его личность невозможно было бы опознать. Самым разумным решением было бы просто уйти туда, где его уже не смогут найти. Он успел дойти до парковки. Братья никак не отставали от него. Мин И посмотрел на часы, чтобы убедиться, что он сможет покинуть район без возможности отследить его по камерам. Корпорация была большой и предоставляла для ближайшего района обеспечение безопасности в виде установки камер по всей ближайшей местности. К сожалению, они, хоть и установили дорогое оборудование, но не наняли достаточно персонала, да и вообще все действия были сделаны только для галочки. Всем было все равно и это сыграло на руку Мин И. Он уговорил брата устроится в компанию охранником. Пару раз даже сам приходил для того, чтобы создать план. И затем, когда брат сам не подозревал, украл у него удостоверение, пропуск и пошел мстить. Машину он также взял напрокат от имени брата. Он знал, что Хэ Сюань будет в другой части города, а у него самого будет алиби опять же с помощью брата. Для общественности они были друг другу никем, максимум их взаимодействия могло быть только отношение звезда-работник закулисья. Да и к тому же для других затворник Хэ Сюань практически никогда не покидает свою рабочую зону, поэтому при должном желании он мог иногда подменять своего брата. Поэтому Мин И не волновался. Только спускаясь к парковке он вспомнил, что на радостях забыл предупредить брата о мести, и, убедившись, что братья Ши немного отстали, набрал Хэ Сюаня: — Я все сделал, его больше нет, — начал без приветствия Мин И, на всякий случай заговорив с акцентом и пониженным голосом, — но мне нужна твоя помощь прямо сейчас. Я буду на складе… Узнав достаточно, Хэ Сюань, хоть и был взбешен на своего близнеца, не мог сделать ничего другого, кроме как помчаться в студию и, переодевшись, притвориться ненадолго братом. До этого ему надо было срочно сделать фотографию для своего алиби и по пути купить что-то, расплатившись как Хэ Сюань и засветить свое лицо на улице. Он знал где находится склад и понимал, что в тот район нельзя ехать. Так он отправился создавать следы сразу для двух человек. С другой стороны, на парковке разыгралась сцена. Ши Цинсюань догнал подозреваемого и передал слова брата, о том, чтобы работник никуда не уезжал. Мин И игнорировал Ши Цинсюаня, но тот никак не отставал и всячески мешал ему уходить. Ши Уду, позвонив в полицию, сразу пошел на парковку и догнал их. Он надеялся, что Цинсюань его задержит и затем они вместе дождутся приезда полиции. — Я уже вызвал кого надо, так что тебе не скрыться. Вот только он не учел того момента, что Мин И, и так напряженный из-за убийства и давления со стороны, практически сошел с ума от того, что его преследуют, не придумает ничего лучше, как взять Ши Цинсюаня в заложники и уехать вместе с ним. — Я не причиню ему вред, только отстань от меня, — эту фразу Мин И выкрикнул, заталкивая Ши Цинсюаня в машину. Изначально действия в голове Мин И были логичными, но, только сев в машину и уехав, он понял, что не было смысла забирать младшего брата с собой, этим он наводил все подозрения на себя. И вот, после полного убеждения заложника в том, что его не тронут, а только воспользуются как разменной монетой, они прибыли в заброшенную мастерскую. Эта была целая улица пустынных и заброшенных помещений, так как какое-то время назад все они странным образом обанкротились, а новые владельцы еще не появились. Недалеко были владения семей Хэ и Мин, которые также пустовали. — Зачем вы это делаете? — с опаской спросил Ши Цинсюань, когда его привели в старое складское помещение, — что мой отец вам сделал. Чудом он не узнал под маской своего нового товарища по группе. Тут сложилось несколько факторов: они еще не были близко знакомы, так как их группа только-только сформировалась, а также Ши Цинсюань пребывал в шоке еще с обнаружения трупа отца. Также актерский талант Мин И не подвел, и он говорил более низким голосом с акцентом. Пока Хэ Сюань с трудом бегал между локациями, создавая иллюзию жизни двух людей, Мин И притаился на складе мастерской. В этом районе не то что камер, людей живых рядом не было. Поэтому это было отличное место для пряток. Ши Цинсюань молчал, но по дрожащей фигуре было понятно, что ему страшно. Брат отправил его отвлекать подозреваемого и не дать ему уйти раньше времени. Но что никто не ожидал, так это внезапное похищение. Он не знал, что мог сделать с ним этот ненормальный в случае чего, и ожидание угнетало его больше всего. Его отвели и посадили в темное мрачное помещение, где были раскиданы старые инструменты, непонятно для чего предназначенные. Похититель покинул его, заперев в комнате без достаточного освещения и забрав телефон. Несчастный юноша остался в одиночестве в кромешной темноте посреди пугающей атмосферы. Все это угнетало его и давило на психику, что впоследствии не пройдет бесследно. В то же время Ши Уду не терял времени и поднял всех, кого только можно было. Он любил брата и не мог не сделать этого. Вначале полиция начала активный розыск подозреваемых, но гражданин Хэ, по пропуску которого и был осуществлен вход, еще тем же вечером подал заявление на восстановление документов в связи с обнаружением пропажи. Также он был замечен в совершенно другом районе в магазине и также отметился на фотографии с гражданином Хуа. Расследование не привело к каким-либо результатам. Совет директоров, который состоял из родственников погибшего Ши настоял на том, чтобы расследование завершили вердиктом о том, что погибший из-за старости перепутал дозы лекарства. Пропавшего Ши Цинсюаня объявили в розыск. Журналисты получили выгодную для определенных личностей историю, которую поначалу не восприняли всерьез. В какой-то момент пропавшего младшего сына даже обвинили в смерти отца. Ши Уду, глядя во что выросла ситуация, понял, что его действия были чрезмерно опрометчивыми. Это была его вина, что он подпустил Цинсюаня близко к тому уроду. Его мнение практически не учитывалось, так как всем заправляли его родственники, и только они решали, что есть правда. Если общественность узнает некоторые нюансы этой истории, особенно про безопасность, то компания получит весьма солидный урон. Поэтому все единогласно решили дать версию про невнимательность старика и бунтующий период подростка. Но что мог поделать молодой Ши Уду? У него не было настоящей власти. Немного подумав, он решил самостоятельно, без ведома совета, дать интервью о том вечере. Это было как гром среди ясного неба. Компания понесла неимоверные убытки, сокращение особо коррумпированных членов совета директоров также не заставило себя ждать. Общественность прошлась катком по этим личностям. Для прессы такая ситуация была просто лакомым кусочком, который можно просмаковать, не оставив и кусочка. И вот прошло немного времени, общественное мнение начало немного затихать. Вот только все забыли про одного человека. Ши Цинсюань будто бы исчез из этой истории. Как бы Ши Уду не пытался раздувать эту историю, тот словно сквозь землю провалился. Уже прошло много времени. Ши Уду почти сошел с ума, но в один день, когда ситуация и раздутый скандал достаточно стихли и стали никому не интересны, перед его порогом появился Ши Цинсюань. Его глаза были пустыми, а лицо ничего не выражало. Этот человек будто бы только телом присутствовал здесь. В руках он держал записку с предупреждением: «ваши адреса известны, если пресса опять что-то узнает, то всем будет плохо.» Лишь презрительным взглядом удостоил Ши Уду эту записку. Он на следующий день повел Ши Цинсюаня на интервью, чтобы все точно знали, что отговорка про бунтарский период — всего лишь ложь. Вот только он совсем не учел состояние брата. — Я… — неуверенно начал Цинсюань, — я не знаю, что должен сказать. — Скажите, вас пытали? Издевались? — подсказывал интервьюер. — Эм, нет, меня заперли в темной мастерской, но ничего не делали. — Может вас морили голодом? — Да нет, меня кормили обычным покупным обедом три раза в день. Человек в маске приходил, давал мне еду, ждал пока я все съем, забирал мусор и уходил. Вроде все. — Ох, тогда может расскажете про похитителя? Каков он был? — Он… обычный… всегда молчал, часто приходил угрюмый. Иногда я слышал, как бурчит его живот и, казалось, что он сам не ел, а отдавал свою еду. — Может расскажете про обстановку? — С некоторым недовольством спросил ведущий. — Темно… тихо и темно… Как только Ши Цинсюань полностью вспомнил про то время, его сковал страх. Он снова потерял фокус в глазах, сжался в клубок и сидел неподвижно, пока его не растормошил брат. Они вскоре покинули студию. Интервьюер сказал, что материала для сенсации нет. Такие условия не имеет смысла даже публиковать. Было ли плохо Ши Цинсюаню? Да. Но вот Ши Уду был упертым бараном, и он должен был кровь из носу донести правду до мира. Они еще некоторое время ходили вместе по подобным интервью. Парочку источников все-таки опубликовали правду, но вот преподнесли все как небольшой проступок Ши Цинсюаня. Публика даже не обратила внимание на такую информацию. Вскоре, в один из вечеров Ши Цинсюань, сидя за ужином, расплакался. Он умолял брата перестать заставлять его вспоминать те дни. Он уже не мог постоянно возвращаться в своих воспоминаниях в темную сырую комнату без единого звука. Только увидев горький плач своего брата, Ши Уду понял все. Он осознал, что навредил брату не меньше, чем сами похитители. На следующий день Ши Цинсюань отправился отдыхать на курорт вместе с психологической помощью. Вот только не мог оставить Ши Уду преступника просто так. Брат больше не мог страдать и нельзя его впутывать в эту историю еще сильнее. Месть должна быть скрытной и только от его лица. Таким образом он начал самостоятельное расследование, точнее нанял нужных людей для этого. Через несколько лет круг подозреваемых сузился до нескольких человек. Они были подозреваемыми и не имели достаточно хорошего алиби для того вечера. Среди них был и айдол Мин И, которого видели недалеко от компании в тот вечер. Хэ Сюань, конечно же сделал для него алиби, вот только он слишком обезопасил себя, поэтому достаточно задержался. Его поздний приезд в студию не был железным аргументом, так как при должной скорости достичь из пункта А (компания) до пункта Б (студия) было вполне возможно за подходящее время. Ши Уду уже был знаменитым айдолом, поэтому у него и так было много забот, лишние трудности были не к чему. Он поручил доверенным людям расследование, а за достаточную сумму и устранение подозреваемых. К несчастью, Мин И вел достаточно активный образ жизни и поймать его было проще простого. [Популярный айдол Мин И попал в реанимацию после аварии. Есть пострадавшие.] Он не справился с управлением в дождливый день и угодил в реанимацию. Вот и весь итог для СМИ. Когда айдолу стало чуточку лучше, он сразу выписался из больницы, не смотря на несогласие врачей. Он и сам бы хотел остаться дольше, но вот только средств для этого не было. Вскоре его нашли мертвым дома. Ши Уду был на седьмом небе от счастья, когда узнал, что тот урод умер. Те люди, которых он нанимал, не уточнили имя жертвы и то, что у него был близнец, который часто выдавал себя за него. Им было все равно, собственно как и заказчику. Поэтому такую информацию как личность преступника Ши Уду не получил. Естественно, он сразу же вычеркнул из головы это дело, подчистил все следы, которые могли вывести на него, и забыл все это как страшный сон. Вот только эта месть, хоть и свершалась со стороны Ши Уду во благо, породила еще одну, только со стороны Хэ Сюаня. Да, его брат был тем еще идиотом, который во многом сам виноват. Но именно Хэ Сюань не справился с достойным алиби. Именно из-за него подозрение окончательно не прошло. Хоть он и не желал вначале смерти членам семьи Ши, но простить старшего Ши он никак не мог. Смерть за смерть. Когда завершились похороны, на которых присутствовало только двое братьев, Хэ Сюань понял, что пора начать строить план мести. Самым надежным было оставаться близко к Ши Цинсюаню, который мог бы снабжать информацией об Уду. Так, айдол Мин И не умер после страшной аварии, а всего лишь немного поменялся в характере. Естественно, количество работы, которую мог выполнить Хэ Сюань с Хуа Ченом, значительно уменьшилось. Ему пришлось влезть в огромный долг, чтобы оплатить неустойку в их договоре, внезапно появившемся после ухода в айдолы. Хэ Сюань совершенно забыл, что хитрый лис Хуа Чен давным-давно заставил его подписать их «дружеский» контракт. — Хах, рыба, тебе не повезло, — весело прокомментировал Хуа Чен, когда показал контракт в своем столе, — потерпел бы пару еще парочку месяцев и можно было бы не платить, но что тебе сказать… Удача на моей стороне. На самом деле Хуа Чен совсем недавно понял, что ему вполне хватает, чтобы открыть свое дело. Мелкая подработка и дешевые заказы теперь были ему не нужны. Но, конечно же, говорить об этом рыбе не стоило. Но удача была на стороне Хуа Чена, и Хэ Сюань сам первый пришел прекратить их общую подработку. Увидев помрачневшее выражение лица Хэ Сюаня, Хуа Чен рассмеялся и заключил: — Долг можешь выплатить, когда хоть что-нибудь заработаешь. Я же не демон, чтобы требовать с тебя это прямо сейчас, — усмехнулся Хуа Чен. «Ты даже хуже.» — Мысленно ответил Хэ Сюань, но не стал озвучивать свою мысль. — Так или иначе, если тебе нужна будет моя помощь, то мой телефон ты знаешь. Думаю, что мы ненадолго прощаемся. Хэ Сюань не удосужился даже попрощаться, а просто развернулся и пошел прочь от этого демона, нет, князя демонов. Пока один совершенствовался как айдол, постепенно повышая свою популярность, другой стремительно развивался с теневой стороны сцены. Призрачный город стал именем нарицательным, показывающим знак качества во всех сферах. Конечно же, Хуа Чен стал иногда появляться и на шоу в роли приглашенного гостя или эксперта, но чаще он был спонсором какой-либо передачи. Хэ Сюань стал известен как Повелитель Земли Мин И, который в дуэте с Повелителем ветра Ши Цинсюанем покоряли сцену своими необычными образами. Но мрачному и замкнутому Хэ Сюаню не нравилось вся эта игра. Он вжился в роль Мин И, заменил его на сцене, но каждый день, видя перед собой Ши Цинсюаня, он вспоминал того самого юношу, которому он приносил свою еду. В некоторой степени ему было жалко парня, не знающего всей правды. Он не должен был сильно сближаться с ним. К счастью, эмоциональный спектр Хэ Сюаня не позволял сильно сбжаться с Ши Цинсюанем, как он полагал. К удивлению, казалось бы, совершенно разные близнецы, которые только лицом одинаковые, оказались похожи в еще одной сфере. Когда они планировали месть, то практически сходили с ума и наслаждались этим. Хэ Сюань был невероятно творческой натурой, ему непременно надо было сделать все по красивому. Вся месть была на одной сцене, заранее подготовленной. Нагнетание обстановки, театр теней, похищение и представление — все было частью одного спектакля, который создал Хэ Сюань. Он ещё больше влез в долги к Хуа Чену, который полностью знал план запланированного представления. Спонсору Хуа было все равно на то, что творит беспокойная рыба, пока это не идёт вразрез с его интересами. Хэ Сюань попросился ненадолго устроиться в Призрачный город как декоратор, чтобы сделать качественный реквизит для шоу. Также пришлось сделать сценарий как для эпизода, так и для теневого спектакля и заказать все необходимые детали. Это был немалый труд, подготавливаемый на протяжении долгого времени. Но иначе было никак. Жизнь — это искусство. Хэ Сюань сделал большой подарок, по его скромному мнению, превратив свою месть в спектакль, чтобы смерть Ши Уду была изящной и драматичной. Только режиссер может в полной степени понять весь спектр приемов в своей постановке. Так и Хэ Сюань был единственный, кто мог в полной мере насладиться местью как красивым спектаклем. Творческие люди они такие.