Относительно увлекательно.

Вечерело, поэтому вскоре мы с Джирайей прибыли в офис и рассказали всё, что удалось узнать, Цунаде. Но этот результат явно её не порадовал. — Вы же понимаете, что этого мало… — закрывая глаза, произнесла женщина. Помимо нас троих, в кабинете были Ирука и Гай, которые всё это время молчали. Однако, завидев реакцию начальницы, Ирука поспешил её успокоить. — Цунаде, мы стараемся, но сейчас нужно дождаться лишь экспертизы сумки. Давайте соберём воедино всё, что у нас есть, ещё раз. С этими словами он встал со своего стула и, взяв маркер, подошёл к доске. — Мы можем вычеркивать учителя физкультуры, — он легко перечеркнул его имя. — Это ещё почему? — первым удивился Гай. — Я с ним сегодня пообщался, он уже месяц как на больничном. И на камерах не светился ни в той, ни в другой школе. Не думаю, что месяцем ранее он установил бомбы. — Это верно, — немного хрипло подтвердила начальница. — Также у нас через неделю мероприятие — выпускной. Хоть мы безопасностью не занимаемся, но, думаю, если это кто-то из четвёртой группы, он обязательно проявится. Но эти слова уже смутили меня. — Согласен с тобой лишь наполовину. Взрывы были устроены в пустых кабинетах, а значит, никому навредить не хотели. Можно предположить, что на выпускном огромный риск не только кого-то поранить или даже убить, но и нам попасться. — Ты прав, поэтому мы и согласились на просьбу Минато. Цунаде, распределите обязанности, — Ирука повернулся к ней и слегка улыбнулся. В тот момент я тоже посмотрел на женщину и заметил, как её грудь напряжённо поднималась и опускалась, словно каждый вдох давался с трудом. А круги под глазами нельзя было скрыть даже консилером. Видимо, не только мне уже сложно от этой тягомотины. Цунаде помассировала свои виски, прежде чем сказать. — Какаши и Сай точно должны пойти внутрь. Джирайя и Гай, будете снаружи контролировать входящих людей. Ирука, останешься в офисе сидеть на телефонах. А теперь, — она махнула рукой в сторону выхода, — идите. Все поспешно начали выходить, кроме Джирайи. Я подозревал, что он как-никак беспокоился и тоже заметил её состояние. Сколько себя помню, Цунаде всегда погружалась с головой в работу и часто засыпала в рабочее время, не отправляясь домой. Но удалось мне это заметить только на ночном дежурстве…

***

По-моему, время перевалило три часа ночи, тогда я пошёл налить кофе себе и Ируке. Это было моё второе ночное дежурство, и я отметил, что ночью поступает меньше всего вызовов, только почему-то они в большинстве случаев серьёзнее. Всё же темнота и тишина кое-где в ночи давали хорошую маскировку преступникам. Но даже так звуки города приобретали особую манеру в тёмное время суток: далёкий шум автомобилей, периодический звон поездов и иногда достающая до окна музыка из баров. Всё это могло создавать впечатление, что люди никогда не засыпают и в принципе не замечают какие-либо грехи. Я обернулся на какой-то шум и тогда заметил свет в кабинете Цунаде. Решил зайти поинтересоваться, почему она до сих пор не спит. Когда открыл дверь и уже хотел спросить, обнаружил, что она спит прямо на столе, а под щекой — груда бумаг по делу. Её лицо выражало покой и умиротворение, волосы были слегка растрепаны, а весь стресс, выраженный в венах на лбу или руках, вовсе пропал. В этот момент она казалась невероятно похожей на уязвимого человека, но тени усталости так или иначе виднелись. Мне пришла мысль, что наутро она снова наденет свою маску строгости и утончённости, а косметикой перекроет утомление. И всё же я так и не решился её разбудить, поэтому просто накрыл покрывалом, которое было в шкафу, и погасил свет, чтобы она могла хотя бы продолжать свой сон в уюте.

***

— Какаши, скажи Саю, что его выходной отменяется, — голос Ируки застал меня врасплох, невольно вызывая путаницу в голове. — Ааа? — Я составлял расписание — выпускной выпадает на его выходной. Я чуть позже переделаю, но пока сообщи ему это, — не дожидаясь моего ответа, он вежливо поклонился и начал уходить. Гай тоже уже ушёл, из-за чего я остался один. Не тратя времени на размышления над фразой коллеги, решил, что сначала стоит зайти в кабинет, посмотреть ещё раз отчёты по делу. После того, как я зашёл в комнату, меня окутал весьма сильный запах лаванды, словно он наполнил каждую щель пространства. Никогда не любил этот парфюм, но наша уборщица, хотя и хорошо выполняла работу, слишком щедро брызгалась духами. Поэтому я сразу открыл окно, хотя, возможно, это не помогло бы полностью избавиться от этого аромата. Я уселся за стол и тяжело выдохнул, мог ведь уже быть на полпути домой… При проверке компьютера мне пришлось покопаться, чтобы найти документы в разных сообщениях на почте. Всегда можно было отправить всё одним файлом, но Цунаде чаще всего ленилась расфасовывать информацию, поэтому она просто пересылала сообщения от разных людей. Из-за чего файлы путались. Я кликнул на первый документ, и мне высветилась фотография девочки с фиолетовыми волосами, бледной кожей и слабо-серыми глазами. «Хината Хьюго. 16 лет, — пропуская несколько официальных строк, я перешёл к главному. — Во время допроса девочка рассказала о сомнительном мужчине, который на днях приходил чинить проводку. Однако также утверждала, что, пока он пребывал в месте взрыва, один не оставался и за ним не наблюдалось подозрительных действий». Хината показалась мне довольно миловидной и стеснительной, однако очень неуверенной. Девочка могла что-то забыть или не заметить, вследствие не сказать об этом. Ещё раз перечитав её допрос, так ничего нового не узнав, перешёл к следующему подростку. Им оказался парень, очень похожий на Хинату, а его фамилия сразу дала понять, что они брат и сестра. «Неджи Хьюго. 16 лет. Парень не сообщил о каких-либо посторонних подозрительных личностях. Но в то же время выразил недовольство поведением нескольких своих одноклассников — Наруто Узумаки, Кибы Инузуки и Саске Учиха». Конечно же, эти трое парней не могли остаться незамеченными. Да и поведение тех двоих, с которыми я общался, правда казалось невыносимым. Как тут не выразить своё возмущение? «Киба Инузука. 15 лет… Когда следователь упомянул о недовольных одноклассниках, парень оправдал своё поведение вспыльчивым характером. По делу ничего не сообщил». Странный какой-то Киба, надо будет расспросить Ируку насчёт него. Ещё немного посмотрев, я наткнулся на свои отчёты. И не спеша вновь всё просмотрел. Наруто с Саске правда казались очень наглыми и мутными, их позиция мне абсолютно непонятна. Возможно, Саске не замешан, учитывая то, что его отец в полиции, но вот подозрения насчёт Наруто росли всё больше. Однако улик у нас вовсе не было. Также Шикамару тоже показался мне уж слишком самоуверенным, мог ли и он что-то скрывать?.. Но ничего полезного я так и не узнал и только сейчас решил, что на этом достаточно. При выходе из папок мой палец дрогнул, из-за чего я случайно нажал на другой диск. В нём хранились фотографии, и память меня не подвела…

*Пять лет назад*

— Какаши, Обито, Рин, — Джирайя стоял с фотоаппаратом и махал нам рукой, — вам всем эта форма идёт к лицу, давайте фоточку на память? Всё-таки первый день! Только вышли со здания, а он уже был тут как тут, прямо как счастливый отец, пытающийся запечатлеть первые шаги своего ребенка. Вздыхая, я встал слева от Рин, а Обито — справа, из-за чего была очень хорошо заметна разница в нашем росте. Мне пришлось постараться выдавить из себя улыбку, но, думаю, в моих глазах можно было всё равно заметить неловкость и сопротивление. Хоть мне и не нравилось фотографироваться, в таком событии отказать невозможно, и я просто смирился с неизбежностью этого действия. Да и смогу отцу это показать, он точно порадуется. — Улыбочку, — Джирайя показательно улыбнулся и нажал на кнопку, после чего за вспышкой последовал щелчок. Джирайя посмотрел в маленький экранчик и расплылся в нежной улыбке: «Ну красавцы!». Он вновь вернул свой взгляд на нас, в глазах читались неподдельная гордость и радость. Но с моего же лица улыбка исчезла мгновенно, и я вновь принял безучастный вид. — Пошлите отмечать! — громко выкрикнул Обито. — Если будет выпивка и девушки, я с вами! — поддержал Джирайя. — Эй, ну вы как всегда! Никаких девушек и алкоголя! — начала Рин. — Ну, эй, Риииин, если ты не будешь пить, то хотя бы другим не мешай, — возмутился парень. Рин недовольно поджала губы и сжала свои небольшие кулачки. — Это я-то мешаю?! Вот если ты сопьёшься, я тебя вытаскивать не буду, потом не зови меня! Вообще-то… — дальше я уже ничего не слышал. Смотря вперёд на дорогу, я смутно догадывался, что, скорее всего, этот офис станет мне вторым домом, ну или хотя бы приютом. Первая работа, первая форма, первый значок, первое дело. Теперь уже ЭТО казалось лишь началом моего пути, и, на удивление, рядом со мной были хорошо мне знакомые люди. Мы вместе с ними закончили универ и оказались приняты на хорошую работу, но я ощутил в своём сердце едва заметную тревогу, ведь не знал, что меня ждёт за следующим поворотом судьбы. Эта неизвестность пугала и казалась тёмной пустотой, в которой скрывались надвигающиеся угрозы. Среди всего этого хаоса я почувствовал себя потерянным. Вроде вот мой первый класс, потом одиннадцатый, затем универ, а теперь работа, всё это летело неуловимо и слишком быстро… — Какаши, спаси меня! — Обито держал запястья Рин и с мольбой в голосе пытался достучаться до меня. Рин же вся покраснела от гнева и пыталась хоть как-нибудь ударить по парню. В её глазах бушевали разочарование и злость, словно её захлестывали эти волны негодования. Не знаю, что он такого ей сказал, но она была готова выцарапать ему глаза и отрезать язык. Я вздохнул. — Ну, Какаши, пожалуйста! — не унимался Обито. — Давай отметим, но без лишних людей, — сухо произнёс я и наклонил голову, чтобы их перепелка наконец закончилась. — Ну вот, Рин! Даже он, — Обито показал на меня, всё ещё держа руки девушки, — не против. Чего ты злишься? Это потому что Джирайя не назвал тебя красавицей? Но это не так, ты выглядишь прекрасно для своего возр… Я не дал ему договорить и легонько стукнул по голове. Этот парень вовсе не умел фильтровать информацию из своих уст, особенно когда рядом была Рин. Он то и дело неосознанно задевал её и выдавал ужасные фразы, из-за чего потом огребал. — Пошлите, — я развернулся и зашагал прочь от них.

***

Дрожащими руками я выключил монитор, так и не осмеливаясь посмотреть на фото и всё ещё не набравшись смелости их удалить… Волнение и ужас, кажется, пропитали всю комнату, заставляя сердце биться быстрее, из-за чего отчётливо слышался каждый стук. Дыхание сбилось, а голова начала заполняться всеми мыслями, и, как бы я ни бежал от болезненных воспоминаний, они вновь настигали меня: будь то фотографии, вид из окна, запах, эмоция. С появлением Джирайи всё это снова всплыло в ярких красках, даже если хранилось в самых глубинах моей памяти. Это точно оказалась бездонная яма, из которой не было никакого спасения. Посмотрев на свои руки, я прикрыл ими лицо и мысленно начал себя успокаивать. Но не успел я даже что-то придумать, как дверь со скрипом открылась и следом появился мой «мучитель»… — Чего ты до сих пор тут? Цунаде всех отпустила, — Джирайя посмотрел на меня и, только заметив моё состояние, поспешно добавил. — Что-то случилось? Может быть, лицо, выражающее чувство отчаяние, или дрожащие руки сдавали мои чувства, но я не собирался это обсуждать. Точно не с ним. — Смотрел ещё раз отчёты… — хрипло ответив, я даже не был уверен, услышал он это или нет. Вся комната начала ужасно давить, и мне захотелось побыстрее исчезнуть. Вставая со стула, я пошатнулся, и только стол рядом не дал мне плюхнуться обратно. Даже меня это удивило, не говоря уже о госте — Джирайя тут же подошёл и попытался поддержать за спину. — Слушай, ты в последнее время выглядишь плохо. Давай, возьми завтра выходной, я, если что, за тебя работу сделаю. Я чувствовал, как он обеспокоенно смотрит на меня, но мне не хватало внутренних сил даже бросить на него мимолётный взгляд. Немного приходя в себя, я всё же отодвинул его руки и сипло произнёс. — Нет, спасибо… Может быть, он и прав, в последнее время мне не удавалось хорошо высыпаться, даже таблетки плохо действовали. Но не тратя времени, я направился в сторону выхода. — Какаши, — он подождал, пока я обернусь, и, немного поколебавшись, всё же сказал, — позаботься о себе. — Обязательно… Выходя, я захотел бежать что есть мочи и не оглядываться. Но тело стало ватным и перестало слушаться, а на лбу я почувствовал капельку пота. Неужели так сильно разволновался? Может, и правда заработался? Впрочем, это неважно, моя задача на сегодня, как и всегда, — доехать до дома и лечь спать, забывая весь этот кошмар…