Опыт отношений втроём

      — Рита, — гневно прошипела Нанаба, подходя к сестре. За несколько шагов она уже успела немного успокоиться и выровнять дыхание, но в глазах горело нескрываемое раздражение. Феллерман встала с корточек, чуть сжавшись под таким взглядом, словно провинившийся ребёнок. — Ну кто так делает, а? Пропала, ничего не сказав, на звонки не отвечаешь… — Захариус хотела дать ей лёгкий, почти невесомый подзатыльник (скорее шуточный, ведь сейчас, когда она точно знала, что с подругой всё хорошо, уже даже не злилась), но Рита дёрнулась от её руки, распахивая и отводя глаза в сторону. Этот жест смутил и Нанабу, и подоспевших к ним мужчин.       Бим, почувствовав мимолетный испуг Феллерман, встал между девушками, начиная лаять и тем самым распугивать детей.       — Тише, мальчик, — кинулась к псу Рита и потрепала его за уши, показывая, что никакой опасности нет. — Это наши друзья.       — Рита, что случилось? — к ней подошёл Майк, приветственно приобнимая подругу, но в следующий момент, заметив синяк на щеке, нахмурился. — Так…       — Давай без этого, — она сразу уловила его взгляд, выправляя волосы из-за уха и прикрывая ими синеватое пятно. — Всё нормально. А не отвечала, потому что телефон был разряжен, — еле разборчиво ответила сестре.       — А синяк у тебя из-за какого-то неуклюжего падения? — хмуро поинтересовался Леви, прекрасно видевший, как Рита не хочет разговаривать на эту тему. Но надо же ему знать причину, из-за которой не спал всю ночь.       — Рада вас видеть, ребята, — в том же прохладном тоне сказала девушка, кивая Аккерману и Смиту. — Но вас это вообще не касается.       — Не касалось бы, если бы не участвовали в твоих поисках. Сейчас будь добра объясниться, где ты конкретно была и из-за чего из дома ушла, что мы уже сутки сна не видели.       — Будто это моя вина.       — А чья же? — вспылил Леви, подходя к ней вплотную. — Ты, блять, просто могла бы перед тем, как свалить куда-то, набрать сестре, чтобы никто не переживал. Без понятия, что у тебя там произошло, но своими действиями ты не только себе, но и всем нам знатно нервы потрепала, — он взглянул на наручные часы. — Идёмте, пора на работу, — кинул Аккерман друзьям и первый двинулся в сторону автомобиля Майка.       — Я сама доберусь, не волнуйтесь, — Нанаба помахала рукой мужчинам, неуверенно подходя к Феллерман. Она не знала причину их с Сашей ссоры, но за грубость Леви было неловко. — Рита… пройдёмся? — с лёгкой улыбкой предложила Захариус.       — Леви, это было неправильно, — Майк взглянул на коллегу через зеркало заднего вида. Обижать подругу не хотелось, всё-таки у неё и так, должно быть, есть достаточное количество проблем, раз из дома ушла. Этому свидетельствовали не только синяк, но и перевязанная нога, на которую Рита прихрамывала. — Надо быть повежливее с людьми.       — Ещё скажите, что я не прав.       — Не прав, — впервые с момента, как они двинули в сторону работы, подал голос Эрвин. — Несмотря на поиски, Рита права: причины её действий — не наше дело. Тут пусть уже Нанаба разбирается.       — Тц, — Аккерман недовольно скрестил руки на груди. — Научите свою малявку дисциплине.       — Рита взрослый человек, Леви, — Майк чуть усмехнулся. — И, к слову, поспокойнее некоторых.       — Я не буду рассказывать о ссоре с Сашей, — сразу заявила Феллерман, как только сестра упомянула о его звонке. — Пока что не буду.       — Ты ему позвони хотя бы, — Нанаба даже не заметила, как они подошли к больнице, пока Рита не бросила её руку, останавливаясь. — Пойдём со мной, посидишь в служебной комнате.       — Я тебе ребёнок что ли, чтобы на работу со старшей сестрёнкой ходить? — как-то невесело усмехнулась Рита, переминаясь с ноги на ногу и засовывая руки в карманы толстовки Моблита.       — Ладно, тогда звони здесь, — Захариус протянула подруге мобильник.       — Сейчас? Я не хочу.       — Рита, он волнуется, — повторила Нанаба. — Скажи ему, хотя бы, что с тобой всё нормально, и всё. Большего от тебя не требуется, — она посмотрела на уличные часы, находившиеся неподалёку от здания больницы, и устало вздохнула. — Как договорите — принесёшь мне мобильник, а я пока пойду, а то так опоздаю, — и быстро зашагала ко входу, по пути здороваясь с коллегой.       Рита проводила её взглядом, затем обращая внимание к телефону. Звонить или не звонить? Сложный вопрос. Она до сих пор была обижена на Сашу за сделанные им выводы и нанесённые травмы. И на самом деле все эти дни думала, что парень тоже злится на неё и извиняться вовсе не планирует. Но раз он волновался… может, Саша звонил ей? Телефон-то у Риты всё это время был выключен.       Почувствовав на губах металлический привкус, она раздраженно вытерла рот рукой, беря на заметку, что избавиться от этой вредной привычки стоит как можно скорее. Искусанная нижняя губа всегда выглядела ужасно.       — Алло, Нанаба? — раздалось на той стороне сети, но Рита промолчала, ковыряя носком кроссовка асфальт. — Вы нашли её? Не знаю, что делать, дозвониться никак не получается…       — Я в порядке, — перебила парня Феллерман.       — Рита? — воодушевленно уточнил он. — Рит, ты меня чертовски напугала. Чего ты убежала? Я ж сам ушёл, чтобы ты дома осталась.       — Знаешь, учитывая, при каких обстоятельствах ты ушёл, это вообще не похоже на заботу, — девушка не заметила, как прошла уже значительную часть улицы, вдруг подумав, что стоило предупредить Моблита, который сейчас, наверное, активно бегает по парку и ищет её. Бим спокойно шёл рядом, довольно виляя хвостом. Хоть у кого-то сегодня хорошее настроение.       — Я облажался, знаю. Прости меня, — Саша помедлил. — Но и ты меня пойми: когда сосед говорит о каких-то парнях — ненароком начинаешь злиться…       — А у меня ты спросить не забыл, придурок? — вспылила Рита, обращая на себя внимание прохожих. — Да, я привела к нам парней. Потому что они знатно напились на мальчишнике Майка, и ему требовалась помощь, чтобы развезти друзей. Кстати, — притворно удивлённо заметила она. — Ты, кажется, тоже должен был там присутствовать. Интересно, где ты был на самом деле?       — Я… просто отошёл, и…       — Саш, ну хотя бы сейчас ты можешь не врать? — Рита разочарованно взглянула на небо, силясь не расплакаться. Всё-таки их расставание — правильное решение, теперь она это понимала. — Я же узнавала у Майка. И на их свадьбе ты меня одну бросил… Ты… Я вообще не понимаю, что творится. Последние полгода ты постоянно куда-то пропадаешь, не обмолвившись и словом, а когда возвращаешься — грубишь и ругаешься…       — Рит…       — Ты, блин, ударил меня, — воскликнула она, не обращая внимания на стекающую по щеке слезу. — Более того, мамин сервиз разбил. И ладно я, но этот подарок… Ты же знаешь, как много он для меня значит…       — Рит, прости меня…       — Мы расстаёмся, — в который раз перебивая Сашу, заявила она. — Я заберу свои вещи на днях.       — Рит, погоди, пожалуйста. Давай поговорим вживую? — с надеждой попросил он. — Ты завтра вернёшься домой, закажем чего-нибудь вкусненького, всё обсудим. Мы же столько лет вместе, столько всего прошли рука об руку… Не заканчивать же всё простым телефонным звонком?       — Почему не сегодня?       — Я… сегодня на работе. Не смогу отдать тебе ключи, — быстро выпалил он.       — Ключи?       — Ну, я свои потерял, поэтому пришлось замок поменять.       — Саш, это, конечно, здорово, но ты в курсе, что сделать копию ключей в разы дешевле, чем ставить новый замок? Миссис Роут на той неделе мне несколько раз звонила, спрашивала, когда мы за предыдущий месяц заплатим, — она нервно стёрла слезы, взъерошивая волосы. — Может, сначала об этом подумаешь? Ты же у нас «добытчик», сам ещё в России такие речи толкал, что считаешь своим долгом платить за квартиру. Никто тебя за язык не тянул.       — Я всё оплатил, Рит, — ответил он. — Устроился на работу. Пожалуйста, приезжай завтра домой.       — Ладно, — после недолгих раздумий ответила Феллерман. — Приеду, и мы поговорим.       Рита в который раз благодарила судьбу за такого замечательного друга, как Моблит. Вернувшись к нему домой, девушка не выслушивала огромный монолог о том, как некрасиво и безответственно поступила, оставив Бернера в парке одного.       Моблит просто встретил её тёплыми объятиями и поинтересовался, всё ли в порядке. И хоть Рита видела, что её поступок всё же оставил неприятное впечатление, после рассказа о встрече с Нанабой друг не злился вовсе.       У Моблита был огромный запас терпения. Насколько — Феллерман не хотела узнавать, хоть и чувствовала временами, что парень может вот-вот сорваться. Но он этого не делал, а Рита была за это благодарна, всячески стараясь поддержать Моблита так же, как и он подбадривал девушку.       Но сейчас её волновало иное: странное беспокойство, охватившее Риту, как только она зашла в подъезд своего дома. Да, Саша просил приехать только завтра, но что-то подсказывало Феллерман, что проблема вовсе не в новом замке.       Приблизившись к двери, она увидела всё то же, что было до её ухода. А заходя в квартиру, почувствовала предательские слёзы на глазах.       — Алекс, ты, наконец, вернулся? — из кухни вышла красивая рыжая девушка, прикрывавшая обнажённую фигуру футболкой Риты. Она удивлённо посмотрела на Феллерман, в следующий момент понятливо кивая и улыбаясь. — Ты, наверное, сестра Алекса? — Рита всхлипнула, прокашлявшись. Но неприятный ком в горле продолжал мешать нормально дышать.       — Нет, — хрипло ответила она, снимая обувь. — Я его невеста. Уже, правда, бывшая.       Никаких истерик не было. Впрочем, как и слёз, хотя в первые минуты знакомства они норовили показать себя миру. Да и Лили Портман — как представилась рыжеволосая девушка — оказалась очень милой. Винить её было не в чем: Лили просто-напросто не знала о существовании невесты у Саши, а все их совместные фотографии и другие, говорящие об отношениях вещи парень успел убрать до её прихода. Они познакомились в баре, где он как-то выпивал в одиночку, потом поехали к Портман. Спустя два месяца знакомства Саша привёл Лили в эту съёмную квартиру, где буквально на следующий день девушка познакомилась с его невестой.       — Где он до этого пропадал, не знаешь?       — Нет, не знаю, — девушки пили красное вино, сидя на балконе под пледами. Лили была обаятельной, вежливой и… комфортной. Довольно умной, с хорошим чувством юмора. И Рита даже задумалась о дружбе с ней, как бы не было больно от осознания измены. — Но Алекс упоминал как-то, что влез в крупный долг. Может быть, пытался разрулить ситуацию, — почему-то Феллерман даже не удивилась этому. — Послушай, ты говорила, что думаешь переезжать, верно? Я работаю в одной хорошей компании, занимающейся недвижимостью, если хочешь, помогу? Так сказать, в качестве извинения.       — Не надо никаких извинений, — Рита отпила немного алкоголя, хмыкнув. — Ты ни в чём не виновата. Но если не против подружиться, то твоя помощь очень поможет, — Лили в который раз за вечер с удивлением посмотрела на девушку.       — Тебя совершенно не беспокоит измена?       — А ты собираешься продолжить встречи с Сашей?       — Нет, — она поправила рыжие волосы, подтягивая к себе ноги. — Честно признаться, он не настолько хорош, чтобы это переросло во что-то большее, чем секс без обязательств. Да и раз уж такая ситуация… Не хочется вообще иметь дело с мудаком, — Лили перевела тему, вновь улыбнувшись. — Кстати, если у тебя в порядке документы и есть необходимая сумма, думаю, покупка квартиры выйдет быстрой. Около двух недель, — Рита благодарно кивнула, но продолжила выжидающе смотреть на собеседницу, видя, что та хочет что-то добавить. — И… если тебе нужна смена обстановки, то останься у меня, — Феллерман удивлённо вскинула брови и Лили смущённо покраснела. — Думаю, в компании нам обеим будет веселее, а потом помогу тебе обставить новую квартиру, — предложение было заманчивым. Особенно учитывая, что Рита не хотела вновь идти плакаться к Моблиту или Нанабе, а общество новой знакомой являлось неплохим вариантом.       — Тогда помоги мне быстрее собрать вещи, — Лили лишь довольно кивнула, залпом выпивая оставшееся в бокале вино. — И не скажешь, когда Саша должен вернуться?       — Говорил, что вечером придёт. Он на какую-то встречу поехал, а потом за каким-то замком ещё хотел заехать.

***

      — Лили, — Александр зашёл в квартиру с довольной улыбкой и бутылочкой дорогого шампанского. Рита должна была приехать только завтра, поэтому у них ещё было время повеселиться напоследок.       Из ванной доносился шум фена, поэтому парень решил не мешать любовнице, сразу направляясь на кухню. Там его ждал торт, отчего Саша удивлённо вскинул брови, пытаясь припомнить повод.       Решив переодеться, он направился в комнату, но зайдя, заметил, что помещение будто опустело. А затем, обойдя диван, нашёл несколько больших, забитых чемоданов.       — Я вызвала Лили такси, можешь не беспокоиться, — спокойно сказала Рита, облокачиваясь на дверную арку и скрещивая руки на груди. Саша ещё некоторое время молча смотрел на собранные вещи, после чего всё же обернулся к ней. Феллерман надела его любимое бордовое платье, облегающее её хрупкую фигуру, уложила волосы. И на первый взгляд была в невероятно праздничном настроении. Да только глаза, заметил Александр, уже вовсе не горели.       — Рит, я…       — Мне не нужны твои оправдания. Пошли на кухню, — не дожидаясь парня, она двинулась в соседнюю комнату. — Меня интересуют только твои долги. Точнее, не играют ли мои личные данные там какой-то роли? — Рита с абсолютно непроницательным выражением лица открыла шампанское, принесённое Сашей, замечая, что он выбрал именно то, которое они всегда пили на знаменательные в отношениях даты. — Символично. И мило, что ты решил именно его выпить с любовницей. Меня это шампанское тоже когда-то подкупило, — парень не мог выдавить и слова. Ком прочно засел в горле, то ли из-за его осознаваемого предательства и стыда, то ли из-за явного ощущения конца их отношений. Саша просто во все глаза смотрел на любимую девушку, замечая несвойственное ей спокойствие, напоминающее петли, которые вот-вот стянутся на его шее.       Рита отрезала два кусочка торта, подавая один из них парню, но тот даже не посмотрел на угощение.       — М-м-м, торт шикарный, — заключила она, попробовав немного и закатывая глаза. — Давно таких вкусных не ела, хотя сама вроде кондитер, — Рита перевела холодный взгляд на Сашу. — Ну, так что там с долгами? Моих данных нигде нет?       — Н-нет, — через силу выдавил парень, вызывая у Феллерман отвращение. Видимо, она действительно любила Сашу, раз не замечала, насколько он стал некрасив и жалок. На тонких руках виднелись следы от шприцов, под глазами пролегли тени. А найденная в кухонном шкафчике заначка из ампул свидетельствовала, что парень давно опустился на тот уровень, с которого Рита уже не планировала его вытаскивать.       Съев ещё пару кусочков, она молча направилась в ванную, поправила макияж и позвонила кому-то.       — В общем, я готова. Можешь подъезжать, — в ответ услышав короткое «дай мне десять минут», она обернулась к Саше, словно тень ходившему за ней. — Ну что, скажешь что-нибудь на прощание?       — Рит, это была ошибка… — его грудь начала вздыматься чаще, нижняя губа задрожала. — Я просто хотел поэкспериментировать… Эта измена…       — Эта измена стоила тебе наших отношений, — перебила его Феллерман, грустно опуская глаза в пол. Простояв около пяти минут в молчании, которое оба почему-то так и не нарушили, она начала собираться, вытаскивая в прихожую чемоданы, а затем надевая изящные туфли. Хотела ли Рита действительно услышать причины? Возможно, моменты, где сама сделала что-то не так или оступилась? Она не знала. Чувствовала лишь неприятный солёный ком и рвущиеся слёзы, но из последних сил сдерживалась, постоянно напоминая себе о гордости.       — С долгами… я надеялся, ты мне поможешь, мы выберемся вместе… Всегда ведь выбирались, — парень вдруг начал хмуриться, и Рита вспомнила, как после такой постепенной смены настроения у них начинались самые громкие скандалы. Однако пришедшая SMS добавляла уверенности в том, что в этот раз она уйдёт без каких-либо травм и слёз. Уйдёт навсегда.       — Помогай себе сам, Саш, — Феллерман открыла входную дверь, приветственно кивая Закклаю и нескольким мужчинам позади него, которые резво забрали чемоданы, унося их вниз. Дариус, один костюм которого стоил как целая квартира, надменно посмотрел на хилого мальчишку, после галантно целуя руку Риты.       — Ты вернёшься? — Александр сделал шаг к девушке, начиная злиться.       — Нет, — она оставила свой комплект ключей на тумбочке, поправляя выбившуюся из укладки прядь.       — Рит, я нужен тебе больше, чем ты мне. Одумайся, — Закклай, ставший невольным свидетелем их разговора, усмехнулся. Феллерман тоже не стала скрывать ядовитую улыбку, будто по случаю подчёркнутую алой помадой.       — Вот и проверим, — вслед за солидным мужчиной она вышла из квартиры, уверенно закрывая дверь.       Дариус Закклай был известным политиком и по совместительству владельцем ресторана «Villa des Lys». И хоть первоначально он рассматривал молодую и неопытную Риту как очередную девушку на ночь, затем разглядел в ней интересного собеседника и теперь иногда коротал с ней время, выводя Феллерман в свет. Он любил роскошных женщин, а Рита умела такой быть, всегда одеваясь и выглядя при нём исключительно. Ещё и вела себя скромно, когда это было нужно, покоряя коллег своей невинностью.       Дариус давно выслал ей приглашение на один театральный вечер и был бесконечно доволен, что Рита откликнулась, хоть и в последний момент.       Однако увидев обстоятельства, при которых девушка уходила из дома, он примерно понял её положение. Что же, пусть пользуется его добротой и хорошо проводит время, Закклаю, в целом, всё равно.

***

      Рита совершенно не понимала своё состояние. Сидя на огромной кровати спонтанно снятого номера, она бездумно водила согнутой ногой по воздуху, смотря какую-то передачу по ТВ и периодически поглядывая на шикарный вид из панорамного окна. Роллы, что девушка полюбила ещё со времен жизни в России, вместе с ликёром составляли приятную компанию.       «Щелкунчик», которого Феллерман видела уже не меньше семи раз, не вызывал дикого восторга, однако помог отвлечься от проблем и разбавил вечер ностальгией. А после представления Рита решила побыть наедине с собой, быстро найдя престижный отель с помощью Закклая. Она не любила тратить вот так деньги, но иногда же нужно себя побаловать.       Слёз и истерик, которых всё же ожидала девушка, до сих пор не было. Она вообще не чувствовала какой-то сильной боли от расставания. Разочарование? Да. Обиду? Не совсем. Рита, неожиданно для себя, чересчур быстро смирилась с мыслью об измене. Да и за последние месяцы чувства, видимо, действительно остыли.       По началу Феллерман ещё мысленно сравнивала себя с Лили, в общем-то, понимая, что внешностью новая знакомая действительно выигрывает. Подтянутое тело с красивой большой грудью и задницей, пышные рыжие кудри — очень ярко, но всё же гармонично, особенно на фоне худощавой и низкой Риты. Но стоило девушке посмотреть на себя в зеркало — зарождающиеся комплексы вмиг развеялись. Она слишком любила себя и своё тело, чтобы считать его некрасивым.       Но главной причиной, почему Феллерман не убивалась из-за конца долгих совместных лет — отвращение. Жуткое отвращение к Александру, заглушавшее остальные чувства по отношению к нему. Рита презирала людей, которые вот так изменяют. Ещё больше не любила наркоманов (хоть сама и склонна к алкоголю и курению, всё-таки была способна держаться на грани между доставлением удовольствия и реальной зависимостью). А видя, в кого превратился некогда любимый парень, захотела только уйти, чтобы более не наблюдать этого ужаса.       К тому же, её бесконечно расслабляло и радовало ощущение снятого с плеч груза.       Больная нога после вечера на каблуках жутко ныла, поэтому Рита, лениво потягиваясь, направилась в ванную, по дороге захватывая телефон.       Из-за того, что заселилась девушка без каких-либо вещей (при себе имела только сумочку с некоторыми документами и предметами для выхода), сейчас ходила в одном халате, но понимала, что, например, выйти в ресторан этого отеля в таком виде будет неприлично. А она давненько не была в подобных заведениях в качестве гостя, чтобы упускать такую возможность.       Быстро выбрав пару базовых вещей и средств первой необходимости, к Феллерман пришло запоздалое чувство вины за то, что она делает заказ в столь позднее время. Хотя вообще было удивительно, что нанимаемая ею доставка работала круглосуточно. В России такого, например, девушка не видела. Впрочем, может в какой-нибудь Москве подобное считалось нормой — этого Рита, прожив двадцать два года в Волгограде, не знала.       Но всё же она решила при получении заказа щедро наградить доставщика чаевыми, ибо такая работа действительно нелёгкая (Рита знала это по личному опыту).

***

      — Рита, ты сегодня прямо светишься, — заметил Эрд, приветствуя коллегу у выхода из раздевалки. Девушка задорно подмигнула, закалывая длинную косу под кухонную шапочку. — Неужели придумала блюдо?       — Даже сотых процента ещё не готово, — открыто призналась Феллерман. — Ты правда думал, что я сделаю его за выходные?       — Да, конечно, — су-шеф также завязал в небольшой хвостик волосы и поправил фартук. — Как же забыть твою привычку делать всё в последний момент? Между прочим, правило, по которому дедлайн я переношу на несколько дней раньше реального срока, придумано из-за тебя.       — И я тоже люблю тебя и весь наш коллектив, — девушка приобняла друга, в то время как он ущипнул её за щёчку. — А по поводу настроения — просто хорошо отдохнула.       — Слышал, ты ходила в театр с Закклаем?       — Новости в нашем ресторане разлетаются быстрее скорости света, — наигранно обречённо вздохнула Рита. — Откуда?       — Он упомянул о тебе в разговоре с шефом. Это услышал бармен, рассказал Петре, — он кивнул на официантку, мило щебетавшую с Бозардом. — Та поведала историю Оруо и так далее. Сама знаешь, пусти любой слушок — здесь через полчаса будут все обо всём знать.       — Я в курсе, — Феллерман повернулась к кабинету начальника, замечая проскочившую между створками жалюзи тень его фигуры. — Давно он приехал?       — Вчера. А по поводу Закклая… — Эрд чуть дёрнул плечом, вновь тиская девушку за щеку. — Не давай себя в обиду, ладно? Даже несмотря на то, что он — большая шишка.

***

      Нанаба беспокойно отпила кофе, искоса наблюдая за Леви. Тот практически не отрывал хмурого взгляда от Риты, раздражаясь буквально из-за каждого её действия. Казалось, Феллерман одной было в их небольшой компании абсолютно комфортно: она лениво жевала чипсы, маленькие кусочки которых безустанно падали на белую футболку, и смотрела какой-то исторический сериал на телефоне, периодически выпивая из любимой кружки сок (как думала Захариус).       Им удалось собраться таким дружным коллективом спустя неделю после нахождения Риты. Молодожёны, наконец, взяли двухнедельный отпуск, но первую половину отдыха решили скоротать на даче и за сбором вещей. Затем их ждала поездка на море.       Нанаба впервые за всё время подумала, что было не очень предусмотрительно с её стороны звать на дачу и Риту, и Леви. Первой было, в общем-то, всё равно, но вот Аккерман, видимо, ещё не совсем отошедший от внезапного исчезновения и такого же неожиданного появления Феллерман, был на взводе. На самом же деле причина крылась скорее в его начавшейся бессоннице, но так как Нанаба об этом не знала, она списывала плохое настроение друга на присутствие сестры.       Когда Рита, громко чихнув, чуть не пролила свой напиток, Леви, казалось, был готов прибить её — явная агрессия на его лице, выраженная и в сдвинутых бровях, и в напряженной челюсти, давала это понять.       Но внезапно Феллерман со вздохом поднялась, вытаскивая из уха один наушник, с некоторой усталостью на лице подошла к Леви и поставила на столик рядом с ним свой напиток.       — Лучше выпей и иди спать, чем так мучиться, — сказала она, наклонившись к самому его уху, затем легонько целуя в щёку. Сделала девушка это совершенно бессознательно, уже знатно опьянев, поэтому не придала собственному жесту значения, медленно поворачиваясь в сторону дома.       Конечно, Рита заметила все признаки бессонницы у знакомого, ведь сама уже несколько дней подряд не могла уснуть без порции алкоголя или снотворного. Так ведь и спиться недолго. Сейчас она была под градусом, пригубив значительное количество текилы, поэтому хотелось только одного: во-первых, таблетку, которую стоит приготовить заранее, а во-вторых, спать.       На кухню она зашла чуть пошатываясь, но вовремя ухватилась за дверной проём. Майк, стоявший в другом конце комнаты, посмотрел на подругу со смесью недоумения и неодобрения. Риту трудно было напоить, поэтому он действительно не понимал, когда она уже успела так надраться.       — Достань мне, пожалуйста, аптечку, — на удивление, даже в таком состоянии Феллерман говорила ровно и внятно, чему Захариус тоже всегда поражался. На самом деле Рита училась этому годами, познакомившись с алкоголем ещё в конце средней школы. Тогда же она узнала и всю силу отца, а точнее, насколько слаженно он может работать с кожаным ремнём. Поэтому-то и пришлось учиться не подавать вида пьяного состояния, чтобы иной раз не разругаться с родственниками.       — Рита, ты… — девушка подняла руку вперёд, пресекая дальнейшие слова друга, и устало прикрыла глаза.       — Прости, если порчу вам выходной, но сейчас я хочу только спать, — она уже повернулась в сторону лестницы на второй этаж, где находилась выделенная Рите комната.       — Ты в порядке?       — Ага, — бросила Феллерман, скрываясь за дверью. Майк в это, конечно же, не поверил. И уже собирался двинуться за подругой, как заметил жену, прошедшую за Ритой.       Леви ошарашенно смотрел в сторону, куда несколько минут назад ушла девушка. Признаться, он не ожидал такого действия от неё, но, принюхавшись к напитку, поставленному Ритой, вновь нахмурился. И как он не почувствовал запах текилы? У Аккермана всегда было хорошее обоняние.       Далее он проследил за Нанабой, проследовавшей за сестрой и, оставшись в одиночестве, плюнул на всё и таки пригубил алкоголь, затем резко кривясь от скверного вкуса и отсутствия закуски. Удивительно, как Феллерман пила этот ужас без единой эмоции на лице.       — Рит, — Нанаба присела на краешек кровати, поглаживая сестру по голове и обеспокоенно рассматривая сонное лицо. — Что случилось? Прошу, расскажи мне, — Захариус уже давно заметила изменения в поведении Риты. Даже ощущение рядом с подругой как-то изменилось. И то, что причин подобного Нанаба не знала, сильно её волновало. Феллерман была именно тем человеком, которому всегда нужно высказываться о своих чувствах. Неважно кому: незнакомцу, другу или матери, — если этого не делать, она обычно закрывалась, абстрагируясь от всего настолько, что могла быть на грани сильной истерики или истощения. Иногда Рита выбирала в поддержку не людей, а алкоголь. И эта привычка сестры Нанабу дико раздражала, хоть и поделать она с решениями Риты ничего не могла — Феллерман, всё же, была взрослым человеком. Но в моменты, когда не слушала действительно нужные советы, походила на эмоционально нестабильного подростка, считавшего, что всё знает лучше других.       — Да так… — Рита вяло пожала плечами, меняя позу и обнимая подушку. — Саша изменял мне два месяца, влез в какие-то долги, я познакомилась с девушкой, с которой он спал, и теперь живу у неё, пока оформляю документы на покупку квартиры. А вообще, всё отлично, — больше она не сказала ни слова, но Захариус была настолько ошарашена кратким повествованием сестры, что даже не смогла прокомментировать это, несколько минут просто сидя с раскрытым ртом.       Когда она поняла, что Феллерман уснула, то молча приготовила ей стакан с водой в дополнение к порошку от похмелья и таблетке от головной боли. А вечером, когда Рита проснётся, поняла, что их ждёт серьёзный разговор.