Часть 23.
9 января 2022 г., 15:41
Всю следующую неделю Рон Уизли молчал. Но стоило ему завидеть компанию Гарри, как он почему-то густо краснел и старался, как можно скорее, от них скрыться. А когда он бывал в компании Финнигана и Томаса, то неприятно улыбался, и его улыбка их нервировала. Большую часть свободного времени они проводили в полумраке хижины Хагрида, пытаясь урезонить великана.
— Отпусти его, — настаивал Гарри, — Выпусти его на волю.
— Не могу, — Хагрид покачал головой. — Он же маленький совсем. Он умрёт один.
Драко, Гермиона и Невилл посмотрели на дракончика. За неделю он стал раза в три длиннее. Из его ноздрей беспрестанно вырывались клубы дыма. Однако Хагрид, кажется, этого не замечал. Судя по всему, он вообще забыл обо всём, в том числе и об обязанностях лесника, и если и выходил из хижины, то только за продовольствием для своего подопечного. По полу хижины, заваленному птичьими перьями, перекатывались пустые бутылки из-под бренди.
— Я ему имя придумал, Норберт, — Хагрид смотрел на дракона влюблёнными глазами. — Он меня уже знает… смотрите вот. Норберт! Норберт! Где твоя мамочка?
— Он рехнулся, — прошептал Драко, наклонившись к уху Гарри.
— Хагрид, — громко позвал Гарри. — Ещё две недели, и Норберт не будет помещаться в твоей хижине. А к тому же, возможно, у нас нет в запасе и двух дней! Уизли в любой момент может донести на тебя Дамблдору, ну, или Макгонагалл.
Хагрид закусил губу, похоже, что он силился принять какое-то решение. Его это явно мучило. Хагрид и вправду привязался к этому необычному и опасному созданию.
— Я… Я ж понимаю, что навсегда его здесь оставить не могу, но и бросить его не могу… — чуть ли не взревел полувеликан, — нельзя так….
Гарри вдруг резко повернулся к Драко.
— Чарли! — воскликнул сын мародёра.
— Ну вот, теперь и ты рехнулся, — спокойно отреагировал тот. — Меня зовут Драко, ты забыл? А Чарли — брат Уизела.
— Да нет, я про Чарли, который изучает драконов в Румынии. Мы можем отправить Норберта к нему, — заявил Гарри. — Ведь Чарли сможет о нём позаботиться, а когда Норберт вырастет, он отпустит его на волю!
— Гениально! — завопил Драко, блондинчик понимал, что это самый наилучший вариант.
— Как тебе идея, Хагрид? — спросила вмешавшаяся Гермиона.
Идея Хагриду не понравилась, но после долгих уговоров и убеждений великан согласился послать Чарли сову. Видимо, в глубине души надеясь, что ответ придёт не скоро, а может, и не придёт вообще.
***
Следующая неделя тянулась необычайно медленно. В среду когда все ушли спать, Гарри и Гермиона всё ещё сидели в библиотеке, дожидаясь Драко. Невилл ещё накануне почувствовал себя плохо, поэтому и обратился в больничное крыло к мадам Помфри. И оказалось не зря. Колдоведьма выявила у сына Фрэнка Долгопупса лёгкое отравление. Так что он проведёт в больничном крыле несколько дней. На часах было уже двенадцать, когда они услышали какой-то шорох. Через мгновение из ниоткуда появился Драко, сбросивший с себя мантию-невидимку. Он был у Хагрида, помогая тому кормить Норберта, который теперь десятками поедал дохлых крыс. — Он меня укусил! — Драко вытянул руку, обмотанную окровавленным носовым платком, при этом блондин поморщился. — Я теперь, наверное, несколько дней даже перо не смогу держать. Если честно, более жуткого зверя, чем дракон, я в жизни не видел, а Хагрид с ним возится так, словно это маленький пушистый кролик. Вы представьте только: Норберт меня укусил, а Хагрид мне ещё выговаривать начал за то, что я его малютку испугал. А когда я уходил, он ему колыбельную пел. — Ладно, поздно уже, — проговорил Гарри. — Расходимся по гостиным. Оказавшись в гостиной, Гарри едва услышал слабый стук, доносившийся от тёмного окна. Стоило ему его открыть, как мальчику на руку села белая сова. — Это Букля! — воскликнула Гермиона, хотя Гарри это и так понял, только его сова имела наглость садиться ему на руку, а иногда даже на плечо. — Она принесла ответ. «Как у тебя дела, Гарри? Надеюсь Ронни тебе не докучает? Спасибо за письмо. Я буду счастлив взять норвежского горбатого дракона. Но доставить его сюда будет непросто. Я думаю, лучше всего будет переслать его с моими друзьями, которые прилетят навестить меня на следующей неделе. Проблема в том, что никто не должен видеть, как они перевозят дракона, — ведь это незаконно. Будет идеально, если вы сможете привести дракона на самую высокую башню замка Хогвартс в субботу в полночь. Тогда они успеют добраться до Румынии до наступления утра. Пришли мне ответ как можно быстрее. Чарли Уизли.» Гарри и Гермиона задумчиво посмотрели друг на друга. Теперь им предстоит провернуть «спасательную операцию» для дракона. — У нас есть моя мантия-невидимка, — медленно произнёс Гарри, правильно истолковав сомнение Гермионы. — Думаю, она вполне сможет спрятать нас с Драко и Норберта, так что всё получится. Гарри произнёс это так спокойно просто для того, чтобы успокоить каштановолосую девочку, на самом деле у его плана имелись серьёзные изъяны. Хотя бы потому, что Норберт мог запросто прожечь мантию. Да и заткнуть ему пасть, чтобы он не издал ни звука, было нереально. И это свидетельствовало о том, насколько трудной и изматывающей была для них вся последняя неделя. Потому что теперь они были готовы на самый безумный вариант, лишь бы избавиться от Норберта. И отделаться от дракона. И тут произошло то, чего никто не ожидал. На утро укушенная рука Драко раздулась, вдвое увеличившись в размерах. Блондин никак не мог решить, не будет ли слишком рискованным поход к мадам Помфри: ведь она, наверное, могла сразу определить, что это укус дракона. Однако спустя несколько часов выбора у Драко уже не было. Рука позеленела. Похоже, что клыки Норберта были ядовитыми. Гарри и Гермиона, примчавшиеся в больничное крыло в конце дня, застали Драко в ужасном состоянии. — Это не только из-за руки, — прошептал Драко. — Хотя ощущение такое, что она вот-вот отвалится. Тут ко мне зашёл Уизел, сказал мадам Помфри, что пришёл забрать книгу, которую мне дал, а на самом деле, чтобы надо мной поиздеваться. Он угрожал, что расскажет мадам Помфри, кто укусил меня на самом деле. Я-то ей сказал, что это собака, но не знаю, поверила ли она. Гарри и Гермиона попытались успокоить Драко. К ним присоединился и Невилл, что всё ещё находился в больничном крыле. — В субботу в полночь всё закончится, — напомнила мальчикам Гермиона, но почему-то Драко это совсем не обрадовало. Более того, он вдруг вскочил на кровати, и лицо его покрылось потом. — В субботу в полночь! — щипло повторил он. — Я только сейчас вспомнил: Уизел забрал у меня книгу, чтобы мадам Помфри ему поверила, что он приходил именно за ней. А в этой книге лежало письмо от Чарли Уизли. Просто тогда твоя сова прилетела, а я машинально спрятал письмо в книгу. Так что теперь он всё знает… Гарри и Гермиона даже не успели ничего сказать по этому поводу. В палату вошла мадам Помфри и выпроводила их, заявив, что Драко необходимо поспать. Очевидно было, что менять планы поздно. Оставалось надеяться на трусость, тупость или благоразумие шестого Уизли, что маловероятно конечно. — Менять планы уже поздно, — заявил Гарри, когда они с Гермионой вышли из палаты. — Мы не успеем послать Чарли ещё одну сову, а другого шанса избавиться от Норберта может и не представиться. Нам придётся рискнуть. А к тому же у нас есть мантия-невидимка, и вот о ней Уизли ничего не знает. Когда они пришли к хижине Хагрида, чтобы рассказать тому о случившемся, у дверей хижины с грустным видом сидел Клык — его хвост был замотан тряпками. А Хагрид даже не впустил их внутрь, а разговаривал с ними, высунувшись в окно. — Не пущу я вас… Норберт тут расшалился, — объяснил он. — Но ничего такого… уж я-то с ним справлюсь. Когда Гарри закончил свой рассказ, глаза Хагрида наполнились слезами, хотя, возможно, дело было в том, что именно в этот момент Норберт ухватил его за ногу. — А-а-а! — вдруг взревел Хагрид, но тут же выдавил из себя кривую улыбку, судя по всему, он не хотел, чтобы Гарри и Гермиона забеспокоились ещё больше. — Ничего страшного… куснул меня за сапог, просто, он же ребёнок всего-навсего. Ребенок ударил хвостом в стену, и хижина заходила ходуном. Гарри и Гермиона пошли обратно к замку, думая про себя, что дождаться субботы будет нелегко.***
Когда пришёл момент прощания с Норбертом, Гарри и Гермиона наверняка посочувствовали бы Хагриду, если бы так не беспокоились за успех операции. Правда, ночь была тёмной и облачной, но они уже немного опаздывали, потому что им с Гермионой пришлось задержаться в замке. А всё из-за Пивза, увлечённо игравшего в теннис с самим собой в холле первого этажа и заставившего их ждать до тех пор, пока игра ему не наскучила. Хагрид уже упаковал Норберта в огромный деревянный ящик. — Я там ему кучу крыс запихнул и бренди тоже приготовил, чтоб не проголодался по пути, — произнес Хагрид приглушённым голосом. — Я ему ещё туда плюшевого мишку положил, чтоб он по дороге не скучал. Из ящика доносились странные звуки: Гарри показалось, что как раз в этот момент плюшевому мишке отрывали голову. — Прощай, Норберт! — срывающимся голосом выдавил из себя Хагрид. — Мамочка никогда тебя не забудет! Гарри и Гермиона встали по обе стороны ящика и набросили на себя мантию. Позже они бы и сами не смогли объяснить, как им удалось доволочь ящик до замка. Была уже почти полночь, когда они втащили ящик на первый этаж, и, немного передохнув, снова подхватили его и двинулись по темным коридорам. Каким-то чудом им удалось подняться сначала по одной лестнице, потом по другой. Гарри очень боялся споткнуться на лестнице со своей поклажей. — Почти пришли! — тяжёло выдохнула Гермиона, утирая пот, когда они оказались в коридоре под самой высокой башней. Они уже снова подхватили ящик, настроившись на последнее усилие, когда в коридоре раздался какой-то шум Забыв, что они невидимы, они резко отступили в тень, вглядываясь в темные очертания двух борющихся друг с другом людей. И вдруг зажглась лампа. Профессор Макгонагалл в ночной рубашке из клетчатой шотландки и с сеточкой для волос на голове крепко держала за ухо вырывающегося Рона Уизли. — Вас ждет дисциплинарное наказание! — вскричала она, увидев, кто перед ней. — И двадцать штрафных очков! Как вы посмели ходить по школе посреди ночи?! — Вы не понимаете, профессор! — визжал Рональд. — Гарри Поттер-Блэк — он скоро будет здесь! С драконом! — Что за чушь! — возмутилась профессор МакГонагалл. — Как вы смеете мне лгать?! Да ещё и клеветать на бедного мальчика. В отличие от вас, Уизли, мистер Поттер-Блэк — слепой! Он бы просто не смог бы шастать по коридорам школы! Идёмте, Уизли, а утром я отправлю сову с письмом к вашим родителям! После того, что случилось, почти отвесная винтовая лестница, ведущая на башню, показалась им чем-то просто несерьёзным. И уже через несколько минут они оказались на свежем воздухе и, сбросив с себя мантию перевели дух. Гермиона вдруг начала приплясывать. — Уизли ждёт наказание! — радостно выкрикнула девочка. — Я так счастлива, что даже петь хочется! — Не надо, — посоветовал Гарри, хотя настроение у него тоже было просто прекрасное. Наверное, они странно смотрелись со стороны: уставшие, мокрые, улыбающиеся своим мыслям. Стоявший между ними ящик, наверное, тоже смотрелся странно — особенно если учесть, что он сильно покачивался из стороны в сторону. Возможно, Норберту тоже стало весело. Десять минут спустя из темноты спланировали четыре метлы. Друзья Чарли оказались весёлыми людьми и к транспортировке Норберта отнеслись, как к забавному приключению. Тем более что они уже всё продумали и захватили с собой специально изготовленное для этого случая крепление. Когда ещё минут через десять метлы поднялись в воздух, между ними висел большой деревянный ящик. Гарри и Гермиона проводили его глазами, а когда он пропал из виду, пошли вниз по винтовой лестнице. На душе у них было легко. Норберт улетел, Уизли им больше не угрожал и разве могло что-нибудь омрачить их радость? Ответ поджидал их у подножия лестницы. Как только они спустились по ней, из мрака вынырнуло лицо Филча. — Так-так-так, — прошептал он. — Кажется, у нас серьёзные проблемы. Но Гермиона вовремя успела накинуть на них с Гарри мантию-невидимку. Можно сказать, почти перед самым носом злобного завхоза. Но тогда же они заметили, что Филч держал за ухо Невилла. Тот был в больничной пижаме и в своих любимых пушистых тапочках. Невилл пытался вырваться их хватки завхоза, но делал лишь себе больно. Гарри с Гермионой хотелось помочь Невиллу, но… Но ситуация стала ещё опаснее, так как появилась профессор Макгонагалл, державшая за руку Уизли. — Мистер Долгопупс, разве вы не должны сейчас находится в больничном крыле?! — строгим тоном спросила заместитель директора, ведь она только что поймала студентов своего факультета. — Должен, профессор, — промямлил в ответ Невилл и весь покраснел со стыда. — Я его поймал, недалеко от астрономической башни, — проскрипел Филч. — Он пытался проникнуть на верх. — Я хотел попасть в совятню, чтоб… — промямлил Невилл. — Чтоб отправить бабушке письмо. — Он врёт, профессор! — воскликнул Рон Уизли, а Гарри сейчас захотелось врезать кулаком в морду рыжего. — Он наверняка хотел присоединился к Поттеру… — Довольно, Уизли! — прервала своего студента Макгонагалл. — Помимо тех двадцати штрафных очков, я начисляю вам ещё десять и отработку с мистером Филчем, — после чего заместитель директора посмотрела на красного Невилла. — Теперь вы, мистер Долгопупс. Письма нужно отправлять днём, а не ночью. За вашу ночную прогулку вы получаете двадцать штрафных очков. А теперь быстро в спальню Гриффиндора. После этого Макгонагалл отправилась в свои апартаменты. Гарри и Гермиона, последовали за Невиллом и Уизли. Рыжий всю дорогу ворчал, что во всём виноват этот слепой Поттер. Рон даже пообещал дать ему по морде, от чего Гарри был разозлён, но благодаря Гермионе сдержался. Первым за портретом полной дамы скрылся Уизли, а Невилл тогда задержался. — Покажитесь уже, ребят, — прошептал Невилл, и из неоткуда показались довольные Гарри и Гермиона. — Ну, вам удалось избавиться от Норберта? — Да, всё получилось, — ответила Гермиона, подбирая мантию-невидимку с пола. — Как ты нас заметил? — спросил Гарри, его интересовал этот момент, раз уж их заметил Невилл, то Филч и Макгонагалл уж подавно. — Да я заметил, как чья-то нога резко пропала, будто её спрятали под невидимку, — улыбнулся Невилл, — Гарри, у тебя ведь есть мантия-невидимка? — Да. От отца, Джеймса Поттера, досталась, — ответил Гарри, сейчас мальчик был рад, что у его отца имелась такая полезная вещица. — Но её у меня конфискуют. Раз уж ты заметил, то и профессор Макгонагалл с Филчем заметили. — Да, ничего они не заметили, — отмахнулся Невилл, — Филч был увлечён мной, а профессор Макгонагал — Уизли. — А ты уверен? — спросила Гермиона, внимательно посмотрев на Невилла. — И очень жаль, что ты получил двадцать штрафных очков. — Уверен, — улыбнулся в ответ Долгопупс. — А из-за этих штрафных очков я не расстроен. А вот Рон Уизли очень расстроен, из-за того что получил тридцать штрафных очков и отработку у мистера Филча. На этом ребята закончили разговор. Невилл поспешил скрыться за портретом Полной Дамы, а Гарри с Гермионой, укрывшись мантией-невидимкой, поспешили добраться до своей гостиной. Уже ложась спать, Гарри понял, что эта история с драконом оказалась не только рискованной, но и очень познавательной.
