Take a view at the moon

— Он уже тут, — говорит Кагеяма с легкой ухмылкой. — Как ты вообще его нашёл, он такой низкий, — смеётся Сакуса. Это был день их «свидания». Сакуса и Кагеяма пришли чуть позже полуночи. — Я всегда найду его, — улыбаясь, говорит Кагеяма. Сакуса понимающе кивнул, прежде чем осмотреть толпу. Меньше чем за секунду он обнаружил Ацуму. Он смеётся. — Он тоже здесь, да? — С очень плохой маскировкой, — мягко произносит Сакуса. — Могу я спросить кое о чём, Сакуса? — Можно просто Киёми, — с улыбкой говорит он, — Мы все-таки на свидании. Кагеяма тихонько смеётся. — Ладно, могу я спросить тебя кое о чём, Киёми? — Вперёд. — Почему ты всегда выбираешь его? Сакуса замирает, — Почему? — Ну да. это уже 200-й раз, не так ли? Мне просто любопытно, почему ты всегда выбираешь его? Извини, если это было грубо.

***

— Это было грубо, — говорит Аран, слегка нахмурившись. Кита смеется, — Не было. Это правильный вопрос. Я тоже хочу узнать. Аран недоуменно смотрит на него, — Почему? — Потому что они выбрали друг друга 200 раз, — с усмешкой говорит Кита. Другие ангелы кивают. — Согласись, это странно. — Почему? — говорит Аран, всё ещё сбитый с толку. — Мне напомнить, как Сакуса однажды отравил его? — спрашивает Кита, приподняв бровь. — Или как Ацуму не разговаривал с ним целый год? — добавляет другой. Аран закатывает глаза, — Вы не видите всей картины. — О чём ты? — Просто слушай.

***

— Это не грубо, — с лёгкой улыбкой отвечает Сакуса, — Это правильный вопрос. Он оборачивается и смотрит на Ацуму, который совсем неочевидно пытается подслушать их диалог. Сакуса и Кагеяма немного проходят, и садятся на скамейку. Сакуса смотрит в него, — Мы много ссоримся, — говорит он, нарушая тишину. Кагеяма просто ждёт и внимательно слушает. — Однажды я даже отравил его, потому что он раздражал, — хихикает Сакуса, — Мы говорим то, что не имеем ввиду. Мы делаем глупые вещи. Как-то раз я сбежал, — мягко произносит он, — Я был напуган. Я никогда не умел выражать или понимать свои чувства, а потом появился он. Ацуму просто ворвался в мою жизнь, я понятия не имел что делать. И в конце концов, всё было бессмысленно. — Сакуса пожимает плечами. — Я сбежал. Вернулся где-то через три года. Тогда я понял, что безумно скучаю по нему, даже если мы часто ссоримся. — Киёми смотрит на луну, — Он был там. Изменилось место, где мы жили, изменились люди, которых мы знали. Но он был там. Всегда. Он не врезал мне, не обнял. Всего лишь открыл дверь, и сказал что ужин готов, — Сакуса поворачивается к Кагеяме, — А потом он просто сказал «Добро пожаловать домой». — Тут причина твоей любви к луне? — спрашивает Кагеяма, смотря ввысь. — О, ты тоже в курсе? — говорит Сакуса, улыбаясь. — Любой, кто знает твоё имя, автоматически в курсе, что ты одержим луной. — посмеивается Кагеяма. — Я знаю каждое нагорье, каждую марию, которую можно разглядеть, — мягко продолжает Сакуса, — Каждый кратер, каждую трещину, каждую линию. Из-за него. Он любил луну, — с улыбкой произносит Сакуса, — Он заставлял нас каждую ночь сидеть на улице, чтобы увидеть звёздное небо. Он часами рассказывал о чёртовой луне. Я так ревновал, — смеясь, говорит он, — Ты можешь поверить в это? Я ревновал к тупому камню. Кагеяма хихикает. — Он жаловался, что она недосягаема. Он мог описать её слово в слово, — Сакуса будто заново проживает воспоминания, просто глядя на луну, — Но я никогда не смотрел на Луну. Я всегда смотрел на него. Каждая его веснушка на лице напоминала мне те созвездия из трещин. Его ямочки, напоминающие мне кратеры Луны. Его лицо запечатано в моей памяти. Сакуса протягивает руку к луне, — Неважно, если я его не помню. Неважно, если небеса заставят меня забыть, или разорвать связь с ним. Не важно травим ли мы друг друга, — с улыбкой говорит Сакуса, — Неважно, если он вне моей досягаемости. Потому что он запечатан в моей памяти, также как и Луна. — Так что люди могут называть меня одержимым, — говорит Киёми, закрывая глаза, — Они могут называть меня одержимым Луной. Потому что они правы. Но точно также я одержим им. Это отвечает на твой вопрос? — Ага… — говорит Кагеяма, улыбаясь, — Ты просто одержим Луной.