Имя ветра

Имя ветра

Глава №14

Чтоб его, Рофта, Иные сожрали. Я ждал его, сволочь, три часа, и то навскидку. Успел поговорить с тварью (имя я ей так и не дал), узнал, что её даже в под-измерении Иных Сил шарахаются и она из-за этого очень расстраивается. Напоил её своей кровью. Назвал Душечкой – не выдержал. Поговорил с шызой, мы с ним думали какой он, этот Румель. Впрочем, ожидания у нас были примерно одинаковые. И наконец эта падаль объявилась! Не знай я, кто передо мной, подумал бы, что обычный такой городской мужик. Брюнет, по существу, с бородой, местами седоват. Но, признать, правитель под стать своего города – заявился ко мне с двумя шпагами за поясом слева и мечом в ножнах справа. В плаще из кабаньей шкуры и воротником из овечьей. Он окинул меня таким презрительным взглядом и уселся во главе стола. Сказал какой-то девочке принести вина. Я так понял, служанки для него не люди… аж противно. А девочка быстро так вернулась, Румель и рта не успел открыть. Она поставила бокал передо мной и подбежала к Рофту – поставила перед ник фужер из золота, поклонилась и выбежала из приёмной. Мне её даже как-то жаль стало, так и всю жизнь можно пробегать, а в благодарность получить только презрительный взгляд в спину и шептания. По своему опыту знаю. -ну и, - начал барон, опрокинув фужер залпом. – к чему пожаловал в такую рань? -да так, немного поболтать. – меня уже начала раздражать его манера обращения к людям. Я усмехнулся. – как совет на будущее, постарайся перед приёмом гостя узнать хотя бы его титул. Не гоже так к высшим чинам обращаться.  -ишь, как фамильярно заговорил! Так соизволь по титулу назваться! – он злился. Я, видимо, первый упрекнул его в халатности. Я улыбнулся и приказал Душечке жестом зайти за спину Рофту, а следом позволил ему её видеть. Я поднялся со стула, прихватив с собой бокал. -я, барон, ничего более чем князь. – Румель засмеялся, а я спокойно так подошёл к нему поближе и опёрся на стол. -а что ж я раньше тебя не видал?! – крикнул он сквозь свой мерзкий смех. Как чайка, ей богу. -так ты ж не маг. – он заткнулся, а я покачал в руках стеклянный бокал с мутным вином. – я, дорогой мой Румель, Князь тёмных и живых. Я архи-маг. Меня слушают Иные Силы. А коль не веришь... В его глазах преобладало непонимание и недоверие, но стоило ему завидеть Душечку, как всю его душу заполонил животный страх. Он завопил похлеще тех стражников – даже сейчас вспоминаю, так смеяться хочется. Мой любимый талант Иных – они отлично чуют яды и даже намёки на них. Я подозвал Душечку к себе и попросил обнюхать вино. Она его одобрила, а потом вернулась к обхаживанию перепуганного Рофта. Я отпил из бокала и сплюнул – нет, и как такое можно пить? Не вино, а грязь с протухшим виноградом. Правда, отвратный вкус перебивало веселье, с которым я смотрел на барона – ноги он поджал под себя, сжался в комочек и тыкал в Душечку шпагой. Ну а Силе по факту было всё равно – мы с ней так и общались, я ей вслух, а она мне у себя ну руке ответ царапала, а когда убеждалась, что я всё прочитал и перевёл заживляла кожу в прежнее её состояние. К слову, это тыканье больше походило на то, как палкой тычут в змею – лишь крохотное движение кистью, сквозь страх. Румель был мелочен, эгоистичен и вспыльчив, это было видно издалека. Ему никто не смел и слова сказать. Эрмий рассказывал мне как-то, как от Рофта жена ушла к гильдейцу, а барон со злости и непонимания, что его могут разлюбить, подумал, что жену украли. Убил того бедного гильдейца, а жену публично повесил. У него после этого жён и не было. Ирония. Душечка, как ошпаренная отбежала от барона, когда к нему подошёл я. Он уж было хотел позвать сражу, но я послал Иную охранять двери, а если кто-то зайдёт – убить на месте. -Румель-Румель… я ж к тебе с благим намерением, а ты там на мою девочку бросаешься. – Душечка издала какое-то гортанное урчание, и она бы ластилась к моей руке, если бы я не приказал ей оставаться у двери. -Высший, где ж я так провинился, что ты ко мне своего палача послал?! – завопил он. -о, что ты, я не крестоносец. – успокоил я его и издевательски улыбнулся. – мне так, просто земли нужны. Отдашь мне Посики и ещё пару прилежных деревень – уже хорошо. Но я хочу всю Марсаю. -но… для этого нужно совет баронов собирать… - ответил он мне дрожащим голосом и обвёл остриём шпаги круг. -так собери! Меня бумажки не колышут. -я отдам вам четыре деревни… Посики в центре… всё ваше, только не убивайте! Меня устроило, с этим уже можно работать. Силу даже не прошлось демонстрировать – Душечка всё сделала за меня. Ишь, чудно вышло! Я дал Рофту неделю на перепись бумаг, а сам уехал в центр с гордо поднятой головой.

***

Пока ехал, дал Душечке напиться собственной кровью. А следом отозвал её в под-измерение Иных Сил. Она не хотела, но моей воле противостоять не могла. Она поделилась со мной энергией и ушла в своё небытие. Уже на площади, когда отдавал лошадь конюху пересёкся с Филином, она как раз возвращалась с портной в наше временное пристанище. -дня вам, господин! Как прошёл визит к барону? – она улыбнулась и подошла ко мне, заведя руки за спину. -признаться, плодотворно. Получил то, чего хотел. – я улыбнулся ей в ответ, и мы направились вперёд по улочкам. Признаться, Марсая днём мне нравилась гораздо больше – солнце, пробивающееся сквозь пелену тёмных облаков, и чудно отбивалось от лакированных крыш домов. Только сейчас я заметил на окраинах три башни – невычурные, но на вид крепкие и практичные. На их крышах флаги Марсаи, развивающиеся на ветру. Мне нравилось, но здравый смысл (в лице шызы и моих собственных мыслей, говорящий, что города нужно брать постепенно) брал верх. -рада за вас. А я договорилась со швеёй, к завтрашнему вечеру всё будет готово. -спасибо тебе, - я положил руку ей на плечо и заглянул в её глаза. Мне они нравились – взгляд отливал стальной смелостью воина, и в то же время женской нежностью. Хоть и сама Филин была вполне обычной девкой, она отлично выполняла свою работу, да и по характеру была хороша. -а где Ворон? – невзначай спросил я. -о, он спит. Сложно ему двое суток без царства грёз. -ясно, а остальные? – я рассматривал каменные стены домов и происходящее внутри. – и где Молчун вчера огрёб? -остальные разбрелись по центру. А где получил? Ну… кто-то в таверне рискнул здоровьем и обозвал его карликом. Молчун первый драку затеял, и по пьяни пропустил пору ударов… Костоправ его, конечно, подлатал, но фингал, он сказал, останется дня на три. -ясно всё с ними. – я рассмеялся, а Филин следом за мной. Вскоре мы дошли до временного пристанища. Я, в целом, был доволен «договором», который заключил с бароном – для начала четырёх деревень достаточно, да и править на маленькой территории легче. Ворон тихо дрых на полу у камина – я вернулся до обеда, оно и не мудрено. Гектор же практиковался в заклинаниях… точнее, разговорами с духами. Пентаграмма у него выглядела не очень, даже я это увидел, хотя во всей этой лабуде не разбираюсь. Завидев меня, он отвлёкся от черчения линий на полу углём и поднялся с колен. -я с час назад с Калдой пересёкся. – начал он. Я удивился, но перебивать не стал. – сказала, что к барону по делу едет. По какому – не уточнял, не додумался… А не обо мне ли она рассказать собиралась? Резко стало смешно. Представил картину – приезжает она, а двор перепуган, как и сам Румель, часть земель практически в моих руках, и никто перечить мне не посмеет – кишка тонка. Бояться мне особо нечего, кроме широкой огласки, хотя я и так под неё подставился, заявившись к барону. Что б его, сложно… Нет, чтобы просто тихо всё разрешить, так нет, нужно визжать от страха. Ну да, Душечка была не красавица, но что ж так неприлично о внешности дамы отзываться? Я махнул рукой и стал расспрашивать Гектора об успехах в магии, захотелось мне поговорить. Ну а что? Я ведь тоже человек, хоть и не совсем обычный, базовая потребность в разговорах с живыми людьми у меня присутствует. Филин присела на пол рядом с Вороном и принялась методично гладить его по волосам, глядя то на него, то на костёр, а уж когда сильно уверенность поднималась – на меня с Гектором. Говорили мы долго и много – обо всём и, в тоже время, ни о чём. Я изредка улыбался его словам, а он моим. Не сказать, что я его полюбил, это нет, но он стал мне родным за этот короткий месяц. На очередной теме разговора я вдруг вспомнил о Посиках. Как там дом и мои волчата? Захотелось поговорить и с Кратосом, я даже на пару секунд пожалел, что не взял его с собой. Правда, очень быстро отбросил эти мысли – он нужен Фару и Ниру. Они хоть и тоже со своим разумом и умом, но всё же они – подопечные вожака и без него им приходиться тоскливо, особенно, если нет приказа от меня напрямую. В ушах так резко зазвенело, что я скривился. Не уж то волки кого-то или, на крайняк, что-то заметили? Я извинился перед Гектором за столь резкое прекращение разговора, уселся на стуле поудобнее и мысленно обратился «взглядом» к Ниру.

***

-староста, вы не поймите неправильно, но это была вынужденная мера! – лепетал какой-то мужик рядом с моим домом. -да заткни ты уже! Звать некроманта было «вынужденной мерой»? Долбень! – прикрикнул на него Дагон сверля взглядом стену дома. – может, выселить этого дьявола отсюда, от греха подальше? Не нужен нам палача на землях… -уж вы забыли, как наёмников у себя приютили? – присвистнул тот, другой. Староста закатил глаза и с фразой «ты не понимаешь, это другое» сплюнул через плечо. -так, напомни всё-таки, с какого чуда она к нам припёрлась вовсе? -говорю же, не знаю… Приближённые мои, с гильдии, сказали, что посмотреть, как там вы поживаете. -брешут! Не может некромант приезжать, только чтобы на старосту поглядеть. Дальше выкладывай! -ещё говорили, что убивать кого-то будут… не про ведьмака там речь шла, а может и про него. Князя какого-то называли… -уши уже от тебя вянут. До завтра мне их слова на бумажке напишешь.

***

Пришлось отвлечься от прослушивания их разговора, потому что голова заболела. Значит, выселить меня хотят… ну ничего, как назад приеду, найму строителей, обновлю доминушку ещё разок – будет это особняк в чистом его благородном виде. А там и двор устрою… но это уже потом. Старост нужно быстренько сбрасывать с должностей. Может, советниками оставлю, и то вряд ли – у меня такой уже есть, шызанутый. Так, ну, значит, если верить словам того мужика, Калду не ко мне прислали, а по какой-то другой причине… Придётся расспрашивать. Не люблю я такое… Как же меня раздражает эта неопределённость! Я повернулся к Гектору и продолжил его слушать, параллельно думая, что ж делать с полученной информацией. Забыть? Допросить ту некромантскую шкуру? Или просто её выгнать? Убить?.. Отвлёк меня ввалившийся в двери Костоправ. За ним вольготно шёл Душегуб, а самым последним семенил Молчун с синим фингалом. Ну картина маслом, что б их черти драли! -что?! – с усталой миной спросил я. Душегуб уже хотел было открыть рот, но его перебил проснувшийся Ворон. -предполагаю, что Душегуб пьян, Костоправ чуть сильнее, а Молчун к выпивке и не притронулся, потому что вчера хватило. Ну или второй вариант – Костоправ огрёб где-то в подворотне, Душегуб ржал ну а Молчун пытался дотянуться до его башки, чтобы выписать подзатыльник. Я прав? -второй вариант Ворон, второй вариант… - сквозь зубы ответил лекарь и, хватаясь за бок, рухнул на пол. Душегуб рассмеялся как та бешенная старуха, а Молчун, поняв, что подзатыльник не вариант – дал ему под колено. Наёмник свалился на пол, вписавшись в стул. -смеётся тот, кто смеётся последним! – победно воскликнул Костоправ. Теперь смеялся он, пока Душегуб потирал лоб. Признаться, я и сам ели сдерживал смех, зато Гек и Филин не стеснялись. Я заметил, как Ворон прижимает руку ко рту, в попытке не издать и звука. Ну а когда оба травмированных – один коленом другого человека, а второй особо агрессивным стулом – синхронно вписали друг другу подзатыльники с тихим «мудак» я повторил движение за Вороном. Ладно, больше я на них не злился. Только Молчун стоял с каменным, как всегда, выражением лица – лишь глаза его светились кроткой радостью мести. Костоправ и Душегуб одновременно посмотрели на него полными раздражительности глазами, он издал звук писклявого удивления, и мы с Вороном не выдержали. Минуты две мы ржали почти без остановки, я перебивался лишь на короткий мат, а он на фразу «согласен». Нет, ну этих троих нужно было видеть! Два амбала и писклявый коротышка – смех, да и только! Костоправ держался всё это время злобно держался за свой правый бок, а Душегуб, с момента нападения на него стула, за покрасневший лоб. Оба злобно смотрели то на Ворона, то на меня – но всё взгляд на мою особу переводили с опаской. Костоправ не выдержал первым. Он взял свой небольшой чемоданчик, развалился за столом и снял с себя куртку на пару с мешковатой кофтой. На его рёбрах виднелся немаленький такой синяк. Филин, поднявшись с пола, похлопала его по плечу и забрала у него одежду с сапогами, развесив всё перед камином, чтобы сохло. Душегуб уселся рядом с лекарем. -дорогуша, не поможешь? – с умоляющей и хитрой улыбкой спросил Костоправ. Филин закатила глаза. -о, конечно, милый мой Костоправ. С удовольствием помогу! – Ворон тоже поднялся с пола и спародировал даму лёгкого поведения. Мы с Гектором переглянулись и захихикали. -да пошёл ты, ворона подзаборная! – Костоправ обижено вздохнул и стал намешивать какие-то травы, не доставая их из чемоданчика. В итоге пары минут махинаций, которых я откровенно не понимал, лекарь победно приподнял на руке какую-то мазь в круглой баночке. Примерно половина субстанции ушла на его бок, ещё часть на фингал Молчуна, а остатки на яркую шишку Душегуба. -слышь, Костоправ, нежнее! Ты мне так лоб продавишь! – вопил Душегуб. -та у тебя во лбу и так впадина, больше некуда. Сиди не дёргайся! – отвечал ему Костоправ в том же тоне.  Зрелище было до боли уморительное. Нет, ну правда! Душегуб, до того заявлявший права на командование Чёрным Отрядом сейчас скулил, глядя на Костоправа (который, к слову, конкретно так пониже его). Я изначально не особо-то хотел сближаться со своим войском, но эти отморозки мне приглянулись. Было в них что-то человечное… что-то несвойственное мне. И они, хоть меня и побаивались, и уважительно обращались, но считали меня частью отмороженной заварушки. Не скажу, что с ними было комфортно – у всех свои тараканы – но создавалось ощущение такой… дружеской сплочённости. А Ворон и Филин выглядели так тихо по сравнению с остальными. Да, даже на фоне Молчуна. Он хоть и ничего не говорит, но шут ещё тот!   Я сидел у стены, наблюдая за всеми. Откуда ж у наёмников и бывших гвардейцев столько веры в людей? Вряд ли я когда-либо это пойму. Больше всего меня удивлял взгляд Филина – холодный и в то же время такой добрый. Нет, не милосердный и не милый, именно добрый. Никаким другим словом этот взгляд описать нельзя. И Молчун. Вроде изначально подал вид серьёзного оружейника-кузнеца, а сейчас вполне себе весёлый мужичок. Активный такой, и глаза огнём горят. О, а Душегуб! Обидчивый до чёртиков. Ворон в один момент предложил сыграть в крэпс. Меня уламывали долго… Получилось, чтоб их. Нет, ну не сыграть на деньги – грех. Что я тут мог поделать? Гектор и Филин отказались, они просто сидели в стороне и болтали.

***

-бокс карз! Съели?! – Костоправ победно вскочил из-за стола. Молчун закатил глаза и бросил к центру и свою часть проигрыша. Он за час не выиграл ни разу. -да как ты это делаешь? Нет, сколько можно! – Душегуб подпёр голову рукой. Молчал только я. Хоть стопки выигрыша у меня и не самые высокие, но сидел я по-крупному. Очередь перешла ко мне. Пара секунд на раздумья. -пойнт девять. – говорю уверенно. -девять? – В разговор вступил Ворон – игрок с серией побед. Девятки выпадали сегодня часто, и он это знал. И пользовался… -девять. – подтверждаю и бросаю кости. Одна из них падает на ребро. Любое колебание собственного дыхания решает, беру я долю, или нет. На первой кости пятёрка, как вывод, если выпадает четвёрка, мой выигрыш – семь бронзовых, а это наибольшая ставка на сегодня. Колебания лишь между четвёркой и двойкой. Я уже смирился с поражением, но фортуна меня расцеловала. Выпала четвёрка. С места подскочил Молчун, я следом за ним. Он тоже поставил на девятку. Душегуб же с Костоправом просто взялись за головы. Что ж, они просадили по половине своего баланса. Ну ладно, им повезло, одна идёт с банка, но три бронзовые – тоже не малая сума. -да чтоб вас! – наигранно трагично сказал Душегуб. – мухлёвщики! Кто так играет?!  -в покер? – улыбнулся Костоправ. -давай! Может хоть тут повезёт… -сомневаюсь, господа. – вписался я в разговор и хрустнул пальцами. – в покере я мастер. – это, к слову, было правдой. Молчун лишь фыркнул в ответ. Ворон поддержал его коротким смешком. Ну что ж, это звучало как вызов.

***

Не сложно было догадаться, кто выйдет победителем из трёх партий. Верно – я! Признаться, это было не легко, но с моим-то опытом… Короче говоря, выиграл я 43 бронзовых в суме. Я развалился на стуле и закинул руки за голову. Душегуб с обиженной миной сидел напротив меня и сверлил взглядом стол. В партиях ему не повезло. -ей, Душегуб, перестань уже! Нужно уметь проигрывать. – Ворон похлопал того по плечу и уселся рядом. -сказал человек, у которого даже единого шанса на победу не было. -вот! Поэтому я и пасовал в начале партии, а ты без комбинаций шёл в ол-ин.  Ворон хоть и не был мастером в костях, но ошибки Душегуба подметил идеально. Костоправ потягивал отвар Гектора у камина, Молчун натачивал в углу ножи. Филин вертелась рядом с Геком, который как раз разливал всем отвар. Я решил не терять возможности порадовать вкусовые рецепторы и мигом перехватил кружку, поудобнее устроившись на шкуре. Душегуб по своей глупости отказался от божественного напитка, в чём его упрекнула Филин – она тоже познала весь его вкус. Я качнул кружкой в её сторону, как бы молча поддакивая её словам. В дверь постучали. Начало дискуссии Душегуба и Ворона о правилах покера прервали столь беспощадно. Ближе всего к двери было Молчуну – о поднял руку, показывая, что откроет сам и исполнил задуманное. За дверьми показался высокий мужик в броне с гербом Марсаи. Он изначально даже Молчуна не заметил – так бы и сбил его, если бы наш оружейник не вписал ему ногой в колено со злобной рожей. Рыцарь (насколько я понял) извинился и за порог дома заходить не посмел. Он попросил меня по званию, которое я ранее назвал барону Румелю. -послание для хозяина дома! – голос его хоть и звучал уверенно, но всё же дрогнул в конце. Причём заметно. Я улыбнулся и, хлопнув в ладоши в одно мгновение материализовался перед ним. -читай, чего стоишь как вкопанный? – невольно понизив тональность собственного голоса сказал я. У Душегуба отвисла челюсть, я это даже спиной почувствовал. Рыцарь перепугался и чуть не выпустил из рук пергамент. Нет, ну сколько можно? -так вот… - рыцарь прокашлялся и развернул бумажку. – «Я, Барон Румель Рофт – Медный Волк, принимаю условия устного договора, заключённого сегодня утром. Документ о обладании землями будет передан в течении недели. Приношу свои личные извинения за неудобства у своего двора. Адресовано Князю… тёмных и живых.» - голос посла изрядно задрожал на последних двух словах. Он судорожно поднял на меня взгляд. Я улыбался. Наверное, со стороны я выглядел как сумасшедший, потому что в этот момент даже шыза присвистнул. Рыцарь попятился назад, а я молча смотрел на него с широко распахнутыми глазами. Стоило незваному гостю отойди достаточно далеко, как дверь захлопнулась, дымясь частичками чёрной материи. Я развернулся на пятках, сверля всё тем же взглядом стену. Улыбка спала с моего лица столь же быстро, как и налезла. Каждого члена отряда перетрусило от моего вида, и лишь Гектор глянул на меня как-то сочувственно. Видимо, он знал, что теперь я опять не буду спать сутками. И, забегая вперёд оказался прав. Я мерил зал шагами, ни на секунду не отвлекаясь. Любой шорох лишь выводил меня из себя – какого чёрта меняя вообще отвлекают?! И я опять думал. Нужно будет собрать четырёх старост, сказать им, чтоб мужам приказали все деревни по границе частоколом обнести, а к входам приставит охрану – чтобы ни одна муха не пролетела. Никто не должен влезать на мои земли без моего на то ведома. Потом этих же старост с должности распустить, нечего свои порядки устанавливать. Следом организую собственную свиту и Чёрный отряд расширю, но это уже не так горит. Налоги взымать придётся, как бы не хотелось этого не делать. Почти забыл, что хотя бы раз в месяц нужно будет по всем землям проезжать, чтобы за порядками следить. Да уж, работы предстоит много. Но оно ведь того стоит, правда? Голова закружилась от часового хождения туда-сюда. Остановился, оглядел присутствующих, которые сверлили меня непонимающими взглядами. Только Молчун продолжал точить ножи в углу, а Ворон мирно так потягивал отвар, глядя за работой оружейника. Я устал и жутко хотел хотя бы на день забыть обо всём этом, но знал, что, если сам себе не подготовлю почву для действий основываясь на выстраивании мысленного плана – буду ненавидеть себя все оставшиеся года жизни в этом мире. Меня бесила собственная настырность и эгоцентричность, вот только мне уже не под силу разбираться со своей моделью поведения. Меня слишком часто ломали, чтобы я мог сдвинуться с глухой точки эгоизма хотя бы на миллиметр. Нужно покурить. Я молча вышел на улицу, сунул руки в карманы и пошёл, куда глаза впервые взглянули. Признаться, я даже не заметил Гектора, который увязался за мной ещё от самых дверей, а я даже не против – его тёплое спокойствие, я заметил, грело и успокаивало даже меня. Спустя минут десять ходьбы по улочкам я всё же нашёл достаточно тихую, которая мне приглянулась. Как раз кстати так стояла мелкая скамейка – у самой стены. Смахнул с неё снег и сел. В пару движений выудил из пространственного кармана сигарету и закурил. Холодно. Снег медленно опускался на замёрзшую землю. Пар смешивался с дымом, клубясь вверх подобно серым овцам. Забавное зрелище, и я любил за ним наблюдать. Снежинки медленно таяли на моих руках, отставляя мокрые следы, которые так же медленно замерзали. Я смотрел то на дым, то себе под ноги. Я правда не понимал, правильно ли я всё делаю, хотя мне давно не знакомо это понятие. А может всё это зря? Рано или поздно я всё равно умру, а потом всё начнётся сначала – ненависть к себе, злость на мир, тоска по прежним людям, рутина, простое человеческое желание выжить и голоса. Опять голоса! Я так уставал от всего этого… Мне как-то сказали «отдохнёшь в могиле», и где мой обещанный отдых? Я не знаю, сколько ещё буду скитаться между мирами, насколько ещё съеду с катушек, как сильно стану жесток…. И я не знаю, что мной движет даже сейчас. И правда, что же? После меня ничего не останется, кроме горы трупов и запуганных людей, которые будут рассказывать своим детям обо мне, как о безжалостном монстре, кровавом правителе. А может обо мне и вовсе не будут говорить? Может, обо мне не захотят вспоминать как о плохом сне? Как обойдутся с моим убитым телом? Может, броситься с обрыва и покончить с этими страданиями? Я ведь могу попасть в другой мир, только если меня убьют с желанием моей смерти… Нет, шыза не даст, я уже пробовал и не раз. Высший, за что мне это всё? Я ведь просто хочу понять, каково это жить обычным людям. Какого это искренне бояться неизвестного? Какого бояться за собственную жизнь? А как умирать от старости? Последний вопрос мучил меня больше всего, ведь я понимал, что никогда этого не почувствую. А ведь сложно, наверное, понять чувства человека, который умирал несколько раз за прожитое столетие, когда ты сам этого не испытывал… Что-то тёплое опустилось мне на руку. Я дёрнулся, подумал, что меня опять убили без моего на то ведома, а это тепло – погружение в небытие. Ошибся, слава Высшему. Это была рука Гектора. Признаться, никогда бы не подумал, что у него такие тёплые руки. Сигарету потушил о снег, а окурок засунул в карман. Я Гек смотрел на меня такими глазами… будто он читал меня, как открытую книгу и даже на слова не смотрел – всё понимал сразу. А мне стало так от этого тепло… Аж дух перехватило. И его глазами всё было сказано – он чувствовал почти то же, что и я. Он устал от вечной борьбы и хотел пожить в удовольствие. И он так же, как и я, не знал, для чего мы оба живём. А есть ли в этом вовсе смысл? А я смотрел на него так же, и к горлу подступил ком. Я коротко кивнул. Гектор тут же, чуть ли не бросился, мне на шею и обнял так… так…! Не знаю, как назвать это ощущение одним словом. Мне стало так тепло и так с ним хорошо. Наверное, магией его наделять и не стоило – у него она своя, такая «магия спокойствия». От такой мысли стало даже немного смешно. Я обнял его в ответ, желая никогда не забывать это ощущение. В груди потеплело, а ком в горле укрепил своё существование, да так явно, что пришлось прикусить язык. Спасибо хоть шызе, что он молчал, иначе я бы так с ума сошёл. -у вас руки холодные… - прошептал Гектор мне в плечо. -знаю. Идём греться? – так же ответил я ему, слабо ухмыльнувшись. Он в ответ лишь кивнул. Ещё с десяток секунд мы так просидели, а после, под разговоры, направились назад, во временное жилище.